Форум » Библиотека-3 » Lonesome No More, LM/SS, NC-17, романс, перевод (закончен) » Ответить

Lonesome No More, LM/SS, NC-17, романс, перевод (закончен)

redCat: Lonsome No More Автор: nishizono Переводчик: redCat Ссылка на оригинал: http://nishizono.livejournal.com/38409.html Пейринг: ЛМ/СС Жанр: романс Рейтинг: НС-17 Дисклеймер: К сожалению, они не мои. Саммари: Когда вы слышали о поцелуях, от которых перехватывает дыхание и замирает сердце, вы лишь усмехались и считали, что такие вещи существуют только в случайных строчках песенки о любви какого-нибудь чудаковатого автора. Но они есть. О, поверьте мне, скажу вам как человек с разбитой, искалеченной, но вновь обретшей спасение душой: один поцелуй может изменить все. От автора: Еще один эксперимент, на этот раз с манерой повествования. Еще раз отдаю дань уважения Воннегуту, на этот раз даже более подходящую, чтобы вспомнить его чувство юмора. Название взято непосредственно из его рассказа "Slapstick, or Lonesome No More!" От переводчика: "Slapstick, or Lonesome No More!" переводился на русский язык как "Фарс, или Долой одиночество!". Найти его можно тут: http://lib.ru/INOFANT/WONNEGUT/fars.txt Переводчик постарался максимально передать стиль перевода на русский язык данного произведения, так же как автор фика старался передать стиль оригинала К. Воннегута. От переводчика: Это один из двух самых очаровательных фиков, увиденных мной за последние несколько месяцев. Enjoy it!

Ответов - 20

redCat: Прежде чем мы приступим к нашей маленькой истории, есть кое-что, что вы должны понять: это рассказ совсем не о трахе. Нет, ну траха, конечно, будет предостаточно и даже более чем, но наша история совсем не об этом. Если вам нужен краткий и пошловатый рассказик о человеческих инстинктах, таких достаточно в других местах. Ну, например, спросите Драко о его многочисленных победах на любовном фронте, и, я уверен, он с радостью удовлетворит ваш интерес. Нет, это история о двух одиноких немолодых мужчинах, в чьих волосах уже появилась седина, и которые, вопреки всему, смогли как-то пережить жесточайшую из войн и после найти друг друга. Вы вольны остановиться прямо сейчас и все-таки поискать что-то погорячее, но если решите остаться, тогда я обещаю, что постараюсь сделать так, чтобы оно того стоило. Итак, давайте... О, как было невежливо с моей стороны не представиться! Едва ли кто-то мог ожидать такого от Малфоя. Что? Не говорите, что удивлены! А, погодите, я знаю, в чем дело! Вы ожидали услышать надменный бред от Люциуса Малфоя – Ублюдка, Правой Руки Тьмы, Постоянного Героя Ночных Кошмаров Всех Детей Повсюду, не так ли? Ну хорошо, возможно, это даст вам почувствовать почву под ногами на несколько минут: "Это было крайне благоприятное стечение обстоятельств, места и времени, когда два одиноких мужчины нашли утешение в объятиях друг друга, война столь иссушила их души, что, казалось, у них и не было иного выбора и пути, как лишь прийти к той силе, которую и давал их союз". Ну что, вам полегчало? Хорошо. А сейчас, давайте продолжим. И, пожалуйста, зовите меня Люциус... *** Весна. Вечереет.* Я уже почти как год вышел из Азкабана, и не стану докучать вам подробностями, как оно там было. Мы с Нарциссой развелись почти сразу после окончания войны, и она уехала во Францию с ведьмой-полукровкой Авророй. Драко жил с Панси и Блейзом, и по собственному опыту советую вам особо не задумываться над природой этих отношений, поскольку ничего кроме головной боли это не принесет. Много чего можно порассказать о том, что происходило, когда я впервые в жизни остался в Меноре один. Никто, в общем-то, не жаловался, что я хожу по парку босиком, или что три раза в неделю на ужин только вино и шоколад. Вас удивляет, что у меня могут быть такие плебейские замашки? Хорошо. Как вы уже видимо поняли, мне нравится шокировать моих слушателей. К сожалению, по своей природе я все-таки существо очень социальное, хотя, уверен, мало кто поспорит с тем, что в течение многих лет я это как-то не показывал. Но в тот вечер, наконец, одурев от своего вновь приобретенного уединения, я решил, что как раз самое время впервые появиться на людях после суда. И раз уж этому суждено случиться, то, вне всяких сомнений, это действо должно быть крайне занимательным. Поэтому я, руководствуясь своей безграничной мудростью, выбрал самую занимательную личность из всех, кого знал: Северуса Снейпа. О, я знаю, о чем вы подумали. Как может этот резкий, ожесточенный, беспощадный, абсолютный ублюдок, ходячая угроза быть занимательным? Поверьте мне, он именно такой, и я вам докажу. Когда я пришел к нему, он сидел, запершись в своих комнатах в Хогвартсе, полностью погруженный в очередную новеллу Диккенса. Да, знаю, я миллион раз пытался пробудить в нем интерес к подходящей литературе, но его упрямый характер уже стал легендой, поэтому на этот раз я предпочел просто проигнорировать его ужасный вкус. - Северус! Темный Лорд вернулся! - воззвал я, едва ступив в комнату. Ой, ну можно подумать, я на него напал. Он вскочил с кресла, палочку выхватил, сердце колотится, а глаза так и сверкают. Ну, по крайней мере, его рефлексы остались прежними, не то что его хладнокровие. - Клянусь, Люциус, когда-нибудь ты пожалеешь, - прорычал он, прежде чем успокоиться и поправить мантию. - Выражение твоего лица стоит любого проклятья, которое ты собирался на меня наложить, - сказал я, нарочито растягивая слова, что обычно сбивало с него спесь, - кроме того, ты сам виноват, что каждый раз на это покупаешься. - На самом деле ты не такой остроумный, каким себе кажешься, - откликнулся он, сверкнув глазами и скрестив руки на груди. - Чего тебе надо? - Мы едем в Рим, - объявил я, смахивая невидимую пылинку с рукава. - Мы не едем в Рим, - парировал он, не пропустив удар. - Нет, едем, - спокойно отвечаю. Сделав это заявление, я медленно и серьезно кивнул, прикрывая глаза. А потом мне пришлось щеку изнутри прикусить, чтобы сдержать торжествующий смех, потому что я увидел, как плечи у него расслабились. Это каждый раз срабатывает. - Ты ходячая угроза, - вздохнул он, - и какого черта мы тащимся в Рим? *** - И куда мы идем? - требовательно спрашивает Северус, пока я веду его по шумным улицам. За тот час, пока я вытаскивал его из замка прямо в самое сердце магического Рима, он лишь несколько раз выразил вялый протест, и его хорошее поведение настроило меня на благодушный лад. - На ужин, конечно, - отвечаю очень спокойно, сворачивая на боковую улочку, подальше от толпы, погруженной в шоппинг, - а после него мы пойдем в кино. Он негодующе пыхтит, но со свирепой решимостью ни на шаг не отстает от меня. С ним все всегда превращается в соревнование. И я это почти люблю. - Ты меня чуть ли не силой притащил в Рим только ради ужина и кино? - вскидывается он. - Почему? Один Мерлин знает, что меня дернуло так ему ответить. Хотел бы я сказать, что хотел лишь поддразнить его, но, кажется, мы оба бы поняли, что это не так, правда? - А что, Северус Снейп? - произнес я с подчеркнутой медлительностью, но не оборачиваясь к нему. Я, собственно, и так знал, какое у него выражение появится на бледном лице, даже и смотреть не надо. - Только не говори мне, что тебя раньше никто не приглашал на нормальное свидание. Я не остановился и не оглянулся, когда шаги сбились, но почувствовал, что он на секунду уставился мне в спину, а потом вновь поторопился догнать меня. *** - Объясни мне еще раз, почему мы здесь? Я вздохнул и откинулся на спинку стула, разглядывая его через стол, покрытый белоснежной скатертью. Вот сидим мы, ужинаем в лучшем ресторане магического Рима, а он жалуется. Типично для него, в общем-то. - Я тебе уже сказал, мне надо было выйти на люди. Он секунду смотрел на меня, а потом очень серьезно стал терзать говядину в марсале*. Я видимо опять его задел, но на этот раз непреднамеренно, честно говоря, чтобы зацепить Северуса, много не надо. Но осознание того, что это было не специально, как-то приглушило победное чувство. - Несмотря на твою манию величия, Люциус, позволь заметить, что мы как-то не в центре всеобщего внимания, - сухо заметил он. - Никто тут не знает, кто ты, и твое имя ни о чем им не скажет. Это было правдой, конечно же, но, будучи самим собой, я предпочел проигнорировать то, что я обычно называю Логикой Северуса. И никакой роли не играет тот факт, что Логика Северуса частенько превосходит Логику Люциуса. - Ну что ж, - ответил я, поднимая бокал, - надо же с чего-то начинать. Он фыркнул и откинулся на спинку стула с бокалом в руке, оглядев меня через стол. Я узнаю вызов, особенно когда его бросает Северус. Захотелось лучшего объяснения, да? Ну что ж, сам напросился. - Помимо всего прочего, мы друг друга несколько месяцев не видели, и я очень соскучился. Это, кстати, было правдой, но я этот факт проигнорировал точно также как и Логику Северуса. А в это время Северус подавился и закашлялся. Я секунду наблюдал за ним, раздумывая, считается ли занимательным действом увидеть, как твой друг умирает, подавившись мерло. К счастью, мне не пришлось это решать, поскольку он прокашлялся и поднес салфетку к губам. - Ну конечно, соскучился, - прошипел он, когда опасность миновала. Когда он отнял салфетку от лица, в уголке губ была капелька вина. И снова прошу прощение за то, что сделал, а делал я все, чтобы раздразнить его. Ну, думаю, вы уже начали понимать что-то, чего даже я сам еще не понимал тогда. Его черные глаза настороженно следили за мной, когда я потянулся через стол, а сам он дернулся, когда кончики пальцев прикоснулись к его щеке. Я не понял тогда почему, в конце концов, мы на тот момент уже были друзьями лет двадцать, - ах, наивность, Люциус, какая наивность, - но он не отстранился, когда я подушечкой большого пальца стер капельку вина. - Конечно, скучал,- прошептал я. В конце концов, это было правдой. Я откинулся на спинку стула и поднес большой палец к губам, засовывая в рот и слизывая вино языком. Говорю вам, это был невинный жест, по крайней мере, с моей стороны, но это стало чем-то большим, именно когда я увидел, как он, не отрываясь, смотрит на мой рот. - И в какие игры ты играешь? - промурлыкал он, вскидывая на меня глаза, когда я отнял руку ото рта. - Я слишком стар для игр, Северус, - ответил я, не отводя взгляда, хотя и хотелось. Святая Цирцея, этот взгляд может заставить даже меня почувствовать себя как первогодку, если Северус особо постарается. Несколько минут царила тишина. Если бы я знал тогда то, что известно мне сейчас, я бы не упустил этот момент, чтобы поддаться безумному импульсу и, перегнувшись через стол, поцеловать его. Но я не знал, и ничего не сделал, и он, фыркнув, наконец, отвернулся. Я рассматривал его лицо, размышляя над его резким профилем и моим неожиданно участившимся пульсом. А, вы тоже заметили, правда? Да, вот я и добрался до того, что вы, вероятно, поняли еще в первые пять минут. В свое оправдание могу сказать, что я все-таки знал его практически всю свою сознательную жизнь, и это очень резкий поворот событий - вот так вдруг осознать, что у твоего лучшего друга очень красивый рот. И, как будто читая мои мысли, он облизал губы, и вот с этого момента все стало с безумной скоростью выходить из-под контроля, а может только я... В конце концов, Малфой, который знает, чего хочет – это Малфой, который в состоянии сделать все, чтобы добиться желаемого. - Северус, - мягко сказал я. Темные глаза встретились медленно с моими, и, хотя он и хмурился, ему не удалось скрыть легкий румянец на скулах. Это собственно и были все доказательства, которые мне требовались, чтобы понять, что я был не единственным, на кого так подействовало импульсивное прикосновение тонких пальцев к бледной коже. - Я слишком стар для игр, - повторил я тихо, - у тебя есть выбор. Сейчас ты можешь встать, уйти, вернуться домой к своим зельям и книгам, и мы оба можем сделать вид, что этого маленького происшествия никогда не было. Резко? Да. Неожиданно? Точно. Но именно так все всегда и было между нами, и мы никогда не ходили вокруг да около пресловутых кустов. - Или? - мягко интересуется он, черные глаза не отрываются от моего лица, изучая. Пытается понять, то ли я имел в виду, точно. Вместо ответа я изогнул бровь и еще глотнул вина. Честно говоря, я ожидал, что он встанет и вылетит из ресторана не оглядываясь, или, на худой конец, устроит мне разнос за наглость и дерзость. А вместо этого он как-то тихо хмыкнул и отрезал еще кусочек телятины длинным уверенным движением ножа. - Признаю, что ты прав, - мурлыкнул он, - вино просто отличное.

redCat: *** Полчаса спустя, разомлевшие от вина и ужина, мы брели по узким улочкам Рима. До начала фильма оставалось еще минут пятнадцать, а кинотеатр находился всего в квартале от ресторана. Думаю, нам обоим был необходим глоток свежего воздуха. А сейчас позвольте пояснить вам кое-что, если я еще не делал этого раньше. В мире существует ничтожно мало вещей, которые могут меня удивить. Уж точно не после того, что я видел и совершал, а, поверьте, совершал я нечто гораздо серьезнее тех чудовищных преступлений, о которых вы читали. Это о чем-то говорит, правда же, если я скажу вам, что ник огда еще в жизни не испытывал такого шока, как когда его тонкие пальцы скользнули по моему запястью, и он взял меня за руку. Когда я взглянул на него, он на меня и не смотрел. Чуть сузив глаза, он разглядывал стайку мальчишек, плескавшихся в ближайшем фонтане, и, если бы только я не знал его так хорошо, можно было бы почти поверить, что он держит меня за руку совершенно неосознанно. Ну, по крайней мере, до того момента пока он не переплел свои пальцы с моими и не погладил большим пальцем костяшки моей ладони. И вот тогда я улыбнулся. Думаю, я так улыбался впервые с того дня, как вышел из Азкабана. Краем глаза он уловил, что я смотрю на него, и повернулся. Раньше я бы отвел глаза или отпустил какое-нибудь пренебрежительное замечание, чтобы скрыть замешательство. Но на этот раз я встретил и выдержал его взгляд. - Я много лет не видел, чтобы ты так улыбался, - он слегка приподнял уголок рта в подобии ухмылки. - Думаю, я много лет и не улыбался, - тихо признаю я. Повисает пауза, а потом он медленно кивает и тянет меня за руку в фойе кинотеатра. - Как и я, - шепчет он. *** Если я скажу вам, что повел его на пустые задние ряды с самыми невинными намерениями, вы поверите? Вот и я так думаю. В конце-концов, мы же уже обсудили, что Малфой, который знает чего хочет, может быть безжалостным и беспощадным. Более того, возможно, вам очень сложно представить Люциуса Малфоя, сидящего в последнем ряду темного кинозала, собирающегося смотреть маггловский фильм (маггловская культура сейчас - последний писк моды, знаете ли), но все обстояло именно так. В конце концов, к чему нам было это притворство? Кроме друг друга там как-то не на кого было производить впечатление. - Знаешь, если бы я это чуть лучше распланировал, захватил бы с собой попкорн, - задумчиво сказал я, усаживаясь и закидывая ноги на спинку впереди стоящего сиденья. - Ты же терпеть не можешь попкорн, Люциус, - скептически заметил Северус. - Или ты забыл тот свой приступ гнева, когда я попытался заставить тебя попробовать и у тебя в горле застрял кусочек? Я возмущенно фыркнул, хотя и неискренне, честно говоря. - Это был не приступ гнева, а очень оправданное чувство разочарования - этот кусочек застрял у меня в глотке почти на целый час. Он тихо рассмеялся, а я улыбнулся. Я много лет не слышал, чтобы он смеялся. По-настоящему смеялся. - Кроме того, попкорн ел бы не я, а ты, - бросил я, когда стали гаснуть лампы подсветки в полу. - Почему это? - спросил он, откидываясь на сиденье. - Я как-то слышал, что маггловские парни, которым приходится иметь дело с нерешительными молоденькими девочками, иногда делают дырочки в стаканчиках для попкорна... - Люциус! - гневно прошипел Северус, но я смог уловить интерес в его голосе. - Достаточно. Сиди тихо, кино начинается. Я взглянул на него. Даже в темноте можно было заметить, что его бледные скулы потемнели, и он облизал нижнюю губу. Скорее всего, он почувствовал, что я смотрю на него, потому что нервно заерзал в кресле и постарался отодвинуть свою руку от моей. Будем считать, что я не отвечал за свои последующие действия. Придвинувшись так близко, что мой рот почти коснулся его уха, я прошептал: - О, боже, Северус, я что, оскорбил твою тонкую чувствительную натуру? Он глянул на меня, но быстро отвел взгляд, когда понял, как близко я придвинулся. - Я думал, ты слишком стар для подобных игр, - проворчал он, уставившись на экран, где уже заиграла музыка и пошли вступительные титры. - А кто играет? - прошептал я, большим пальцем поглаживая тыльную сторону его ладони. - Я не настроен на это, Люциус, - зашипел он, но я видел, что румянец на его скулах усилился. - О, готов поспорить, я могу это быстро исправить, - отвечая, я скользнул губами по его уху. Он не ответил, но совсем чуть-чуть вздернул подбородок, и я подавил смешок. Помните, что я говорил о Северусе Снейпе и соревновании? - Это ведь не займет много времени, правда? - мурлыкнул я, проводя кончиком носа по внешнему краю его ушной раковины. - Всего лишь мое дыхание на твоей шее, моя рука, скользящая по внутренней стороне твоего бедра, и ты будешь умолять об этом, правда? Это было почти жестоко, знаю, особенно если принять во внимание его упрямую гордость. О, но вы бы слышали тот мягкий вздох, когда я удвоил свои усилия. А как напряглись его бедра под моими пальцами, когда я прочертил ногтями линии на колючей ткани его шерстяных брюк. Вы бы поняли, так же как и понял я, что это того стоило. - Но нет, ты лучше позволишь мне просто сводить тебя с ума от желания, да? - прошептал я, губами мягко пробегая по его шее. - Ты лучше будешь сидеть и просто позволишь трогать тебя и мучить тебя до тех пор, пока это не станет невыносимым, да? - Люциус. Уверен, это задумывалось как жесткое предупреждение, но прозвучало тихим вздохом. Вдохновившись произведенным моими действиями эффектом, я стал гладить внутреннюю сторону его бедра, достаточно близко, чтобы раздразнить, и раздвинул его ноги. Его рука вцепилась в мою, и, боже, какой же звук он издал, когда я пробежал языком по гладкой линии его нижней челюсти. Поверьте, если бы вы это только слышали, этот тихий короткий стон, он вдохновлял бы ваши эротические фантазии и много лет спустя. - А что ты станешь делать, интересно, - выдохнул я, покрывая его шею поцелуями, - если я опишу тебе в мельчайших подробностях все те бесстыжие вещи, которые хочу с тобой сделать? - Перестань, - тихо попросил он, но закрыл глаза и склонил голову. О такой капитуляции я мог лишь мечтать. Идеально. - Ах, но ты же не хочешь, чтобы я перестал, правда? - мурлыкнул я, лаская кончиками пальцев внутреннюю сторону его бедра. - Ты лучше послушаешь мой рассказ о том, как я буду целовать твою шею, поднимаясь вверх, пока не доберусь до того самого маленького чувствительного местечка у тебя за ухом, и пока не стану гладить большим пальцем вот здесь… Он дернулся всем телом, когда, следуя своим словам, я погладил большим пальцем его ширинку. И снова застонал - всего лишь тихий, отчаянный горловой звук - и я ответил ему мягким вздохом. Боже, вы не поверите, насколько он был уже возбужден, а мое возбуждение стало почти болезненным. - Если бы только мы сейчас были одни, я бы встал перед тобой на колени, - шептал я, прихватывая зубами его шею, - я бы дразнил тебя языком, доводя до дрожи, а потом взял бы тебя очень глубоко, и стонал бы с твоим членом в горле, пока ты не вцепился бы пальцами мне в волосы и не начал трахать меня в рот. - Твою мать, - прошипел он, пальцы его второй руки вцепились в подлокотник кресла так, что костяшки побелели. А мою вторую руку он сжал так сильно, что, клянусь, я чувствовал ладонью его пульс. - Тебе бы этого хотелось? - промурлыкал я. Не совсем уверен, о чем я конкретно из перечисленного я спрашивал, но это и не столь важно. - Боже, ты такой твердый, - прошептал я со стоном, смыкая пальцы на его возбужденном члене, - такой готовый для меня: для моего рта, моего члена, моей задницы. - Люциус, - он почти прохныкал, приподнимая свои стройные бедра над сиденьем и прижимаясь к моей руке. Дыхание стало неровным, и он ахнул, когда я скользнул рукой к его яйцам. Я высвободил руку из его хватки и, схватив его за запястье, прижал его ладонь себе между ног. - Ты чувствуешь, Северус? Ты чувствуешь, что ты со мной делаешь? - Охх, - выдохнул он, закрывая глаза и прикусывая зубами нижнюю губу. - Что ты хочешь от меня, Люциус? Я вздохнул, изумленный как его вопросом, так и действиями его пальцев, которые неожиданно стали дразнить и ласкать головку моего члена. - А что, если я хочу всего? - хрипло прошептал я. Опрометчиво, как опрометчиво. На секунду я решил, что он мне не ответит. Он замер, открыл глаза и тихо вздохнул. И как раз когда я собрался убрать руку от его ширинки и поправить свою собственную, он медленно повернулся ко мне. Этот чертов черный взгляд был таким пронзительным, что сердце, по-моему, заколотилось где-то в районе скул, но я бы все равно не смог отвести гл аза. Даже если бы захотел. - Тогда я бы попросил, чтобы ты встал, поправил одежду и ушел из зала, - тихо ответил он. Уверен, вы знаете, что Малфои с трудом воспринимают отказ, но вряд ли вы предугадали бы мою реакцию на его слова. Вместо того чтобы вспыхнуть от гнева, я вдруг почувствовал, как горло сдавило от удивительно горького разочарования. Я высвободил руку, поднялся и постарался как можно более равнодушно посмотреть на него прежде чем уйти. Я собирался пойти домой и там лелеять свою уязвленную гордость, но тут он схватил меня за руку, дернул меня на себя так, что наши лица едва соприкасались. - У тебя есть выбор, - прошептал он, - ты можешь выйти отсюда, аппарировать в Менор и вернуться к своим позолоченным столам и хрустальным лампам, а мы оба можем сделать вид, что этого маленького происшествия никогда не было. По спине у меня пробежала дрожь, и стоит ли говорить, что я чуть не всхлипнул как ребенок от скрытого подтекста его слов. - Или? - спросил я хриплым шепотом. Его глаза сверкнули, отражая голубое мерцание экрана, и он облизал нижнюю губу. Медленно. Намеренно. - Или ты можешь выйти отсюда, пройти в сад за этим зданием, расстегнуть штаны, встать лицом к стене, руки закинуть за голову и ждать меня так, - промурлыкал он, и на этот раз застонал я. Он наградил меня самодовольной ухмылкой и отпустил мою руку, откидываясь на спинку кресла и обращая свое внимание на экран. Видите? Я же говорил вам, что он занимательный. ***

redCat: Ну, на данный момент, думаю, вас уже не удивит, что я сделал в точности то, что мне было сказано - ждал его в саду, естественно, а не аппарировал в Менор. Можно было даже и не уточнять, верно? Да, без сомненья, ваши изворотливые мыслишки наверняка скакнули вперед? Ну, собственно, как и мой член. К тому моменту как я вышел в сад, на смену теплым сумеркам пришел ледяной вечер, и меня слегка трясло. Вообще-то вам решать, была ли это реакция на холод, или тот факт, что возбуждение мое стало почти болезненным. С другой стороны, когда я оказался в укромном уголке сада, прямо у задней стены кинотеатра и поспешно расстегнул брюки, то едва не застонал от облегчения, когда холодный вечерний воздух остудил мой напряженный, пылающий от притока крови член. Мурашки пробежали по рукам, когда я поднял их над головой и уперся в отштукатуренную стену, но если я скажу вам, что это было от холода, вы же не поверите, правда? Вам стоит знать, что я чувствовал тогда, стоя в саду с напряженными до спазма мышцами спины и членом, выставленным на всеобщее обозрение. Уверен, не нужно и пояснять, что это последнее место, где я мог представить себя, но вот так все и было, и никогда еще я не чувствовал себя таким уязвимым. Хочу напомнить вам, что Малфои абсолютно не склонны к подчинению, ни в каком смысле. Мы не показываем слабость, мы никогда не признаем поражение - даже когда наши лица втоптаны в грязь поля битвы или когда одежда разодраны в клочья, а мы истекаем кровью. Избивайте нас, заковывайте в кандалы, лишайте воды и еды, но мы будем лишь гневно сверкать глазами и посылать вас по матери до самого горького конца. Только так и поступают Малфои. Кроме тех случаев, видимо, когда мы влюблены. Был ли я тогда влюблен в него? Сложно сказать. Я знал его на тот момент лет двадцать, и больше половины этого периода он был моим лучшим другом. Конечно, я чувствовал сильную привязанность и симпатию к нему, гораздо большую, чем к кому-либо в нашем узком кругу соотечественников, да упокоятся они с миром, но был ли я влюблен в него? Сказать по правде, не уверен, что вообще когда-либо раньше задумывался об этом, и затрудняюсь сказать, как оно там было на тот момент. Но пока я стоял и дрожал там в ожидании, одно знал точно: был лишь один человек на свете, перед которым я мог вот так вот капитулировать и показать слабость. Нарцисса. Ой, да знаю, о чем вы думаете. Не надо. Я любил ее так сильно, как только может один человек любить другого, и она тоже любила меня. Любовь никогда не была проблемой. Наоборот, мы были так хороши в этом вопросе, я и она... И я бы сделал практически все, чтобы только увидеть, как она улыбается. Собственно поэтому я и отпустил ее. И вот почему я знал, что даже если не был влюблен в него на тот момент, я уже был готов к тому, чтобы он меня как следует оттрахал. И желательно не один раз. И вот я стоял, запутавшийся, погруженный в раздумья о горько-сладком прошлом и неясном будущем, и, кажется, даже перестал дышать на какое-то мгновенье, потому что когда я выдохнул "ну что ж, трахни меня", даже горло перехватило спазмом. - Всему свое время, - прозвучал легкий шепот позади, и я вздрогнул. Не думаю, что до момента, когда услышал его голос, я волновался, что он может не придти. Ну, скажу вам, мне потребовалось сжать всю силу воли в кулак, чтобы не повернуться и не повалить его прямо сразу на траву. Ожидание не просто грозило нарушить хрупкий баланс моей эмоциональной составляющей, а буквально сводило меня с ума от желания. О, нет, не потому, что я знал, что же он собирается со мной делать, нет. Как раз наоборот, потому что я НЕ знал. Меня крайне сложно застать врасплох, и обычно я ненавижу такие ситуации, но с ним все всегда по-другому, иначе. Северус всегда ломает мои правила игры, и каждый раз, когда я начинаю считать, что знаю его, могу прогнозировать его поступки, он делает что-то, что опровергает все, что я вообще раньше знал и о нем, и о себе. Так что, в конце концов, возможно, я и был немного влюблен в него уже тогда. - А что тут у нас такое, - промурлыкал он таким тоном, каким хозяин разговаривает с любимым питомцем. Вы, конечно, слышали все эти истории о голосе Северуса Снейпа, и скажу вам, каждая из них – правда. Этот шелковый баритон каким-то непостижимым образом отозвался прямо в моем невероятно твердом члене, и я выгнул спину, показывая себя, скажем так, во всей красе. Это вызвало смешок и легкий шлепок по моей заднице, что также могло быть и поцелуем... Я вздрогнул и вскрикнул. - А что ты будешь делать, интересно, - прошептал он, подныривая пальцами мне под рубашку сзади и дразня копчик прикосновениями, - если я опишу тебе в мельчайших подробностях все те бесстыжие вещи, которые хочу с тобой сделать? Я уже говорил, что с Северусом все - сплошное соревнование? Одна из его любимых игр - использовать мои собственные слова против меня же. - О, боже, - прорычал я, прижимаясь лбом к грубой штукатурке стены. - Знаешь, а я ведь всегда завидовал твоим волосам, - продолжил он, скользя одним пальцем вверх и вниз вдоль линии моего позвоночника. - Интересно, каково это - запустить в них пальцы, пока я буду трахать твой потрясающий рот. - Твою мать, - прошипел я. И верный своему слову, он запустил пальцы мне в волосы и резко дернул, запрокидывая мою голову назад. - О, да, какой у тебя грязный рот, - прошептал он мне на ухо. - А как скоро я смогу заставить тебя стонать для меня, интересно? - К черту, Северус, - выдохнул я, выгибая спину, желая еще прикосновений помимо его пальцев в волосах и губ ласкающих мою шею. - Что такое, Люциус, - мурлыкнул он, - тебе что-то не нравится? Пальцы другой руки скользнули по моей рубашке, расстегивая, и он прижал ладонь к моему лобку. Мой член дернулся вверх, требуя внимания, но он намеренно проигнорировал его прикосновение к тыльной стороне ладони. Вместо этого он провел рукой по моей груди, большим пальцем погладив сосок, и я охнул и снова выгнулся от этого прикосновения. - Да, - прошипел я, не могу точно сказать, отвечая на вопрос или выражая одобрение его действиям. - Ты уверен? - ухмыльнулся он, более настойчиво лаская мой сосок. - Думаю, тебе бы понравилось больше, если бы я привязал тебя к этой твоей дурацкой кровати с пологом, дразня твой член языком и трахая тебя пальцами, пока ты не станешь умолять о моем члене. Если бы только это был кто-то другой, уверяю вас, что я бы расхохотался и наложил на него Обливиате. Но Северус не "кто-то другой", и он никогда им не был, поэтому единственное, что я сделал, так это приподнял бедра с таким жаждущим стоном, что, честно говоря, мне даже неловко вам об этом рассказывать. - Какой нетерпеливый, - мягко увещевал меня он, сильно щипнув за сосок. А потом руки исчезли, освобождая мои волосы и оставляя приятное ощущение тепла там, где лежала его ладонь. И прежде чем я мог запротестовать, он сдернул с меня брюки. Они упали вниз, опутывая мои лодыжки. Я нетерпеливо отбросил их ногой в сторону, как-то не заботясь о том, что они могут испачкаться. -Ох, - я снова застонал и выгнулся, пытаясь прижаться к нему. - Держи руки на стене, - жестко приказал он и, поверьте, я ОЧЕНЬ рад, что никогда не стану одним из его студентов. Я и сейчас-то даже не могу смотреть, как он проверяет домашние задания, не возбуждаясь. - Если только ты хоть один палец оторвешь от стены, я остановлюсь. Я хотел спросить его, а из-за чего, собственно, меня должно волновать, что он остановится, но ответ пришел сам собой в виде чистого и нежного поцелуя в поясницу, когда он опустился позади меня на колени. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять к чему приведут эти ласки, и это было так чертовски хорошо, что я почти забыл собственное имя. Он дразнил языком у меня под коленками, и я с изумлением подумал, а как он узнал, что полизать меня там - значит просто свести с ума? Медленно он проложил языком дорожку наверх и куснул меня в местечко под ягодицей. Я зарычал, когда он прогнул меня, заставив нагнуться так, что я вынужден был руками упереться в стену гораздо ниже. Да, точно, решил я, это явно Легиллименция, которую я не заметил. Это единственное разумное объяснение тому, как он узнал, что меня можно буквально довести до грани просто покусывая меня - ох - да - ТАМ.... - Хорошо, - прошептал он, горячим дыханием лаская чувствительное место за моими яйцами, когда он раздвинул мне ягодицы. - Уммфф, - ответил я. У меня, в общем-то, уже глаза закатывались, и хорошо, потому что под веками стали плясать белые искры. Он снова засмеялся, и я ожидал, что он еще немного меня нежно подразнит, но помните, что я говорил вам про Северуса и его талант удивлять? Он припал ко мне ртом и его язык с силой проник в кольцо тугих мускулов, лаская быстрыми непрекращающимися толчками. Это было так влажно, так горячо, и так офигительно ХОРОШО, что я стал подмахивать и стонать как заправская шлюха. Неподобающее поведение для Малфоя, скажете вы? Ну, да, вот только кому из нас выпала привилегия быть оттраханым языком Северуса Снейпа? Мне предоставилась такая возможность. Этого было достаточно, чтобы я непреодолимо, по закручивающейся спирали стал приближаться к разрядке, но он видимо заметил это, - наверное, по тому, как я стал насаживаться на его язык, - и сжал мои яйца. - Еб твою мать, - выматерился я, безуспешно пытаясь сбросить его руку. - Еще рано, - шептал он между толчками языка, сводя меня с ума. - Северус, - захныкал я, используя стену как упор, чтобы посильнее толкнуться ему навстречу. Он снова засмеялся – низким, чарующим, соблазнительным смехом, который пробрал меня насквозь и вызвал пышущий жар внизу живота. А когда он заговорил тихим шепотом, его голос был полон того же желания, что текло в моих венах. - Я хочу трахнуть тебя. Помните, я говорил вам о том, что Малфои никогда не признают поражение? Забудьте. - Пожалуйста, - выдохнул я, слишком очумев, чтобы беспокоиться об отчаянии в голосе. - Северус, ПОЖАЛУЙСТА, все что угодно, только дай мне кончить. - О, ты кончишь, - пообещал он, низко мурлыкнув, а потом его пальцы оказались на моих плечах, притягивая к себе. Он уже высвободил свой член и, уверен, вы посчитаете меня еще более ненормальным, когда я скажу вам, что было так ПРАВИЛЬНО ощущать его, такой твердый и длинный, между ягодиц и чувствовать, как сочится смазка на мой копчик. Но это действительно было так. В сущности, надо сказать, что ничего никогда не было настолько правильно в моей жизни. - Северус, - прошептал я, часто и тяжело дыша, и приподнимая бедра ему навстречу, - я хочу тебя. Он склонился ко мне и отвел волосы со спины. Поцелуи, которыми он стал покрывать мои шею и плечи, мне нравились даже больше, чем пальцы, нежно выписывающие круги на моих бедрах. Ну и, поскольку мы с вами откровенны друг с другом, скажу, что это вообще было самое лучшее из всего, что он на тот момент уже сделал. - Ты раньше это делал? - прошептал он. Он не имел в виду секс вообще, конечно же. Думаю, Драко - это живое подтверждение того, что я как минимум не девственник. А что же он имел в виду? Думаю, вы и сами догадаетесь. Догадался и я. И отрицательно покачал головой. ****** Продолжение следует.

valley: redCat Очаровательная история! И очень хочется продолжения.

redCat: valley Спасибо большое! Я постараюсь не затягивать с переводом, тем более, что это короткий фик, осталось совсем немного... Это просто зарисовка о том, как все начиналось... Мне он тоже понравился.

Рамира: redCat, redCat пишет: постараюсь не затягивать с переводом Постарайтесь, плиз! А то мне очень нравится ( ) и дальше очень хочется ( )!

Algine: Забавный фик , жаль только, что продолжения пока нет (

redCat: - Иди ко мне, - прошептал он, пробегая сильными ладонями по предплечьям и переплетая пальцы с моими. И завел мои руки за голову, поскольку я выпрямился и потянул их, чтобы обхватить его за шею. Он позволил и прижался ко мне грудью, да и всем телом сзади. Вот глядя на него и не скажешь, но его губы такие мягкие и теплые. И проложили дорожку из поцелуев вниз по горлу прямо к плечу. Тонкие пальцы приласкали пульсирующие венки на запястьях, погладили острые выступы локтей и скользнули вниз по бедрам, устраиваясь на моей талии. - Ты выводишь из себя, - выдохнул он. И это была самая замечательная вещь, что я когда-либо слышал. - Я хочу тебя, - прошептал я, открывая глаза и разглядывая траву у нас под ногами и его руки собственически устроившиеся на моих бедрах. Я извернулся в его руках, чтобы посмотреть на него и, боже правый, вы бы видели его глаза. После того первого поцелуя с Нарциссой, я больше никогда не видел такого желания в чьих-то глазах. Ну, как мы оказались на траве, я думаю вы уже итак догадались. И вот лежу я на мягкой траве и теплое тело прижимается ко мне. Честно говоря у меня от возбуждения даже голова кружилась, а возможно она кружилась из-за этих его глубоких поцелуев по моему горлу. Я откинул голову назад, пальцы запустил в черные шелковые волосы и застонал, когда его зубы прикусили мое плечо. - Я тебя хочу, - снова выдохнул я, пытаясь передать свое желание и нетерпение, когда прижался к нему бедрами. Это даже где-то было шоком - ощутить, как его член прижимается к моему. И так же как ощущение его члена у моей задницы, это тоже было абсолютно правильным. Он издал какой-то низкий звук у моего горла и двинулся между моих бедер так, пока его головка не уперлась в мой вход. Если бы я не знал его лучше, я бы подумал, что он как бы спрашивает разрешения. И возможно так оно и было, но я никогда не оскорблял его высказывая это предположение вслух. - Я готов, - уверил его я жарким шепотом. Конечно, я этого никогда раньше не делал - о, да не смотрите вы так удивленно, это отнюдь не лестно - но я искренне верил, что если он заставит меня ждать еще, я точно умру. Это было больно. Это жгло и это была непрекращающаяся боль, как-будто меня разрывали на миллион маленьких кусочков - и если смерть также охренительно хороша, то нет ничего из-за чего мне вообще стоило бы жить. * - Как ты? - прошептал он, не войдя еще и больше чем на пару сантиметров. - Твою мать, Северус, - прорычал я сквозь сжатые зубы, - и когда ты превратился в дерьмового гриффиндорца? Заткнись и трахни меня. Это такая странная штука, как Северус может одновременно рычать и смеяться, но он таки это сделал и слегка отодвинулся, а потом резко и сильно вошел. Боже, это было так больно, но головка члена скользнула по чему-то такому, что заставило меня закричать и выгнуться ему навстречу. Он снова замер и я лаская вцепился ему в плечи ногтями. - Ты сейчас сделаешь это снова, - выдохнул я, - или еще до конца этой ночи я прокляну тебя непростительными раз тринадцать как минимум. А сейчас двигайся. Слава богу, он подчинился немедленно, и я обвил его ногами за талию, чтобы опираясь на него еще сильнее встречать его толчки. Его руки были повсюду, сжимали мои бедра, гладили лицо, нежно ласкали соски. Когда его пальцы скользнули по щеке рядом с моими губами, я повернулся и втянул их в рот, лаская языком, прихватывая зубами фаланги. Он посмотрел на меня, наблюдая из под темных ресниц, глаза были просто дикими от желания, выдавая безрассудство и неистовство, которое я всегда чувствовал за этой спокойной маской. И именно такого я и хотел его, именно такой он был мне нужен, когда защитные покровы сброшенны и каждый мускул его тела напряжен, забыв о вечном контроле. И я так хотел его. Мне так нужен был Северус, а еще никто никогда до этого мне не нужен был в жизни. Вы понимаете, что я имел ввиду, когда сказал, что наконец-то уяснил для себя то, о чем вы наверное давно догадались? - Черт, Люциус, - прорычал он, запуская пальцы мне в волосы, - никогда не представлял себе, что это будет ТАК. Сейчас, оглядываясь назад, я вобщем-то удивлен, что когда каждый нерв моего тела вибрировал от отчаянного, неконтролируемого желания, я все-таки понял, ЧТО это было за признание. Я охнул и он, высвободив пальцы из моего рта, погладил меня по щеке. - Ты представлял, - простонал я, но он заглушил вопрос поцелуем. Я уже говорил вам, какие мягкие у него губы и это так. Но что я действительно хочу вам сказать, так это, какими настойчивыми они могут быть, как они могут осудить меня на вечные муки и разбить меня на тысячи осколков одним лишь прикосновением. Наверняка, слушая о поцелуях, от которых перехватывает дыхание, вы лишь усмехались и считали, что такие вещи существуют только в случайных строчках любовной песенки какого-нибудь чудаковатого автора. Но они есть. О, поверьте мне, скажу вам как человек с разбитой, искалеченной, но вновь обретшей спасение душой: один поцелуй может изменить все. Этот момент, глубокий и сильный, когда моя вселенная сошла со своей оси, настал, когда он чуть откинулся назад и прошептал "да". Я не чувствовал, чтобы меня так любили с того момента, как Нарцисса поцеловала меня на прощание. Думаю, вы ожидали, что это продлится дольше. По правде сказать, я тоже. Но как это могло быть дольше, когда он был настолько глубоко во мне, что я чувствовал его в своих венах, а его голос нашептывал у моих губ такие прекрасные слова? С отчаянным вскриком я кончил, экстаз хлестал из меня жидким пламенем на живот и ему в рот, когда он целовал меня, как будто мог почувствовать на вкус мою сумасшедшую эйфорию - а возможно и мог, потому что он тоже кончал, выплескиваясь в такт с моим бешенным сердцебиением, издавая стоны в мои губы и толкаясь в меня так глубоко, словно пытаясь разорвать меня на части. И это продолжалось еще и еще... Напряженные, дрожащие мускулы, губы, старающиеся не отрываться друг от друга, даже когда мы пытались вдохнуть, и он, стонущий "Люциус, Люциус, Люциус", когда на нас накатывала волна за волной, утаскивая нас в штормящее море этой вновь найденной страсти, выдирая крики из наших глоток, которые отдавались эхом в темном итальянском небе. - Люциус, - выдохнул он, кончив. Гладкие бледные руки и ноги, взъерошенные черные волосы, горящие губы и ... СЕВЕРУС. - Северус, - прошептал я, крепко обнимая его руками за шею. Теперь вы понимаете, что я имел ввиду, когда сказал, что это рассказ совсем не о трахе? Он отстранился и откатился набок, притягивая меня к себе и устраивая мою голову у себя на плече. Я мог слышать его сердцебиение через тонкую ткань рубашки и с улыбкой прижал ухо к его груди. - Что ты делаешь? - небрежно прошептал он, отводя прядь волос с моей щеки. - Думаю о твоем члене, - солгал я, озорно усмехаясь ближайшей бугинвиллии.* Он заворчал, но я чувствовал, что его грудь напряглась от сдерживаемого смеха. - Ну, и какую дьявольщину ты планируешь для нас теперь? - спросил он этим своим сухим тоном, который всегда использует, когда хочет спросить что-то другое, но ему кажется, что это раскроет слишком многое. К несчастью для Северуса, думаю, мы оба знали, о чем он на самом деле спрашивал, правда? - Я думал, мы останемся тут на ночь и завтра побродим по Колизею, - ответил я, забрасывая на него ногу и прижимаясь ближе. Теперь, когда наши движения прекратились, я осознал, что похолодало и тонкая рубашка на мне, - единственное, вообще-то, что на мне было, - вряд ли меня согреет. - В саду? - недоверчиво спросил он, поднимая голову, чтобы посмотреть на меня. - Конечно не в САДУ, - запыхтел я, а на губах заиграла ухмылка. Он несносный, правда. Совершенно. Он фыркнул и уронил голову обратно на траву. Я свернулся у него под боком, звуками выражая свое одобрение, когда он стал пропускать мои волосы через пальцы, от самой кожи и до кончиков. Ему нравится говорить мне, что я похож на огромного кота, и что на самом деле я просто обожаю, когда меня гладят, балуют и ласкают. К счастью, он не говорит это при всех. - Люциус? - тихо позвал он. - Умм? - мурлыкнул я, закрывая глаза, когда его пальцы стали нежно массировать кожу головы. - И какую часть из этого маленького представления твой замечательный ум запланировал заранее? - спросил он с показным равнодушием. А в действительности он спрашивал: для тебя это всего лишь игра, и теперь, когда ты выиграл, ты потеряешь интерес? Нужно ли напоминать вам, что с Северусом все превращается в соревнование? Из-за этого у него есть привычка подозревать всех и во всем. Это не было игрой, естественно, но если бы и было, то выиграл-то он, и собственно именно это я и понял окончательно, когда осознал, насколько он мне нужен. - Конечно все целиком, - ответил я таким тоном, который всегда заставляет его закатывать глаза. И на этот раз он меня не разочаровал. - Почему Рим? - поинтересовался он, опираясь на один локоть и глядя на меня сверху вниз. По большому счету это не произвело должного эффекта - как-то не очень угрожающе можно выглядеть, когда немолодой мужчина лежит в саду с расстегнутыми штанами и членом вытащенным на всеобщее обозрение. - Ну, - ответил я своим самым высокомерным тоном, - древние римляне словились своими оргиями. Он застонал и рухнул обратно на траву. - И ты же знаешь, что говорят, - продолжил я с невероятным энтузиазмом, - когда находишься в Риме... * - О, ради Мерлина, Люциус, - прорычал он, но я опять почувствовал, как напряглась его грудь, и пощекотал его бок. Только не говорите ему, что я вам рассказал, но он ужасно боится щекотки, особенно в районе бедер. Это сработало. Он расхохотался, затем немедленно нахмурился. Я в ответ мрачно посмотрел на него. Это тоже сработало, и он перекатился на меня и прижал к траве с раздраженным вздохом. Отсмеявшись, Я посмотрел на него, и он с усмешкой встретил мой взгляд. - Ты совершенно несносный, - прошептал он. - Ну да, но не будешь ли ты сильно возражать, если я буду несносным в теплом номере отеля, желательно с огромной ванной и круглосуточным обслуживанием? - высокомерно заявил я. - И хочу довести до твоего сведения, что если я заболею, потому что ТЕБЯ посетила умная мысль, вытащить меня на дикую природу для быстрого траха, то ты лично будешь виноват. Он закатил глаза. - Мы в саду позади кинотеатра, Люциус, - сказал он с тяжелым страдальческим вздохом, - я бы с большой натяжкой назвал это дикой природой. - Ну, почти, - ответил я, неопределенно взмахнув рукой. Затем стал выбираться из-под него, чтобы найти свои штаны, но он схватил меня за запястье. Буду честен. Я считал, что видел выражения всех эмоций, на которые способен Северус Снейп: отвращение, презрение, гнев, скука, легкая заинтересованность, желание. Поэтому вы можете представить себе мое потрясение, когда я увидел то, о чем мы уже с вами знаем, сияющим в этих черных глазах. Сердце пропустило удар, еще один, и он отпустил мою руку, покачал головой и прошептал: - Давай одевайся, невозможное создание. Я видел это, и, надеюсь, вы тоже. Мы никогда не говорим об этом. Возможно, никогда и не будем. Глубокомысленные признания и цветистые фразы лучше оставить сумасшедшим поэтам, а не двум одиноким немолодым мужчинам, в чьих волосах уже появилась седина, и которые, вопреки всему, смогли как-то пережить жесточайшую из войн и после найти друг друга. Но это и не страшно. В конце концов, у нас хорошо получается, у него и у меня. *** Видите? Я же говорил вам, что оно того стоило. *** КОНЕЦ. Сноски: 1. Весна. Вечереет. - прямая цитата из К.Воннегут. Фарс, или Долой одиночество. 2. марсаль - сорт вина, говядина в марсале или "под марсалем" - изысканное блюдо европейской кухни. 3. Это было больно. Это жгло и это была непрекращающаяся боль, как-будто меня разрывали на миллион маленьких кусочков - и если смерть также охренительно хороша, то нет ничего из-за чего мне вообще стоило бы жить. - прямая цитата из 9 главы фика I Wager. Автор Draco Malfoy. 4. бугинвиллия - растение. 5. Когда находишься в Риме... - начало пословицы "Когда находишься в Риме, веди себя как римляне" (русск. аналог "в чужой монастырь...")

redCat: И еще... Замечательный и талантливый potion master сделал к этому фику великолепный коллаж, за что ему большое спасибо.

Algine: redCat Спасибо большое за перевод, отличный фик, отличный пейринг.

Lady Milford: Честно пыталась прочитать фик, но дело застопорилось уже в самом начале. Конечно, смешно предъявлять переводчику претензии по поводу сюжета и ООС характеров (даже как-то не хочется знать, чем вдохновлялся автор), однако и сам перевод оставляет желать лучшего. Местами нерусские конструкции, грамматические и пунктуационные ошибки – фик так и просится на доработку. и после найти друг-друга. «Друг друга» пишется без тире. Вы ожидали услышать надменный бред от Люциуса Малфоя Ублюдка, Правой Руки Тьмы, Постоянного Героя Ночных Кошмаров Всех Детей Повсюду, не так ли? После «Люциуса Малфоя» нужно поставить запятую, точку или тире. «Всех Детей Повсюду» звучит по крайней мере странно. Либо надо убрать «повсюду», либо как минимум изменить это слово на «отовсюду». Предпочтительнее первое. у них и не было иного выбора и пути, а лишь прийти к той силе, которую и давал их союз". «А лишь» звучит совершенно не по-русски. «Кроме как» подходит лучше. А сейчас, давайте продолжим Запятая не нужна. Я уже вышел из Азкабана почти как год «Я уже почти как год вышел из Азкабана.» Драко жил с Панси и Блейзом, и советую вам по собственному опыту особо не задумываться над природой этих отношений, поскольку ничего кроме головной боли это не принесет. «...и по собственному опыту советую...» После «ничего» должна стоять запятая. Никто вобщем-то не жаловался «В общем-то» пишется раздельно. или что три раза в неделю на ужин только вино и шоколад. Пропущен глагол. Как вы уже видимо поняли «Видимо» обособляется запятыми. хотя, я уверен, что мало кто поспорит с тем, что в течении многих лет я это как-то не показывал. Первое «что» лишнее, тем более, что Вы употребляете его в предложении дважды. И «этого» звучит лучше, чем «это». Как может этот резкий, ожесточенный, беспощадный, абсолютный ублюдок, ходячая угроза быть занимательным? После «угрозы» нужна запятая. очередную новеллу Дикенса Чарльз Диккенс. по-крайней мере А вот здесь тире не нужно. - Выражение твого лица стоит любого проклятья, которое ты собирался на меня наложить, - сказал я, нарочито расстягивая слова, что обычно сбивало с него спесь, - кроме того, ты сам виноват, что каждый раз на это покупаешься. В данном случае прямая речь не является единым предложением, поэтому после авторского текста нужно поставить точку и начать текст Люциуса с заглавной буквы. Сделав это заявление, я медленно и серьезно кивнул прикрывая глаза После «кивнул» должна стоять запятая.

KolaGerasimov: Это произведение по спектру эмоций, чувствительности, точности ощущений - просто что-то. Мне очень понравилось, да - ООС, да - с некоторыми из найденных ошибок я согласна ;), но когда читала воспринималось естественно, уместно и т.п. Lady Milford может быть это просто _особенности_ , авторский стиль, так сказать, а не ошибки.

Lady Milford: KolaGerasimov *хмыкнула* Авторский стиль в переводе? Ну-ну.

KolaGerasimov: Lady Milford , а все же в переводе есть стиль автора. Может вам не понравится мое сравнение(заранее извиняюсь перед всеми, что трогаю Шекспира), но вот перевод Пастернака существенно отличается от перевода Михаловского. Ромео и Джульетта. Две знатные фамилии, равно Почтенные, в Вероне обитали, Но ненависть терзала их давно, - Всегда они друг с другом враждовали. и Две равно уважаемых семьи В Вероне, где встречают нас событья, Ведут междоусобные бои И не хотят унять кровопролитья. А ведь это стихи, в прозе переводчику еще свободнее...

Lady Milford: KolaGerasimov Давайте есть мух отдельно, а котлеты - отдельно. Есть авторский стиль, а есть безграмотность. Есть правильное построение предложений, в соответствии с правилами русского языка, а есть огрехи при переводе. Последние свидетельствуют о том, что, во-первых, переводчик их не видит, а во-вторых, что переводчик не постарался найти редактора, который эти огрехи бы устранил. В результате это просто неуважение к читателю. И Пастернак тут ни при чем.

KolaGerasimov: Lady Milford, ну что ж... каждому свое, тут вы правы. По мне, так если бы автор желал выразить свое неуважение к читателю, он сделал бы это более явно. Но спорить, я думаю, не будем - делить нам нечего. Надеюсь, вы мне простите еще одно последнее замечание, по поводу ошибок которые вы нашли: Вы ожидали услышать надменный бред от Люциуса Малфоя Ублюдка, Правой Руки Тьмы, Постоянного Героя Ночных Кошмаров Всех Детей Повсюду, не так ли? "Всех Детей Повсюду" - на мой взгляд, очень удачно передает идею автора. Заменить это словом "Отовсюду" еще можно, но выбросить совсем... может звучать будет и лучше, и правильнее... Теряется смысл.

Lady Milford: KolaGerasimov Не путайте неуважение автора и переводчика. Это раз. И не путайте осознанное неуважение с неосознанным. Это два. KolaGerasimov пишет: "Всех Детей Повсюду" - на мой взгляд, очень удачно передает идею автора. Заменить это словом "Отовсюду" еще можно, но выбросить совсем... может звучать будет и лучше, и правильнее... Теряется смысл. "Все дети" уже подразумевают "детей повсюду". А перевод, тем более, литературный, - это всегда компромисс между тем, что правильно, и дословным переводом. В общем, тут надо использовать либо "все", либо "повсюду", при этом первый вариант несомненно лучше звучит.

KolaGerasimov: "Все дети" уже подразумевают "детей повсюду". ... хм, Lady Milford, я имела ввиду немножко другое, неверно выразилась, теряются (честно говоря не знаю как сказать ) ну, эмоции что ли, эмоциональная составляющая. Тут идет попытка привлечь внимание к этим самым "все", усиление, так сказать. Не знаю, мне это слово - как приправа к блюду, оно придает вкус. Я не автор и уж тем более не переводчик этого произведения, утверждать, что именно они хотели передать не могу. Хотелось бы услышать мнение кого-нибудь из перечисленных. //докажите что слово нужно ;)

Sectumsempra: redCat Пусть они и дальше (см. выше) выясняют отношения)) Конечно, отбетить бы надо было. Конечно ООС, конечно "про трах", что бы там автор ни говорил. Но мило, местами очень. Кроме одного момента, но он на совести автора, а не переводчика.

redCat: Sectumsempra Спасибо! А вы не скажите, какой момент вас царапнул (я так понимаю в отрицательном смысле) ? У меня так было с другим фиком этого же автора: все было невероятно мило, но один единственный момент покоробил настолько, что совершенно расхотелось переводить... Еще раз спасибо за отзыв.



полная версия страницы