Форум » Библиотека-3 » "After Dark", макси, СС/нжп, R, AU, romance. 30 глава от 6 марта » Ответить

"After Dark", макси, СС/нжп, R, AU, romance. 30 глава от 6 марта

Sad: Название: After Dark (После наступления темноты) Автор: Sad Бета: RedWitch Рейтинг: R Пейринг: СС/нжп Жанр: Romance Дисклаймер: Всё роулингово, нжп и нмп - мои. Саммари: Шестой год для Гарри Поттера в Хогвартсе. В школу приезжает новая преподавательница по ЗОТИ и внушает Снейпу нехорошие подозрения. Дамблдор решает обратиться за помощью в борьбе против Вольдеморта к вампирам. Комментарии: Осторожно!: фик с Мери Сью. Предупреждение: намеки на слеш. Кто не спрятался, я не виноват. Отношение к критике: рада обоснованной и детальной критике. Размещение в архивах: с разрешения автора Пролог + Главы 1-19 тут. :)

Ответов - 147, стр: 1 2 3 4 5 All

Sad: Глава 14.- Невнятные голоса доносились до Гарри Поттера как будто издалека. Он медленно приоткрыл глаза. Гриффиндорец лежал на узком диванчике в незнакомой комнате с обтянутыми бордовым гобеленом стенами. Он вспомнил всё, что с ним произошло, но никак не мог поверить в это. Вампир в Хогвартсе? Голоса казались знакомыми, но смысл разговора ускользал от него. Прислушавшись, он сообразил, что говорят не по-английски. Гарри приподнялся, выглянул из-за изголовья своего диванчика и посмотрел на говоривших. Очков на расстоянии вытянутой руки не оказалось, поэтому всё выглядело расплывчатым и нечетким. Тем не менее, в одном из разговаривающих Гарри узнал Виитало. Преподавательница Защиты, ссутулившись, сидела на софе, стоящей рядом с диванчиком, на котором лежал гриффиндорец. Одной рукой Виитало прижимала к шее платок, другой опиралась на сиденье. Она говорила слабым тихим голосом. Гарри показалось, что преподавательнице очень плохо. Её собеседником был какой-то незнакомый тип с черно-красными волосами, сидевший перед софой на корточках. Виитало взмахнула рукой как-то необычно медленно и вяло. Мужчина поддержал её, помог лечь на софу и бегом покинул комнату. Виитало оперлась о спинку, откинула голову, закрыла глаза. Она определённо нуждалась в медицинской помощи. И не она одна. Гарри вспомнил о своём разбитом носе. В ноздрях запеклась кровь, значит, мадам Помфри ещё не поработала над ним. Он должен быть сейчас в больничном крыле, а не в этой странной комнате вместе с Виитало, которая была, мягко говоря, не в себе… Неожиданно в комнату вошла Гермиона. Девушка издала сдавленное восклицание и бросилась к гриффиндорцу. – Гарри, с тобой всё в порядке? – спросила она громким шёпотом. – Ты не ранен? Молодой человек кивнул на первый вопрос и отрицательно помотал головой в ответ на второй. Девушка достала волшебную палочку и очистила его одежду от крови. – Что здесь происходит? – тихо спросил Гарри. Гермиона посмотрела на него с отчаянием, громко сглотнула и ничего не ответила. Она была очень бледна. Следом за девушкой в комнату проскользнул ещё какой-то странный парень со стоящими дыбом волосами и испачканной в чём-то черном физиономией. Он молча устроился на полу около ног Гермионы. Выражение его лица было ещё более несчастным, чем у неё. – Гарри, познакомься, это Юска. Юска – это Гарри, – представила их друг другу Гермиона. – Юска? – переспросил Гарри, не расслышав. – Я финн, – сказал Юска тихим, испуганным, сиплым голосом. – Как и Сирья. Ну, знаешь, Финляндия, страна такая… – Что с ней? – тихо спросила Гермиона, заметив, что с Виитало что-то не так. – Профессор Виитало, вы в порядке? Та встрепенулась и открыла глаза: – А?.. Что?.. Виитало попыталась переставить затёкшие ноги. Острый каблук её туфли пробил обивку софы и застрял. У женщины не хватило сил вытащить его. Тут в комнату вошёл ещё один человек, очень высокий и широкоплечий. Он не обратил ни малейшего внимания на гриффиндорцев, приблизился к софе и тронул женщину за плечо. Та вздрогнула. – Всё хорошо, милая, давай, я тебе помогу… – Питер… – простонала Виитало. Мужчина бережно взял её на руки, приподнял, снова сел на софу и постарался устроить её с комфортом. Виитало заворочалась и тяжело задышала от предпринятых усилий, потом прижалась к нему и опустила голову на плечо незнакомца. Питер обнял её и стал поглаживать по плечу. Лицо Виитало скривилось, и она заплакала, обильно орошая слезами его рубашку.

Sad: – Почему со мной всегда так происходит? – рыдала Виитало. – В чём я виновата?!.. Гарри отвёл глаза. Ему было страшно неловко смотреть на плачущую преподавательницу. Гермиона тоже потупилась. А Юска почему-то забился в угол между стеной и диванчиком, на котором сидели гриффиндорцы, так, что его было почти не видно. Питер осторожно перехватил платок на шее Виитало, а второй рукой обнял её под грудью, чтобы она не сползала с софы. Преподавательница Защиты постепенно успокоилась, но продолжала тихо всхлипывать и хлюпать носом. – Что с тобой произошло? Кто это сделал? – Это всё Юрки, – медленно проговорила Виитало, с трудом ворочая языком от слабости. – Он собирался… ммм… сожрать Гарри Поттера. Я успела в последний момент, окрикнула его. От неожиданности он отпустил Гарри, тот упал на пол… – женщина сдавленно хихикнула, потом снова всхлипнула. – У Юрки была такая забавная физиономия, как будто ему неожиданно вылили на голову ведро холодной воды… Я рассмеялась… Не знаю, почему вдруг я тогда развеселилась?.. Ну, А Юрки… Ты ведь знаешь, он не выносит, когда над ним смеются. Вот он и… – Бросился на тебя, – договорил Питер. На платке, который он прижимал к шее преподавательницы, проступило темное пятно. – Её укусили? – внезапно воскликнула Гермиона пронзительным от ужаса голосом. – Её укусил вампир? Питер поднял на девушку глаза так, как будто только сейчас заметив, что в комнате есть ещё кто-то, кроме него и Виитало. – Что теперь с ней будет? Она превратится в вампира? – выпалила гриффиндорка, задыхаясь от волнения. – Ничего с ней не будет, – буркнул Питер. – Выпьет своего зелья, отдохнёт, отоспится…У неё иммунитет против укусов. Особенно юркиных. Правда, милая? Виитало снова всхлипнула. До неё только сейчас дошло, что она безнадежно потеряла лицо перед учениками. – Шшш, – утешал её Питер, поглаживая по голове, – Всё будет хорошо… Виитало обняла его за шею и закрыла глаза. Потом тихо потерлась щекой об огромную ладонь мужчины, прижимавшую платок к её шее, и с благодарностью прикоснулась губами к его руке… Гарри и Гермиона не знали, куда деваться. Наверное, надо делать вид, что они вообще ничего не видят. – Может быть, мы пойдем? – сконфуженно предложила девушка. – Подождите. Кто-то пошёл за врачом. Вам помощь тоже не помешает, – спокойно сказал Питер, не находя в этой ситуации провода для смущения. Вместо мадам Помфри пришёл Снейп. Первым делом он сотворил себе стул и сел напротив Гарри. – Извините, мистер Поттер, но мадам Помфри в обмороке. Вам стоит благодарить за это, – Снейп повернулся к Питеру, – ваших друзей… – Помогите лучше ей, а не мальчику, – сказал тот, кивком указывая на Виитало. – Она пострадала сильнее… – Я не могу не уделить внимание в первую очередь Надежде Волшебного Мира, – отозвался Снейп с усмешкой, – вы же понимаете… Питер промолчал и нахмурился. Когда профессор склонился над Гарри. Тот заметил, что зельевар выглядит несколько помятым и взъерошенным. На лбу у него была глубокая ссадина – полоска засохшей крови. Гриффиндорец побоялся спросить, что с ним произошло. Снейп с неудовольствием заметил, что Поттер здоров, если не считать шишки на затылке, и не нуждается в его дальнейшей заботе. Вручив гриффиндорцу флакончик с мазью против ушибов, декан Слизерина нехотя повернулся к Виитало.

Sad: ***** Снейпу никогда раньше не приходилось видеть и, тем более, лечить укусы вампира. Рана выглядела скверно. На белой коже было два рваных отверстия, из которых всё ещё сочилась кровь. Странно. Так не должно быть. – У вас гемофилия? – сквозь зубы спросил зельевар. – Нет… У меня просто не очень хорошо сворачивается кровь, – ответила Виитало, чуть запнувшись. Снейп фыркнул и закатил глаза, ещё больше раздражаясь. «Не очень хорошо сворачивается кровь», – какая интересная формулировка! Антисептик, мазь, повязка, флакончик с Кроветворным и Восстанавливающим зельем. Ах, Мерлин, у неё же аллергия на Кроветворное! Значит, нужно то зелье, которым она питается. Хорошо, что Виитало доверила ему свой драгоценный рецепт, когда стало понятно, что придется иметь дело с вампирами. У зельевара как раз оставался один флакон. Больше ничего для преподавательницы сделать, кажется, нельзя. – Что с вами случилось, профессор? – неожиданно спросила пациентка с беспокойством, заметив порез на его лице. – Об этом тоже спросите своих друзей, – с нажимом на слово «тоже» ответил Снейп, резким кивком головы указывая на Юску, который забился в угол так, что оттуда выглядывал только кончик ботинка. – Что этот психопат вообще здесь делает? – Он не виноват, – горячо вступилась за Юску Гермиона. – Он болен. Он вообще не помнит, что происходит во время приступа… – Я что-то не понимаю, мисс Грейнджер. Вы, кажется, защищаете вампира? – Он не такой, как вы думаете… – Ах, по-вашему, он хороший? – Снейп рывком поднялся на ноги и обернулся к гриффиндорке. – С вампиром нельзя дружить. Вампиры не бывают плохие и хорошие. Они просто вампиры! Снейп с трудом оборвал себя. Какой смысл вразумлять гриффиндорцев? Они непроницаемы для доводов разума и всё равно его не послушают. Скорее бы пришёл Дамблдор. Мисс Грейнджер не так просто переубедить, только директору это под силу. Помощь всем нуждающимся была оказана, так что зельевар мог бы уже идти по своим делам. Но куда ему идти? В кабинет? В свою спальню? Нет. Дверь в личные комнаты Снейпа сильно пострадала, пока тип с черно-красными волосами пытался разбудить зельевара. Снейп решил пока остаться здесь. Он отодвинулся со своим стулом в сторону и стал ждать, пока придёт директор и наведет здесь порядок. Тем временем Виитало напряглась и села. Лекарства подействовали, и силы постепенно возвращались к ней. – Ты не против, если я закурю? – спросил Питер, когда у него освободились руки, и достал из внутреннего кармана куртки трубку и кисет с табаком. – Нет, не против. Кури, пожалуйста, – отозвалась та. – Я слышал, что тебе нельзя находиться в помещении, где курят. Это вредит твоему голосу.

Sad: – Голосу? Какому голосу? – внезапно воскликнула Виитало с излишней горячностью. – Ах, моё сопрано? Мой голос теперь никому не нужен. И я сама никому не нужна. Совершенно никому! Из-за этого мерзавца после развода я оказалась без средств к существованию. Только у меня единственной в этом рок-балагане было академическое музыкальное образование! Я профессиональная певица, потратившая десять лет жизни, чтобы достичь высокого уровня мастерства! И меня вышвырнули отовсюду, куда я только ни обращалась в поисках работы! И всё из-за него! Он устроил так, чтобы меня никуда не брали. Он хотел, чтобы я приползла к нему на коленях и умоляла, чтобы он взял меня обратно в свою группу! Да пошёл он ко всем чертям! Виитало перевела дыхание после гневного монолога и заговорила спокойнее: – Питер, пожалуйста, дай мне трубку. Я тоже хочу курить. Питер вздохнул и передал ей раскуренную трубку. Женщина глубоко затянулась, выпустила тоненькую струйку дыма из сложенных трубочкой губ и чуть закашлялась. Трубочный дым расплылся по комнате. В воздухе запахло чем-то удивительно приятным. Этот дым был ничуть не похож на отвратительный запах маггловских сигарет. Терпкий, сладкий, травяной… – Трубка лучше, чем сигареты, – заметила Виитало, сжимая зубами мундштук. – Правда, мне кажется, что я очень глупо смотрюсь с этой штукой во рту. – Трубка была придумана скорее для мужчин, как мне кажется. – А сигареты? – Не знаю. Но женщина с сигаретой – это, по-моему, очень сексуально. Не кури много на первый раз. Иначе у тебя потом будет что-то вроде похмелья. Виитало рассмеялась. Краска возвращалась на её щеки. Женщине постепенно становилось всё лучше. Её ученики смотрели на неё округлившимися глазами. Учительский авторитет был безнадежно утрачен. Зельевар всё надеялся, что директор, наконец, придёт разбираться со всем этим беспорядком, и можно будет ему сказать: «Я ведь говорил вам, что нельзя полагаться на слово Поттера!». Ему надоело смотреть, как Виитало лезет из кожи вон, кокетничая с Питером на глазах своих перепуганных учеников. Она совсем потеряла совесть. Ей же ещё вести у них уроки до конца года! Но вместо директора в комнату вошёл тот, кого все присутствующие не ждали и хотели видеть меньше всего. – Юрки, – мрачно констатировал Питер. – Приятель, тебе не кажется, что это уже слишком? – Нет, не кажется, – нагло отозвался тот и остался стоять в дверях, неуверенно переминаясь с ноги на ногу. Вслед за ним в приоткрытую дверь просочилось облачко тумана и медленно заполнило всю комнату. – Юрки, почему у нас в комнате туман? – проворчала Виитало. – Будь любезен, убери эти дешёвые спецэффекты! Тот усмехнулся. Туман осел на пол и постепенно рассеялся. – Хмм, а вы бы не могли оставить нас наедине? – спросил Юрки, обращаясь ко всем присутствующим. – Нам с Сирьей надо поговорить… по-семейному. – Говорите при мне, – отозвался Питер. – Я не хочу с тобой разговаривать, – как можно тверже проговорила Виитало, стараясь преодолеть дрожь в голосе. – Я не хочу тебя видеть. Убирайся отсюда и оставь меня в покое. – Не кипятись, милая. Кажется, нам всем надо выпить, успокоиться и помириться. В руках Юрки неизвестно откуда появилась бутылка вина и несколько бокалов, которые он тут же поставил на ближайший столик. – Прошу вас, леди. Бокал, полный темной жидкости, завис в воздухе перед Гермионой. Девушка автоматически взяла его и бездумно понесла ко рту. Из бокала на неё неожиданно повеяло запахом сырой земли и прелых листьев… Гриффиндорка взвизгнула и бросила бокал на пол… Юрки засмеялся, Виитало чуть улыбнулась, потом, спохватившись, поморщилась. Среди осколков тонкого стекла на полу извивались отвратительные длинные дождевые черви. – Что за шутки, Юрки? – сквозь зубы процедил Питер. – Мы не на рыбалке. Убери это сию же минуту! – Ах, ну, конечно-конечно, – пропел тот, присел на корточки, опустился на одно колено, зачерпнул пятерней червей и аккуратно собрал их в карман своего плаща. – Фу!

Sad: – А вы что смотрите? Вон отсюда! – рявкнул Снейп на остолбеневших гриффиндорцев. Те быстро сориентировались и вылетели из комнаты. Юрки чуть посторонился, чтобы выпустить их, задержавшись взглядом на Гарри Поттере… – Теперь можешь говорить, – милостиво позволила Виитало. Мерзкая выходка Юрки, кажется, повеселила её. – Вернее, умолять меня на коленях о прощении, – добавила она с удовлетворённой улыбкой. Юрки поднял брови, откашлялся, прочистив горло, глотнул вина из горлышка, потом убрал сосуд за спину, не выпуская его из рук. – Дорогая… – начал он, подхватывая ироничный тон разговора. – Ты знаешь, я всё ещё люблю тебя… – А я тебя уже нет, – отозвалась Виитало со злорадством. Питер и Снейп, вынужденные играть роль дуэньи, которая следит, чтобы жених и невеста не переходили границ дозволенного до свадьбы, молча переглянулись. Питер поднял брови и выразительно закатил глаза. Снейп кивнул. Их мнения по поводу происходящего полностью совпали: сумасшедший дом. – Ты бы не хотела вернуться ко мне? – сладким голосом продолжал Юрки, играя на публику. – А извинения? – Ммм… Извини меня, пожалуйста, за то, что я сделал тебе больно… – И это всё? – А что ещё должно быть? – А за твоё безобразное поведение по отношению ко мне после развода? – Может, будем считать, что это зачтётся мне на том свете? Ладно-ладно, я вёл себя как последний мерзавец. Прости меня. – А деньги? – спросила Виитало после недолгого молчания. – Какие деньги? – Ну, миллион долларов, чтобы я окончательно простила тебя. Здесь и сейчас. Юрки опешил: – Ты же знаешь, что у меня нет с собой таких денег… – Знаю. Поэтому и спрашиваю. Виитало поднялась с диванчика и подошла к бывшему мужу. Юрки радостно заключил её в объятья. Они помирились! Ура! Снейп закатил глаза. Питер дёрнул его за рукав. – Очень жаль прерывать трогательную сцену, но мне надо уходить. Вижу, вам уже лучше, профессор Виитало, – быстро проговорил Снейп и ретировался вместе с Питером, оставив бывших супругов наедине.

DashAngel: Sad пишет: – Очень жаль прерывать трогательную сцену, но мне надо уходить. Вижу, вам уже лучше, профессор Виитало, – быстро проговорил Снейп и ретировался вместе с Питером, оставив бывших супругов наедине. Всё с вами ясно, мистер Снейп Sad, спасибо, что так много и так интересно!

Severina Black: Необычный пейринг, прямо скажем. Джей Дарлинг рулит! Кстати, здорово описали, получился очень живой.

Sad: DashAngel :) Severina Black Необычный? Это вы про Мери Сью? Иронизируете? Рада вас видеть в своей темке :) Severina Black пишет: Джей Дарлинг рулит А что? Пахож?

Severina Black: Пахож, пахож...:)

Rendomski: Я не поклонник вампирских историй, а здешние вампиры в стиле sex, drugs & rock'n'roll уж раздражают меня не меньше, чем Снейпа (я заметила объяснение, почему они такие, но логика логикой, а душа к ним не лежит). Но раздражают именно вампиры, а не то, как они поданы и как написано произведение в целом. Потому что написано как раз интересно, цельный сюжет, динамичный, но не перегруженный экшном – всё с толком, с расстановкой; неизбитые персонажи: как замечательно прописанные канонические, так и авторские. Главная героиня – никоим образом не Мери Сью, а превосходный оригинальный персонаж, несмотря на все свои особенности и интригующую биографию. И язык и стиль тоже хороши, читается произведение очень приятно.

Sad: Rendomski Спасибо вам за отзыв. Прямо бальзам на душу :) В оправдание вампиров могу сказать только то, что на самом деле они глубже, чем кажутся. Это должно проявиться в дальнейшем, но пока все нмп выпендриваются, что есть сил.

Gold: Sad Prigoditsya:)) Zainteresovalas' i utawila chitat' nachalo

Sad: Gold :) Рада, что вы заглянули. Надеюсь, прочитать ваш отзыв, если вам понраивтся мой фик. И тем более - если не понравится :)) Позволю себе небольшое отступление от темы. Сегодня на "Сказках" я обнаружила небольшое исследование за авторством Fleur на тему, где расположен Дурсмтранг. Поскольку в моем фике некоторым образом затрагивается тема Дурмстранга, позволю себе порекомендовать это исследование своим читателям. Исследование "Дурмстранг", автор Fleur

Sad: Глава 15.- – Гарри, ты представляешь? – воскликнула Гермиона, когда они вылетели в коридор из злополучной комнаты. – Надо же, Виитало – оперная певица. – Ну и что с того? – буркнул Гарри. Его сильно смущало присутствие странного парня со стоящими дыбом волосами по имени Юска. – Я не могла понять, почему она так себя ведёт. Ну, её речь, паузы, интонации, жестикуляция… Всё это продумано до мелочей. Никто из наших учителей не читает лекции так… артистично, что ли? Наверное, она училась на курсах актёрского мастерства. Как жалко, что это не принято в волшебном мире… А ещё я вспомнила, где видела Виитало раньше! – Ну и где же? – Этого я вам не скажу, – довольно заявила Гермиона, – пока сама не буду до конца уверена. Юска улыбался так, будто знал всё. ***** Снейп испытал нечто вроде морального удовлетворения, когда рассказывал Дамблдору, как Гарри Поттер чуть было не расстался с жизнью по вине вампира-посла, а любимая директором Виитало пострадала ещё серьёзнее. О своём происшествии с Юской зельевар умолчал. – Мы ведь первопроходцы, – добил старого волшебника Снейп. – Риск есть риск… Зельевар иногда сам себе удивлялся. Кто, кроме него, отважится говорить такие вещи одному из самых сильных волшебников столетия? Дамблдор, кажется, прочитал его мысли и рассмеялся. – Северус, никто, кроме тебя, не умеет так поставить всё с ног на голову, чтобы в сложной проблеме открылся новый аспект, которого никто не предусмотрел! Я имею в виду не этот случай, а вообще. Я рад, что сейчас всё обошлось. Это можно было считать комплиментом. Снейп не удержался и, сам не зная зачем, в ярких красках описал трогательное примирение супругов-вампиров. Директор порадовался за них. – Вы меня простите, если я не появлюсь на прощальной пирушке? – добавил зельевар. – Я сыт по горло общением с вампирами. – Конечно, Северус. Гости улетают завтра во второй половине дня. Ты не хочешь с кем-нибудь из них попрощаться? Снейп не хотел. Однако рано утром на следующий день он всё-таки пришёл в кабинет Защиты, где собрались несколько вампиров и Виитало, которая старалась проводить всё время с друзьями. Зайдя в класс, зельевар с удивлением поймал себя на том, что чувствовал себя в присутствии вампиров так же, как и всегда, по крайней мере, больше не чувствовал тошноты. За эти кошмарные дни у него развилось, видимо, что-то вроде иммунитета к вампирским чарам. В кабинете Защиты пили коньяк с самого утра. Никто не заметил прихода зельевара. Все развлекались, как умели. Какой-то незнакомый вампир выразительно читал вслух выдержки из учебника Гилдероя Локхарта «Встречи с вампирами» и покатывался от смеха вместе со своим приятелем, заглядывающим в книгу через его плечо. Питер, заинтересовавшись коллекцией оружия над каминной полкой, пытался зарядить средневековый арбалет стрелой от обычного лука. Стрела никак не вставала на положенное место, и вампир сосредоточенно сопел и пыхтел от натуги. Виитало придерживала на голове большие наушники и увлечённо приплясывала на месте под музыку, которую никто, кроме неё, не слышал. Женщина отстукивала каблуками ритм, её глаза были полузакрыты, губы беззвучно проговаривали слова песни. Иногда она встряхивала волосами, подражая движениям рокеров-мужчин, помахивающих пышной шевелюрой на сцене. Видимо, музыка в наушниках вызывала у неё бурю положительных эмоций.

Sad: Это было забавное зрелище: взрослая женщина в вечернем платье дергалась и подпрыгивала, как девчонка-третьекурсница на молодежной вечеринке. Снейп усмехнулся. Видели бы её ученики. Хотя Поттер и Грейнджер видели её и в худшем состоянии… Сейчас госпожа профессор не заботилась о поддержании авторитета и вела себя свободно и естественно. Вдруг Виитало запела в слух, стараясь петь как можно тише. Получалось пискляво, пронзительно и некрасиво. Это и есть её хвалёное сопрано? Впрочем, Снейп не слишком разбирался в опере. Слов песни он не разобрал. Она хоть знает, как глупо выглядит по стороны? Внезапно женщина открыла глаза и встретилась взглядом со Снейпом. Виитало не смутилась, не перестала петь и дергаться в своём странном танце. Она вдруг улыбнулась радостно и счастливо. Снейп с трудом заставил себя скривиться в ответ. Улыбка женщины, как решил зельевар, относилась, скорее, к музыке, чем к нему лично. Виитало есть, чему радоваться. Она помирилась с мужем. Наверняка, мирилась всю ночь на той самой двуспальной кровати: наконец-то этому шикарному предмету мебели нашлось достойное применение. Правда, можно было задуматься над тем, как очевидное восхищение, которое вызывал у женщины Питер (Виитало не забывала бросать в его сторону влюбленные взгляды), соотносилось с тем, что преподавательница Защиты только что помирилась со своим мужем? Или, может быть, она переспала и с Питером тоже? В любом случае Виитало совершенно не с чего улыбаться неприветливому коллеге – профессору Зельеварения. Тем временем Юска стянул из вазочки с фруктами три апельсина и принялся ими жонглировать. Питер, наконец, справился с арбалетом, поднял оружие и прицелился. Зазвенела тетива, маленький вампирчик вскрикнул. Стрела (меткий выстрел!) пригвоздила апельсин к стене. Два других апельсина упали на пол и откатились под столик. – Ну, знаешь, – возмутился Юска, вытирая рукавом сок, забрызгавший лицо. – Не мог бы ты охотиться на кого-нибудь другого и не здесь? – Извини, я не нашёл яблока, чтобы поставить его тебе на голову, – Питер вскинул арбалет на плечо с довольным видом удачливого охотника. – Кстати, у вас тут в подвале есть крысы? – У нас нет подвала, – буркнул Снейп, обидевшись, что его любимые подземелья назвали подвалом. – Крысы? – внезапно встрепенулась Виитало, снимая наушники. – Никаких крыс! Давайте лучше выпьем. Профессор Снейп как раз к нам присоединился. Предлагаю тост. Пусть все, кто должен умереть, покинут этот прекрасный мир, а все остальные живут долго и счастливо! Ура! Что хуже: иметь друзей-вампиров или не иметь их вообще? Снейп не знал. Однако он почти завидовал Виитало, у которой были хоть какие, но друзья. Коньяк был хороший. Снейп слушал, как Юска и Виитало весело болтали на двух языках, и совсем забыл, зачем пришёл. Напомнил ему об этом Питер. Вампир попрощался с зельеваром и сказал, что был искренне рад с ним познакомиться. Снейп ответил вампиру в том же духе, отдавая дань вежливости. Питер вызывал у Снейпа необъяснимую симпатию. Своей немногословностью, наверное. Однако желания увидеться с ним ещё раз у зельевара не возникало. Более того, Снейп был очень рад, что не ему, а Дамблдору придётся координировать действия вампиров и Ордена Феникса. В кабинет Защиты вошёл Юрки, читавший на ходу руководство-классификацию по волшебным существам для третьего курса Хогвартса. – Сирья, я не понимаю, как ты можешь заниматься по этим учебникам! Этот справочник неполный. Почему в этой книге нет мумий-троллей? – Потому что их нет в природе, – отозвалась та, протягивая свою рюмку Питеру, чтобы тот плеснул ей ещё коньяка. – То есть, как – нет? – воскликнул Юрки. – Это мифические существа. Их придумала Туве Янссон. – Мифические существа? Это мумий-тролли-то? Ну, знаешь ли, – нахохлился Юрки, оскорбленный в своих лучших чувствах. – До тридцати семи лет я был полностью убежден, что вампиры – целиком и полностью мифические существа, а потом… – вампир выразительно развел руками. – Нечего было напиваться до чертиков и идти домой через кладбище после вечеринки! – назидательно ответила немного захмелевшая Виитало. – И вампиры остались бы для тебя навсегда мифическими существами. – Сказка про мумий-тролля – это настольная книжка Юрки, – ехидно заметил Юска, широко улыбаясь. – Один из трех китов его образования в области литературы…

Sad: ***** Ко времени отлета все вампиры, которых не приглашали официально, исчезли, видимо, отбыли своим ходом, поэтому волшебники торжественно провожали только троих гостей. Поскольку все уже познакомились со знаменитым Гарри Поттером и его верной школьной подругой Гермионой Грейнджер, не было смысла прятать детей. Оба гриффиндорца провожали вампиров на крыльце замка вместе со своими учителями. Поттер заметно нервничал и сторонился Юрки. Грейнджер хлопала ресницами и краснела. Видимо, немалый рост Питера её очень смущал. И не её одну. Когда гости пошли прочь от замка, Виитало сначала с тоской смотрела им вслед. Потом она вдруг сорвалась с места и побежала их догонять. Питер, словно угадав её намерение, обернулся, и женщина с разбегу бросилась ему на шею. Снейп моргнул. Поскольку зрение зельевара оставляло желать лучшего, он решил, что не было достаточных оснований считать, что вампир и профессор Защиты бурно целовались взасос, совершенно не обращая внимания на присутствие посторонних лиц. Конечно же, это было просто крепкое дружеское объятие. ***** Через неделю после окончания Рождественских каникул Гермиона отозвала друзей в сторону и положила перед ними немного потрепанный маггловский журнал, датированный 1989 годом. – Смотрите, что прислала мне подруга по моей просьбе, – сказала она. – Энни увлекается такой музыкой… На развороте журнала красовалась большая цветная фотография. Мужчина в черной рубашке и джинсах и женщина в декольтированном темно-синем платье. Лица у обоих были белыми. Гарри решил бы, что фотография специально обработана так, чтобы подчеркнуть белизну кожи по контрасту с черными волосами, если бы не имел шанса видеть лицо Юрки с расстояния нескольких дюймов во всей устрашающей бледности его красок. Виитало на снимке была так сильно накрашена, что гриффиндорцы не сразу узнали её. Она была очень красива и совсем не похожа на ту суровую преподавательницу, которой она представала перед ними в классе. Всё в ней: и осанка, и наклон головы, и взгляд подведённых синим глаз, – говорило о том, что она королева и прекрасно знает это… А сейчас… Что должно было произойти, чтобы весь блеск исчез, и осталась только одинокая, измученная женщина?..

Sad: ***** Это рождество вспоминалось Снейпу как страшный сон. На фоне школьной рутины, которая обладала замечательным свойством занимать ум и отбирать все силы, произошедшее на каникулах казалось нереальным. Снейп снова столкнулся с нарушениями дисциплины на уроках Защиты со стороны своих учеников. Это его удивило. Видимо, угроза, произнесённая строгим деканом в гостиной Слизерина три месяца назад, уже перестала пугать учеников-слизеринцев. Жаль. А ведь Снейп полагал, что эта проблема решена окончательно и бесповоротно. Пришлось сделать ещё одно строгое внушение. Целую неделю всё было хорошо, потом Виитало упала с лестницы, и урок Защиты отменили. – Неудивительно, – фыркнула Лаванда Браун, которая почему-то очень не любила преподавательницу Защиты От Темных Искусств. – Виитало носит шпильки. В такой обуви, как у неё, невозможно ходить по школе… Как известно, ученицам Хогвартса запрещалось носить обувь на высоких каблуках. Через две недели Виитало упала с лестницы ещё раз, когда возвращалась из библиотеки со стопкой книг, и урок снова пропал. Снейп выяснил у мадам Помфри, что у Виитало были слишком сильные повреждения для банального падения с лестницы. Кроме того, преподавательница Защиты так и не смогла объяснить ведьме-целительнице, как это её угораздило так навернуться. Зельевар не стал ждать третьего раза. Выждав ещё две недели, Снейп подстерёг Виитало около библиотеки поздно вечером после отбоя. Видимо, преподавательница решила, что раз ученики уже разошлись по своим комнатам, она будет в относительной безопасности. Наивная! При виде декана Слизерина Виитало чуть не выронила книги, которые несла – как всегда большую стопку. Заклинание Левитации придумали явно не для неё: Виитало предпочитала всё носить в руках, не пользуясь волшебной палочкой. Эта глупая привычка делала преподавательницу практически беззащитной для школьных озорников. Но это вовсе не значит, что они останутся безнаказанными… – Позвольте вам помочь, госпожа профессор, – с усилием выдавил из себя Снейп. Интонация получилась слишком доброжелательной и поэтому фальшивой. Виитало насторожилась, но не стала возражать и протянула ему несколько книг. Два коридора они прошли молча. Когда они завернули за угол недалеко от лестницы, Снейп шумно уронил свою стопку. Виитало, от неожиданности испуганно вскрикнув, уронила свою и наклонилась собрать книги. Заняв, таким образом, внимание преподавательницы Защиты, Снейп прошёл несколько шагов по коридору по направлению к лестнице, сильно топая ногами и нарочито громко кашляя. – Что с вами, профессор? – спросила Виитало с беспокойством, сидя на корточках около рассыпавшихся книг. – Немного простудился, – непринужденно ответил Снейп и направился к лестнице. До зельевара донёсся топот ног учеников, бегущих по ступенькам вниз. Поймать слизеринцев с поличным не являлось его основной задачей. Снейп внимательно обследовал ступеньки. Как он и ожидал, заклятие было сравнительно легким: модифицированный вариант чар Удавки, протянутой для верности поперёк двух соседних ступенек. Неплохо с точки зрения теории Заклинаний: такие чары не позволяли человеку, который встал на эту ступеньку, удержать равновесие и смягчить падение. Но о чём они, Мерлин, только думали, когда натягивали Удавку на лестнице? Стоит только неудачно упасть, ударившись, например, затылком о ступеньку, и вам гарантирована быстрая смерть от сердечной недостаточности. Не говоря уж о том, что можно просто, но эффективно проломить себе череп о каменный выступ. Даже лучшие медики Волшебного Мира не способны вернуть людям вытекшие мозги. Милая детская шалость вполне могла стоить преподавательнице жизни. Виитало просто повезло, что ничего такого с ней до сих пор не случилось. Слизеринцы могли бы сообразить, что своими забавами они создают проблемы, прежде всего, своему декану, которому придётся взять уроки Защиты на себя, если с преподавательницей что-нибудь случится. Идиоты! Зато теперь они знают, что их декан вмешался в это дело и не позволит осложнять себе жизнь. Виитало, наконец, сообразила, от чего именно её спас неприятный коллега. Снейпу не пришлось ничего объяснять. Женщина тактично сделала вид, что не заметила ничего подозрительного и не услышала топота убегающих учеников. Снейп проводил преподавательницу до дверей её личных комнат. Собираясь уходить, он вдруг почувствовал легкое прикосновение к сгибу локтя. – Спасибо вам. За всё, – сказала она тихо и совершенно искренне. У Снейпа внутри что-то дрогнуло. Сам он давно разучился говорить искренне и сейчас снова почувствовал зависть. Это раздражало. Зельевар дёрнул локтем, сбрасывая её руку, и, сделав вид, что ничего не слышал, удалился.

Sad: ***** Снейп долго оттягивал момент, когда ему надо будет принять это решение. Наверное, причиной этому был обычный человеческий страх, но зельевар объяснял своё затянувшееся пребывание среди Упивающихся Смертью тактическими соображениями. Кто-то ведь должен был узнавать об интригах, которые плетёт Сами-Знаете-Кто в Министерстве?!.. Однако вот уже почти полгода его рискованная деятельность приносила мало плодов. Зельевар чувствовал, что Темный Лорд медленно, но неуклонно отстраняет от дел ненадежного Упивающегося, перестаёт посвящать его в свои планы. Обязанности Снейпа свелись к механическому приготовлению зелий. Вызовы в особняк Малфоя превратились в простую формальность, проверку, явится ли он или нет. Такое не могло продолжаться долго. Рано или поздно Темный Лорд решит, что от мастера Зелий больше тревог, чем пользы. Надо было уходить. Необходимо было уйти уже давно, но Снейп не делал этого, хотя знал, что Дамблдор поддержит его. Директор всегда был против того, чтобы его сторонники просто так рисковали жизнью. Зелье невероятно сложного состава было готово, остужено и перелито во флакон. Теперь у Снейпа не было предлога, чтобы можно было продолжать тянуть время. Больше половины ингредиентов этого снадобья обладали наркотическими свойствами, но другого способа нейтрализовать действие Метки Снейп не нашёл. У него не было достаточно времени на опыты. Всё не так уж плохо: стать наркоманом и не чувствовать боли в загоревшейся Метке. Снейп никогда в своей жизни не принимал наркотиков (если не считать алкоголь). Как он будет вести уроки в таком состоянии?.. В конце концов, от наркотической зависимости можно вылечиться… Но тут есть одно «но»: начать лечиться можно только тогда, когда Темный Лорд будет повержен и опасность нового вызова пропадёт. Что к этому времени останется от его нервных клеток, гибнущих под действием наркотических веществ? Зельевар аккуратно завернул левый рукав и стал втирать в кожу приятно пахнущее снадобье, потом перехватил руку около локтя плотной повязкой телесного цвета. Скоро состав проникнет в кровь через кожу и начнёт действовать. Самое время лечь спать.

DashAngel: Sad, это просто царский подарок! Столько интересного, такой объём... Я в восторге! Цитировать понравившееся не буду - честное слово, это займёт очень много

Sad: DashAngel Спасибо :) Всегда приятно слышать такие похвалы

Sad: Поднимем тихохонечко :)

DashAngel: Ой, и правда давно в темке никого... Sad, а что там с новыми главами?

Sad: Глава 16.- Адаптация к зелью, заглушающему действие Метки, проходила тяжелее, чем предполагал Снейп. Зельевар целыми днями чувствовал себя разбитым и уставшим. Его постоянно мучил страх, что он не успеет вовремя принять следующую порцию снадобья, и Темный Лорд воспользуется этим, чтобы добраться до него: видимо, так происходило психологическое привыкание к действию наркотика. Снейп надеялся, что ученики не заметят произошедших в нем перемен, но вот уже несколько раз ему приходилось устраивать разнос слизеринцам, чтобы восстановить свой пошатнувшийся status quo. Слизеринские змеёныши всегда тонко чувствовали слабину в окружающих и готовы были ударить в самое больное место, как только его обнаружат. Как обстояли дела с вампирской разведкой и действиями против Вольдеморта, Снейп не интересовался. Теперь он оказался почти в таком же положении, как в своё время Сириус Блэк. Для зельевара стало безопаснее не покидать Хогвартс без крайней необходимости. Ощущение собственной беспомощности и бесполезности было отвратительным. Неудивительно, что Блэк так бесился. От скуки Снейп принялся подкалывать и изводить Виитало при всяком удобном случае, но скоро бросил это дело. Над ней было неинтересно издеваться. Женщина не огрызалась в ответ на его грубости. Она реагировала слишком спокойно, не так, как ему бы хотелось. Снейп перестал доставать её вслух, но продолжал, упражняясь в злословии, изобретать оскорбительные для женщины вопросы, которые он задал бы ей, если бы не…. Например: «Вы переспали со всеми вампирами, которые приезжали в Хогвартс, или только со своим бывшим мужем?» или «Вы часто ему изменяли?» Или «Каково это – совокупляться с мертвецом?» Последний вопрос вызывал у зельевара особенно сильное нездоровое любопытство. Снейп заметил, что его немного заклинило на сексе. Удивительно, но раньше ничего подобного с ним не случалось. Во всём, конечно же, виноваты вампиры. Именно действие вампирской ауры разбередило его слабое место. К сожалению, общение с Виитало, которая так раздражала его, не удалось ограничить встречами за завтраком, обедом и ужином. Преподавательница Защиты От Темных Искусств в отличие от зельевара принимала в жизни самое активное участие. Она переводила чудом уцелевшие дневники пресловутого Валентина Рамбуйе, посвященные исцелению вампиров от ран и солнечных ожогов. Если вампиры будут участвовать в борьбе против Темного Лорда, им вполне может понадобиться медицинская помощь. Обычно раненый вампир погружается в летаргию на несколько месяцев, и его раны заживают во сне. «…Но мы не можем ждать так долго. У нас каждый человек на счету». Необходимость помощи со стороны мастера Зелий Виитало обосновывала именно так. Дамблдор, конечно же, поддержал её. Снейп не смог сослаться на занятость (теперь он был более чем свободен) и согласился «взглянуть на ваши бумажки». Дневники представляли собой внушительную стопку пергамента, исписанного аккуратным разборчивым подчерком. Рамбуйе писал свои заметки на языке той страны, в которой, видимо, находился в соответствующий момент, поэтому в рукописи были представлены почти все европейские языки. Виитало говорила по-фински, по-шведски и по-норвежски, знала английский, немного французский и итальянский (благодаря ариям из классических опер, которые разучила во время своего обучения в музыкальной академии). В остальных случаях преподавательница Защиты пользовалась заклинанием Перевода. Задача Снейпа заключалась в том, чтобы вылавливать в рецептах очевидные ошибки, появившиеся из-за неправильного перевода. Таким образом, почти все вечера Снейпа оказались заняты общением с Виитало. Каждый вечер женщина вторгалась к нему в кабинет и проводила в обществе зельевара около двух часов, пытаясь понять, что её учитель имел в виду под тем или иным словосочетанием. Снейп с кислым видом сидел, положив подбородок на переплетённые пальцы, и строго следил за тем, чтобы несовместимые ингредиенты случайно не оказались в одном зелье.

Sad: Виитало подходила к работе с крайней дотошностью. Она прекрасно понимала, что от результатов этого труда может зависеть жизнь её соплеменников. В процессе работы выяснилось, что сама Виитало обладала знаниями в области зельеварения на уровне максимум пятого курса. Этот факт не прибавил ей уважения со стороны мастера Зелий. Снейп мысленно поставил ещё одну галочку в воображаемом списке «Что меня раздражает в этой женщине». Список начинался её бывшим мужем-вампиром и сомнительным происхождением, а заканчивался свойственной её излишней сентиментальностью в том, что касалось незабвенного Валентина Рамбуйе. Дневники состояли из нескольких частей. В первой части подробно описывалось, что предположительно представляют собой вампиры с точки зрения физиологии. Эту часть Виитало пропустила, посчитав, что теоретические построения Франкенштейна могут подождать, и начала сразу со второй части, где описывались целебные зелья для практического применения. Раздел, посвященный зельям, был невыносимо скучен. Даже Снейп, перечитавший за свою жизнь не одну сотню книг по Алхимии, должен был с этим согласиться. Если бы там описывались какие-то принципиально новые методы – вот тогда другое дело. Однако в большинстве своём зелья для вампиров представляли собой модифицированные варианты рецептов для обычных волшебников. Здесь для Снейпа не было ничего нового. Зельевар уже подумывал о том, чтобы отказаться от этой нудной и занимающей много времени работы, но тут они дошли до более сложных рецептов. Когда Снейп начал читать эту часть рукописи, у него создалось ощущение, что доктор Франкенштейн в процессе написания своего нетленного сочинения вдруг спохватился и начал подробно объяснять незадачливому читателю, почему в зелье должен быть заменен тот или иной компонент, чтобы снадобье подействовало на вампиров нужным образом. Автор рукописи неожиданно углубился в рассуждения о физиологии вампиров (ссылаясь на первую часть своего трактата) и о влиянии на них различных веществ, тогда как до этого момента все рецепты давались без объяснений принципа действия. Снейп отобрал первую часть дневников у Виитало, не обращая внимания на её непрекращающиеся вопросы по поводу перевода второй части, и с увлечением прочитал всё, что было написано по-английски. Рамбуйе детально описывал обмен веществ вампиров, свои гипотезы по поводу функционирования кровеносной и пищеварительной систем, которые были естественно связаны, особенностей зрения, слуха, обоняния, процесса заживления ран и т.д. Этого зельевар не встречал ещё ни в одной книге. Уникальная информация! Снейпа охватил научный азарт, и он имел неосторожность признать вслух, что Рамбуйе – гений. Этого не следовало делать при Виитало. Преподавательница Защиты со свойственной женщинам нелогичностью перенесла восхищение профессора Зелий с работ Франкенштейна на его личность. И радостно поведала Снейпу множество совершенно неинтересных зельевару деталей о своём покойном учителе. – Вы знаете, откуда у Рамбуйе его прозвище? – рассказывала Виитало с мечтательной улыбкой, не обращая внимания на то, что Снейп слушает её в пол-уха, углубившись в чтение первой части дневников. – Франкенштейн – это герой романа маггловской писательницы Мэри Шелли. Виктор Франкенштейн был гениальным ученым, который создал подобное человеку существо из кусков мертвых тел и оживил своего монстра с помощью электрического тока… Снейп непроизвольно поднял голову от книги. Такого бреда он ещё не слышал. – Это роман о том, что получается, когда человек мнит себя Богом и пытается создать живое разумное существо, как Господь когда-то создал самого человека. Магглы называют Франкенштейном и монстра, и его создателя. Я так и не поняла, кого имел в виду Валентин, признавая за собой это прозвище: гениального ученого или его ужасное творение? По Дурмстрангу в своё время ходила легенда о том, откуда у Франкенштейна появилось это незавидное прозвище. Видите ли, у всех вампиром очень бледная кожа, но у Валентина одна рука по локоть была смуглая. Наверное, он просто пытался изобрести зелье, которое предохраняло бы кожу вампира от солнечного света, но эксперимент не удался… А школьники говорили, что наш алхимик потерял где-то свою руку и приставил себе на её место чужую конечность, которую он естественно выкопал из могилы на кладбище! – закончила Виитало и весело рассмеялась.

Sad: Зельевар натянуто улыбнулся, чувствуя, что у него начинает дергаться глаз от с трудом сдерживаемого раздражения. Женщина продолжала говорить, и Снейп против своего желания узнал, что у Франкнштейна были шикарные густые светлые волосы до пояса и прекрасные темные глаза. Он ходил по школе в черных кожаных брюках и белой рубашке, а волосы за спиной завязывал лентами в трех местах, чтобы не мешали… Стало очевидно, что Виитало была по уши влюблена в своего преподавателя Алхимии, когда училась в школе, и продолжала любить его до сих пор (возможно ли такое?), несмотря на то, что этот человек умер уже больше двадцати лет назад. Шёл уже третий час их совместного сидения за столом безо всякого существенного результата, потому что Виитало, погрузившись в воспоминания, пускала сентиментальные слезы, вместо того что заниматься делом. Снейпу это надоело, и он, не прерывая её словесных излияний, встал, забрал всю первую часть дневников с собой и ушёл не попрощавшись. Будет, что почитать на ночь в постели. Ему уже давно было пора нанести следующую порцию зелья на Метку… не говоря о том, как раздражала его Виитало. Снейп не мог просто порадоваться, что у неё был в жизни такой замечательный учитель. Зельевара снова стала мучить зависть: у него не было никого, кто мог бы наставить его в своё время на путь истинный, не позволив совершить некоторых непоправимых ошибок. Женщина его невыносимо раздражала. У неё была отвратительная манера замолкать, глядя ему в лицо, ожидая его реакции на свои рассказы. И Снейпу приходилось волей-неволей отвечать что-то невпопад. Зельевару надо было срочно найти предлог, чтобы отказаться от работы с ней. Если Виитало не прекратит своих откровений, он может не сдержаться и задать-таки ей длинный список оскорбительных вопросов, который он составил уже давно, заранее отрепетировав интонацию, с которой всё это должно произноситься. У Снейпа в очередной раз начали сдавать нервы, и в какой-то момент он просто наотрез отказался помочь ей. «Оставьте-меня-в-покое-я-занят-я-устал-у-меня-нет-настроения…» И так далее без конкретных объяснений – одни эмоции. Снейп сорвался и чуть ли не накричал на неё. Виитало испугалась и отстала от него, с недоумением хлопая ресницами.

Sad: ***** Эффект был достигнут, но надолго ли? Без помощи специалиста по зельям в переводе рецептов не обойтись, и Снейп прекрасно понимал необходимость этой работы для блага Ордена Феникса. Есть ещё Дамблдор, который обязательно заставит его, Снейпа, помочь Виитало, когда та обратится к директору с просьбой надавить на мастера Зелий. Снейп чувствовал себя загнанным в угол. Ему стало казаться, что Виитало специально его преследует. Наверное, сказывалось действие наркотика, именно поэтому у зельевара началась эта паранойя. Им овладела навязчивая мысль как-нибудь проучить Виитало. Но как? Она была практически нечувствительна к язвительным замечаниям на тему её происхождения, мужа-вампира, крови и всего прочего. Как ещё можно её задеть? Мысли Снейпа постоянно возвращались к воображаемому списку оскорбительных вопросов, которые, казалось, обрели собственную жизнь независимо от зельевара и изо всех сил стремились быть произнесёнными вслух. Но нельзя же просто подойти к ней на перемене и спросить. Надо остаться с ней наедине, чтобы никто не смог одернуть зельевара и заступиться за преподавательницу Защиты. Скоро ему представился случай «проучить» Виитало.

Sad: ***** Поздним вечером Снейп совершал ночной обход. Он свернул в коридор, ведущий от библиотеки. Навстречу ему шла Виитало. Книг при ней в коем-то веке не было… В голове Снейпа мелькнула мысль: «Вот он – долгожданный случай поставить выскочку на место! Сейчас или никогда!». Но в то же время здравый смысл говорил зельевару, что сейчас он не в том состоянии, чтобы что-то изображать. Но, тем не менее… Сейчас или никогда! Поравнявшись с Виитало, которая шла, делая вид, что не замечает его в упор, Снейп резко выбросил руку в сторону, грубо схватил женщину за локоть и развернул лицом в себе. Преподавательница Защиты ахнула от неожиданности. – Я давно хотел спросить вас, госпожа Виитало, что чувствует вампир, когда пьёт человеческую кровь? Снейп схватил её второе запястье, когда женщина попыталась отцепить его руки от себя. – Вы сошли с ума? Что вы делаете? – тихо спросила Виитало, глядя на него широко открытыми от испуга глазами. Сошёл с ума? Она в чём-то права… Настало время выяснить главный волнующий его момент и задать «Вопрос номер один»: – Ты трахалась со всеми вампирами, которые приезжали в Хогвартс на Рождество, не правда ли? – с ненавистью прошипел Снейп на одном дыхании, потянув её руки за запястья вниз, так что женщина была вынуждена сделать шаг к нему. Они оказались стоящими почти нос к носу. Виитало, не моргая, смотрела ему в глаза. Её губы немного дрожали. Снейп вдруг осознал, что выглядит смешно. На что это похоже со стороны?! Как можно нападать в пустом коридоре на коллегу и задавать ей такие вопросы? Озлобленность и раздражение сыграли с зельеваром нехорошую шутку. Он повёл себя в высшей степени неадекватно. Однако раз он начал, нельзя останавливаться на полпути… И он ждал её реакции и молил Мерлина-или-кого-там-ещё, чтобы Виитало ответила что-нибудь такое, чтобы можно было отпустить её и свести всё к неудачной шутке. Снейп чувствовал себя дурным актёром в неудачной театральной постановке и проклинал тот час наркотического опьянения, когда его угораздило придумать этот чертов «список вопросов». Пауза затягивалась. Виитало отвела глаза в сторону покраснев. Снейп мечтал провалиться сквозь землю. Было бы самое время сказать: «Пардон, мадам, шутка удалась!» - но профессор Зелий не мог позволить себе легкомысленно шутить. Женщина подняла на него глаза с укором и страхом. Снейп ждал, что Виитало устроит истерику, и он сможет облить её холодной водой и напоить Успокоительным настоем, а повод, послуживший началом ссоре, между делом забудется. Или – ещё лучше – Виитало не потеряет хладнокровия, поддастся на провокацию и ответит ему чем-нибудь оскорбительным в том же духе. Тогда можно будет начать войну в открытую. Однако она, кажется, не собиралась помочь ему выпутываться из сложной ситуации, которую он сам создал. Губы Снейпа начинали кривиться и дрожать от нервного напряжения, когда он, наконец, собрался с силами и выпалил первое, что пришло в голову: – А ты не хотела бы меня укусить? Или ты боишься, что тебя схватят и посадят в Азкабан? Ну, давай же, укуси меня!.. Эти слова требовали какого-нибудь выразительного театрального жеста для подкрепления. Повинуясь мгновенному порыву, Снейп отпустил её руки, быстрым движением расстегнул несколько верхних пуговиц своего сюртука, ослабил шейный платок, открыв горло, и задрал подбородок, словно приглашая её к пиршеству… «Ой, что же такое я делаю?..» Виитало замерла, впившись взглядом в его шею, и даже перестала дышать. Снейп понял, что последними словами перекрыл себе последний путь к отступлению. – Пойдём, – вдруг сказала она, словно приняв какое-то решение, взяла его за рукав и двинулась по коридору по направлению к своим комнатам. Снейп последовал за ней, на ходу заправляя уголок развязанного шейного платка за воротник. Что же она задумала?..

Natalija: Sad Ох, какие страсти. Северуса жалко. Дамблдору давно пора подумать о должности школьного психолога, а то у сотрудников такая бурная жизнь...(а рядом дети...)

Sad: Natalija Вы совершенно правы. Вообще школьным психологом в Хогвартсе наверное является сам Дамблдор, но сейчас у него так много забот, что на бедного СС его не хватает :). Поэтому СС будет выпутываться своими силами :)

Sad: Поднять, что ли?..



полная версия страницы