Форум » Библиотека-3 » "After Dark", макси, СС/нжп, R, AU, romance. 30 глава от 6 марта » Ответить

"After Dark", макси, СС/нжп, R, AU, romance. 30 глава от 6 марта

Sad: Название: After Dark (После наступления темноты) Автор: Sad Бета: RedWitch Рейтинг: R Пейринг: СС/нжп Жанр: Romance Дисклаймер: Всё роулингово, нжп и нмп - мои. Саммари: Шестой год для Гарри Поттера в Хогвартсе. В школу приезжает новая преподавательница по ЗОТИ и внушает Снейпу нехорошие подозрения. Дамблдор решает обратиться за помощью в борьбе против Вольдеморта к вампирам. Комментарии: Осторожно!: фик с Мери Сью. Предупреждение: намеки на слеш. Кто не спрятался, я не виноват. Отношение к критике: рада обоснованной и детальной критике. Размещение в архивах: с разрешения автора Пролог + Главы 1-19 тут. :)

Ответов - 147, стр: 1 2 3 4 5 All

Sad: Так продолжалось довольно долго. Юрки, кажется, не собирался причинять вред Гарри или его родственникам. Он просто тешил своё тщеславие, упиваясь страхом магглов и ощущением своей власти над ними. Когда через полчаса Юрки встал с диванчика и пошёл в кабину, Гарри испытал огромное облегчение. У гриффиндорца затекло и замерзло плечо, которым он был прижат к вампиру, когда тот сидел с ним рядом. Волшебник принялся растирать отнявшуюся руку, когда вдруг заметил, что все его родственники сидели в каких-то странно расслабленных позах, бессильно откинув головы, и были, кажется, без сознания… Неужели Юрки всё-таки?.. Гарри в ужасе бросился к ним, но Юска остановил его, на мгновение отвлёкшись от журнала, который читал: – Не волнуйся. Они просто спят и видят сладкие сны. ***** Гарри был благополучно доставлен на Гриммаулд Плейс, а Дурслей временно поместили в больницу Святого Мунга. Гриффиндорец разыскал Дамблдора, чтобы узнать, что же всё-таки произошло. Директор сообщил мальчику, что вампиры слишком поздно узнали о готовящейся операции, но, к счастью, всё обошлось. Автобус действительно принадлежал Питеру и его группе, и они ехали на какой-то фестиваль, когда поступил сигнал тревоги. Питер развернул автобус и погнал со всей возможной скоростью в Англию. Гарри боялся спросить, осталось ли хоть что-то от дома, где прошло его нелегкое детство. Дамблдор предупредил его вопрос и сказал, что Упивающиеся Смертью изменили обычаю оставлять после себя дымящиеся руины. – Вместо того чтобы уничтожить дом, как, я уверен, они сделали бы раньше, Упивающиеся убедились, что там никого нет, и ушли, оставив всё, как есть. Видимо, они решили затаиться и не предпринимать широкомасштабных операций. Может быть, они рассчитывали, что им удастся… совершить задуманное и тихо уйти незамеченными, хотя это не в их духе. Не понимаю, что заставило их сменить тактику. ***** Разбирая свои вещи в доме на Гриммаулд Плейс, Гарри наткнулся на альбом, который подарил ему на день рожденья Юска, и порадовался, что не забыл взять его с собой в этой суматохе. Волшебник переложил рисунки в отдельную папку и спрятал под подушку. Не дай Мерлин, чтобы на альбом наткнулись близнецы Уизли.

djbetman: каюсь, долгое время не читала этот фик, как-то руки не доходили но сейчас прочла заново и полностью и поняла: люблю я его когда я смогу насладиться им вновь?

DashAngel: А я уже на Астрономической Башне отметилась)) Но и тут признаюсь в любви к Юске И к фику вообще.

Sad: djbetman Спасибо "Смахивает слезу умиления*. Сможете, обещаю, что сможете :)) DashAngel Спсб. Юску я тоже очень люблю

djbetman: Sad

djbetman: Подняли

Sad: djbetman Спасибо:) Фиг с ней, пусть тонет. Я все равно уезжаю...

djbetman: Sad как? надолго?

Sad: До сентября. Обещаю привезти с собой... продолжение.

DashAngel: Sad, давай... Отдохни хорошо *твой Снейп - настоящий Снейп*

Sad: Поднимем...

djbetman: Sad пишет: Поднимем... что значит, поднимаем?? )) а вместе с текстом? всмысле с продолжением)) сентябрь-то ужо кончается))

djbetman: *тащит* ну поднимася же, поднимайся! Sad

Sad: djbetman Прошу прощения за задержку и фальшстарт :)

Sad: Глава 23-. Наверное, мало что могло так разозлить Снейпа, как этот чертов альбом. Он не допускал и мысли, что мальчишка мог нарисовать это сам. Скорее всего, это дело рук кого-то из вампиров. Будь они прокляты! Снейп еле удержался от того, чтобы начать задавать интересующие его вопросы прямо на уроке перед всем классом. А, наверное, стоило. Хотел бы он посмотреть на лицо Поттера, который будет пытаться объяснить, как у него оказалось порнографическое изображение его бывшей преподавательницы, и почему он так бережно хранит его в аккуратной папочке. Слизеринцы наверняка бы оценили эту сцену... Пожалуй, это был один случай из двух за всю осень и начало зимы, который чуть было не выбил зельевара из колеи. Второй инцидент – это статья, появившаяся вскоре после бесследного исчезновения Виитало. Прочитав «Ежедневный пророк», Снейп сделал правильный вывод, что память к мистеру Малфою всё-таки вернулась: в статье подробно рассказывалась история Виитало, её отца-вампира («Как такому существу позволили учить наших детей?!»), Валентина Рамбуйе и так далее. Репортёры выбрали все самое грязное и отвратительное, что было в биографии Виитало (благо было из чего выбирать), довели до абсурда и родили этот сомнительный «шедевр» журналистского искусства. Впрочем, сложившееся о Виитало мнение Снейпа мало что могло поколебать. Уж точно не эта статья. Но, тем не менее, ему было чертовски неприятно всё это читать. Он колебался между злорадством, что женщина, которая так с ним поступила, наказана, и отвращением к грязным играм, которых не чурался Малфой. Хотя, да, если Люциус пытался добиться того, чтобы Виитало не могла появиться в Магическом мире, то он своей цели, безусловно, достиг... Ну, и что дальше? Разве Виитало представляла для кого-то реальную угрозу? Всё это очень напоминало маленькую гадкую месть отвергнутого мужчины. В остальном жизнь зельевара проходила спокойно и размеренно... Спокойно и размеренно: от одной дозы наркотического зелья до другой... Уже через три месяца приёма этого «лекарства» Снейпа стал замечать, что отсрочка в несколько часов становится хуже смерти. Потом речь стала идти уже о минутах, потребность росла, приёмы постепенно учащались. Ощущение зависимости было непереносимым. Впервые в жизни Снейп осознал, что богатый внутренний мир начинает доставлять ему неприятности. Становилось всё сложнее освобождаться от кошмаров и грез, наплывающих при приёме наркотиков. Он понимал, что долго так не протянет. Зельевар был далёк от того, чтобы ревниво обвинять Дамблдора в безразличии к своей персоне. Снейп как шпион свою роль выполнил. Он взрослый человек и может сам позаботиться о себе. Почему же ему иногда так по-детски хотелось, чтобы старый волшебник хоть как-то показал, что не забыл о его существовании?.. Дамблдору было не до Снейпа. Всё время директора Хогвартса было занято координированием действий вампиров, авроров и Министерства. Обстановка накалялась, разведка работала вовсю, пытаясь предугадать направление основного удара Темного Лорда, который должен был рано или поздно состояться. Всего полгода назад этот вопрос волновал бы Снейпа больше всего. Зельевар готовил бы аналитические выкладки и всеми силами старался помочь. Но теперь ему всё было, по сути, безразлично. Его мир сузился до размеров классной комнаты, школьных коридоров и Большого Зала. Он забросил даже алхимические эксперименты и не заходил в свою лабораторию с октября. Сталкиваясь в школьном коридоре в Юрки, Юской или кем-то из вампиров (и это посреди учебного дня!), он спокойно проходил мимо, не интересуясь ничем, кроме собственной маленькой, жалкой жизни. ***** – Северус, ты слышишь меня? Снейп вздрогнул и поднял глаза на Дамблдора, который с беспокойством смотрел на него со своего места за директорским столом. Зельевар не слышал. Оставался только час до принятия лекарства, и ему было совершенно не до чего. – Может быть, ты хочешь прогуляться в Лондон с Юской и Слэем? – терпеливо повторил старый волшебник. – Им надо достать кое-какую информацию, заодно они могли бы захватить и тебя. Тебе было бы неплохо проветриться... Снейп перевёл затравленный взгляд на двух вампиров, которые только что отчитались перед Дамблдором о проделанной работе. Юска бесхитростно улыбнулся ему с самым дружелюбным видом. Да, тут проще согласиться, чем объяснить, что тебе не хочется. – Хорошо. Когда именно? Они назвали время, и Снейп ушёл из директорского кабинета в полной уверенности, что они специально подгадали время так, чтобы он, зельевар, успел прийти в себя после очередной дозы и не смог отказаться от прогулки, ссылаясь на нездоровье. ***** – Ура, свобода! – заорал Юска, раскинув руки в сторону. Снейп шарахнулся от него, стараясь держаться поближе к Слэю – вампиру с красно-черными волосами, который, слава Мерлину, еще не предпринимал попыток убить зельевара в отличие от Юски. Трое шагали от Хогвартса по направлению к Хогсмиду, чтобы оттуда с помощью волшебного пороха переместиться в Лондон. – Ты неважно выглядишь, – заметил Слэй. Волшебник фыркнул в ответ. Его раздражало, что вампиры относились к нему по-дружески и постоянно пытались расшевелить. Слэй сообразил, что зельевар не настроен общаться, и отстал, пожав плечами. Снейп угрюмо смотрел под ноги, молча удивляясь, как это снег успел выпасть, а он этого не заметил. Была середина декабря... Близилось Рождество. Неужели этот кошмар с вампирами продолжается уже целый год?.. Они перенеслись в Лондон и пошли по улицам города. Снейп начал уже было сомневаться, что их путешествие имело определенную цель, возможно, Дамблдор просто хотел вытащить зельевара из замка под любым предлогом. По крайней мере, по траектории их движения невозможно было ничего сказать о цели прогулки. Вампиры кидались снегом, подкалывали друг друга и хохотали во всё горло, вызывая раздражённые взгляды со стороны магглов-прохожих и своего вынужденного спутника – волшебника. Снейп шёл чуть в стороне от шумной парочки, демонстрируя, что он не с ними. Даже если бы он захотел поучаствовать в их, разумеется, чрезвычайно содержательной беседе, он не смог бы этого сделать, поскольку вампиры говорили между собой по-фински. У них просто отвратительные манеры... Ничего не оставалось, кроме как прекратить обращать на них внимание. Мысли зельевара неслись по привычному замкнутому кругу «Темный Лорд – метка – наркотики – конец света», и он почти не смотрел под ноги и по сторонам. После часа бесцельного блуждания по улицам Снейп очнулся от мрачных размышлений и решил, что мог бы провести это время с большей пользой у себя в кабинете. Он начал терять терпение и, наконец, спросил, куда их несёт. Те соизволили отвлечься от возни со снегом и ответили, что они почти пришли. Снейп смерил своих спутников пронзительным взглядом. Вампиры, кажется, совсем не понимали, что, резвясь на морозе, выдают себя с головой: несмотря на холод, лица вампиров оставались мраморно-белыми, а при дыхании пара изо рта почти не вырывалось. Зельевар не замедлил поделиться своим наблюдением и поинтересовался, не позвать ли ему самому полицию, раз уж оборачивающиеся им вслед прохожие почему-то не решаются этого сделать. – Не беспокойся, старик, – махнул рукой Слэй. – Люди готовы найти объяснение самому невероятному, лишь бы не признавать существование того, что выходило бы за рамки их узкого взгляда на жизнь. Вампир говорил, не понижая голоса, но, к счастью, вокруг никого не было. Они стояли в узком пустынном переулке напротив витрины магазина. Снейп не выдержал, обозвал их идиотами и подробно развил свою мысль, не стесняясь в выражениях. Вампиры смутились и приуныли, а зельевар немного удивился, что его мнение для них что-то значит. Пристыженный Юска достал из кармана бумажку и стал разбирать адрес, написанный его собственным совершенно не читаемым почерком: – Сейчас я посмотрю, у меня записано, куда нам надо... Снейп выдохнул клуб пара, стараясь отдышаться после гневного монолога, и поправил растрепавшиеся волосы. Рука наткнулась на холод инея в прядях волос, обрамляющих лицо. Зельевар постарался убрать иней рукой и взглянул на своё отражение в витрине. По всем законам физики – или какая там маггловская наука этим занимается – он должен был отражаться в стекле, но Снейп внезапно понял, что смотрит на безупречно гладкое черное стекло, в котором совершенно ничего не отражалось. Совершенно ничего, словно это было окно в пустоту. – Кажется, мы пришли, – странно медленно произнес Юска, – но нам надо было... Черт возьми! – в его голосе прозвучал ужас. В тот же миг витрина лопнула с оглушительным звоном. Изнутри выскочило несколько человек в черных мантиях с палочками наперевес. Ни на ком не было знакомых серебряных масок, но и без этого Снейп ничуть не сомневался, что они явились прямо к главному входу в конспиративную квартиру его бывших коллег по Темному Ордену. Юску отбросило синим лучом заклинания к дому на противоположной стороне улицы и сильно ударило о стену. Слэй увернулся от брошенного в него флакона с взрывчатым веществом. Но это их не спасло, взрыв всё равно прогремел, сметя в переулке все стекла. Снейп узнал взрывчатое зелье собственного производства: его щит еле выстоял. Зельевар увернулся от одного заклинания, отбил следующее в противника, но их уже окружили, явно собираясь брать живыми. Снейп впервые доверился вампирам и должен был, похоже, поплатиться за это жизнью: для него плен был хуже смерти, и сдаваться он не собирался. Ему чертовски давно не приходилось сражаться на дуэли. Куда исчезли его превосходные дуэльные навыки? Очевидно, растворились в совершенно невинном на вид и вкус зелье, которое он принимал строго по часам... ...Следующим взрывом Снейпа подбросило в воздух и ударило о щит нападавших, потом он упал к чьим-то ногам. Над его головой уже была занесена палочка, и заветные слова Avada Kedavra, казалось, должны были вот-вот сорваться с уст... Собрав остатки силы воли и самообладания, Снейп сосредоточился и, закрыв голову руками, детским жестом пытаясь защититься от неминуемого, аппарировал. Его выбросило в пустоту. Он долго не мог понять, где небо, где земля, пока последняя не напомнила о себе болезненным ударом. Его кувырком протащило по твердой поверхности, где он и остался лежать неподвижно. ***** Ощущение собственного тела долго не возвращалось, потом внезапно обрушилось на него вместе с острой болью в спине. Снейп вскрикнул, и звук его голоса потонул в гулкой тишине, наполненной еле слышным шевелением кустов и дыханием ветра. Боль постепенно притупилась, и зельевар прислушался к своим ощущениям. Снейп лежал в лужице снежной жижи, растопленной его пока ещё теплым телом, мантия промокла насквозь. Ему было холодно, согнуть окоченевшие пальцы рук удалось с большим трудом. Что касается ног, то он их не чувствовал совсем. Неужели поврежден позвоночник?.. Снейп пошевелился и, опираясь на руки, перевернулся на спину, сжимая зубы от боли в избитом теле. Стало ясно, что ноги действительно отнялись и подняться он не сможет. Он понятия не имел, куда попал. Суровый северный пейзаж с гранитными валунами, покрытыми снегом, и редкими деревьями был ему совершенно незнаком. Аппарационное заклятье коварно именно тем, что при недостаточной концентрации и отсутствии четкого образа места назначения оно «выбирало» любую картинку из головы волшебника и переносило его туда. И хорошо если целиком. Снейп знал, что не должен был аппарировать в том плачевном состоянии, в котором находился из-за наркотиков, но выбора у него не было. Но спасся ли он или просто променял быструю гибель от Авады на медленную смерть от холода, голода и ран? Волшебник обыскал пространство вокруг себя, куда доставали руки. Палочки не было. Тем временем незаметно стемнело. Видимо, это место находилось севернее Великобритании. Раз палочка потеряна во время аппарации, то отследить ее невозможно. Кроме того, есть надежда, что Дамблдору уже сообщили о том, что произошло, он мог бы применить заклинание Поиска, но... скорее всего, вампиры ничего ему не сказали. Если Слэй и Юска вообще выбрались из схватки живыми. Теперь, похоже, отыскать зельевара мог только Темный Лорд через Метку. Чтобы прикончить... Холод быстро лишал волшебника способности двигаться. Снейп прислонился к ближайшему камню и затих. Кажется, это всё... ***** Снейп не представлял, сколько времени пролежал без движения, почти в забытье. Единственный раз он встрепенулся, когда в ледяном воздухе ему почудился запах дыма. Зельевар рванулся было подняться, но снова упал на камни, изнемогая от боли. Собрав последние силы, он крикнул в пустоту: – Помогите! Есть тут кто-нибудь?!.. Голос сорвался в хрип, зельевар почувствовал вкус крови во рту: видимо, у него были и внутренние повреждения. Снейп снова прижался лицом к камню, на который кое-как постелил свою мантию, и горько усмехнулся. Его самого позабавило живое движение чувств, надежда, всколыхнувшаяся в нем. Неужели в нём ещё оставалось что-то живое?.. Нос давно обморожен. Никакого запаха, конечно же, не было. К чему надеяться? Ощущение холода притуплялось, сознание меркло. Услышав скрип снега под чьими-то шагами, Снейп сначала не поверил своим ушам. С трудом приподняв голову, он убедился, что к нему приближается не человек, а животное. Раздалось низкое голодное ворчание. Страшная морда с тяжелой выступающей нижней челюстью, контуры которой Снейпу едва удалось разглядеть в темноте, и мускулистое тело, покрытое темной шерстью, принадлежали даже не волку. Однако это животное, несомненно, было хищником. Чудовище подошло к волшебнику вплотную и теперь смотрело на него с высоты камня, который Снейп выбрал своим изголовьем. Волшебник почувствовал дыхание зверя на своём лице, обмороженную кожу начало чуть покалывать от тепла. Снейп с трудом поднял руки, преодолевая оцепенение, и в который раз закрыл ими голову. И потерял сознание.

djbetman: бедный сев..

Sad: djbetman Ага *радостно потирая ручки, сказал автор-садист* И в следующей главе про него ни слова. Ну, одно слово :)

djbetman: Sad ну что ж Вы так... хорошо хоть одно. надеюсь там будет про Виитало, давно не слышно про нее (( Жду-жду нового!))

Sad: djbetman Извините, я больше не буду так злобно шутить :)) Спасибо за отзыв :)

DashAngel: Я и на АБ отмечаюсь, и тут отмечусь, и... Жалко Снейпа... и Виитало жаль. Уж я-то знаю, что такое сплетни о себе слышать...и читать...

Sad: Глава 24.- – Бог мой! Что это? – спросил себя Питер вслух, озадаченно сдвинув фуражку на затылок. Перед ним на льду хогвартского озера был лагерь разведки вампиров. Это была маленькая снежная крепость, какие обычно строят дети. Высота «укрепления» едва доходила Питеру до пояса. Крышей служил брезент, растянутый между лыжами и лыжными палками. Изнутри доносились громкие голоса, хохот и пение. Питер обошёл «крепость» в поисках входа. Около «двери», занавешенной грязной тряпкой, в снег были зарыты бутылки с напитками для охлаждения. Кажется, водка, пиво и шампанское… Ну, что ж. Значит, он в любом случае не зря сюда заглянул. Конечно же, его пригласят выпить на халяву. – Салют разведчикам! – гаркнул Питер, просунув голову внутрь. – Питер! Ура! Какой сюрприз! – А мы думали, что ты улетел обратно в Америку… В крепости находились пять человек: Юрки, Мун, Родж, Юска и Слэй (двое последних ещё не совсем пришли в себя после сражения с Упивающимися в Лондоне два дня назад). Десять рук затащили Питера в «крепость» и усадили на почётное место – нечто вроде кресла из сухих веток и елового лапника. Все остальные сидели прямо на снегу, поджав ноги. Питер прищурился от яркого света керосиновой лампы, висящей под брезентовым потолком на лыжной палке, упирающейся концами в противоположные стены. – Вы тут на посту? – спросил Питер. – Охраняете рубежи? Все переглянулись и согласно закивали. – Да. Как только Сами-Знаете-Кто увидит вашу крепость, он умрет от страха, – проговорил Питер с ухмылкой. – Вам не кажется, что вы подошли к заданию слишком… легкомысленно? – Питер, – начал Юрки, вертя между пальцами еловую веточку, – неужели ты думаешь, что Сам-Знаешь-Кто будет нападать на Хогвартс? Здесь же Дамблдор. Наш «форпост» – это простая формальность. – А что, в другом месте люди не нужны? – Нет. Пока всё тихо, спокойно, никаких нападений. – В вашей крепости нет даже окон. – Так проковыряй! Как главный архитектор этой постройки, я милостиво разрешаю тебе прорубить окно! И, кстати, не опирайся так на стену, а то она развалится. Мы полдня катали комья, устали как проклятые, а ты тут пришёл и, как слон, всё развалишь… – Пол-озера в ваших следах, снег везде примят. Только полный идиот не заметит, что здесь находится чей-то лагерь. И пустые бутылки валяются повсюду… Могли хотя бы убрать за собой! – О! Кстати о бутылках: нам пора выпить. Никто не возразил. – А здесь уютно, – заметил Питер часа через два. После выпивки ему стало веселее, но по инерции он продолжал брюзжать: – Нет, я всё-таки не понимаю, как вы можете быть такими непредусмотрительными. Особенно ты, Юрки. Ты единственный, кто сталкивался с Сами-Знаете-Кем лицом к лицу и знаешь, на что он способен… – Да-да, я помню, – раздражённо отозвался тот. – Поэтому знаю, что он отваживается нападать только на беззащитных спящих вампиров. – Я предлагал вылепить из снега гигантский фаллос, – сказал Слэй, громко икнув, – для устрашения… – Да, правильно. Вылепите гигантский фаллос! Вольдеморт придёт, увидит его, поймёт, что ему с вами не тягаться, и уберётся восвояси, поджав хвост… Все рассмеялись, потом на какое-то время установилась тишина. – Уже стемнело, а у нас кончается керосин. Кто наколдует магический свет? – Только не я! Я растоплю всю крепость, если начну колдовать… – Эй, кто это сделал? Ну, и где свет? – От кого была магическая вспышка? – Не от меня… Я ничего не делал… – И я тоже ничего. – Тс-с, заткнитесь, – голос Питера прозвучал неожиданно напряжённо. – Погасите эту чертову лампу! Кто-то прикрутил винтик лампы, и свет окончательно погас. Все замолкли. В наступившей тишине все шестеро отчетливо почувствовали, как недалеко отсюда кто-то произносит заклинания. – Это, наверное, школа. Здесь сильный магический фон… – предположил кто-то не слишком уверенно. – Школа далеко. Вспышка была ближе… – Ну, кто-то из детишек вышел во двор пошалить… – Ночью? В мороз? На противоположный берег озера? Вы в своём уме? А ну, прочь от этой стены! – рявкнул Питер. Вампиры, шепотом ругаясь в тесноте, переползли в другую часть «крепости». Питер лёг прямо на снег и принялся ощупывать стену. Когда он вытянулся во весь рост, ему пришлось согнуть ноги, чтобы уместиться в снежной хижине. Он нашёл место между двумя большими комьями, где толщина стены была как будто меньше, достал из кармана нож и принялся вырезать в снегу окошко-бойницу. Юрки, Слэй и Мун последовали его примеру: с кряхтеньем улеглись на снег и стали ковырять стену. Для Юски и Роджера не хватило места, поэтому они сидели прямо на ногах работающих вампиров. Через пять минут «крепость» обзавелась двумя квадратными и двумя круглыми окошками: каждый вырезал отверстие на свой вкус. Те, кто смог дотянуться до окон, стали всматриваться в темноту. – Не проще ли просто выйти и посмотреть? – недовольно буркнул Роджер, которому не хватило окна, и на четвереньках выполз из хижины. Через не завешанный дверной проём все видели, как вампир поднялся на ноги, вытянув шею, и всматриваясь вдаль, а потом плашмя упал в снег. – Черт! – зашипел он, по-пластунски заползая обратно, – Сюда идут. Они используют магическую маскировку!.. Я видел несколько черных фигур. – Вы не одни такие придурки, что оделись в черное, – процедил сквозь зубы Питер «утешая», – Черные точки на белом снегу. Попасть в такую мишень проще простого, несмотря на маскировку. – Ты уверен, что это именно… – А кто же еще? Не дети же… – Почему они аппарировали так далеко от замка? Мы ведь почувствовали именно энергию аппарации… – Здесь Противоаппарационный барьер. До замка они планируют добраться пешком. – Нам нужна подмога. Питер, ты очень вовремя здесь оказался… – Какая подмога? Вы уже чуть не угробили этого чернявого алхимика, потащив его с собой на «прогулку». Хватит! Справимся сами. Их всего… – Питер замолк, считая глазами черные точки, – …пятеро. Эх, у меня такое замечательное помповое ружье стояло в гараже… Вот бы его сюда! Оно проделывает в человеке дырку диаметром… Жалко, что у меня при себе нет никакого оружия… – А заклинания? – Заклинания – это просто слова. Я считаю оружием только то, что наносит ощутимые раны. Не пытайся меня переубедить. Я слишком стар, чтобы переучиваться. Вампиры молчали. Идущие по глубокому снегу волшебники постепенно приближались, явно не подозревая, что за ними следят. – Волшебников из замка звать на помощь не будем, – прошептал Питер, как будто боясь, что его могли услышать с такого расстояния. – Слэй, ты у нас главный специалист по телепатии. Опиши ситуацию и передай нашим, чтобы, в случае чего, были готовы прислать сюда помощь. Срочно! Слэй энергично кивнул, взмахнув черно-красной шевелюрой, и выполз из хижины. Питер продолжал наблюдать: – Черт. Их может быть больше. Надо дать знать в замок. Они оделись в черное, не рассчитывая драться на снегу. Но мы будем драться здесь. – У них простая маскировка, – шепотом доложил Мун, – я проверил. Никаких следов более сложных чар вокруг них, которые говорили бы о том, что там скрывается кто-то ещё. Те, кого мы видим – единственные на озере. Кроме нас, конечно. – У них какая-то странная тактика, – прокомментировал Питер. – Они идут в наступление пешком, словно на прогулку, а не в бой... – Ты думаешь, что Сам-Знаешь-Кто вот так прямо среди ночи пешком пойдёт на Хогвартс? – заговорил Юрки. – Это нереально. Дамблдор надеется на Защиту замка. Она их не пропустит. Этим чарам больше тысячи лет. Им никакой Вольдеморт не страшен… – К чему ты клонишь? – Так в наступления не ходят. Я думаю, что это не наступление. – Кто-то вышел покурить на свежий воздух, не так ли? – саркастически спросил Питер. – Не знаю. Может быть, это разведка… – Хм, с нашей разведкой их разведка всё равно не сравнится. Надо было всё-таки вылепить из снега гигантский фаллос… – У меня идея, – с энтузиазмом предложил Мун. – Давайте растопим лед на том конце озера, пусть они провалятся в полынью… – Что ещё придумаешь? Может, сразу цунами?.. – съехидничал Питер. – Да что там. Может быть, сразу землетрясение?.. – Хватит ржать. Нам пора что-то предпринять. Юска уже полетел докладывать Дамблдору? Полетел? Замечательно, а то он мне все ноги коленками отдавил… Некоторое время они снова молча смотрели в окошки хижины. – Смотрите, один из них упал, – со злорадством заметил Юрки вполголоса. – Они не догадались расчистить себе дорогу. Здесь снега выше колена, поэтому у них вязнут ноги… Лыжи взять не догадались... – Где проходит Защита замка? – Я-то откуда знаю. Она не чувствует вампиров, а вампиры не чувствуют её… – Мне кажется, что по логике вещей она должна быть ближе к замку… – Защита должна задержать наших гостей. Когда задержит, тогда и узнаем, где проходит её граница. – А если не задержит? Если они нашли способ обойти её, как мы? Вы предлагаете лежать здесь, ничего не делать, а потом, если Защита не сработает, бежать за ними вдогонку? – Ну… – Там школа и дети. Предлагаю атаковать первыми. – Питер, ты, конечно, командир, но мне кажется, что это неразумно. Мы не знаем, кто это. Они нас ещё не заметили. Волшебники потеряли способность чувствовать магию, потому что для них колдовать – это так же естественно, как дышать. Они не заметят нас, даже если мы сами начнем колдовать. А мы их видим и почувствуем, если они начнут произносить заклинания. Они у нас как на ладони. Что нам мешает просто подождать и понаблюдать? Не обязательно всё брать штурмом, как ты привык… – Если хочешь узнать, враги это или друзья, выйди им на встречу и пожелай доброго вечера. А они тебе в ответ: «Авада Кедавра!» Тогда вопрос решится однозначно. Добровольцы есть? Все хихикнули, но никто не вызвался. Питер продолжил: – Предлагаю – так и быть – подождать, пока они подойдут поближе, чтобы самим не бегать по глубокому снегу. Потом тихо перебить их поодиночке или взять в плен, если удастся. В любом случае, нам необходимо подкрепление. Эй, где наш главный телепат? – Подкрепление будет через четверть часа, – доложил Слэй. – Слишком долго ждать. Начнем без них. ***** Гарри Поттер проснулся посреди ночи непонятно отчего. Не то, чтобы ему приснился кошмар, просто стало как-то очень тревожно, не по себе. Юноша встал с постели и протянул руку к окну, чтобы открыть его. Стекло запотело. Гарри провёл пальцами по холодной гладкой поверхности. На пальцах не осталось влаги. Гриффиндорец интуитивно почувствовал странность, но не понял, что случилось. Он не очень хорошо соображал спросонья. Волшебник открыл окно, чтобы освежиться. В спальню ворвался поток неожиданно теплого воздуха. Гриффиндорец встряхнул головой, прогоняя остатки сна, посмотрел на стекло и только тут понял, в чём дело. Да, стекло было запотевшим, но не изнутри, а снаружи… Юноша посмотрел вниз и увидел, что вокруг Хогвартса висит плотный теплый туман. В воздухе пахло озерной водой и серой. Гарри подбежал к окну спальни, которое выходило на озеро, и замер. Озера не было видно, но среди плотной завесы тумана то и дело вспыхивали разноцветные лучи заклинаний. Порыв ветра на мгновение разогнал туман над серединой озера, и Гарри увидел, что лед покрылся множеством трещин, из которых валил пар, как от кипящей воды. Внизу бегали какие-то люди – черные точки на белом снегу. Кто есть кто, понять было невозможно, но Гарри вдруг чётко осознал, что там находился Вольдеморт. Боль в шраме догнала эту мысль в одно мгновение. У гриффиндорца подкосились ноги, он закричал… Вскоре вся спальня была на ногах. Звали мадам Помфри, МакГонагалл, Дамблдора, но никто из них пока не пришёл. В суматохе никто из друзей Гарри не обратил внимания на то, что происходит за окном… Тем временем в центре озера внезапно встала полупрозрачная сверкающая стена, напоминающая щит. Она мерцала, то погасая, то вспыхивая с новой силой. А потом раздался взрыв.

Sad: Ради собственного спокойствия буду думать, что новую главу просто не заметили а не активно проигнорировали. Ведь правда же?

djbetman: Sad Мы просто с замиранием сердца ждем новую главу

Sad: Глава 25.- Из-за двери комнаты в подземельях, выделенной под лазарет для вампиров, слышались унылые голоса и нескладное, фальшивое пение. Молоденькая медичка-практикантка из больницы святого Мунго по имени Алина Вандернотт осторожно заглянула внутрь. Помещение без окон освещалось магическими светильниками, дававшими тусклый свет, крайне неприятный для глаз. Пронумерованные койки, строго выстроенные в два ряда, были заняты. Некоторые пациенты, обмотанные бинтами так, что не было видно ни пряди волос (это единственное, что мадам Помфри успела сделать для них, прежде чем упасть в обморок), вообще не шевелились и, как казалось Алине, не дышали. Кое-кто чувствовал себя достаточно хорошо, чтобы петь дурным голосом и отпускать сальные шуточки в адрес молоденькой медсестры. Кое-кто был, похоже, совершенно не в себе и раскачивался из стороны в сторону, уныло подвывая в такт. Левитируя перед собой поднос с полными стаканами, Алина прошла между койками, уворачиваясь от хищных лап пациентов, которые норовили ухватить её за юбку. Её целью была последняя койка в ряду у самой стены, где лежал странного вида молодой человек со стоящими дыбом волосами, которому, согласно записям в журнале, надо было сменить повязку на плече. Он сидел, нахохлившись, кажется, обиженный на своих ближайших соседей, которые намеренно игнорировали его. Алина привлекла его внимание, тронув за здоровое плечо. Тот тихо всхлипнул, украдкой вытер кулаком глаза и повернулся так, чтобы ей было удобнее работать с его раной. Снимая бинты и накладывая слой лечебной мази на обожжённое плечо, Алина невольно услышала то, о чем говорили его соседи. Томный голубоглазый черноволосый красавец, навзничь лежащий на кровати и закрывающий рукой половину лица. Он смотрел в потолок неподвижным взглядом, так что даже неопытный взгляд молоденькой медсестры определил у него глубокий шок и депрессию. Высокий широкоплечий мужчина с грубыми чертами лица и совершенно седыми вьющимися волосами. Возраст последнего Алина не могла определить даже приблизительно, хотя он был определенно старше первого. Говорили они по-английски. Вернее, говорил один из них: – Юрки, тебе не кажется, что нам давно пора сматываться отсюда? – в полголоса спросил тот, который был старше. Тот, кого звали Юрки, не ответил, продолжая пялиться в потолок, поэтому его собеседник грубо потряс друга за плечо. – Очнись, наконец, черт тебя побери! Казалось, этот разговор начался не только что и повторялся уже неоднократно. – Понимаю, что у тебя, черт возьми, тонкая душевная организация, но, по-моему, пора перестать оплакивать павших и начать думать о своей заднице, чтобы не последовать за ними на тот свет! – Делай, что хочешь, только без меня, – отозвался Юрки невыразительным голосом, чуть подвинув руку, которой прикрывал лицо. Алина увидела, что наволочка измазана кровью от раны, изуродовавшей половину его лица. «Надо сделать перевязку...» – автоматически мелькнуло у неё в голове. – Они все были моими друзьями. У нас пятнадцать погибших, трое при смерти, четверо пропали без вести, – продолжил раненый чуть слышно. – Извини, я не могу сейчас думать. – А о чём ты думал, идиот, когда брал с собой на озеро паспорт и вместе с ним попадал в эту больницу? Теперь в Министерстве Магии знают то имя, под которым ты живешь у магглов. Они в минуту прикроют твою музыкальную лавочку! Остается надеяться на Дамблдора, которому, может быть, удастся под шумок протолкнуть эту поправку к Закону о волшебных существах. – Они уже знают мое имя. Куда мне торопиться? Мне некуда бежать. Беги один. Кажется, красивого мужчину с искалеченным лицом ничто не могло вывести из апатии. – Ты меня за труса считаешь? – старший стукнул огромным кулаком по спинке кровати. После долгой паузы Юрки, кажется, сообразил, что вопрос не был риторическим. – Нет, не считаю, – со вздохом ответил он, словно ему было физически тяжело говорить. – Я собираюсь остаться здесь, как нам посоветовал Дамблдор, и посмотреть, что из этого выйдет. У меня столько денег, что я могу купить все Министерство. Они обязательно примут эту Поправку. Тебе тоже не помешало бы остаться. Ты же у нас вроде как Герой... – на лице раненого появилось слабое подобие улыбки, хотя он даже не смотрел в сторону своего собеседника. Его друг грязно выругался в ответ. Парень со стоящими дыбом волосами, которого Алина уже несколько минут притворялась, что бинтует, тихо рассмеялся и залпом выпил предложенный медсестрой стакан с темно-красной жидкостью. Этим снадобьем кормили всех пациентов из этого подземного госпиталя. Странная диета... Алина так и не отважилась попробовать его на вкус: слишком уж оно напоминало кровь... Невольно подслушанный разговор этих двоих подтвержал догадки Алины. Ее с самого начало насторожило то, что её помощь в Хогвартсе понадобилась так внезапно. В ту ночь, десять дней назад, в больнице поднялась страшная суета, ей не дали даже толком собраться. По слухам, в Волшебном мире произошло нечто чрезвычайное, причем именно в Хогвартсе, но в утренних газетах не появилось никакой заслуживающей доверие информации. А Алина волею случая оказалась прямо в эпицентре событий. Кто же, ради Мерлина, эти странные люди, рассуждающие о Поправке к Закону о волшебных существах? Неужели действительно вампиры? Тем временем старший мужчина заметил, что их беседу с интересом слушают все вменяемые пациенты, прервав пение и посторонние разговоры. – Кто собирается остаться? – громко спросил он у всех. – Примут Поправку – останемся, не примут... – светловолосый молодой человек с койки напротив выразительно пожал плечами, придерживая забинтованную руку. – В любом случае подождем, пока нас тут подлечат, – он игриво состроил глазки мисс Вандернотт. Казалось, он выразил общее мнение. – Питер, как ты себя чувствуешь? – крикнул кто-то с другого конца комнаты, – а то последний раз ты был больше похож на... – Человека, который наступил на противопехотную мину? – ухмыльнулся крупный мужчина с седыми волосами по имени Питер. – Именно! – подтвердили издалека под веселый смех. – Мы боялись, что ты... того... Атмосфера напряжения и боли в комнате стала понемногу рассеиваться. – О, да, я чуть было не того... – Питер улыбался открыто и искренне. Вампир лежал на животе, болтая в воздухе голыми ногами, поскольку не помещался на койке в полный рост. – Представьте себе ситуацию: вы в бинтах с головы до ног. Вы ослепли, оглохли на одно ухо. У вас остается одна-единственная связь с миром – через последнее ухо, поскольку все остальные органы чувств не функционируют. И вот в это драгоценное ухо... Зрители захихикали, предчувствуя, к чему он ведёт... – ...кто-то орёт... Парень со стоящими дыбом волосами внезапно вырвался из заботливых рук медсестры и порывисто вскочил с кровати. – ...«Питер, я люблю тебя! Только не умирай!» – пропищал Питер, смешно искажая свой низкий голос. Юска бросился к нему, толкнул в грудь что было сил. По его лицу текли злые слезы, он скалился и всхлипывал. Питер сел на кровати и, хохоча, шутливо отбивался от маленького вампирчика, который словно с цепи сорвался. Наконец, под всеобщий смех, Питер поймал беснующегося Юску, тот повис у него на шее и зарыдал... – Ну, ладно-ладно, угомонись... – пробормотал Питер, смутившись, проведя ладонью по взъерошенным волосам вампирчика в неловкой попытке утешить. Мгновенный переход Юски от припадка злобы к бурным слезам заставил всех присутствующих прекратить шуточки и замолчать... – Боже мой, – проговорил Юрки, садясь на кровати, – Я думал, не доживу: воинствующий гомофоб мирится с нашим маленьким озорником... – Я согласен на дружбу, но не надейся на большее, – предупредил Питер. – Ура! – провозгласил светловолосый вампир с койки напротив, взмахивая руками. – Да здравствует возвышенная мужская дружба! Кое-кто начал шутливо аплодировать, другие стали порывисто обнимать своих ближайших соседей по койкам, явно передразнивая и опошляя искренний порыв Юски, остальные просто смеялись от души. Юска всё ещё рыдал, цепляясь за Питера, вытирая грязным кулаком слезы, которые всё никак не иссякали. Он и сам бы рад был остановиться, но, увы, не мог... – Как же мы могли забыть! Сегодня же Рождество! – воскликнул светловолосый, и свист, пение и крики плавно перешли в рождественский гимн, звучащий на удивление гладко и слаженно. – Какие же они придурки, – буркнул себе под нос Питер, выцарапывая из волос возникшую из воздуха праздничную гирлянду. Юрки сидел на краю кровати и тихо улыбался, глядя на своих веселящихся друзей. Потом протянул руку Питеру, тот крепко пожал её. – Ты же не уйдёшь прямо сейчас, правда? – спросил он. – Подожду немного. И, кажется, мы не одни, – Питер кивнул в сторону Алины Вандернотт, которая стояла посреди всей этой суеты, странно выделяясь в ней своей неподвижностью. Юрки улыбнулся и поманил девушку к себе. Та подошла и села на край его кровати, чувствуя, словно все тело стало странно чужим. Мужчина обнял её и привлёк к своей груди. Она видела совсем рядом ужасную рану на его щеке, из которой медленно сочилась прозрачная желтоватая жидкость (доктор Франкенштейн в своих дневниках предполагал, что это плазма крови). От его тела исходила прохлада и странный запах, которым пропиталась, кажется, вся эта комната. Запах почему-то напоминал Алине о морге, однако теперь это не вызывало в ней отвращения, даже напротив. Её сердце почему-то стало биться чаще, она обмякла в его руках, теряя всякую способность соображать и анализировать. – Юрки, ты опять за своё? Не пропускать ни одной юбки? – неодобрительно заметил Питер. – Нет, я просто хочу убедиться, что это не шпион Министерства, – ответил Юрки со сладкой улыбкой. – Убери от девочки свои грязные лапы, – в голосе старшего вампира слышалась открытая угроза. – Проводи её до двери, иначе... Ты видишь, что ребята немного разошлись? Юска, наконец, отлепился от Питера, немного успокоившись, и сел рядом с тем на кровать. ***** Алина не помнила, как попала в комнату, которую ей выделили в Хогварсте. Она очнулась уже в кровати, зрение то и дело заволакивал странный туман, голова немного кружилась. «Нельзя так много работать», – подумала она. Да, но где взять ещё одну медсестру на смену ей и мадам Помфри? Она зажгла ночник, с трудом перевернулась на другой бок и неожиданно заметила небольшое пятнышко крови на простыне. Месячные начались не вовремя? С трудом поднявшись с постели, она обнаружила небольшой порез на сгибе локтя. Странно, как она ухитрилась пораниться в таком месте?.. ***** – Назовите ваше имя. – Меня зовут Питер. Фамилию я вам не скажу, потому что, во-первых, я поляк и моя фамилия звучит очень непривычно для английского уха. Не уверен, что вы вообще сможете её произнести. Во-вторых, мне не хотелось бы раскрывать своё инкогнито в мире магглов, – вампир любезно улыбнулся, всеми силами стараясь казаться «хорошим мальчиком». Волшебники, ведущие собеседование, переглянулись. Секретарь сделал пометку в протоколе. – Вы являетесь вампиром? – Да. – Всё время, которые вы существуете как вампир, вы питаетесь человеческой кровью? – Да, – ответил Питер, помедлив. – Вы обладаете магической силой? – Да. – Вы обладаете ей с рожденья? – Нет, не уверен. – Вы обучались в Школе Магии? – Нет. – Сколько человек вы убили за время вашего существования? – Затрудняюсь ответить. Я не считал. – Сколькие из ваших жертв были волшебниками? – Затрудняюсь ответить. – Итак, мы хотели бы услышать вашу версию того, что произошло на озере 13 декабря сего года. – Мы с друзьями стояли лагерем на хогвартском озере по просьбе директора Дамблдора. Что-то вроде сторожевого поста... – Директор Хогварста ждал нападения? – тут же последовал заготовленный вопрос. – Нет. Простая мера предосторожности с тех пор, как заключили с ним это соглашение... Питер изложил историю союза вампиров и волшебников, которую они с Дамблдором тщательно продумали и отредактировали. Из его рассказа выходило, что вампиры следили за действиями Сами-Знаете-Кого исключительно по собственной доброй воле. Они передавали собранную информацию Дамблдору. Когда директор Хогвартса убедился в достоверности поставляемых вампирами сведений, он сразу передал их дальше – в Аврорат. В Аврорате нашлось немало сотрудников (которые – удивительное совпадение! – одновременно являлись членами Ордена Феникса), готовых подтвердить, что к ним поступала информация из анонимного источника, благодаря которой они смогли предотвратить преступления против Магического Сообщества. Вампиры оказывали содействие аврорам в поиске пропавших, похищенных Упивающимися волшебников и участвовали в слежке за многими людьми, которых подозревали в соучастии Вы-Знаете-Кому… – Что вы надеялись получить взамен? – Надежду быть признанными членами Волшебного Сообщества, – ответил Питер. С каждым новым вопросом вампиру это нравилось всё меньше и меньше. От любезной улыбки начинало сводить челюсти. – Итак, по заявлению профессора Дамблдора, в чьих словах нам не пристало сомневаться, – интонация, с которой волшебник произнёс эту фразу, утверждала прямо противоположное, – вы непосредственно способствовали тому, чтобы... Мы-Все-Знаем-Кто лишился тела во второй раз. Что вы можете сказать по этому поводу? Глядя на кислое лицо допрашивающего его волшебника, Питер позволил себе усмехнуться: – Вы что, берёте у меня интервью? – Вас ещё не признали членом Волшебного Сообщества, поэтому извольте отвечать на поставленные вопросы без издевок над представителями Министерства Магии! – вскипел допрашивающий, теряя терпение. – Расскажите, что произошло на озере! – Мы с друзьями заметили около пяти человек, которые шли к Хогвартсу по льду озера. Слишком мало для наступления, поэтому мы решили, что это разведка. Мы напали на них. Они вызвали подкрепление, мы тоже вызвали подкрепление. Собралось неожиданно много людей, поэтому мелкая свалка перешла в настоящее магическое сражение. В пылу битвы было не видно, кто кидает в тебя заклятья, мы дрались в основном вслепую. У меня даже в мыслях не было претендовать на то, чтобы быть победителем... Сами-Знаете-Кого, – чтобы не раздражать волшебника, Питер не стал называть черного мага по имени. – В меня бросили очень сильное заклятье, я поставил щит. Противник, которого я так и не увидел, добавил ещё десяток заклинаний. Я понял, что он очень силён, необыкновенно силён. Мой щит стал трещать по швам. Я думал, что не выдержу, что мне конец, но тут подоспел Дамблдор и добавил от себя. Остальное вы знаете. Ему я обязан жизнью: он спас меня, когда мой щит взорвался... Что касается Сами-Знаете-Кого, то я до последнего момента не понимал, что столкнулся именно с ним. Я вообще не имел намерения с ним встречаться... Все произошло как-то... случайно. Даже забавно... В общем, с моей стороны, это была самооборона. Питер так погрузился в воспоминания о том дне, что пропустил момент, когда скрип пера секретаря прекратился. Он встретился глазами с ведущим допрос волшебником, фамилию которого не потрудился запомнить... Тот неловко кашлянул и покосился на своего секретаря. Питер заметил, что в протоколе не прибавилось ни слова с тех пор, как он перешёл к рассказу о Вольдеморте. Всё понятно... – Итак, мистер... – волшебник сбился и покраснел, потом побледнел, – ...мистер Икс. Как вы можете доказать, что сказанное вами – правда? – Это с удовольствие подтвердят вам вампиры, которые были со мной на озере. Большая часть из них всё ещё в лазарете Хогвартса. – Нам необходимы свидетельства полноправных членов Магического Сообщества, а не волшебных существ! – волшебник повысил голос, наглея на глазах, упиваясь своей властью над человеком, который был на фут выше его ростом, предвкушая, как тот начнет оправдываться, унижаться, ища новые аргументы. – Одного свидетельства директора Хогвартса недостаточно. К тому же все знают, что он... Питер медленно поднялся с кресла и выпрямился во весь рост, угрюмо глядя на волшебника сверху вниз, так что последний сразу замолчал. – У меня есть ещё один аргумент, чрезвычайно весомый, – проговорил вампир. – А не пойти бы вам?!.. Едва уловимым движением он сорвал с себя мантию, которую ему одолжили в лазарете, швырнул её прямо в вытянувшиеся лица волшебников. Потом вскочил на подоконник, выбил плечом стекло и нырнул рыбкой вниз. Когда волшебники сбросили с себя оцепенение и подбежали к окну, внизу не было никого, кроме черной птицы, кажется, ворона, летящей прочь от Хогвартса.

djbetman: Sad пишет: – Боже мой, – проговорил Юрки, садясь на кровати, – Я думал, не доживу: воинствующий гомофоб мирится с нашим маленьким озорником... – Я согласен на дружбу, но не надейся на большее, – предупредил Питер. – Ура! – провозгласил светловолосый вампир с койки напротив, взмахивая руками. – Да здравствует возвышенная мужская дружба! ыыы что-то севы давно не видно...

DashAngel: Мне очень нравится Питер

Sad: djbetman Будет. В следующей главе. Обязательно! DashAngel Спасибо. А мне-то как нравится! (я потом вывешу фото его непосредственного прототипа...) Спасибо большое тем, кто оставляет отзывы! Без вас я бы наверное уже сдулась и оставила жалкую попытку что-то написать.

DashAngel: Ух ты! А прототип из реальной жизни или, может, актёр какой? *интересно, интересно, интересно!!*

Sad: DashAngel Думаю, довольно легко догадаться, что рок-музыкант :)

Sad: Кто просил про Снейпа? :)



полная версия страницы