Форум » Библиотека-3 » Тени рождаются в полдень: макси, AU, PG-13, СС/ГГ, нмп, ГП/ДУ, нжп. и др. (главы 1-7) » Ответить

Тени рождаются в полдень: макси, AU, PG-13, СС/ГГ, нмп, ГП/ДУ, нжп. и др. (главы 1-7)

Pixie: Авторы: Pixie и IsiT Название: Тени рождаются в полдень. Бета: 1-7 главы Sol, с 8-ой главы Талина Рейтинг: PG-13 Пейринг: СС/ГГ, нмп, ГП/ДУ, нжп и другие Жанр: AU/Romance Диклаймер: Мир, герои и мировая слава - у мадам Роулинг. Что остается авторам? Сюжет и моральное удовлетворение от творчества :) Саммари: Вольдеморт убит. Но ни Гарри Поттер, ни Орден Феникса не имеют к победе никакого отношения. Чего ожидать от нового героя, который смог уничтожить Темного Лорда? На этот вопрос предстоит ответить Снейпу, вновь принявшему на себя нелегкую роль шпиона. Комментарии: Чистейшее AU (альтернативный шестой год в Хогвартсе). Некоторые герои возможно ООС (хотя это, имхо, очень субъективно). Предупреждение: смерть нескольких второстепенных персонажей. Авторы надеются на отзывы читателей. Размещение: предупредите авторов, пожалуйста Весь фанфик на Сказках

Ответов - 124, стр: 1 2 3 4 5 All

Талина: Pixie, Pixie пишет: Таких людей трудно обломать. Но ведь она все равно обломается! Я согласна подождать ради такого дела. Не все дается только за внешность, тем более, мне она и внешне не показалась особо интересной. *Хотя, может быть, это уже от ненависти. * Pixie пишет: после следующей главы ты ее точно сильнее возненавидишь Возненавидеть ее сильнее я смогу только в одном случае: если она ... ладно, молчу, но ты меня поняла. *В сторону: "Снейджер forever!!!" * Все равно я надеюсь на то, что у Гермионы будет большая и чистая любовь в полночь у амбара, а эта гадина получит по заслугам. И обломается-таки!

Pixie: Талина пишет: Все равно я надеюсь на то, что у Гермионы будет большая и чистая любовь в полночь у амбара, а эта гадина получит по заслугам. И обломается-таки Слушай, как я рада, что тебе не нравится Ирэн! Просто я знаю таких людей, как она, они слишком самовлюбленные и эгоистичные! А по заслугам она получит! IsiT предложил очень хороший вариант для ее участи А снейджер обзательно будет!!! И без вариантов вообще. Просто Северусу нужно время, чтобы к Герми присмотреться

Офелия: Что касается мисс Ирэн, думаю Мастер Зелий ее "уничтожит" ОЧень на это надеюсь, во всяком случае))))

Талина: Pixie, Pixie пишет: IsiT предложил очень хороший вариант для ее участи Pixie пишет: А снейджер обзательно будет!!! Это же замечательно! Офелия, Офелия пишет: Что касается мисс Ирэн, думаю Мастер Зелий ее "уничтожит"

Pixie: Офелия Талина Спасибо вам! Ирэн свое получит, хотя и не сразу. Я сегодня вечером уезжаю на 12 дней, так что недели две главы не будет. И в Инет смогу заходить только по мобильному. Но зато обещаю, что следующая глава будет интересной и положит-таки начало снейджеру!

Офелия: Pixie буду плакать!!!!! ОЧень проду хочу Приезжай быстрее, а то я с ума сойду !!!

Эльпис: Pixie пишет: В том, что у Герми чувства просыпаются постепенно? И это тоже! Но мне еще в этой главе нравится, что Гермиона-интроверт с ее противопоставлением "красота - ум" и...кхм..непониманием Рона оказывается в одной лодке со Снейпом, который молча (или не очень) принимает ее такой, какая есть. Они понимают друг друга и мыслят одинаково, хоть сами пока об этом не догадываются. Так я , ИМХО конечно, понимаю снейджер и ваш фик в частности.

Pixie: Офелия Я постараюсь, хотя теперь все зависит от беты :) Эльпис Жаль, что на мобильном смайлики недоступны :( Как приятно видеть человека, чье понимание снейджера сходно с твоим! Вы совершенно правильно поняли нашу мысль о противостоянии ум-внешность! Абсолютно согласна с тем, что Гермиона интроверт, естественно, как и Снейп. Но разве это классический снейджер? :)

Офелия: Обращение к бете: не томите, сжальтесь!

Эльпис: Pixie пишет: Но разве это классический снейджер? :) Может быть, такими были большинство прочитанных мною снейджеров...Или скорее большинство понравившихся Это, конечно, чистое ИМХО

Pixie: Эльпис Ваше ИМХО полностью совпадает с моим :))) Мне тоже нравятся снейджеры с интроертными Северусом и Гермионой, когда их отношения строятся не только и не сколько на сексе, а на духовной близости.

Талина: Pixie, Pixie пишет: Мне тоже нравятся снейджеры с интроертными Северусом и Гермионой, когда их отношения строятся не только и не сколько на сексе, а на духовной близости. Поддерживаю!

Элли: Талина пишет: Pixie, Pixie пишет: цитата: Мне тоже нравятся снейджеры с интроертными Северусом и Гермионой, когда их отношения строятся не только и не сколько на сексе, а на духовной близости. Поддерживаю! плюс 1

Pixie: Талина Элли Так выпьем же за женскую солидарность! :))) Кстати по поводу новой главы у меня не очень утешительные новости :( Глава готова, но бета уехала до 20-го. Надеюсь, после приезда она быстро отбетит. А пока пишу дальше :)

Pixie: Люди, у меня монитор сгорел! Сижу за компьютером IsiTа и заливаю слезами клавиатуру В связи с тем, что нормальный инет теперь мне будет редко доступен, выкладываю новую главу, пока есть возможность. Она недобеченна, так что ругайте, если что Надеюсь на ваши отзывы :)

Pixie: Глава 7. Откровения За окнами хлестал дождь. Бил по карнизам крупными каплями, разукрашивая оконные стекла мокрыми косыми дорожками. К дождю вскоре присоединился ледяной ветер, завывая в трубах и пригибая к земле молодые деревья. Осенний вечер подкрался незаметно: тучи так заполонили все небо, что стало совсем темно. В такую погоду особенно приятно сидеть у камина в мягком кресле, закутавшись в пушистый плед, и читать любимую книгу. При этом, конечно же, попивать горячий душистый чай или крепкий сладкий кофе, это уж кто как любит. В эти моменты тебя охватывают умиротворение и чувство защищенности от недоброжелательного мира снаружи. Поэтому можно даже пожалеть неудачников, оказавшихся в такую непогоду на улице, и сокрушенно покачать головой. К жалости обычно примешивается легкое злорадство - там, за окном, все люди мокнут, а здесь, у горящего камина, так тепло и уютно. В этот непогожий вечер у мисс Илви проходили очередные посиделки. Стремительно летели дни учебного года, и столь же стремительно росла популярность преподавательницы Волшебного этикета. Ее уроки, по сути, не представляли собой ничего особенного. Конечно, мисс Илви научила девушек многим полезным заклинаниям для создания красивого макияжа или стильной прически, но в остальном занятия по Магическому Этикету представляли собой не более чем обобщение давно известных правил поведения. Тем не менее, практически все ученики, включая младшекурсников, с восторгом отзывались о занятиях у мисс Илви. Нужно отдать ей должное - Ирэн прекрасно разбиралась в моде на одежду, косметику и прически и охотно делилась своим опытом на уроках. Девчонки слушали, открыв рот, и старательно конспектировали слова красавицы. Парни практически не прислушивались к словам, а только с восхищением взирали на учительницу. Мисс Илви мило улыбалась любимчикам и отпускала завуалированные, но от этого ничуть не менее обидные колкости в адрес тех, кто по какой-либо причине не поддался ее обаянию. У гриффиндорцев среди тех, кто попал в немилость, оказались Гермиона, Джинни и Невилл Лонгботтом. Гермиона и Джинни довольно быстро привыкли не обращать внимания на насмешки преподавательницы Этикета, а вот бедняга Невилл все еще переживал, когда красотка подшучивала над его застенчивостью и неуклюжестью. Гермиона порой с трудом сдерживалась, чтобы не сказать Ирэн Илви все, что думает об этом никому не нужном предмете. Но девушке не хотелось, чтобы Гриффиндор потерял баллы, поэтому она молчала. Снейп и так снимал на каждом уроке зельеварения минимум по десять баллов с ее факультета. Гермиона вскоре пришла к выводу, что у профессора Снейпа и преподавательницы Магического Этикета есть одна общая черта - у обоих были любимчики, которым сходили с рук любые проделки. Только у зельевара это были, по сути, все слизеринцы, а у красавицы Ирэн - несколько девушек, которые в особенности полюбили ее уроки, восхищаясь методами преподавания мисс Илви и ее справедливым отношением к всяким заучкам вроде Грейнджер. В число этих "избранных" входили, в частности, Парвати и Лаванда, а также, как ни странно, Панси Паркинсон. В отношении последней немаловажную роль сыграл, вероятно, тот факт, что Паркинсоны являлись одной из самых богатых и влиятельных семей волшебников во всей Британии. Именно для этих учеников, к которым мисс Илви особенно благоволила, и устраивались еженедельные посиделки в апартаментах преподавательницы Этикета. На этих собраниях (на них присутствовали только девушки) конечно же, обговаривали как волшебные, так и маггловские способы, призванные максимально улучшить внешний вид, и, естественно, обсуждали противоположный пол. Что касалось отношений с мужчинами, то в них мисс Илви разбиралась не хуже, чем в красивой одежде, и потому девчонки слушали ее рассказы, внимая каждому слову, и старались следовать советам на практике. Начиная с пятого курса, особенно популярными становились разговоры, посвященные любви, свиданиям, изменам и прочим тонкостям в общении юношей и девушек. В тот вечер на посиделках присутствовали Лаванда, Парвати и Панси. - Эрни Мак-Миллан меня бросил, - возмущенно проговорила Парвати. Все с сочувствием на нее посмотрели. - Идиот! - подвела итог гриффиндорка. - Ну и пусть идет к этой ужасной толстухе Сьюзан Боунз. Сам же пожалеет и вернется. Только ему уже ничего не светит! - Точно-точно, - активно закивала Панси. Ее новая модная прическа тут же потеряла свою идеальную форму. Лаванда, заметив это, взмахнула палочкой, и упавшие локоны вернулись на место. Еще одной особенностью посиделок у мисс Илви было то, что на них очень быстро забывалась межфакультетская вражда, уступая место женской солидарности. - Забудь о нем, как о плохом сне, - посоветовала Лаванда. - Мак-Миллан никогда не сможет оценить настоящую красоту. Они на Хаффлпаффе вообще в этом ничего не смыслят. Правда, мисс Илви? Девушкам Хаффлпаффа действительно приходилось труднее всех. Мисс Илви считала их недалекими простушками и относилась к ним соответствующим образом. Преподавательница Волшебного этикета сидела в стороне от своих любимиц и маленькими глоточками потягивала вино. Ученицам предлагалось только кофе с пирожными: Ирэн соблюдала далеко не все правила Хогвартса, но в некоторых вопросах отличалась особой щепетильностью. На вопрос Лаванды она отреагировала не сразу. Мисс Илви задумчиво смотрела куда-то в окно, где все еще шумел дождь, который и не собирался заканчиваться. Потом учительница произнесла: - Мда… В вашей школе вообще нет достойных мужчин: или сопливые мальчишки, или дряхлые старики. Девчонки недоуменно переглянулись. - Мне скучно, - заявила мисс Илви и поставила полупустой бокал на стол. - Эти уроки меня утомляют. Да я просто задыхаюсь в этом пуританском обществе, - она обиженно надула губы. - В прошлом году я работала в Шармбатоне, и учебный год пролетел, как один день. Мне безумно не хотелось уезжать оттуда. Лаванда хотела спросить, почему же мисс Илви не осталась еще на год, но потом решила промолчать. Мало ли, какие причины были у учительницы для того, чтобы покинуть Шармбатон. - Но вы нравитесь всем мальчишкам, - в голосе Панси Паркинсон была слышна зависть. - У Малфоя уже были эээ… девушки. Я слышала, как он хвастался, - она покраснела. - Многие были бы рады, если… - Еще чего! - возмущенно воскликнула Ирэн. - А потом ваш Дамблдор мне голову открутит! Да и вообще, что ваши неопытные желторотики могут мне дать? Слюнявые поцелуи и тисканья в углу? Нет уж, мне нужен кто-то, кто развеет мою грусть, - она мечтательно улыбнулась. - И кто же? - Парвати немного разозлилась. С ее точки зрения, в Хогвартсе было много достойных шестикурсников и семикурсников. Выходит, что они, девушки, встречаются неизвестно с кем? Мисс Илви поправила и без того идеальную прическу, и на ее губах появилась самодовольная усмешка. - Никогда не догадаешься, дорогая, - девушки затаили дыхание и подались вперед. - Как я убедилась, в вашей школе есть один настоящий мужчина. - Она сделала эффектную паузу. - Профессор Снейп. - Что??? - выдохнули девчонки. - Вы ничего не перепутали? - нерешительно спросила Парвати. - Да он же… некрасивый, у него немытая голова и от него воняет! Может быть, вы его с кем-то перепутали? Вот профессор Люпин - другое дело. Он милый и добрый. - Снейп… Снейп вообще не знает, что такое красота! Он просто старый хрыч! - обиженная на зельевара Лаванда хорошо помнила то позорное переписывание контрольной. Панси молчала, только хлопала накрашенными ресницами, пытаясь понять, шутит мисс Илви или все-таки говорит правду. Ирэн взяла в руки бокал и сделала небольшой глоток. Облизала красные капельки с губ. Ей доставляло удовольствие затягивать с ответом и наблюдать за вытянувшимися лицами своих подопечных. - Но вы же нас учили, - Лаванда обиженно надула полные губки. - Мерлин, какие вы еще глупые, - рассмеялась преподавательница Этикета. - Такие мелочи, как грязная голова и несвежая рубашка устраняются легко. Люпин - слишком простая задача. Мне ничего не стоит вскружить ему голову. А вот ваш профессор зельеварения - крепкий орешек, не спорю, но тем интереснее играть. - На выходных все идут в Хогсмид, там атмосфера - то, что надо для знакомства! Мы с Парвати присмотрели пару симпатичных парней с седьмого курса Райвенкло. А Снейп… Я же говорю, он не интересуется женщинами и наверное давно забыл, что с ними нужно делать, - сказала Лаванда. - Это пустая трата времени. - Северус интересуется мужчинами? - вскинула тонкие брови мисс Илви. - Вот уж по нему не скажешь. Девчонки отчаянно покраснели, поперхнулись кофе и принялись стучать друг друга по спинам. - Да нет же, Снейп никем не интересуется. В этом смысле! - наконец смогла выговорить Парвати. - Ха! Так не бывает, - отмахнулась красавица Ирэн. - Он - мужчина, а у них инстинкты всегда сильнее разума. Дело лишь за опытом того, кто хочет покорить профессора. - Ну почему, почему Снейп? - Лаванда никак не могла успокоиться. Ирэн Илви повертела в руках опустевший бокал, аккуратно оправила короткую мантию. На ее очаровательном личике появилось выражение блаженного предвкушения. - Я уже сказала, он - настоящий. В нем я чувствую огромную силу и нерастраченную чувственность, - с тихим смехом ответила красавица. - Кроме того, Северус неприступен, он единственный, кроме старикана-Дамблдора, не пускает слюни, когда на меня смотрит. Меня это интригует, ну и задевает, если честно. Не могу взять в толк, почему я ему не нравлюсь, но я добьюсь Северуса, это лишь вопрос времени. Вероятно, это был первый случай, когда самые верные почитательницы мисс Илви засомневались в словах своего кумира. Гриффиндорки и слизеринка знали Снейпа куда как лучше, чем новая преподавательница. - А это интересно, - глаза Парвати, тем не менее, горели любопытством, - вдруг что-то и правда получится. Представьте, неприступный и холодный Снейп влюбился в мисс Илви! - Не "вдруг", дорогая, а "когда", - поправила девушку Ирэн. - Точнее, очень скоро. Панси покачала головой. Быть может, мисс Паркинсон и была не такой уж умной и проницательной, но девушка явственно чувствовала, что затея мисс Илви безнадежна. Однако наблюдать за ее воплощением будет крайне любопытно. Мисс Илви откусила кусочек пирожного и блаженно улыбнулась. Скука закончилась, началась игра.

Pixie: * * * Северус Снейп возвращался в Хогвартс. Обратный путь в школу, к согревающему огню камина был сегодня как никогда долгим. Дождь лил с такой силой, что защищающие от воды заклинания уже не помогали, и профессор просто махнул на них рукой. И правда, какой смысл и дальше применять магию, если одежда вымокла до нитки, а в ботинках давным-давно хлюпает холодная вода? Снейп шел, периодически увязая в скользкой и вязкой грязи, и последними словами проклинал Дамблдора за то, что старик увеличил радиус действия противоаппарационной защиты Хогвартса. А также за то, что у директора так не вовремя возникло желание узнать подробнее о намерениях Долохова. Впрочем, сердиться Северусу стоило разве что на самого себя. Дамблдор же не тиран, он не настаивал на том, чтобы зельевар отправился проверять возникшие подозрения в тот же день. Директор вообще крайне редко настаивал на чем-то в разговорах со Снейпом. Старый маг прекрасно знал, как сложно бывает Северусу не раскрыть себя, как часто зельевар рискует собой ради выполнения заданий Ордена. Директор понимал, какое значение имеет для профессора зельеварения чувство долга. Долг был для Снейпа сильнее любого приказа. Кроме того, Северус уже отвык от человеческого отношения к себе: от прощения и понимания. Впрочем, зельевар никогда и не надеялся на понимание, если учесть, что Дамблдор знал о зельеваре всю правду. Для Северуса тем более казалось непостижимым, что после этого Дамблдор относится к нему почти как к сыну. Ну, а что касалось слишком большой зоны противоаппарационной защиты, то тут уж точно вины директора не было никакой: граница защиты со времен Основателей оставалась практически неизменной. Тьма вокруг царила кромешная, и Снейпу приходилось высоко поднимать палочку, чтобы освещать себе путь. Наконец, продравшись сквозь мокрые хлесткие ветки, профессор увидел перед собой каменную стену замка. Снейп назвал пароль, и потайной ход послушно открылся. Профессор зашипел от усталости и раздражения и с трудом протиснулся сквозь узкую дверцу. Вдвойне обидным было то, что Северус протаскался по такой погоде зря: разузнать не удалось ровным счетом ничего. Дамблдора очень встревожил рассказ Снейпа о том, что Долохов затеял какие-то работы в маггловском небоскребе. Старый маг, как и сам профессор зельеварения, полагался в основном на собственную интуицию. - Северус, - говорил Дамблдор, хмуря густые брови и перекатывая между пальцами перо, - я прошу тебя, узнай, что за строительство затеял Константин. У него в руках есть древнейшие артефакты, ему повинуются Упивающиеся смертью, и у него на подходе армия големов. Я боюсь, как бы не оказалось поздно. - Что вы имеете в виду, директор? - вскинул брови Северус, сидящий в кресле напротив и стремящийся отодвинуться подальше от глубокой вазочки с лимонными дольками, которые Дамблдор предлагал профессору каждые пять минут. Это означало, что директор сильно нервничал. - Мы бездействуем, - тихо ответил старый волшебник, - отчасти потому что не можем добиться согласия внутри Ордена. Своим поведением мы играем на руку Долохову. Меня это беспокоит. Боюсь, его следующий ход застанет нас врасплох. Северус, я прошу тебя, узнай хоть что-нибудь. Снейпу передалась тревога Дамблдора. Вот только подходящего случая проверить новоиспеченную штаб-квартиру Мастера Иллюзий не представлялось аж до середины ноября. Долохов надежно охранял свое пристанище, потому и ремонт в "офисе" длился уже два месяца кряду. Мастер Иллюзий не доверял никому, кроме верных големов. Но во время вчерашнего собрания Снейпу удалось выяснить, что Долохова некоторое время не будет в Лондоне. Это был шанс. Потому сегодня сразу после уроков профессор зельеварения аппарировал ко входу в небоскреб, так как не решился появляться в резиденции Мастера Иллюзий без приглашения. Снейп сильно сомневался, что Долохова будет рад его видеть, поэтому предусмотрительно наложил на себя маскирующие чары и, никем не замеченный, вошел в здание. Однако все старания Снейпа прошли даром - узнать хоть что-нибудь ему не удалось. В офисе букмекерской конторы "Долохов и компания" царила все та же атмосфера капитального ремонта. Носился туда-сюда, подгоняя рабочих, Пауль Прентер, а те лениво огрызались в ответ. Вокруг стоял стойкий запах краски и лака, от которого у профессора заболела голова, и он решил, что маггловская химия куда как хуже, чем волшебные снадобья. В офисе не было ни Долохова, ни кого бы то ни было из магов: видимо, Мастер Иллюзий доверял Прентеру. Магия работала во всех помещениях, а значит артефакт, гасящий магию, Долохов все-таки носил с собой. Снейп, начавший терять терпение от мерзкого запаха и присутствия слишком большого количества магглов, просто применил сканирующее заклинание, наплевав на то, что, используя специальные заклятия, Долохов может обнаружить следы использованного волшебства. Мог и не волноваться: во всем офисе, а также на ближайшем этаже не было абсолютно никаких следов магии. Обычная маггловская фирма, черт побери! Хотя... В самом конце длинного коридора было одно помещение, где наблюдались крайне слабые отголоски магической энергии, но это ничего не доказывало, так как следы могли остаться как от творимых чар, так и от простого присутствия артефакта или сильного мага. Профессор зашел туда, но ничего кроме беспорядочной груды всяческой маггловской техники там не обнаружилось. Сейчас, после близкого знакомства с големами, аппаратура вызывала у Снейпа как минимум подозрение, но отсутствие знаний в области техники не давало ему возможности объективно оценить обстановку. Зельевар попросту не знал, зачем нужен этот, по его мнению, хлам. При этом Снейпа злило собственное невежество. Он не был глупцом и понимал, что не справился с заданием Дамблдора до конца. В ту минуту, когда профессор зельеварения вышел на улицу, из уже давно собравшихся туч хлынул дождь. День завершался необыкновенно, просто-таки невероятно удачно. Снейп прошел по тесному пыльному коридорчику, задевая свисающую с потолка и стен паутину, и вскоре оказался возле неприметной лестницы, ведущей в подземелья. Профессор зельеварения быстро произнес высушивающее заклинание. Сразу же стало теплее, и холодная одежда больше не липла к продрогшему телу. Вот только настроение улучшаться не собиралась, и Снейп поспешил к себе в комнаты. Эта часть замка была закрытой для учеников, но это вовсе не означало, что никто из чересчур любопытных гриффиндорцев не совал сюда свой нос. Сегодня профессору зельеварения хотелось встретить кого-то из нарушителей дисциплины, чтобы можно было выместить на ком-то раздражение, ведь не идти же, в самом деле, к Дамблдору - жаловаться на неудачу. Пожалуй, в качестве "козла отпущения" сейчас сгодился бы и слизеринец: баллы, конечно, не снимешь, но хоть замечание сделаешь и немного отведешь душу. Снейп уже был недалеко от своего кабинета, когда услышал чьи-то громкие голоса за углом, шорох, а потом вскрик. Зельевар поспешил туда, испытывая жгучую злорадную радость от предстоящего разговора с нарушителями, но открывшаяся картина вызвала в нем какие-то другие чувства, впрочем, ничуть не менее сильные. Да, была злорадная радость, но не она главенствовала тогда в душе. Гнев, невесть откуда взявшаяся растерянность и… неужели обида? Конечно, Снейп тут же погасил в себе эти неуместные и странные эмоции и чувства. Уизли прижал к стене мисс Грейнджер и впился ей в рот поцелуем. Девушке же совсем не нравилось то, что делал с ней рыжий гриффиндорец - она отчаянно старалась вырваться, в то время как Уизли пытался не только удерживать Гермиону, но и исхитрился проникнуть рукой ей под мантию. - Так-так, вот чем старосты Гриффиндора занимаются после отбоя, - елейным голосом проговорил Снейп, подходя совсем близко к нарушителям. Они подпрыгнули от неожиданности и залились краской. Уизли отпрыгнул в сторону. В его глазах хоть и читался вызов, он все равно отступил назад. Грейнджер же, напротив, кажется обрадовалась появлению учителя и сделала шаг к нему. - Пятьдесят баллов с Гриффиндора, - каждое слово ложилось чудодейственным бальзамом на душу Снейпа. О, он мечтал об этом последние полчаса, и хотя бы это его желание исполнилось. - А теперь марш в гостиную, оба! Я сегодня же доложу директору о вашем поведении, - гриффиндорцы побледнели. Уизли открыл рот. Потом благоразумно закрыл, вспомнив о количестве оставшихся у его факультета баллов. Затем, не выдержав тяжелого взгляда зельевара, поспешно ретировался за угол. Грейнджер продолжала стоять, и Снейп увидел, что она дрожит. - Вас это тоже касается, мисс Грейнджер, - чуть мягче проговорил он. Девушка замотала головой и расплакалась. - Я не… - начала говорить Гермиона, но потом закрыла лицо руками и застыла. Только плечи подрагивали от беззвучных рыданий. - Прекратите истерику, мисс Грейнджер, - сердито сказал профессор зельеварения. У него не было никакого желания утешать эту глупую девчонку, но Гермиона только заплакала сильнее. Снейп ощутил укол совести. У девочки недавно погибли родители. Естественно, она еще не пришла в себя. А этот идиот Уизли нашел, когда лезть к ней. Ждать он естественно не мог, потому что гормоны напрочь отключили то подобие мозгов, что было у гриффиндорца. - Идемте, - не слишком дружелюбно произнес Снейп и, не дожидаясь ответа, схватил девушку за руку и потащил за собой. Через два поворота находился кабинет профессора зельеварения, куда Гермиона послушно зашла за учителем. - Сядьте, - речь Снейпа разнообразием явно не отличалась. Профессор указал девушке на стул, и она, без сил опустившись на него, снова закрыла лицо руками. Северус посмотрел, как дрожат ее плечи от рыданий, тяжело вздохнул и пошел смешивать зелья для приготовления сильного Успокаивающего настоя. В душе профессора зельеварения вдруг шевельнулось неясное чувство. Оно не было раздражением или недовольством, жалостью или сочувствием. Это чувство показалось чем-то гораздо более глубоким и сильным, хоть и не выразившемся еще во что-либо определенное. Снейп снова взглянул на дрожащую худенькую фигурку, на рассыпавшиеся по плечам непослушные каштановые пряди, на тонкую руку, судорожно вцепившуюся в подол юбки. И в этот миг профессор ощутил жгучее желание заехать рыжему кретину Уизли по его дурацкой веснушчатой роже. Хорошо так заехать, кулаком, а не заклинанием, потому что такие, как Уизли, иначе не понимают. Снейп покачал головой, отгоняя совершенно абсурдные мысли о драке с тупоголовым гриффиндорцем. И тут же вспомнил о том, что сам он промок под дождем, а значит горячая ванная и пара зелий, предотвращающих простуду, окажутся не лишними. Пора прекращать игру в благотворительность. Зельевар подошел к мисс Грейнджер и молча протянул наполненный почти до краев стакан: - Пейте.

Pixie: * * * Из дневника Гермионы Грейнджер: …Мерлин, великий Мерлин, за что?! Почему все так происходит?! Нет, я сейчас же соберусь с мыслями, прекращу покрывать страницы глупыми причитаниями, и напишу все по порядку. Ох, надеюсь, у меня получится. То, что произошло сегодня, описать словами невозможно. Как же я смогу передать все случившееся бумаге? Мне так стыдно, так противно и больно. И дело не только в поступке Рона. Я уже писала о том, что последние пару недель Рон слишком часто ко мне приставал. Дело скорее всего в том, что Гарри наконец-то начал встречаться с Джинни. Когда они вместе, то глаз друг с друга не сводят и никого вокруг не замечают. И это здорово, по-настоящему здорово, ведь они так нежно и трогательно ухаживают друг за другом. Я рада за них, очень-очень рада, и говорю это совершенно искренне. Гарри наконец-то нашел свое счастье. Он любит Джинни. Это заметно даже тем, кто вообще ничего не смыслит в отношениях между парнем и девушкой. И Джинни тоже искренне его любит. Какие они счастливые! И оба заслужили это. После всего того, что пришлось пережить Гарри, начиная от кошмарного детства у дяди и тети и заканчивая войной с Вольдемортом, ему обязательно должно было повезти. Но я не об их любви хотела написать, хотя их любовь достойна этого. Речь пойдет сначала о Роне Уизли. Рон тоже был рад и за сестру, и за друга, но при этом, к сожалению, завидовал им. Как ни странно, но я могу понять Рона. Почти все наши однокурсники уже с кем-то встречаются, и ему не хотелось казаться белой вороной среди них. Поэтому Рон начал ухаживать за мной. Дело было вовсе не в том, что ухаживал он неуклюже, не в том, что слишком часто пытался поцеловать меня, нет. Самым ужасным оказалось понимание того, что Рон не любит меня. Наверное, уже не любит, ведь раньше я очень нравилась ему, это мне известно точно. Теперь же в Роне говорило вожделение, желание не отставать от других, желание доказать себе, что он настоящий мужчина, что я ему не безразлична. Но все это не было любовью. И мне стало противно и больно. Ведь я окончательно убедилась в том, что на самом деле он не любит меня, а я не люблю его. Да, была детская влюбленность, но она не смогла выдержать первого серьезного испытания. После того как убили моих родителей, я ни разу не обратилась за помощью к Рону, хотя, наверное, должна была тянуться к любимому. Я очень благодарна им с Гарри, но их поддержка была не более чем дружеским участием. Позже, уже в Хогвартсе, я сказала Рону, что не смогу пока с ним встречаться (я уже писала об этом). Объяснила это тем, что еще не пришла в себя. Мои аргументы не были отговоркой, тогда я действительно не могла ни о чем подобном думать. Однако шло время, но в моих чувствах к нему ничего не менялось. Через некоторое время Рон опять завел разговор о наших отношениях, предложил встречаться. Мне было жаль его, но я отказалась. После этого Рон вначале обиделся и целую неделю не разговаривал со мной. Гарри и Джинни переживали и старались нас помирить, но ведь мы же не ссорились! А сегодня, вернее уже вчера (часы давно пробили полночь), Рон решил перейти к активным действиям. Посчитал, наверное, что сможет покорить меня страстным напором. Кошмар, как я могу писать об этом так убийственно спокойно? Приближалось время отбоя, и я, как староста, должна была проверить, все ли гриффиндорцы на месте, в особенности младшекурсники. Потом нужно было патрулировать коридоры в течение часа после отбоя. Я выполнила все, что было необходимо, и пошла в свою комнату, когда мне встретились двое первокурсников Слизерина. Они еще плохо ориентировались в Хогвартсе и попросту заблудились. Бедняжки, не знаю, что им рассказали про гриффиндорцев Малфой с дружками, но смотрели они на меня, как на диковинное чудище, честное слово!.. Как будто ждали, что я вот-вот наложу на них какое-нибудь проклятие. Но помощи все-таки попросили, и я проводила малышей в слизеринскую гостиную. На обратном пути меня догнал Рон. - Герми, нам надо поговорить, - банальное начало разговора по выяснению отношений. - Рон, ты что, за мной следишь? - удивленно и недоверчиво спросила я. - Откуда ты знал, что я буду здесь, в подземельях? - Ну, - он замялся и покраснел (все-таки стало стыдно), но быстро вернул себе самоуверенный вид. - Я хочу раз и навсегда выяснить то, что между нами происходит. Я остановилась и уставилась на него. Во мне вдруг закипела злость. - А что, между нами что-то происходит? Я, помнится, ничего тебе не обещала. На щеках Рона появились красные пятна, что очень некрасиво выглядело на его разом побледневшем лице. - Ты... ты говорила, что тебе нужно время, - он повысил голос. - По-моему, прошло достаточно времени, чтобы определиться, кто тебе нужен. Откровенно говоря, я опешила от этих слов, от этой странной и обидной логики. Слезы защипали глаза. - Значит, по-твоему, я обязана определиться? - воскликнула я, изо всех сил стараясь не заплакать. - Ты что, не понимаешь, что я не могу? - Но я хочу тебе помочь пережить все это! - Рон схватил меня за плечи. - Понимаешь, помочь? - Да не этого ты хочешь! Тебе просто-напросто нужна девушка, с которой ты будешь встречаться! - нам обоим было наплевать, что недалеко слизеринская гостиная, и нас запросто могли услышать. - Хочешь помочь, оставь меня в покое, не дави на меня! Вероятно, я спровоцировала Рона, и он решил доказать мне, кто из нас главный. Впрочем, теперь это уже не кажется таким важным, как пару часов назад. Рон прижал меня к стене и начал целовать. И опять я спрашиваю: Мерлин, ты, великий маг, к которому взывают все волшебники, скажи, почему все так произошло? Я не имею в виду то, что поцелуй Рона был мне неприятен, это было не самое плохое. Естественно, я начала вырываться, но он-то сильнее меня! Мало того, Рон пытался залезть под мою мантию. И тут… Случилось самое плохое из всего, что только могло произойти. - Так вот чем старосты Гриффиндора занимаются после отбоя. Снейп. Конечно, это был он, ведь если уж не везет, то не везет во всем. Но тогда… Тогда я не думала об этом. Я испугалась - и профессора, и того, что могло случиться, не появись вовремя Снейп, поэтому даже шагнула к нему в поисках защиты. Он говорил что-то. О снятых баллах, естественно, о том, чтобы мы убирались в гостиную. И в его голосе было презрение. А еще злорадная радость: застать старост "любимого" факультета Гриффиндор в столь недвусмысленном положении - какая удача для декана Слизерина! Нам с Роном грозило исключение. Ну, или весь год отработок у Филча или самого Снейпа, что, наверное, не многим лучше отчисления. Теперь Рона могут выгнать из Хогвартса. Самое смешное в этом, что мне почти все равно. Мне трудно объяснить, что случилось потом. Просто внутри вдруг все заполонили запоздалый липкий страх и жгучий стыд, и я испытала непреодолимое и необъяснимое желание сейчас же все пояснить, оправдаться. Рон, мой лучший друг, всегда приходящий на помощь в трудную минуту, на этот раз бросил меня. Не выдержал пробирающего до костей взгляда Снейпа. Я не виню его. Профессор велел уходить, и Рон ушел. Нет, вначале неловко попятился назад, а потом убежал. И я осталась одна, униженная и испуганная. Наедине с самым грозным учителем Хогвартса. Только вот его я почему-то не боялась. А откуда взялись эти глупые непрошенные слезы? Не знаю. И как ни старалась я их сдержать, они все равно потекли по щекам. Оправдаться не получилось: вместо слов вырывались одни всхлипы. Не могу, не могу я об этом писать, даже в дневнике. И дело не в том, что его может кто-то прочесть, а в том, что в душе царит настоящий кавардак. Но я должна… Снейп привел меня в свой кабинет. Сжалился над дурой-гриффиндоркой, закатившей истерику в коридоре. Велел сесть в кресло, а сам отошел. За Успокаивающим зельем, естественно, что еще можно дать такой истеричке, учитывая, что я никак не могла успокоиться - рыдания просто душили меня. Профессор впихнул мне в руки стакан. - Пейте, - приказал он. Пить горькое зелье под пристальным наблюдением Снейпа, особенно, когда у тебя дрожат руки, а глаза застилают слезы - то еще удовольствие. Но я справилась и даже почти ничего не расплескала. Помедлив, вернула профессору опустевший стакан, выдавила: "Спасибо" и отважилась наконец-то посмотреть на учителя. Это не было похоже ни на озарение, ни на яркую вспышку. Это было нечто совершенно другое. Оно рождалось несколько мгновений, показавшихся вечностью. Просто где-то в самом далеком уголке сердца родилось что-то теплое и нежное, становясь с каждой секундой все горячее и горячее, заполняя сердце, распирая грудь. Вначале я робко взглянула в черные глаза профессора, но не утонула в них, нет, все было вовсе не так банально. Затем перевела взгляд на его лицо. Снейп молча смотрел на меня - наверное, наблюдал, подействовало зелье или нет. И тут я заметила, что профессор совсем недавно применял высушивающее заклинание, и его темные волосы спутаны, а одежда до конца не просохла - видимо, заклинание он использовал наскоро, намереваясь быстро добраться до кабинета. А тут мы… К тому же Снейп выглядел очень уставшим, я бы сказала даже, измученным: круги под глазами, нездоровая бледность, а на щеках - лихорадочный румянец. Меня словно молнией пронзило от ужаса: Снейп был у Долохова (а куда бы еще профессор пошел в такую кошмарную погоду)! Что если это чудовище мучило Снейпа: натравило големов или по-Вольдемортовски - Круциатусом?! Учителю наверное плохо, он может быть ранен, а тут я со своими расшатанными нервами и идиотскими истериками. Дура, какая же я дура и эгоистка! Лезу к Снейпу со своими детскими проблемами, а у него еще хватает терпения не выталкивать меня пинками за дверь. Значит, ему действительно плохо, раз он не ругает меня. Глаза вновь наполнились слезами, но Снейп, слава Богу, не видел этого. Он бросил беглый взгляд на часы, отошел к шкафам с зельями и снял с полки бутылочку со снадобьем янтарного цвета. Налил в стакан и залпом выпил, чуть поморщившись. Это окончательно что-то сломало во мне. - Простите меня, сэр, - тихо заплакала я снова. - Простите, я не хотела, я не виновата… Профессор сунул мне в судорожно сжатые руки носовой платок и безапелляционно сунул под нос еще одну порцию успокоительного. - Перестаньте же, наконец, мисс Грейнджер, - устало и сердито буркнул он. - Все уже давно закончилось и, смею надеяться, никогда не повторится. Мне некогда вытирать сопли великовозрастным гриффиндорцам, которые не нашли лучшего места для нарушения правил, чем коридор в подземельях. - Но я хотела объяснить, - прошептала я, глотая слезы. Снейп опустился в кресло. - Мне не нужны объяснения, мисс Грейнджер. Я не слепой, если вы не заметили. Поведение Уизли заслуживает только лишь исключения. И, как вы понимаете, я буду добиваться этого. А ваша легкомысленность… - Клянусь вам, я не думала... - я уже начала говорить, тщетно пытаясь не отводить взгляда, но потом осеклась и замолчала. - Оставим эту тему, - в голосе Снейпа прорезалось его обычное холодное раздражение, - Могу сказать только, что вам отчисление не грозит, у меня нет к вам претензий. А за легкомысленность у нас взысканий, увы, не назначают. - Он помолчал и добавил: - Кажется, вы уже пришли в себя, мисс Грейнджер. - Все ясно, намек понят. Спасибо, что профессор не приказал убираться вон, как это он обычно делает. - Да… - а вот мой голос все никак не желал меня слушаться. - Я пойду. Спасибо вам, сэр. - Надеюсь, вы сможете дойти до гостиной, - уже мягче произнес профессор. - Да… - я закивала и попятилась к двери. Внутри боролись два желания: я не знала, чего мне хочется больше - остаться еще ненадолго или попросить учителя проводить меня до гриффиндорской гостиной. - Спокойной ночи, сэр. Он буркнул что-то мне в спину. А я не прошла и нескольких шагов, как ноги отказались меня держать, и я, обессиленная, прислонилась к стене. Сердце бешено колотилось в груди, и мне казалось, что оно стучит попеременно то в ногах, то в голове, а в мозгу билась одна мысль, одна фраза, поясняющая все, что со мной происходило. Я влюбилась в Северуса Снейпа... Нет. Я люблю Северуса Снейпа... Вот я и смогла написать это - то, ради чего исписала предыдущие страницы. Перенесла эту абсолютно нереально звучащую фразу на бумагу, но легче не становится нисколько, а хочется кричать: "Мерлин! Что мне делать?!" Я полюбила человека, которого терпеть не могут не только мои друзья, но и ученики всех факультетов, кроме Слизерина. Я полюбила, но мне, идиотке, понадобилось так много времени, чтобы понять: мое беспокойство за профессора, мое уважение и благодарность ему незаметно для меня переросли в совершенно новое чувство - любовь. Я тихо плакала, прижавшись спиной к холодной стене подземелий. Плакала потому что знала - эта любовь никогда не будет взаимной. Никогда. И от этой безысходности слезы все катились и катились… Но если кто-то думает, что я только сидела и обливалась слезами, то он глубоко ошибается! О нет, я вернулась в свою комнату и начала анализировать. Возможно, меня бы не поняли: зачем заниматься этим бессмысленным самокопанием? Однако я считала, что мне жизненно необходимо сесть и разобраться в себе. Я слишком давно не делала этого. У меня не было цели убедить себя, что мои чувства - ненастоящие, упаси Мерлин! Это было бы чудовищно - убивать любовь или пытаться доказать себе, что она не настоящая. Каюсь, вначале я старалась объяснить все тем, что Снейп спас меня от големов, а позже помогал мне - потому я могла подсознательно увидеть в нем отца. Однако эта мысль была тут же откинута: не так, совсем не так я теперь воспринимала мрачного учителя. Северуса. У него самое прекрасное на свете имя, и как я раньше этого не замечала? Теперь я значительно сильнее переживаю за профессора. Я-то видела это воплощение безумной и жестокой фантазии мага - големов, - и поэтому знаю, что угрожает Снейпу… Но я не буду, не буду предаваться этим ужасным мыслям, иначе с ума сойду. Кажется, стало легче. Вроде бы ничего особенного не написала, а из души медленно уходят страх и отчаяние. Я люблю!!! Я люблю самого замечательного человека в мире! И пускай он никогда меня не полюбит, я все равно буду мечтать и надеяться…

Талина: Pixie, Ой, жалко монитор... Спасибо за главу. *Унесла читать.* P.S. Pixie пишет: Представьте, неприступный и холодный Снейп влюбился в мисс Илви! Ага, как же! Pixie пишет: затея мисс Илви безнадежна Хех, а Панси начинает мне нравится! Ну, не могла удержаться. *Пошла дальше читать.*

Pixie: Талина пишет: Представьте, неприступный и холодный Снейп влюбился в мисс Илви! Ага, как же! Да. уж, мисс Илви явно Снейпа плохо знает Талина пишет: Хех, а Панси начинает мне нравится! Просто несмотря на свой недалекий ум, она, в отличие от мисс Илви, знает своего декана и имеет инстинкт самосохранения Талина пишет: Ну, не могла удержаться. *Пошла дальше читать. Мне очень интересно буде узнать твое мнение. Эта глава мне дорога :)

Талина: Pixie, Сделала еще один вывод: теперь я еще больше не люблю Уизли. Я так рада, что Снейп сразу не прогнал Гермиону. И честно говоря, я никогда раньше не читала КАК именно человек осознает, что полюбил другого. Спасибо за этот опыт. *Дневник Гермионы в этом плане настоящая находка.* И вообще, она у тебя такая милая светлая девочка. Глава замечательная.

Pixie: Талина Спасибо тебе большое. Талина пишет: Сделала еще один вывод: теперь я еще больше не люблю Уизли. Я его никогда не любила. Хотя в фике я много позже немного над ним смилостивлюсь. Но Герми, понятное дело, не будет с ним! Талина пишет: я никогда раньше не читала КАК именно человек осознает, что полюбил другого. Это был экспромт. рада, что он понравился. Я не верю, что любовь возникает в один миг, Но осознает он это в какой-то момент, имхо.

Талина: Pixie, Pixie пишет: Но Герми, понятное дело, не будет с ним! В который раз повторюсь: снейджер - это наше все! Pixie пишет: Я не верю, что любовь возникает в один миг, Но осознает он это в какой-то момент, имхо. Согласна.

Эльпис: Pixie пишет: имеет инстинкт самосохранения Точно, у Герми он, как у Гриффиндорки, отсутствует напрочь! Впрочем, как и у мисс Илви. Она, случаем, тоже не из Гриффиндора? Классная глава - она проясняет все не только для читателей, но и для героев, фигуры расставлены, игра началась! Талина пишет: Сделала еще один вывод: теперь я еще больше не люблю Уизли. Это ведь и наша немножко вина - привыкли противопоставлять его и Снейпа, хотя для Гермионы и так все очевидно! А Волдеморт Долохов еще хуже!

Pixie: Простите, что без цитат Талина Снейджер - форева! :))) Теперь дело за малым - чтобы Северус "заметил" Гермиону :))) Глава писалась еще до выхода седьмой книги, но уже тогда меня раздражали намеки Роулинг на пару Рон/Гермиона. Эльпис Спасибо за отзыв! :) Я как-то не задумывалась о том, к какому факультету принадлежала мисс Илви. По высокомерию ей место в Слизерине. А Герми еще свое отсутствие инстинкта самосохранения еще покажет! ;) Причем, скоро! Долохов действительно хуже Вольдеморта, это верно. Снейп с ним еще намучается посильнее чем с Роном :(

Талина: Pixie, Бедный-бедный Снейп! Все-то он мучается! Жалко его прямо. Pixie пишет: мисс Илви. По высокомерию ей место в Слизерине. А по уровню интеллекта в Хаффлпафе.

Эльпис: Pixie пишет: Теперь дело за малым - чтобы Северус "заметил" Гермиону Но ведь это будет скоро? В следующей/послеследующей главе? А то если Гермиона заметит,что мисс Илви на предмет ее чувств посягает ...ей же вообще дурно станет, бедной девочке. Pixie пишет: ей место в Слизерине Тоже вариант, кстати! Честолюбие и праздность не дают покоя.

Офелия: Pixie , глава замечательная. Прочитала залпом. Мисс Ирэн восхитительно отвратительна!!! Хочет прыгнуть выше своей головы)))) Интересно будет увидеть, как ее красивенький носик утрет Гермиона

Pixie: Талина IsiT сделал вывод, что мисс Илви поступала каждый год на новый факультет и каждый раз ее выгоняли :))) *в сторону* Мда... А автор вроде должен любить своих персонажей :) Эльпис Эээ... Ну Снейпу нужно больше времени, чем Гермионе, чтобы симпатия и сочувствие перешли во что-то большее. В общем, увидишь ;) Легко им не будет. Я вот думаю: а может образ мисс Илви отпугивает читателя? Но на самом деле классического "любовного треугольника" не будет! Я как раз хотела показать, что такая женщина вообще не заинтересует Снейпа! Офелия Спасибо большое! Мисс Илви сядет в лужу, конечно! И не просто сядет... Ладно, не буду секреты раскрывать ;)

Талина: Pixie, Pixie пишет: IsiT сделал вывод, что мисс Илви поступала каждый год на новый факультет и каждый раз ее выгоняли :))) Если в Хогвартсе четыре факультета, а среднее магическое образование получают за семь лет, то мадмуазель явно сменила не одну школу!



полная версия страницы