Форум » Библиотека-3 » Вне планов. СС/СБ, romance, преслеш, макси, в процессе. Глава 34 от 19.03.08 » Ответить

Вне планов. СС/СБ, romance, преслеш, макси, в процессе. Глава 34 от 19.03.08

Nadalz: Название: Вне планов Автор: Nadalz Бета: Дориана Грей, paree-n Пейринг: СС/СБ, отголоски СС/РЛ Категория: пока преслеш, в дальнейшем будет слеш Рейтинг: пока G, дальше планируется минимум R, а возможно и NC-17 Жанр: romance + humor Саммари: Северусу Снейпу для полного счастья не хватало только одного - появления в его взрослой жизни старых школьных врагов. Старых врагов, которые неожиданно юны и всегда готовы. К чему? Время покажет. Дисклеймер: Основные герои принадлежат Роулинг, но своих ей не отдам. Размер: макси Статус: в процессе Примечание 1: Фик написан на новогодний дайри-фест "Писатели и художники" для Malda, которая хотела SS&SB. Фик, где бы Снейп-взрослый учил мародеров-детей (НЕ стёб!) (мародеры не сильно маленькие ), по картинке http://static.diary.ru/userdir/1/7/1/4/171437/12125798.jpg К сожалению, сцена, изображенная на рисунке, финальная для данного фика. А до финала тут пока еще далеко. Но все-таки надеюсь, что мой подарок порадует Malda. Примечание 2: Фик посвящается Лис. В благодарность за идею, советы и помощь на начальном этапе. Спасибо этому году за то, что мы познакомились. Лис – ты просто потрясающе интересный собеседник с тонким и… правильным чувством юмора. Надеюсь, тебе хоть немного понравится вот этот мой подарок для тебя к Новому Году! Благодарности: Рaree-n и Дориане Грей, моим первым читателям, которые поддерживали меня в этом начинании, пинали и поправляли когда надо. Рaree-n, если бы не ты, то все было бы намного медленнее и, я просто уверена, совсем иначе. Доряш, тебе тоже спасибо за советы, замечания и, естественно за то, что согласилась отбетить (и отбетила) этого монстра. Ну и отдельная благодарность Loy Yver за неоценимую помощь в разрешении тонких вопросов русского языка :) Тема с главами 1-32.

Ответов - 7

Nadalz: Глава 33 – Знаете, Браун, – начал Северус Снейп, когда Сириус достиг середины класса зелий, – у меня создалось впечатление, что продолжать ваши отработки способом, подобным вчерашнему, несколько… неинтересно. Блек замер на полпути. – Неинтересно? – Для меня, – добавил Снейп, вставая из-за стола и обходя его. – Для вас? – снова переспросил Блек. Снейп предупреждающе кашлянул. – Для вас, сэр? – поправился Сириус. «Быть вежливым. Не нарываться», – повторял себе Блек как мантру. – Да, мистер Браун. Раз уж я вынужден испытывать редкое неудовольствие видеть вас ежедневно, вопреки нашему взаимному нежеланию, то мне предпочтительнее провести данное время с большим комфортом. Для себя. – Ну, вы же можете просто отменить взыскание. Сэр, – не сдержался Сириус, но в отместку пребольно закусил себе щеку. «Не перегибай! Не зарывайся, Бродяга! Где твои мозги? Улетели псу под хвост?» Про себя хмыкнув над так и не озвученным каламбуром собственного изобретения, Блек снова собрался. – Раз вам, профессор, так неприятно моё общество, может… – О, благодарю, мистер Браун, за предоставленную мне свободу действий, однако я ею пока, с вашего позволения, не воспользуюсь. Пришло время играть по моим правилам. Блек, – последнее слово Снейп произнес почти беззвучно, но Сириус был уверен, что не ошибся. Снейп что, действительно решил поиграть с ним?.. А в каком, интересно, смысле? От этих мыслей Сириусу стало как-то тревожно и отчасти немного страшно. Однако что-то сладкое, терпкое и пряное было в слове «играть». Даже если по правилам Снейпа. И это самое «что-то» заглушало всё остальное. Сириус зажмурился, чтобы прийти в себя и изгнать из мыслей (и не только мыслей) зачатки неуместного томления, потихоньку в нем поднимавшегося. – Как скажете, профессор. Я полностью в вашей власти. Сейчас. – «Ровнее голос, Бродяга. Меньше норову». – Ну, раз вы так говорите… – протянул Северус таким голосом, что Сириусу снова стоило огромных усилий взять себя в руки. – Раз так, то… – Снейп схватил что-то со своего стола и бросил Блеку. Тот буквально чудом сумел поймать летевший в него предмет, на поверку оказавшийся парой плотных перчаток. – …продолжайте вашу работу, Браун. Сириус непонимающе нахмурился и повертел в руках перчатки. – Котлы вашем в полном распоряжении, – с некоторой долей нетерпения Северус кивнул в сторону первой парты, потому как подросток всё ещё стоял в проходе. Блек недоуменно пожал плечами, но возражать не стал, а, натянув перчатки, подошел к рабочему месту. – Будучи осведомлен о ваших чрезвычайных талантах по части красноречия, – проговорил Снейп, когда Сириус уже начал думать, что нынешнее взыскание, вопреки первым словам преподавателя, ничем не будет отличаться от предыдущего, – я пришел к выводу, что вас вряд ли затруднит развлечь меня светской беседой. Сириус от неожиданности уронил пригоршню личинок бандимана на стол, отчего тот почти мгновенно начал дымиться. Снейп быстро и молча достал волшебную палочку и, удалив со стола личинки и слизь, продолжил, словно и не прерывался: – Как полагаете, Браун, вы способны держать в голове более одной мысли и при этом не перепортить всю школьную мебель? – Что от меня требуется, сэр? – Сириус проявлял просто чудеса сдержанности, хотя и подозревал, что такими темпами внутренняя сторона щеки скоро станет кровоточить. – А расскажите мне, пожалуй… – Снейп обратил взгляд к потолку, как бы в задумчивости. – Да. Расскажите о вашем чудесном славном детстве в вашей чудесной славной семейке в вашем чудесном и, как вы уже, думаю, поняли, славном доме. Блек. Вам же не составит труда просветить меня насчет всех тех славных мелочей, которым школа обязана тем, что получила вас в одиннадцать лет именно таким… каким, к её несчастью, ей приходится довольствоваться и теперь. Блек непонимающе помотал головой, стараясь прийти в себя и отогнать эти странные слуховые галлюцинации. – Кстати, я разве не сказал, что вам не следует прекращать ваш крайне полезный труд во благо школы? Осознав, что Блек его явно не понял, Снейп повторил, немного повысив голос: – Личинки, Браун. Я не разрешал вам останавливаться. Сириус кивнул и с утроенной энергией принялся за работу. – Но я и не позволял вам не реагировать на моё требование и столь неинтересно молчать. Ну же, Браун, я весь внимание, – Снейп, к тому времени успевший снова сесть за свой стол, сложил ладони домиком и испытующе уставился на ученика. Действительно, взыскание обещало быть забавным. Сириусу Блеку стоило просто нечеловеческих усилий сдержаться и не запустить горстью личинок бандимана в «эту самодовольную рожу». Он с болезненным наслаждением представлял себе, как по лицу Снейпа стекает разъедающая кожу масса, навсегда стирая это преисполненное осознания собственной силы и вседозволенности выражение… Стирая также малейшие шансы добиться хотя бы чего-нибудь в отношениях с Северусом Снейпом. Ну, кроме взаимной Авады Кедавры, конечно. Прогнав из головы недостойные и несвоевременные мысли, Сириус стиснул зубы и продолжил перебирать личинки в котлах. – Браун, вы соизволите порадовать меня красочными картинками своего жизнеописания? Поведайте же мне скорее, что для вас значит «Дом, милый дом!». «Не могу… Не хочу. Не могу!» – Не могу, – произнес Блек обреченно. – А что такое? – спросил Снейп с наигранным сочувствием. – Неужели бедному мальчику из богатой семьи жаль поделиться яркими красками солнечного детства с внимательным слушателем? – елейным голосом поинтересовался Северус. Он с холодным спокойствием смотрел на то, как с каждым его словом Сириус Блек всё ниже и ниже склонял голову, всё больше ссутуливался, готовый, казалось, сию же секунду утопиться в котле с бандиманом. «А ты, однако, мерзавец, Северус! – не без удовольствия подумал Снейп. – О, да! Мерзавец. И как же это порой приятно. Уже и забыл совсем». Так отлично он себя давно не чувствовал. «Интересно, как долго ещё Блек продержится, прежде чем окончательно сломается? Прежде чем побежит к Дамблдору и будет умолять назначить ему взыскание у Макгонагалл, Спраут, даже у Филча? У кого угодно, только бы не у меня? Хотя, наверное, не стоит его подводить к этому решению слишком быстро. Имею я право, в конце концов, и на свой кусок удовольствия в этой ненормальной школе в этот безумный год? А сколько таких лет ещё впереди? С мальчишкой Поттером. О, тот бы уже давно запустил в меня личинками. Да и этот тоже хотел. Вон как у него кулаки сжимались да желваки ходуном ходили. Но сдержался ведь, плюс ему. Явно что-то от меня надо, раз даже горячую кровь Блеков смог усмирить. Хотя, вполне возможно, что тут не в надобности дело… Может, он просто научился себя контролировать? Нет, в это верится ещё меньше. «Обратить внимание» он хотел, и что ж – обратил. А теперь отчего-то недоволен. Никогда не понимал я этих Блеков». Северус зло ухмыльнулся и даже не счел нужным скрыть это от ученика, как сделал бы в иной ситуации. У этой игры были совсем другие правила. – Мистер Браун, помнится, ещё вчера вы дали мне понять, что основной вашей целью, сосредоточением ваших чаяний и стремлений, если позволите так выразиться, являлось желание привлечь мое внимание. Что ж, со всей ответственностью вам заявляю, что таковая цель достигнута. Оно всё, до самой последней… А в чём у нас измеряется внимание, молодой человек? – неожиданно спросил Снейп, прервав мерное течение своей речи, и Блеку вдруг показалось, что он участвует в каком-то непонятном, но пугающем спектакле… и как назло забыл свою роль. И с каждой минутой этой странной пьесы он всё меньше понимал, что происходит и как на это реагировать. Человек, говоривший с ним, никак не мог быть тем Снейпом, на изучение которого было потрачено столько времени и сил. Но в то же время в каждом жесте этого нового Снейпа, в каждом слове, движении глаз и губ, был тот самый, его Снейп. И это просто сводило с ума. Хотелось смотреть на него в упор, впитывая всё новые и новые знания, с каждым разом находя всё больше сходств и различий… Однако страшно, безумно страшно было встретиться с ним взглядом, потому что… всё могло оказаться не так. Блек даже себе не смог бы объяснить, что это значит, но оттого было ещё страшнее. И ещё интереснее. Поэтому он лишь бросал исподтишка на него изучающие взгляды и делал всё, чтобы это не было слишком заметно. Причём делал настолько старательно, что упустил момент, когда учитель задал свой вопрос, а поняв, о чём речь, уже не успел ничего сказать. Не дождавшись ответа Блека, Снейп пронзил его взглядом «десять баллов с Гриффиндора», а затем продолжил: – Чтобы вам стало яснее, скажу, что вниманием моим вы сейчас владеете всецело. Без остатка. Вот только отчего-то… – Снейп стремительно поднялся из-за стола, подошел к парте Блека и встал напротив. – Отчего-то при всём этом вы, Блек, не выглядите слишком счастливым. Протянув руку над котлом, содержимое которого Сириус сейчас с увлечением рассматривал, Северус поддел указательным пальцем подбородок подростка, тем самым заставляя посмотреть себе в глаза. Блек инстинктивно взбрыкнул, но Снейп – уже двумя пальцами и довольно болезненно – вернул его голову в прежнее положение, не просто подчиняя, а утверждая своё право подчинять. Сириусу лишь оставалось удивленно моргать – к такому обращению со своим лицом, да и с собой в целом он совсем не привык. «Так вот, значит, какие тут правила игры». – Ну что же, Блек, ты ведь так этого хотел… Внимания… Бери! Оно всё твое. Вот только что делать с ним ты теперь не знаешь. Как же это по-гриффиндорски, не находишь? Стремиться. Добиться… И растеряться. Да, Блек? Сириус понял, что вырваться без вреда для себя и – что особенно важно – для спокойствия Снейпа не удастся, и замер. Его мозги работали сейчас в таком усиленном режиме, шестеренки вращались с такой огромной скоростью, что ещё чуть-чуть, и это сможет услышать стоящий к нему почти вплотную – чёртов стол! – Снейп. Это уже кое-что. Снейп, который по собственному желанию мало к кому прикасался раньше – разве что Ремуса в коридоре норовил «случайно» задеть – теперь сам, сам дотронулся до него. Такой телесный контакт был уже огромным шагом вперед. Интересно, а понял ли это Снейп? Блек смотрел преподавателю в глаза, пытаясь в то же время не показать своё отношение к происходящему, свой восторг и воодушевление, что точно бы заставило Снейпа одернуть руку. Чего Сириусу совсем не хотелось. Он наслаждался этой немного ненормальной, но близостью, наслаждался возможностью уловить каждую крапинку, каждую красную прожилку в уголках вперившихся в него глаз. Глаз усталых, но горящих какой-то странной решимостью, почти одержимостью. Блеку буквально до одури хотелось понять, что скрывается за взглядом Снейпа. Это было интригующе, притягательно и даже немного пугало, но совсем чуть-чуть. Повернуть не заставит, но не даст слишком расслабиться. «Бродяга, ты хоть понимаешь, как мы близко подобрались? Он почти в наших руках! Но он не должен знать об этом. Совсем не должен! И не смей так вилять хвостом, это уж слишком!» Губы Сириуса дрогнули в попытке сдержать улыбку, и Снейп пришел в себя. Он вдруг ощутил странное и непривычное покалывание в пальцах, касавшихся – далеко не нежно – лица подростка, и, будто обжегшись, отпустил подбородок Сириуса, резко развернулся и ушел в другой конец класса, к кладовке, где и скрылся на некоторое время. Блек выдохнул. Ну и накал, словно на матче. Не знаешь, с какой стороны ждать удара, но захватывает так, что головой готов пожертвовать ради того, чтобы досмотреть до конца. И выиграть. «Собрались. Улыбка погубит всё дело. Не время для этого. Он, между прочим, явно нащупал твой «любимый мозоль» и неизвестно, как будет потом это использовать. Так что не обнадеживайся слишком, Бродяга. В твоих руках козырные карты, но кто знает, возможно, вы играете в шахматы…» Блек, на автомате продолжая перебирать личинки, пытался угадать, что сделает Снейп по возвращении из кладовой. Накричит? Хорошо, эмоции, направленные лично на него всегда хорошо. Выгонит? Плохо, но, возможно, это потому, что Снейп боится его, а точнее, себя, когда Блек рядом. А это уже хорошо. Возобновит расспросы? Плохо… Просто плохо. Когда Северус вернулся из кладовой с небольшим флакончиком в руках, Блек рассортировал практически все имевшиеся в его распоряжении личинки. Снейп вновь подошел к парте Сириуса и заглянул в почти пустой котёл. – Как переберёте всё, нанесите это с внутренней стороны котла и можете идти, – сухо сказал Снейп и поставил флакон с бирюзовой жидкостью на парту. Затем он вернулся за свой стол, открыл какую-то книгу и начал читать, периодически прерываясь, чтобы оставить необходимые пометки на полях. В полной тишине Блек завершил свою работу. Он был на все сто процентов уверен в том, что Снейп ещё продолжит свои расспросы, продолжит прощупывать, куда больнее ударить. Сам Сириус поступил бы так же в своё время. Сняв перчатки и положив их на край котла, он отчитался: – Сэр, я закончил. – Отлично, – кивнул Снейп, не отрываясь от книги. – Можете идти. На сегодня всё. Завтра жду вас в восемь вечера. Блек удивленно пожал плечами и направился к выходу. – До свидания, профессор, – Сириус притормозил у самой двери, ожидая, что Снейп что-нибудь добавит насчет произошедшего или насчет «семейных рассказов». – Идите, Браун. Кстати, – Блек обернулся, довольный, что сумел в этот раз предугадать поведение Снейпа, – хочу вам напомнить, что если вы чем-то недовольны, вы всегда можете обратиться к профессору Дамблдору. А если же вас всё устраивает, сделайте так, чтобы это устраивало и меня. Молчание с вашей стороны меня не устраивает. Идите. Блек кивнул, сглотнул комок в горле и вышел из класса. «Определенно, мне это начинает нравиться. Возможно, я уже даже рад, что их сюда забросило. Их… Его. Другой меня не интересует. Точно. Хватит!..» – Снейп откинулся к спинке стула и прикрыл глаза. Впереди была очередная нудная и малоприятная рабочая неделя, но мысли о предстоящих ежевечерних взысканиях Блека вызывали теперь не головную боль, а любопытство и, страшно подумать, почти улыбку. Недобрую улыбку, не предвещавшую Сириусу Блеку ничего хорошего. Сириус Блек шел по коридорам замка, улыбаясь своим мыслям. Пусть Снейп играет в свою игру, он же будет вести свою. И в конце концов кто-то выиграет. Возможно даже, оба. А вот Дамблдора сейчас тревожить совсем ни к чему. Это карту стоит оставить про запас.

Dalena: Nadalz, Спасибо, солнышко, за такую замечательную прелесть! Я два дня на работе читала с самого начала и до последней имеющейся главы...

Nadalz: Dalena Ой, спасибо, родная! Мне очень приятно! Хи, я буду знать теперь, кого спращивать о событиях в фике, а то сама половину забыла. =))

Dalena: Nadalz, Nadalz пишет: Хи, я буду знать теперь, кого спращивать о событиях в фике, а то сама половину забыла. =)) Для тебя - все что угодно. Только эта... память у меня девичья, а любопытство - ууу!..

Nadalz: Глава 34 – Корбен, ну скажи, неужели тебе ни капельки не интересно, а? – Британи Марш ещё ближе придвинулась к своему молодому человеку и настойчиво подергала его за рукав. – Что именно, Бри? – спросил Корбен Уильямсон, сосредоточенно вглядываясь в карту звездного неба, занявшую большую часть столика перед ними. – Ты только посмотри туда, – она кивнула в сторону довольно шумной компании в углу гостиной. В самом центре «цветника» из девочек-младшекурскиц что-то жарко рассказывал Сириус Блек, усиленно размахивая руками. В тот самый момент, когда Британи и Корбен посмотрели на них, он, похоже, изображал какое-то диковинное животное, встретившееся ему по время путешествий по горам. Стайка девочек, рассевшихся вокруг него на креслах, пуфиках и просто сваленных на пол подушках, дружно захихикала, а кое-кто даже захлопал в ладоши. Сияние лица Блека было ещё отчетливее на фоне нахмурившегося Ремуса Люпина, которому явно не нравилось такое повышенное внимание к его другу. Он стоял прислонившись к стене и скрестив руки на груди, старательно делая вид, что не имеет никакого отношения к этому разбушевавшемуся миму. Однако то, что он его знать не знает, вовсе не значит, что он не будет за ним следить, – явственно читалось на лице Люпина. Тут Сириус достал палочку и, сотворив из воздуха (а точнее, из своего носового платка) букет зеленых гвоздик, подарил их самой маленькой рыжей девочке с немного грустными карими глазами. Девочка захихикала, зарылась лицом в цветы, а потом благодарно улыбнулась. Блек театрально поклонился и, подчиняясь укоризненному взору Ремуса, пошел наверх, в спальню. – Ну и что тут такого? Ему просто нравится развлекать публику, – пожал Корбен плечами и, взяв в руки лежавшее на столе перо, снова нацелился на карту. – А я тебе скажу, дорогой, «что тут такого»! – заявила Бри тоном ученого, сделавшего только что открытие, перевернувшее все основы мироздания. – Он только что, не более пятнадцати минут назад, вернулся со взыскания. И не абы какого, а со взыскания у Снейпа! – А-а… – понимающе протянул Корбен, откладывая перо в сторону. – Хм. Интересно. – А я о чём! И нам обязательно нужно выяснить, в чём дело! – Британи только что не подпрыгивала от воодушевления. – Обязательно? – с сомнением уточнил Уильямсон, уже зная ответ. – Ну конечно! – А… Может, у него всегда такое настроение, когда отработки позади? – с надеждой предложил он. – Вчера вечером его видел? Вот то-то же. А впереди у него ещё целая неделя взысканий! Или даже две, не помню уже. – Мда, – согласился Корбен, – это явно неспроста. Британи победоносно улыбнулась. – Нам осталось самую малость – узнать, что тут происходит! – провозгласила она торжественным шепотом. – Кстати, а зачем? – улыбнувшись, попробовал поддеть её Уильямсон. – Информация, мой друг, представляет в наше время самую большую ценность, – глубокомысленно процитировала кого-то Бри. – Ок, уела, – засмеялся Корбен. – Стоит однажды сказать какую-то умную фразу при девушке, и всё, если она её запомнила, считай, что ты попался. Когда приступим к сбору информации, мой дорогой Холмс? – подпуская в голос интонации, подслушанные в фильме, который они с Британи недавно смотрели в гостях у его маглорожденной тетушки. – И каким образом будем её добывать? – Пожалуй, мой дорогой Ватсон, мы начнем с начала. Как того требует мой излюбленный дедуктивный метод, – Марш закурила воображаемую трубку. – Проберемся в святая святых, чтобы собственными глазами увидеть происходящие там фантастические вещи! – Бри, ты себя хорошо чувствуешь? Пробраться тайком в кабинет Снейпа? – Корбен понизил голос до шепота. – Да ещё во время взыскания? Нет, ты ненормальная. Играть в сыщиков интересно, когда это не грозит отчислением. Нам осталось-то доучиться всего ничего, может, оно того не стоит? – попытался он вразумить девушку. – Ну, какой ты порой скучный… – она надула губки. – А ты порой начинаешь вести себя как капризная Ребекка, – Корбен совершенно наглым образом показал Британи язык. Та фыркнула и обиженно замолчала. – Хорошо, к этому разговору мы ещё вернемся, – спустя пару минут сказала она сухо и добавила уже более мирно, придвигая к себе забытые на время бумаги: – Ну, так что там у нас было по астрономии? *** – Северус, я хотел с тобой поговорить, – сказал Альбус Дамблдор, впуская в кабинет профессора Снейпа и указывая рукой на кресло напротив своего стола. «Ну естественно! Иначе зачем я здесь? Уж точно не ради танцев при свете канделябров». – Да, директор. Я вас слушаю. – Это касается мальчиков, – Дамблдор многозначительно замолчал. «Всё ясно. Блек таки прибежал плакаться. Жаль, а я почти поверил в то, что ошибался на его счет». – В школе несколько сотен мальчиков, Альбус, нельзя ли поконкретнее? Директор улыбнулся, придвигая к себе внезапно появившуюся на столе чашку, вероятнее всего, с чаем. – Я о твоих ровесниках, Северус. «Мда. Или они слишком плохо выглядят, или я слишком хорошо сохранился». – Вот как. Ясно…– протянул Снейп. – Однако, Альбус, учитывая то, что сейчас я учу их, а не учусь с ними, применять предложенный вами термин я бы не стал. – Ах, Северус-Северус, – Дамблдор покачал головой, – для меня вы все дети. И все равны. «Только некоторые немного “равнее”. Неужели из-за цвета их шарфов? Ни за что бы не подумал!» – К чему вы клоните, директор? – Северус, мне с самого начала хотелось верить, что ты не будешь использовать свое положение учителя для того, чтобы отомстить этим невинным детям за ваши пустяшные обиды, – немного наигранно начал сокрушаться Дамблдор. «Угу. Невинным. Оборотень, который чуть не убил, и убийца. Странные у вас, директор, понятия о невинности… Тьфу, невиновности». Снейп предпочел промолчать, но Альбус довольно верно истолковал это молчание: – Ты не прав, Северус. Они не виноваты в том, что случится, когда они вырастут. «Они будут виноваты. Так к чему ждать?» – Альбус, вы не находите, что мои «пустяшные обиды» имеют под собой довольно веские основания? – Северус, не стоит так долго помнить зло, это отягощает душу. «Зато улучшает память и тренирует дух». – Хорошо, директор, я учту на будущее. Прошлое уже не изменишь. – Как знать, Северус, как знать… «Что?!! Это же противоречит…» – Что вы имеете в виду?.. – Ничего такого, Северус. Прошлое изменить нельзя. Но, может, тебе стоит попробовать изменить свое отношение к нему? «Так… И что вы задумали на этот раз, обладатель кубка Англии по миротворческим играм людскими судьбами?» – Альбус, скажите прямо, чего вы от меня хотите, и я пойду, – «…думать, как этого избежать. Или хотя бы как отделаться с наименьшими потерями». – Мне ещё надо проверить готовность моего факультета к следующей неделе. – А разве двое взрослых людей, – директор откинулся в кресле и положил руки на стол раскрытыми ладонями к Снейпу, – не могут просто поговорить о том, о сём; попить вместе чаю?.. «Взрослые, дети… Пора бы вам определиться, в конце концов, кто я. Да и вообще, уж лучше бренди с Блеком, чем чай с вами. Гораздо безопаснее. Гораздо». – Я бы с удовольствием, директор, но, сами понимаете, обязанности декана требуют времени… – …которое ты сегодня изрядно потратил на взыскание мистера Брауна? «Ну наконец-то! Мы таки добрались до сути. До Блека. Но как же не хочется слушать эти бесконечные: бла-бла, Северус, бла-бла, не стоит, бла-бла, я, конечно, в тебе не сомневаюсь, но, бла-бла Блек… А так хотелось простого приятного вечера… Я уже почти ощущал вкус воскресного вечернего бренди. А тут этот разговор. Этот Блек... Черный бренди с чертовым Блеком. Как любопытно на языке перекатывается. Как и сам бренди. Тягучий, оставляющий на языке обжигающий след напиток. Подавать охлажденным. Интересно, Блека тоже надо охлаждать до нужной температуры? Или наоборот? Хотя всё равно наверняка обожжешься. Или согреешься? Тьфу, как-то не ко времени и не к месту такие мысли… Ладно, решено: загляну сегодня к Розмерте, бренди там точно обеспечено. Если, конечно, получится отсюда вырваться без особых потерь. Хоть когда-нибудь!..» Снейп демонстративно взглянул на часы, висевшие над столом директора. – К моему прискорбию, назначение отработок и их проведение является также частью моих обязанностей, директор, – сказал Снейп сухо и подчеркнуто официально. – Северус, может быть, ты слишком много на себя взваливаешь? – с приторной заботой поинтересовался Дамблдор. – Надо же иногда отдыхать. «Избавьте меня от необходимости нянчиться с вашими гриффиндорцами, и моя жизнь превратится в один сплошной отдых». – Не могу не согласиться, – кивнул Снейп. – Однако хорошо выполнять свою работу мне гораздо важнее, – закончил он безапелляционно. – М… – Альбус Дамблдор пожевал губу в задумчивости, словно решая, сделать ещё пару пируэтов вокруг основной темы разговора или всё-таки уже пора перейти к делу, потому как собеседник достиг положенной ему «точки кипения». – Ладно, давай серьёзно, Северус. «Ну наконец-то!» – Да, директор, я вас внимательно слушаю. – Северус, мой мальчик, не кажется ли тебе, что ты несколько злоупотребил своими правами и текущим положением, назначая столь длительное взыскание мистеру Брауну? «Ха!» – Отнюдь, профессор. Устанавливая меру взыскания за проступок, я не знал, кто именно был повинен в срыве занятия, так что… – «Мне просто повезло!», – это чистейшая случайность. – Надеюсь, в отношении мистера Фореста ты не допустишь подобной… случайности? «Избави бог! Мне и так-то его видеть… Уж лучше Блек. Не так жарко, зато не так больно». – Вы же знаете, директор, случайности вне моей компетенции. – Да, допустим… – Альбус Дамблдор на некоторое время задумался, возможно, припоминая, как редко в его жизни случались никем не запланированные случайности. Особенно подобного рода. Директор пришел к выводу при возможности побеседовать с юным Блеком об этом. И если всё так, как Альбус думает, то очень может быть… «А ведь действительно, это идея!», – взгляд Дамблдора зажегся новой решимостью, чего Снейп, к сожалению, не заметил, погрузившись в мысли о том, как именно ему бы хотелось закончить этот вечер. – Так вот, Северус, – с крайне подозрительным блеском в глазах продолжил директор, – чрезвычайно суровая отработка, как мне кажется, может привлечь к мистеру Брауну не нужное нам внимание. «А я сразу предлагал заморозить их в кладовке, так нет же!» – Однако ещё большее внимание привлечет его освобождение от этого взыскания, вы не находите? И сколько бы вас Блек об этом не просил, – «Маленький ябеда! А мне ведь почти начало это нравиться… Это было почти интересно», – я не намерен… – Браун, прошу тебя, Северус! – поправил его директор очень серьёзно. – И ты не прав, он ко мне не приходил. Или я должен о чём-то знать? – Дамблдор испытующе вперил взгляд в Снейпа. «Да неужто не приходил? Ну уж нет, чем меньше вы знаете, тем легче мне дышать. Хотя в итоге-то, вы всё равно всегда в курсе». – Если не приходил и не просил, то к чему тогда весь этот разговор, позвольте узнать? – Снейп намеренно ушел от ответа на поставленный вопрос. – Ко мне приходил не он. Минерва. «А вот это уже хуже. Королева прайда, чтоб её!» – Да? И что же её беспокоит? Насколько я помню, все снятые мною из-за того инцидента баллы уже давно вернулись обратно. На Гриффиндоре, как это ни странно, некоторые всё же умеют использовать свои мозги не только для обдумывания безрассудных выходок. Кстати, а Минерва в курсе того, что?.. – Да, конечно. Она слишком хорошо помнит и знает вас. Всех. И вот именно это её и беспокоит. «И судя по всему, её беспокоят не Блек и не Люпин, а я?.. Не понимаю я этих людей. Я что, единственный, кто помнит, что сделал Блек? И кем является Люпин?!» – И вы меня, директор, конечно просветите о причинах её беспокойства? – Да, Северус, я как раз собирался к этому приступить. «И я почти вам поверил. Только приступать вы будете ещё полчаса минимум, будто я вас не знаю. Отпустите меня уже, дяденька директор! Меня в Хогсмиде уже заждались замечательные высокоградусные друзья в чуть запотевших стеклянных бутылках». Снейп скрестил руки на груди и посмотрел на директора взглядом, полным смирения, что занятно контрастировало с его немного вздернутой бровью. Но Дамблдор предпочел не обращать внимания на некоторую вольность в поведении и, как он догадывался, в мыслях подчиненного. – Северус, Минерва считает, что на ваших отработках с мистером Брауном может происходить что-то, о чём не следует знать остальным ученикам… «Чего?!. Хм. Бр-р. Директор, вы о чём?» – Директор, вы что имеете в виду? – спросил Снейп с подозрением. – Точнее, что имеет в виду Минерва? – поправил его Дамблдор, не переставая улыбаться, и Северус очень засомневался в том, что МакГонагалл вообще как-то причастна к этой беседе. – Она имела в виду разговоры, которые странно было бы услышать между учеником и учителем; твое или его поведение, не вписывающееся в стандартные рамки, и многое другое… «Похоже, к вечеру воскресенья мои мысли забиты чем-то совершенно не тем. Чёрт, директор, если вы не перестанете говорить такими намеками, я подумаю, что вы меня в чем-то подозреваете… Или на что-то наталкиваете. Хм, а вдруг и Блек имел в виду то же? Не, бред какой-то!» – М… Если бы вы выражали «мысли профессора МакГонагалл» более отчетливо, я был бы вам очень благодарен. К тому же, прошу заметить, я никогда не позволял себе ничего, что могло бы бросить тень на... – Ой, Северус, как ты мог подумать, – директор просто светился святостью. – Я совсем не имел в виду нечто недостойное. К тому же, если смотреть правде в глаза, то вы с мистером Брауном, всё-таки не совсем учитель и ученик и к вам не стоит применять все наши школьные правила на этот счет. «Что?!. Альбус, я так с вами поседею раньше времени! Что. Вы. Имеете. В виду?! О, Мерлин! Почему отсюда нельзя аппарировать! Чтобы миг – и ты уже в «Трех метлах». Ну почему?..» Снейп с силой потер виски. Попытка понять, что затевает директор, похоже, в очередной раз провалилась. – Я говорю о том, что если вдруг это тебе поможет как-то примириться с неприятным прошлым, то… «Всё. Я явно брежу. Может, я уже напился и это всё галлюцинации? А если я попробую себя ущипнуть, это будет выглядеть очень глупо? Скорее всего». Профессор Снейп покрепче зажмурился и резко открыл глаза: ничего не изменилось, на него всё также радушно-заботливо смотрел директор Хогвартса. – Альбус, возможно, я слишком устал, но я перестаю улавливать смысл ваших слов. Может, мы продолжим этот разговор в следующий раз? – спросил Снейп, делая попытку встать из кресла. – М… Возможно, я действительно, выражаюсь несколько запутанно. Главное, Минерва просила тебе передать, что ученики её факультета всегда отличаются стремлением быть посвященными во все интересующие их вопросы. «Любопытством, если говорить прямо». – Да, директор, это для меня не новость. Но к чему?.. – Северус сел обратно. – Так вот, она будет тебе благодарна, если ты сделаешь так, чтобы ей не пришлось корректировать память детям, которые слишком заинтересуются вашими взаимоотношениями с недавно появившимися в школе учениками. Возможно, поскольку мы не можем ручаться, что гриффиндорцы не найдут способа каким-нибудь образом получить не предназначенные им сведения, нам следует… сделать эти сведения для них неинтересными, – последнее слово директор произнес почти по слогам. «Чего?!. Мерлин, с кем мне приходится работать? Эти гриффиндорцы меня доведут. Хотя Альбус явно слишком долго общался и с представителями других факультетов. Или школ. Про Дурмштранг, например, ходили кое-какие слухи…» – И вы хотите, чтобы я… что? Провел показательную отработку с Блеком у всех на виду, чтобы они поняли, что это не стоит их внимания? Или что? Заинтересовал их чем-то другим? Идея с дуэльным клубом, если вы помните, провалилась. Или вы, Альбус, ходите, чтобы я организовал ещё одно нападение обитателя Тайной комнаты? Детки расслабились и подзабыли о нём? – Северус, прошу тебя, не язви так, это не подходящая тема для шуток! –строго осадил его Дамблдор. «Да, согласен, перегнул. Общение с вами любого довести может». – Хорошо, директор. Но что вы от меня хотите? Я могу наказать кого-нибудь из львиного заповедника отработками и назначить их на одно время с Бл… с ним. – Только без снятия баллов, Минерва очень просила. – Альбус, вы со мной торгуетесь? – позволил себе ухмыльнуться Снейп. Чем дальше они отходили от странных намеков директора, тем спокойнее он себя чувствовал. – Нет, я просто предлагаю оптимальные условия решения проблемы, – улыбнулся Дамблдор, с довольным видом оглаживая бороду. – Для начала ты проведешь, как ты там выразился, «показательную отработку», а потом мы их отвлечем… Да, тут надо что-то придумать. – Директор, насколько я помню, – Северус начал соображать намного активнее, когда наконец понял поставленную задачу, – скоро второй курс будет полностью озабочен вопросами выбора дальнейшей специализации, так что и эта проблема решена. – Мальчик мой, не забывай, кроме второго курса в Гриффиндоре есть ещё шесть. – То есть, любопытство проявляют не только хорошо известная нам троица? Хотя да, это было бы слишком просто. – В том-то и дело, Северус, в том-то и дело… – Дамблдор развел руками, не то извиняясь за учеников, не то сокрушаясь, что сам ничего не может придумать на этот счет. «Всё-то вы можете, директор. Просто не всегда хотите». – Хорошо, Альбус, я понял, что от меня требуется. Возможно, к завтрашнему утру мне придет в голову что-нибудь подходящее, и я вас сразу уведомлю, – Снейп встал и расправил складки на мантии. – А теперь, позволите мне идти? – «А то до закрытия «Трех метел» остается всего часа три, не более». – Да, думаю, на сегодня хватит. Подумай, пожалуйста, над всем, что я сказал. Хорошего вечера, Северус. Передавай Розмерте мой сердечный привет! Профессор Снейп, чертыхнувшись про себя, попрощался Дамблдором и стремительно вышел из кабинета. «Да, ещё никогда я не понимал его меньше, чем сейчас! И никогда мне не хотелось скорее узнать, что же он затеял. А ничто не стимулирует мыслительный процесс лучше старого доброго бренди. Чертова черного бренди».

Dalena: Nadalz, Какой коварный директор, что-то хитрое задумал и не говорит... А у Снейпа мысли такие... неполиткорректные. Замечательная глава.

Nadalz: Dalena Спасибо, дорогая! Мне прям елей на сердце! Ага, причем он задумал такое хитрое, что даже я до конца не поняла, что именно. =)))



полная версия страницы