Форум » Библиотека-3 » Тени рождаются в полдень: макси, AU, PG-13, СС/ГГ, нмп, ГП/ДУ, нжп. и др.,(Главы 15-20) » Ответить

Тени рождаются в полдень: макси, AU, PG-13, СС/ГГ, нмп, ГП/ДУ, нжп. и др.,(Главы 15-20)

Pixie: Авторы: Pixie и IsiT Название: Тени рождаются в полдень. Бета: Главы 1-7 Sol, с 8-ой главы Талина Рейтинг: PG-13 Пейринг: СС/ГГ, нмп, ГП/ДУ, нжп и другие Жанр: AU/Romance Диклаймер: Мир, герои и мировая слава - у мадам Роулинг. Что остается авторам? Сюжет и моральное удовлетворение от творчества :) Саммари: Вольдеморт убит. Но ни Гарри Поттер, ни Орден Феникса не имеют к победе никакого отношения. Чего ожидать от нового героя, который смог уничтожить Темного Лорда? На этот вопрос предстоит ответить Снейпу, вновь принявшему на себя нелегкую роль шпиона. Комментарии: Чистейшее AU (альтернативный шестой год в Хогвартсе). Некоторые герои возможно ООС (хотя это, имхо, очень субъективно). Предупреждение: смерть нескольких второстепенных персонажей. Авторы надеются на отзывы читателей. Размещение: предупредите авторов, пожалуйста Все главы

Ответов - 147, стр: 1 2 3 4 5 All

Эльпис: Ух ты, какая глава! Когда читала про взбешенного Снейпа, даже страшно стало! Это так сильно написано! А яд правда ужасный, и как Снейп будет сейчас спасать девушку я просто не представляю... Спасибо за новую главу и за такую красивую легенду

Pixie: Jastina Спасибо! Про зелье для Кингсли не забудут, я думаю. Мадам Помфри заставит Снейпа вспомнить о нем :) Эльпис Спасибо за отзыв! :) На самом деле спасти Гермиону не так трудно. Главное - противоядие достать.

Jastina: Pixie пишет: Главное - противоядие достать. Чувствую, тут тоже что-нибудь этакое выйдет, интересно-загадочное

Pixie: Jastina На самом деле ничего особенного :) Хотя с другой стороны... ;)

Jastina: Pixie пишет: На самом деле ничего особенного :) Хотя с другой стороны... ;) Интригует!!!

Pixie: Глава 16. Зелье Софруса Милстона (продолжение) Из дневника Гермионы Грейнджер: ...Какой же наивной я была, когда думала, что хуже быть не может! Я так надеялась, что уже испила горькую чашу страданий до дна, но злой рок каждый раз посылает мне новые испытания. Ну вот, я опять плачу. В моем положении плакать глупо. Ведь, как известно, слезами горю не поможешь, но мне от этого ни капельки не легче. Я могу умереть... Об этом сказала мадам Помфри Дамблдору. Они стояли возле моей кровати и разговаривали, думая, что я еще без сознания, и поэтому не опасались, что их услышат. Но я слышала каждое слово. Говорят, что на свете нет более сильного страха, чем страх смерти. Нет ничего хуже, чем знать о том, что ты на краю, и каждый день или час твоей жизни может оказаться последним. Мне страшно, но я знаю, что должна как-нибудь отвлечься от этих жутких мыслей. Состояние мое сейчас - хуже некуда. Дневник все время норовит выпасть из моих слабых рук. Хотя нужно сказать спасибо мадам Помфри, что она вообще разрешила мне писать. Еще бы! Она видела, как дрожит перо в моих слабых пальцах, но все равно ничего не сказала. Это просто ужасно: ощущать себя так, словно кто-то разом вытянул силы из моего тела. Из моего уродливого, отвратительного тела... Уже в который раз я тщетно пытаюсь собраться с силами, чтобы описать то, что произошло. Каждый раз я верю в миф о том, что после того, как напишешь, станет легче. Миф, потому что мне это еще ни разу не помогало. Равнодушным белым страничкам нет никакого дела до наших проблем. Они просто хранят чувства и мысли людей, но ничуть не уменьшают переполняющих человека боли и горя. Зачем тогда я пишу? Наверное, иначе точно сойду с ума. Казалось бы, ничего страшного не произошло. Ведь пострадала, слава Мерлину, только я. Эта мысль - мое единственное утешение сейчас. Если бы отравленный эклер съел профессор Снейп, у него, вероятно, не было бы шансов выжить, ведь он находился в кабинете один. Так странно. Теперь я даже радуюсь тому, что попала в больничное крыло. Северус жив и здоров, и это самое главное. Можно даже потешить себя мыслью, что я невольно спасла его жизнь. Почему же тогда я опять плачу? Дура, набитая дура - вот кто я такая! Хотя можно ли меня винить в том, что я не хочу умирать?! Нет! Пора перестать лить слезы, успокоиться и написать по порядку все известные мне факты. Итак, Ирэн Илви добавила в эклеры яд, воссозданный Магистром Софрусом Милстоном по рецептам древних египтян. Она хотела отравить профессора Снейпа, но по чистой случайности эклер съела я. Этот яд называется "Чистая слеза", и противоядия от него нет. Точнее, оно находится у Магистра Милстона, но я не знаю, согласится ли он помочь. Что еще? Яд действует достаточно быстро, но профессор Снейп сумел снизить его токсическое влияние на организм с помощью Универсального противоядия (Северус - гений, я восхищаюсь им: приготовить качественный Универсальный антидот под силу только опытнейшему зельевару). Теперь есть время найти противоядие. А если его не найдут? Если у Магистра Милстона вообще нет антидота? Еще одно. Зелье имеет побочный эффект: сильные повреждения кожи. Древние знали, как доставить человеку максимум страданий, превратив его перед смертью в омерзительное создание. Мое лицо - это лицо чудовища из детских сказок, которыми пугают непослушных детей. Мои руки и ноги - сплошные язвы и волдыри. Это выглядит жутко, я сама не в силах поверить, что это мои руки. Пишу сейчас, а взгляд нет-нет да упадет на изуродованные запястья. Зеркала мне, естественно, никто не дал. Когда я пришла в себя, то трансфигурировала в него стакан из-под зелья... В тот миг я пожалела, что мадам Помфри оставила мне мою волшебную палочку. Вот они, факты. Сухие и равнодушные слова на страницах дневника. Кто-то сказал бы: "Радоваться надо, что пока жива", - а я вот почему-то не радуюсь вовсе. Кроме страха умереть, во мне поселился другой страх. Я боюсь того, что могу остаться таким страшилищем. Смешно, право слово: презирала Ирэн Илви за то, что она ставила внешность превыше всего, а теперь на своем горьком опыте убедилась в том, что красотка не всегда высказывала только банальные глупости. Вот что значит испытать все на своей шкуре... Перечитала написанное и решила, что последняя фраза немного равнодушно звучит, словно мне все равно. Но это не так! Мне страшно... Просто и сил больше нет, и глаза слипаются, но в душе - все та же пустота...

Pixie: * * * Особняк Милстонов, как и положено всякому особняку аристократического волшебного рода, располагался в элитной пригородной части Лондона. Это было одно из трех имений рода Милстонов. Раньше их было пять, но пятьдесят лет назад еще совсем молодой Софрус Милстон решился на отчаянный и безрассудный поступок: продать два небольших двухэтажных коттеджа в Шотландии. Софрусу нужны были деньги на экспедицию в страны Ближнего Востока и Египет, а позже - на собственную алхимическую лабораторию. Спустя всего несколько лет эта лаборатория станет легендарной, и каждый юный алхимик, только начинающий свой путь в науке, будет мечтать о том, чтобы работать рядом с Софрусом Милстоном. Карьера Магистра не была стремительным взлетом, обусловленным случайным стечением обстоятельств и необычайным везением. Его успехи - результат долгой и кропотливой работы, которая год за годом, ступенька за ступенькой ведет алхимика к званию "настоящего ученого". Званию, которое никак не соотносится с научными степенями и прочими регалиями, но отражающему образ жизни, способ мышления и состояние души. Продажа двух особняков не была поступком бесшабашного авантюриста, бездумно стремящегося к приключениям. Напротив, это было действие совершенно нехарактерное для Софруса Милстона. Он не любил грандиозных перемен в жизни, но зато очень любил алхимию и искренне желал выведать неоткрытые еще тайны искусства зельеварения, познать все его грани и тонкости. Милстон не был фанатиком. Он просто искренне любил науку и потому, как никто из алхимиков, заслуживал высокого звания Магистра. Снейп не знал, да и не мог знать, что биография его знаменитого коллеги так похожа на жизненный путь не менее знаменитого маггловского ученого Чарльза Дарвина. Опасная и длительная экспедиция, сыгравшая решающую роль в его судьбе, склонность к долгому и кропотливому труду, зачастую затягивающемуся на годы, но дающему в итоге гениальные результаты. Природная скромность и неамбициозность. Таких ученых немало, но лишь единицы из них выбиваются на самый верх. Их оттесняют более приспособленные к борьбе за существование коллеги и собственное равнодушие к научным званиям. Но Северус Снейп не думал об этом, стоя перед невысоким магом лет семидесяти, с посеребренными сединой висками и пышными бакенбардами. Профессора сейчас волновало только одно - помощь мисс Грейнджер. - Северус Снейп, не так ли? - Магистр Милстон, искренне улыбаясь, протянул коллеге руку. - Кажется, нас представляли друг другу на позапрошлой конференции в Мюнхене. Вы уж простите старика, если память меня подводит. - Да, Магистр, - Северус склонил голову в поклоне. - Приятно, что вы помните нашу встречу. - Еще бы! Значит, для моей памяти еще не все потеряно. Я читал ваши последние статьи о зельях, влияющих на психику. Признаться, взгляд ментального мага на эту проблему открывает новые возможности в зельеварении. Я бы сказал даже - это новое направление на стыке окклюменции и алхимии, - пожилой зельевар сделал приглашающий жест в сторону гостиной. - Прошу вас, проходите. Сейчас принесут чай. - Простите, Магистр, но у меня дело, не терпящее отлагательств, - покачал головой Снейп, проходя вслед на Милстоном в просторную гостиную. - На волоске висит человеческая жизнь, и только вы можете помочь. - Я весь к вашим услугам, мистер Снейп, - Софрус Милстон серьезно смотрел на коллегу. - Мне срочно нужен антидот против "Чистой слезы". Одна из учениц Хогвартса отравлена им, - без обиняков заявил Снейп, наблюдая, как бледнеет лицо Магистра. - "Чистой слезы"? - тихо переспросил он, будто не веря своим ушам. - Вы уверены? - Я провел анализ, - ответил Снейп. - Кроме того, симптомы отравления полностью совпадают с описанными вами, Магистр, в "Алхимическом вестнике". - Быть этого не может, - сраженный словами профессора Милстон покачал головой и потер виски. - Нет-нет, не думайте, я не подвергаю сомнению ваши профессиональные качества, мистер Снейп, - поспешно заверил он Северуса. - Но это просто невозможно! Опасные зелья хранятся только в моем доме. Они надежно спрятаны, и об их местонахождении не знает почти никто. Известно имя того, кто дал девушке яд? - Ирэн Илви, - выплюнул Снейп, сжимая кулаки. - Это имя ничего мне не говорит, - с сожалением покачал головой Магистр. На миг задумался, наморщив лоб, а потом решительно направился обратно в коридор. - Мы не должны терять ни минуты. Сейчас я дам вам антидот. Он хранится в моем кабинете. Личный кабинет Софруса Милстона находился рядом с гостиной. Здесь хозяин только работал с научной литературой и бумагами, не связанными с алхимией. Несмотря на царящее в душе Снейпа волнение, профессор зельеварения не мог не восхититься уютом небольшого кабинета, огромным количеством книг и свитков. Здесь все было продумано и сделано с максимальным удобством для длительной работы с книгами и документами. Магистр прошептал заклинание-пароль, и из противоположной от дверей стены показался небольшой ящик, единственным содержимым которого была маленькая деревянная коробочка. - Сейчас, - пальцы знаменитого ученого слегка дрожали, пока он извлекал из коробочки один за другим крошечные флакончики и каждый из них просматривал на свет. Достав очередной пузырек, Милстон вдруг вздрогнул и посмотрел на Снейпа с непонятной тоской во взгляде. - Кажется, у меня есть предположение, кто мог взять зелья, - медленно, словно слова давались ему с трудом, проговорил Магистр. - Кроме того, не хватает еще одного опасного снадобья. - Значит, вы заметили и пропажу "Поцелуя Афродиты"? - задал вопрос Северус. - Выходит, оба зелья были взяты непосредственно у вас? - Что, и "Поцелуй Афродиты" тоже использовали в Хогвартсе? - выдохнул Софрус Милстон и покачнулся. - Эти зелья есть только у меня. Вы не найдете их ни в Британии, ни в остальном волшебном мире, - тихо закончил он. - "Поцелуй Афродиты" использовали против меня, - неохотно признался Снейп, с беспокойством глядя на великого алхимика. - Но я сумел распознать его еще в кубке, так как внимательно читал ваши работы. - Одну минуту, - проговорил Магистр, словно не слыша слов коллеги. Милстон подошел к камину и бросил в огонь горсть летучего пороха. - Филипп, срочно зайди ко мне в кабинет, - произнес старый маг в ставшее изумрудным пламя. - Магистр? - профессор вопросительно поднял бровь. - Прошу прощения, но... - Я знаю, мистер Снейп, - тихо произнес пожилой волшебник. - Я знаю, что в данный момент нам дорога каждая лишняя минута, но я должен узнать. Северусу ничего не оставалось, кроме как молча кивнуть и начать осматривать корешки стоящих на полках книг. Он понимал, что не может давить на Магистра и, кроме того, верил, что Милстон не будет понапрасну рисковать жизнью пускай и незнакомой ему девушки. Великий алхимик всегда очень сочувствовал попавшим в беду, на чем частенько играли нечистые на руку люди, любящие выпрашивать у Магистра деньги. Молодой волшебник, вошедший через несколько минут в кабинет, не понравился Снейпу с первого взгляда. Этот юный франт относился к тому же яростно ненавидимому профессором типу людей, что и Ирэн Илви: расфуфыренные пустышки, у которых за смазливым личиком скрывается насквозь прогнившая душонка. Мисс Илви своими поступками лишний раз убедила Северуса, что красивые глазки чаще всего прячут за собой равнодушного и потому безжалостного эгоиста. Вот так и этот мальчишка едва удостоил Снейпа своим вниманием и тут же пренебрежительно поджал губы, сочтя профессора зельеварения недостойным даже простого приветствия. - Вы звали меня, дядя? - лениво спросил юноша, небрежно опершись о дверной косяк. Софрус Милстон пристально смотрел на племянника. - Да, Филипп. Кто-то взял некоторое количество двух опасных зелий. - Дядя, ты что думаешь, что я взял эти твои отравы? - рассмеялся молодой маг. Снейпу очень хотелось дать наглецу по усмехающейся роже. Так говорить с великим ученым мог только нахальный необразованный чурбан. - Вот именно - отравы, - Магистр начал мерить шагами кабинет. - Это Северус Снейп - Мастер зельеварения и учитель в Хогвартсе, - Милстон указал на стоящего в стороне Снейпа. - Это мой племянник, Филипп Милстон, - представил Магистр молодого мага. Тот едва кивнул в знак приветствия. - В школе отравлена ученица. Отравлена моим зельем. - Не знаю я, где лежат эти твои зелья! - махнул рукой Филипп. - Нашел, кого подозревать. - Ты знал! - Софрус Милстон вдруг хрястнул кулаком по столу. Флакончики в коробочке жалобно звякнули. - Кроме тебя, никто не мог сделать этого! За своих ассистентов я ручаюсь головой! А ты... - Магистр задохнулся, и Снейп кинулся к нему, увидев, как бьется жилка на виске ученого, но тот остановил его движением руки. - Гай говорил мне, что ты подслушиваешь под дверью кабинета. Я не поверил этому, но теперь вижу, что был слеп, - голос алхимика упал до шепота. - Ты городишь чушь, дядя, - фыркнул молодой маг, на которого эта вспышка гнева не произвела ни малейшего впечатления. - Кто-то из твоих драгоценных коллег проворонил зелья, а ты хочешь найти крайнего! Магистр только открывал и закрывал рот, не в силах произнести ни звука. Снейп метнул в мальчишку свой "фирменный" взгляд, вводящий в ступор любого, даже самого наглого ученика, но этот молодой тупица только недоуменно моргнул, чем еще больше вывел профессора из себя. Снейп сжал кулаки так, что ногти больно впились в ладонь. Щенок! Да как он смеет говорить так с человеком, которому в подметки не годится? Как знакома была Северусу эта манера общения! Он имел сомнительное удовольствие наблюдать ее в течение полугода, глядя на вызывающее поведение мисс Илви. И теперь в племяннике Магистра Милстона профессор зельеварения видел те же заносчивость и высокомерие, пренебрежение к другим и любование собой. Этот молодой наглец казался просто родным братом проклятой Илви и кузеном такой пустышки, как Локонс! Одна только роскошная мантия Филиппа (профессор скорее отдал бы себя на растерзание дементорам, чем надел такую) сразу утвердила Снейпа во мнении, что бедному Магистру катастрофически не повезло с племянником. Северус не завидовал богатству и красоте Филиппа, нет! Упаси Мерлин завидовать этому убожеству! Церемониться Снейп не собирался. Он просто подошел к молодому магу и одним движением приставил к его горлу волшебную палочку. - Советую вам вспомнить, кому вы показывали зелья, - Северус нисколько не повысил голоса, но Филипп сразу побледнел и задрожал. - Я не так вежлив и терпелив, как Магистр Софрус. - Я скажу, - забормотал молодой маг и задергался, когда палочка ощутимо надавила на его горло. - Ее звали Ирэн... - он на миг запнулся, - Ирэн Илви... Снейп отшвырнул мальчишку. Филипп ударился спиной о дверную ручку и тихо застонал. - Да кто вы такой? - заныл он. - Врываетесь в наш дом и хозяйничаете тут. - Это ты, Филипп, уже похозяйничал здесь, - тихий голос Магистра предвосхитил резкий ответ Северуса. - Значит, ты подсмотрел, где я держу зелья, и с легкостью показывал их всякому чужому человеку, - пожилой алхимик на миг умолк. - Все-таки я совсем не знаю тебя, мой мальчик. Я терпел твои постоянные вечеринки, бесконечные запои и вечно меняющихся женщин. Я надеялся, что это скоро пройдет, но это было моим глубочайшим заблуждением! Я был слишком погружен в свою работу и потому не замечал очевидного! В том, что в Хогвартсе пострадала девушка, есть и моя вина. - Интересно, какое будущее ты видел для меня? Я не хочу прожить свои лучшие годы среди колб и пробирок, задыхаясь от ядовитых паров зелий, - фыркнул уже пришедший в себя молодой маг, потирая горло. - В жизни есть слишком много приятных вещей, и я собираюсь в полной мере ими насладиться. Те, кто желает, пускай копаются в пыльных книгах, а я буду получать удовольствие, не заморачиваясь высокофилософскими бреднями, - и Филипп удалился, тихо напевая себе под нос. - Камера Азкабана быстро учит тому, как ничем не заморачиваться, - тихо сказал профессор зельеварения. - Простите его, мистер Снейп, - грустно сказал Магистр. - Филипп - дитя своего времени. - Вы неправы, - покачал головой Снейп и хрустнул костяшками пальцев, подумав о том, как приятно все-таки порой научить кому-то уму-разуму не словом, а делом, пускай это и считается неэтичным и неэффективным. - Сейчас тоже есть молодые люди, искренне увлеченные наукой, а не только тем, как поскорее получить степень. По иронии судьбы "Чистой слезой" была отравлена очень умная и талантливая девушка. Софрус Милстон молча кивнул. Затем подошел к дальнему шкафу, прочел короткое заклинание и просунул руку в открывшуюся дверцу. Извлеченная из глубин шкафчика небольшая коробочка была водружена на стол, и Магистр принялся аккуратно перебирать ряды таких же крошечных флакончиков, как и те, в которых хранился яд. Снейп терпеливо ждал, задумчиво глядя на ссутулившегося великого алхимика. Тот, словно почувствовав на себе тяжелый взгляд профессора, повернул голову. - Почему? - тихо и с явственным отчаянием в голосе спросил Магистр. - Северус, скажите мне, почему, чем дольше я работаю, тем меньше вижу смысла в своей работе? Снейп тяжело и понимающе вздохнул. Он догадывался, что имеет в виду Софрус Милстон. - В то время, когда я только начинал заниматься алхимией, когда поехал в мою первую экспедицию, я мечтал изменить что-то в мире, чтобы сделать его лучше. Наивный мальчишка, я верил, что мои исследования рецептов древних утерянных зелий могут помочь людям, - пожилой алхимик сухо и с горечью рассмеялся. - Я думал, что эти рецепты хранят в себе описания целебных настоев и снадобий, способных помочь волшебнику лучше познать бесконечно сложное искусство овладения тайнами магического мастерства. Но мои благие намерения тут же обратились в прах, едва я начал добиваться успеха в воссоздании зелий. Яды быстрого и медленного действия, слабые и очень сильные афродизиаки, зелья для пыток и допросов, действующие не хуже ментальной магии - вот что открылось моему взору. - Магистр тяжело вздохнул. - Человеческую натуру, увы, не изменишь. Глупо было лелеять светлые мечты о помощи ближнему. Поэтому я могу осуждать Филиппа, но он все равно остается моим единственным наследником. Он получит половину моего состояния, а вторая половина отойдет Британскому обществу алхимиков. В том, что случилось в Хогвартсе, есть и моя вина: я не смог дать Филиппу чего-то важного. Быть может, не научил его понимать чувства других людей, сопереживать им. Софрус Милстон покрутил а пальцах крошечную колбочку и кивнул хранящему молчание Снейпу: - Идемте, профессор. Думаю, вас уже заждались. - Благодарю вас, Магистр, - склонил голову Северус, и оба алхимика подошли к камину. Пока маги шли по коридору Хогвартса в больничное крыло, Снейп думал о словах Магистра. Обычно Северус считал такие наивные мечты об изменении мира глупостью, обусловленной недостатком опыта. Но Софрус Милстон был опытным человеком, многое повидавшим в жизни. В особенности несладко ему пришлось во времена своей легендарной экспедиции. Тем не менее, Магистр непостижимым образом сумел сохранить в себе ту чистоту души, позволяющую полнее воспринимать реальность, не подходя к ней со взрослыми метками. Сам же Снейп, к сожалению, слишком рано познал истинную натуру людей. Отчасти поэтому он был так враждебен со всеми, включая и тех, кто не приносил Северусу вред. Оба они, и Снейп, и Милстон, были учеными, но разница между ними была огромной, что не помешало им уважать друг друга, а Магистру прийти на помощь незнакомому ему человеку. "И все же настоящий ученый - это состояние души, и потому мне никогда не достичь таких высот в алхимии", - подумал Снейп и вздохнул про себя. Профессор немного завидовал Милстону, но ему было жаль, что иллюзии Магистра в отношении племянника сегодня так жестоко разбились о стену реальности.

Pixie: * * * Гермиону разбудили голоса. Девушка пару мгновений лежала с открытыми глазами, осознавая окружающую обстановку. На секунду ей показалось, что она находится в своей старой спальне в гриффиндорской башне, и голоса за дверью - это голоса спускающихся к завтраку однокурсников. Но едва Гермиона увидела белый потолок больничного крыла вместо лиловой ткани полога, как воспоминания обо всех происшедших событиях хлынули на девушку ледяным потоком. Она с трудом села в кровати и прислушалась. За дверью что-то яростно доказывали Гарри и Джинни, а им сердито отвечала мадам Помфри. Гермиона улыбнулась пересохшими губами. Нетрудно было догадаться, чего добиваются друзья. Через миг улыбка девушки померкла: Гермиона вспомнила о том, как она выглядит. Лицо и руки горели, словно их неустанно терли наждаком, сильно слезились глаза. Бросив беглый взгляд на открытое запястье, девушка застонала: эти кошмарные язвы ничуть не уменьшились, а напротив, словно стали еще больше и ужаснее. От внезапно накатившей слабости Гермиона без сил упала обратно на подушки. Яд продолжал циркулировать в крови и медленно, по каплям, убивать организм. Девушка беспомощно всхлипнула. Никто не поможет ей, никто не найдет противоядия, потому что для такого чудовища, в которое превратилась Гермиона Грейнджер, никто и пальцем и не пошевелит. Девушка снова всхлипнула и отвернулась, было, к стене, когда в палату прорвались таки Гарри и Джинни. - Гермиона, мы узнали, что ты... - начавший говорить Гарри замер, и вошедшая следом Джинни испуганно выглянула из-за его плеча. - Великий Мерлин! Что с тобой? Что случилось? - запинаясь выдавил юноша, замерев на месте. - Ой, Герми... - пораженно прошептала мисс Уизли. - Не стойте на пороге, проходите, - хрипло ответила Гермиона, с каким-то мазохистским удовлетворением отмечая, как оба гриффиндорца мнутся пару секунд, а потом решительно, словно бросаясь с моста в холодную реку, придвигают стулья и садятся. Откровенно говоря, несчастная девушка была сейчас близка к истерике. Ей казалось, что она видит отвращение в глазах друзей, и Гермионе захотелось сделать им больно, сказать какую-нибудь гадость, обидеть первой, пока не обидели ее. Но злые слова таяли на языке, потому что Гарри и Джинни не делали попытки сказать что-то. Просто сидели, смущаясь, и с сочувствием на нее смотрели. - Это Ирэн Илви... - с трудом выдавила Гермиона, чувствуя, как подступают к горлу рыдания. - Она? Эта бледная поганка?! - всплеснула руками Джинни. - Ну я теперь ей устрою, - карие глаза мисс Уизли зажглись недобрым огнем. - Я попрошу Фреда и Джорджа сделать специально для нее какую-нибудь великую пакость... - Это яд, Джинни, - дрожащими губами шепнула Гермиона и, закрыв лицо руками, разрыдалась. Неловкое молчание длилось совсем недолго, а потом, к неимоверному удивлению Гермионы, кто-то обнял ее за плечи. - Расскажи, пожалуйста, что случилось, - тихо, но настойчиво попросил Гарри, и в его голосе была слышна твердость. Это был голос человека, который в свое время устоял перед Волдемортом, того, кто не пытается сбежать от реальности, а был готов принять ее, какой бы горькой она ни была. * * * Свой рассказ Гермиона постаралась сделать максимально коротким. Слишком тяжело было говорить - и морально, и физически. Едва девушка замолчала, как Гарри совершенно предсказуемо отреагировал: - Значит, яд предназначался Снейпу? То есть ты пострадала из-за него? Гермиона тяжело вздохнула. - Профессор Снейп здесь ни при чем. Это вина только Ирэн Илви. Кроме того, если бы яд достался профессору, то он вряд ли выжил бы: ведь ему никто не оказал бы помощь. Слова "туда ему и дорога" были написаны у юноши на лбу, но Гарри все же хватило такта промолчать, за что подруга была очень ему благодарна. - А я надеюсь, что эту... - Джинни закрыла себе рот рукой, дабы не шокировать друзей знанием не самых приличных слов, - женщину упрячут в Азкабан. Вот уж где с нее быстро собьют спесь! - мисс Уизли возмущалась долго и громко, но Гермиона слушала ее гневные возгласы с удовольствием. Для измученной девушки уже почти не имело значения, понесет ли мисс Илви наказание. Гораздо важнее то, что друзья беспокоятся о ней. Гермиона так хотела верить, что Джинни и Гарри относятся к ней по-прежнему, и что ее внешний вид действительно не имеет для них никакого значения. - Я так рада, что вы пришли, - чуть слышно произнесла Гермиона, ощутив, как медленно разжимаются тиски одиночества. Друзья искренне, но с грустью улыбались. Но спокойствие длилось недолго: в палате появился запыхавшийся Рон. Раскрасневшийся после быстрого бега гриффиндорец с минуту не мог отдышаться и только с немым изумлением и ужасом взирал на Гермиону. Потом взърошил и без того всклокоченные волосы на голове и выпалил: - Что это вообще происходит?! Я не верю... Этого не может быть! - Чего не может быть? - недовольным тоном поинтересовалась Джинни, с тревогой глядя на то, как сжалась на кровати Гермиона, пряча под одеяло искалеченные руки. - Не может быть, чтобы в Хогвартсе завелись мерзкие и подлые людишки, способные на такое? - Это ложь! - закричал Рон во всю силу своих легких и стукнул кулаком по спинке пустующей кровати. - Лаванда не могла совершить такое! Гермиона, скажи, что Лаванда тут ни при чем! Мисс Грейнджер отчаянно замотала головой, внезапно почувствовав себя совершенно беззащитной. Крики Рона вызвали у нее непреодолимое желание сбежать подальше и спрятаться от этой приносящей боль реальности. Гермиона не понимала, почему друг кричит на нее, словно она в чем-то виновата. Она вообще не понимала, о чем говорит Рон. Внезапно накатили слабость и тошнота, и гриффиндорка спрятала лицо в ладонях, тихо застонав. Прикосновения рук к покрытому язвами лицу принесли сильную боль, но Гермиона только крепче прижала ладони к щекам. Это была наивная, оставшаяся с детства иллюзия, когда казалось, что от беды можно убежать, всего лишь закрыв глаза и спрятавшись за хрупкой преградой из ладоней. - Герми, - Джинни не решалась дотронуться до плеча подруги, боясь причинить боль. - Тебе плохо? - девушка не отвечала, и вмиг рассердившаяся мисс Уизли повернула голову к замершему брату. - Ты что, совсем спятил? - словно разъяренная кошка, зашипела она. - Причем тут твоя Лаванда? - Ты что, ничего не знаешь?! - Рон никак не желал понизить голос. Его, казалось, нисколько не шокировал вид Гермионы. - На Лаванду... - Что здесь происходит? - раздавшийся со стороны двери знакомый ледяной голос чеканил слова, заставляя гриффиндорцев вздрагивать и опускать глаза. В палату стремительно вошел Снейп, а следом за разгневанным зельеваром нерешительно ступил невысокий пожилой волшебник. Рон стоял красный как рак и вытирал со лба пот. Он сердито зыркнул на учителя и не сдвинулся с места. - Что это такое, я спрашиваю? - зашипел Снейп, уже не скрывая того, что взбешен. - Почему в палате мисс Грейнджер посторонние? - Мы не посторонние, - не смог промолчать Гарри, но взволнованная Джинни склонилась над Гермионой, закрывшей лицо руками. Заметив движение мисс Уизли, профессор зельеварения вмиг оказался рядом. - Больно... - услышал он жалобный шепот Гермионы, который не был обращен ни к кому конкретно. Выражение, застывшее в глазах Снейпа, заставило готового продолжить перепалку Гарри прикусить язык. Джинни поспешно вскочила со стула и схватила за руку брата, с ненавистью смотрящего на профессора зельеварения. - Вон, - еле слышный голос Снейпа, тем не менее, прозвучал, как хлесткий удар, резанувший по натянутым нервам. Профессор заметил, как невольно дернулся Софрус Милстон, но в те минуты Северусу было все равно. Мисс Грейнджер, сжавшаяся в комок и спрятавшая лицо в ладонях. Такая же расстроенная и трогательная в своей беззащитности она сидела в его кабинете тогда, после безобразного эпизода с Уизли с подземельях. И сейчас, как и в тот дождливый вечер, Снейп ощутил, как беспокойно дрогнуло сердце и затрепетало, стараясь пробудить в душе что-то совершенно новое. Не жалость, нет, упаси Мерлин! Не простое беспокойство за пережившую трагедию ученицу, не злость на болвана Уизли. Что-то... иное. Ощущение дежа вю вновь не смогло оформиться в определенную мысль: Снейп был обеспокоен состоянием девушки. Он сел на кровать рядом с мисс Грейнджер и осторожно, но быстро отвел ее руки от лица. Как и следовало ожидать, поражение кожи прогрессировало. Казалось, что девушка получила сильные ожоги, и через поврежденную кожу позже была занесена инфекция, которая и вызвала возникновение изъязвлений. Но на самом деле Северус прекрасно знал, что причина этому - яд, отравляющий уже сильно ослабевший организм мисс Грейнджер. Она со смесью муки и надежды посмотрела на профессора. - Больно, - жалобно повторила Гермиона и тут же испуганно замолчала, будто только в этот миг осознала, что в палате нет больше ее друзей, а лишь язвительный зельевар, который не терпит проявлений слабости. - Я же говорил вам, что повреждения нельзя трогать руками, - Снейп старался, чтобы его голос звучал мягко, потому вышло ворчливо, но беззлобно. - И нельзя нервничать. Кажется, мадам Помфри не объяснила этого вашим друзьям, а сами они не смогли прийти к этому элементарному выводу, - Северус не мог отказать себе в том, чтобы отпустить небольшую шпильку. - Рон не специально, - она смотрела на Снейпа своими огромными глазами чайного цвета, а потом робко коснулась рукава его мантии. - Не сердитесь на них. Северус честно собирался сказать гадость. Вид искалеченной ядом Гермионы вызывал у него непреодолимое желание сорвать на ком-то накопившееся раздражение и злость. Он был зол не только на Ирэн Илви, но и на себя. Но в тот момент... Вероятно, этот миг следовало назвать переломным и важным, но тогда Северусу было не до анализа своих ощущений. Не упала с глаз пелена, не застучало сильнее сердце. Просто он почувствовал исходящее от Гермионы душевное тепло, робкую нежность, надежду. Эта гамма чувств захватила Снейпа. Девочка и сейчас была готова дарить свою доброту другим, даже мерзкому зельевару, который, безусловно, был повинен в том, что с ней случилось. Эта обезоруживающая искренность в ее мягкой улыбке ошеломила Северуса настолько, что он на несколько секунд потерял дар речи. Просто продолжал вглядываться в глаза Гермионы, не в силах поверить в то, что видит. Ему было плевать на раны и язвы. Мерзкую натуру не спрячешь за красивым фасадом, а настоящую, светлую душу не портит и некрасивое тело. Что происходило между ним и мисс Грейнджер? Не просто безмолвный обмен взглядами, а нечто неосязаемое и незримое, но от того ничуть не менее значимое. Северус словно увидел Гермиону в первый раз. Не было больше надоедливой гриффиндорской всезнайки. Она исчезла в тот страшный августовский вечер, когда профессор зельеварения оттолкнул сраженную горем девушку от выстрела голема. Но окончательно Снейп осознал это только теперь, впитывая в себя чувства Гермионы. Северус так хотел верить, что они действительно исходят из глубины сердца девушки, ведь он так давно разучился верить в искренность. Снейп всё пристальнее всматривался в глаза Гермионы и не смог сразу понять, почему она вдруг улыбнулась сквозь слезы. Смущенное покашливание стало для профессора полной неожиданностью: он совершенно забыл о присутствии Магистра Софруса Милстона. - Простите мою бестактность, - вежливо произнес тот, - но я уже развел антидот, потому, думаю, нам не стоит терять времени. Надеюсь, что у хозяйки лазарета бутыль с надписью "дистиллированная вода" означает именно дистиллированную воду, а не что-либо другое. - Мадам Помфри можно доверять, - слова давались Снейпу с трудом: в горле стоял ком, и голос стал хриплым и тихим. Профессор ощущал себя насильно вырванным из другого мира, к которому он всегда стремился и вот наконец с таким трудом достиг. - Магистр Софрус Милстон?! - а этот благоговейный шепот принадлежал мисс Грейнджер, которая тоже пришла в себя и с нескрываемым восхищением взирала на великого алхимика. Профессор даже почувствовал укол ревности. На его уроках Гермиона не проявляла и сотой доли такого восторга, каким горели ее глаза сейчас. - Да, мисс, - Магистр чуть поклонился. - Рад, что молодые люди еще помнят меня. - Помнят?! - девушка во все глаза смотрела на пожилого алхимика. - Как можно не помнить о вас? Я читала ваши книги, столько раз перечитывала ваши воспоминания об экспедиции! Но я и подумать не могла, что когда-нибудь увижу вас, - тут она сникла, вспомнив, при каких обстоятельствах они встретились. - Извините, - прошептала Гермиона. - Дитя мое, вам нечего стыдиться! - всплеснул руками обычно сдержанный Магистр Милстон. - Это не ваша вина, что вы оказались сейчас на больничной койке. Я же просто обязан помочь вам. Надеюсь, после вашего выздоровления мы еще увидимся. Профессор Снейп уже успел описать мне ваши таланты в области алхимии и не только. Буду счастлив увидеть вас в моей лаборатории. Мисс Грейнджер покраснела до кончиков ушей (что, правда, выглядело не слишком красиво в сочетании с поражениями кожи) и смущенно кивнула. - Почту за честь, Магистр, - опустив глаза, проговорила девушка. Снейп принял из рук Софруса Милстона стакан с пахнущим мятой зельем и протянул его Гермионе. Она взяла противоядие и посмотрела на обоих алхимиков полными слез глазами. - Спасибо, - чуть слышно произнесла она. - Не за что, девочка, - мягко улыбнулся Софрус Милстон, а Снейп только коротко кивнул. Забрав у мисс Грейнджер опустевший стакан, профессор зельеварения помог девушке лечь обратно на подушки. - Антидот обладает сильным снотворным эффектом, - пояснил Магистр Гермионе. Глаза девушки слипались, но она не хотела так быстро засыпать и явно намеревалась сказать что-то Снейпу, склонившемуся на ней. Гермиона протянула руку и коснулась его руки, но тут снотворный компонент антидота начал действовать в полную силу, и ее рука безвольно упала на простыни. Поправлявший одеяло Северус не мог видеть понимающей улыбки Магистра, осветившей лицо алхимика, когда он посмотрел на учителя и ученицу.

Весы: Pixie большое спасибо за такую прелесть

Карла: ваааййй!!!! красотень какая!!!!! мерси за проду обажаю твоего Снейпа, и этот магистр! персонажи просто чудо! но ни Гарри ни Роне не вызывают хоть толику положительных эмоций от совсем!

Pixie: Весы Спасибо! :) Карла Большое спасибо! Рада, что вы оценили Магистра Милстона. Он очень нравится мне, как ученый и как человек! :)

Germ: Прелесно! Нет, я когда-нибудь разшибу монитор! Уже вся морда в синяках .. Какой понятливый магистр...

Офелия: Вах, надеюсь прозревший профессор не будет теперь бегать от Гермионы с криками "я ее не достоин", как предположила Талина у тебя в дневнике!!!

Pixie: Germ Неужели наши фики такие травматичные?? :) А Магистр на то и Магистр, чтобы быть догадливым :) Офелия Я ж говорю: ты что, Снейпа не знаешь? :) Естественно, он будет молчать как партизан. Пока не вынудят. А у него есть очень веские причины, о которых, в частности, догадалась Талина ;)

Germ: Pixie пишет: Germ Неужели наши фики такие травматичные?? :) Спрашиваешь тоже ... настолько интерено и захватывающе и даже не замечаешь, что уже все прочитал, а так хотца еще и еще, но за кромкой экрана ничего не видно ))) Pixie пишет: Естественно, он будет молчать как партизан. Пока не вынудят. А у него есть очень веские причины, о которых, в частности, догадалась Талина ;) мдя.. вот мы сами придумаем себе проблемы на пустом месте, а потом мужественно преодолевая препятсявия их решаем... чтоб жизнь скучной не казалась... эхх ...только время зря тратять, когда его можно провести с пользой для тела.. дела

Офелия: Germ пишет: эхх ...только время зря тратять, когда его можно провести с пользой для тела.. дела Угу, вот я и о том же

Pixie: Germ Germ пишет: от мы сами придумаем себе проблемы на пустом месте, а потом мужественно преодолевая препятствия их решаем... чтоб жизнь скучной не казалась... Зато какие сюжеты выходят! :)))) Germ пишет: когда его можно провести с пользой для тела.. дела А рейтинг-то PG-13 :) Офелия

Jastina: Pixie Ура!!! Спасибо за продолжение!!! Мне очень понравился Магистр... печально, что рядом с ним оказался такой человек, как Филипп... Надеюсь, Гермионе станет лучше. Здорово, что друзья её не забывают! А Рон...

Germ: Pixie пишет: А рейтинг-то PG-13 :) а может стоит тогда этот рейтинг немного поднять? и им понравится и нам

Pixie: Jastina Спасибки! Jastina пишет: А Рон.. Ну, в некотором смысле его можно понять. Ведь он все-таки любит Лаванду. Germ Germ пишет: а может стоит тогда этот рейтинг немного поднять? Нее. Я не любитель высокого рейтинга. Честно говорю. Не мой это путь :)

Germ: Pixie пишет: Нее. Я не любитель высокого рейтинга. Честно говорю. Не мой это путь :) Ой, Pixie , да ты что!? Надо же какая редкость - человек не любит высокие пейринги и даже не читает :)))

Pixie: Germ Germ пишет: ? Надо же какая редкость - человек не любит высокие пейринги и даже не читает :))) Ну надо же как-то отличаться :) А если серьезно, то почти не встречала фиков с высоким рейтингом, где НЦ смотрелось бы органично и персонажи были в характере. Поэтому почти не читаю. Трах ради траха - не мое.

Jastina: Pixie пишет: А если серьезно, то почти не встречала фиков с высоким рейтингом, где НЦ смотрелось бы органично и персонажи были в характере. "Плащ храбрости" мне в этом плане показался органичным Pixie пишет: Ведь он все-таки любит Лаванду. Но эта любовь его в каком-то смысле ослепляет

Pixie: Jastina Jastina пишет: "Плащ храбрости" мне в этом плане показался органичным Советуешь (можно на ты?) почитать Jastina пишет: Но эта любовь его в каком-то смысле ослепляет Да, но все влюбленные в какой-то мере слепы. Рон просто действительно слишком увлекся :)

Germ: Pixie пишет: Jastina Jastina пишет: цитата: "Плащ храбрости" мне в этом плане показался органичным Советуешь (можно на ты?) почитать А ты еще не читала????? УУУ... быстренько читать! Там помимо НЦ, есть и очень интересный сюжет

Pixie: Germ Germ пишет: А ты еще не читала? У меня в последние пару месяцев почти нет времени читать много фиков :( Но насколько я знаю, этот фик закончен, поэтому теперь у меня появился дополнительный повод прочитать его :) Спасибо за "наводку"!

Germ: Pixie пишет: Спасибо за "наводку"!

Натали Лоуренс: жду-недождусь обновления))) Обожаю именно такого Снейпа

Pixie: Натали Лоуренс Спасибо! Натали Лоуренс пишет: Обожаю именно такого Снейпа Лучший комплимент авторам!

Эльпис: Какая замечательная глава - ну и что, что прочитала я ее поздно! Pixie пишет: Поправлявший одеяло Северус не мог видеть понимающей улыбки Магистра, осветившей лицо алхимика, когда он посмотрел на учителя и ученицу. Заботливо поправляющий одеяло Снейп - это было бы ООС, если бы не было снейджером! У нас ему можно все! Pixie пишет: Я ж говорю: ты что, Снейпа не знаешь? :) Вот читаешь и понимаешь - ты в мире ГП, где Снейпа, Гарри и Рона все знают как родных - и такая домашняя остановка создается... Классно.



полная версия страницы