Форум » Библиотека-3 » Тени рождаются в полдень: макси, AU, PG-13, СС/ГГ, нмп, ГП/ДУ, нжп. и др. (главы 1-7) » Ответить

Тени рождаются в полдень: макси, AU, PG-13, СС/ГГ, нмп, ГП/ДУ, нжп. и др. (главы 1-7)

Pixie: Авторы: Pixie и IsiT Название: Тени рождаются в полдень. Бета: 1-7 главы Sol, с 8-ой главы Талина Рейтинг: PG-13 Пейринг: СС/ГГ, нмп, ГП/ДУ, нжп и другие Жанр: AU/Romance Диклаймер: Мир, герои и мировая слава - у мадам Роулинг. Что остается авторам? Сюжет и моральное удовлетворение от творчества :) Саммари: Вольдеморт убит. Но ни Гарри Поттер, ни Орден Феникса не имеют к победе никакого отношения. Чего ожидать от нового героя, который смог уничтожить Темного Лорда? На этот вопрос предстоит ответить Снейпу, вновь принявшему на себя нелегкую роль шпиона. Комментарии: Чистейшее AU (альтернативный шестой год в Хогвартсе). Некоторые герои возможно ООС (хотя это, имхо, очень субъективно). Предупреждение: смерть нескольких второстепенных персонажей. Авторы надеются на отзывы читателей. Размещение: предупредите авторов, пожалуйста Весь фанфик на Сказках

Ответов - 124, стр: 1 2 3 4 5 All

Pixie: MMM пишет: Это не может не радовать На самом деле я не могу навскидку назвать фики, где Снейп действительно жесток. Скорее более вероятна вторая крайность - где он слишком мягок :) Сложно придерживаться золотой середины. Если Снейп злой - нормальных отношений с другими героями он не построит. Слишком добрый - это уже и не Снейп вовсе

Талина: Pixie, Pixie пишет: Сложно придерживаться золотой середины. Ну, я все-таки надеюсь, что получится. Уже получается, имхо. Очень удивил и впечатлил Снейп, помогающий Гермионе справиться с ужасом от пережитого. Сильная сцена, на мой взгляд. *Ах, как хочется узнать, что там дальше будет. *

Pixie: Талина Талина пишет: Очень удивил и впечатлил Снейп, помогающий Гермионе справиться с ужасом от пережитого. Сильная сцена, на мой взгляд. Спасибо! Спасибо большое за добрые слова :))) Северус действительно сопереживает Гермионе, абсолютно искрене. Ну не бесчувственный он, честное слово! Думаю, любой, кто увидел бы то, что увидели Снейп и Гермиона, не остался бы равнодушным. Продолжение скоро будет! Где-то на следующей неделе. Бета уехала отдыхать, но дала добро на выкладку этой (а может и следующей ;)) глав. Как только я приведу в порядок пятую главу, сразу выставлю ее на форум! Просто бета оставила мне приличный фронт работ, на который потребуется время.

Офелия: Pixie прочитала сегодня 4 главу. Я в восторге!!! Северус у вас просто великолепен, та самая "золотая середина"!!! Особенно меня тронула сцена, когда Гермиона его отпускать не хотела...очень здорово! Жду с нетерпением проды!

Pixie: Офелия Спасибо тебе большущее-пребольшущее Особенно за "золотую середину"! :) Офелия пишет: Особенно меня тронула сцена, когда Гермиона его отпускать не хотела... Да! Эту сцену я в некотором смысле рассматриваю как ключевую. Гермиона тогда мало что осознавала, конечно, но вот Северус почувствовал себя нужным (пускай и подсознательно :) в открытую он бы себе таких мыслей не позволил :)), человеком, к которому тянутся в поисках защиты. После случившегося он уже не сможет относиться к Гермионе, так, как раньше - равнодушно. Еще раз спасибо за отзыв!

Pixie: Глава 5. Новости Хогвартса Из дневника Гермионы Грейнджер: ...Я никогда не могла себе представить, что когда-либо испытаю столь сильное желание умереть. Умереть, чтобы навсегда избавиться от несущих одну только боль мыслей и воспоминаний. До сих пор не пойму, как мне удалось пережить все это. "Пережить", какое верное слово. Да, я смогла выжить и не сломаться. Говорят, что время лечит, и это правда. Боль рано или поздно отступает, уходит куда-то в глубины души, чтобы изредка напоминать о себе холодными волнами скорби и тоски. Мне было так больно, что я не хотела и не могла писать дневник, хоть и говорят, что полезно выговориться, пускай и бумаге. Я почти не делилась своим горем с Гарри и Роном. Сама не знаю, почему. Не то чтобы я не нуждалась в сочувствии… Просто желание закрыться ото всех и испить эту боль до дна в одиночестве оказалось сильнее, чем стремление разделить несчастье с другими. Глубину этого ужаса может понять только тот, кто сам пережил это. Но такого не пожелаешь и врагу. Одно дело переживать за других, и совсем другое - пережить тоже самое самому. Да, Гарри прошел через это, но он почти никогда не вспоминал об этом в разговорах с нами, возможно потому, что потерял родителей давно. Мамочка, папочка, я очень вас люблю! Как редко мы говорим друг другу эти простые слова… Как жалеем потом, когда осознаем, что больше никогда не сможем сделать этого. Нет, не могу об этом писать, только хуже становится. Итак, шли дни. Вернее, иногда они тянулись медленно, и казалось, словно кто-то заколдовал время. Иногда летели, и я не успевала вести им счет. Рядом были Рон и Гарри. Я так им благодарна, просто не могу словами выразить. Да, сейчас мне уже лучше, но боль не исчезла. И я не верю, что смогу когда-нибудь стать такой, как прежде. Жизнь безвозвратно меняет нас. И вот теперь пришло время возвращаться в Хогвартс. Чемоданы упакованы, и уже завтра мы поедем в школу на "Ночном рыцаре". Признаюсь, что в этом году меня совсем не тянет в Хогвартс. Ах да, забыла кое о чем важном. Дамблдор просил у меня прощения. Он считает, что ответственность за случившееся частично лежит на нем. Было страшно видеть Дамблдора разом постаревшим и каким-то сломленным. Но директору незачем себя винить, я так ему и сказала. Я не держу на него обиды и уж тем более не испытываю ненависти. Виноват только Константин Долохов, никто больше. Дамблдор сказал, что должен был сразу распознать опасность. Но ведь у директора просто не было времени! Я не могу и не хочу винить его. А тут еще и авроры заявили о том, что не доверяют Дамблдору… Кстати, Моуди приходил. Неохотно признал, что ошибался насчет Константина Долохова. Дамблдор не разрешил ему допрашивать меня, а Снейпу Моуди не верит. Это значит, что авроры так и не вернулись в Орден, и последние заседания проходили без них. Еще Дамблдор сказал, что и Снейп переживает из-за того, что не смог предвидеть… Это странно, но я верю директору. Профессор, он вовсе не бесчувственный, уж я-то видела. Он спас мне жизнь. Причем два раза, второй - когда использовал ментальную магию. Снейп рисковал своей жизнью – ведь не каждый устоит против голема. Но мало того: я подслушала разговор директора и профессора в гостиной. Снейп вызвал у Долохова подозрения из-за того, что опоздал на собрание Упивающихся. И это тоже случилось потому, что профессор помогал мне. Как я была рада, что со Снейпом ничего не произошло! Хотя Долохов, кажется, его подозревает. Это так непривычно, что зельевар, слизеринец до мозга костей, рисковал собой ради ученицы-гриффиндорки. А ведь я так и не поблагодарила Снейпа. Сначала не могла, а потом не получалось застать его одного. В Хогвартсе я обязательно сделаю это. Снейп на площади Гриммо в последние дни появляется редко, у него сейчас очень много дел. Неужели он действительно переживает? Из-за гриффиндорки? Наверное, Дамблдор все-таки ошибся… * * * "Ночной Рыцарь" доставил гриффиндорское трио и Джинни в сопровождении Тонкс и Люпина аккурат к Гремучей Иве. Дерево, разумеется, возмутилось тому, что нахальные, невесть откуда взявшиеся незнакомцы свалились прямо на него. Поэтому, воспользовавшись возможностью, Ива оцарапала автобус своими хлесткими ветками. Под крики Стэна Шанпайка: "Эрни, валим отсюда!" "Ночной Рыцарь" исчез в темноте сентябрьского вечера. Гарри помотал головой. Всех слегка покачивало после сумасшедшей гонки на волшебном автобусе, и перед глазами немного рябило. - Идемте! - Тонкс подняла чемодан Джинни и хотела пойти вперед, но девушку-аврора так повело в сторону, что Люпину пришлось взять ее за руку. - Интересно, мы теперь все время будем приезжать в школу не на Хогвартс-экспрессе, а на этом ужасном драндулете? - заворчал Рон. - Как только магический мир расправится со всеми врагами, - полушутя-полусердито ответила Тонкс. - Значит, уже никогда, - мрачно подвел итог Гарри. Ему никто не ответил, и маги медленно пошли по направлению к главному входу. К огромному удивлению гриффиндорцев, возле входа в школу стояла толпа радостно гомонящих учеников, а значит кареты, запряженные тестралами, уже успели доставить школьников в Хогвартс. Во дворе как обычно было шумно. То и дело слышались отдельные радостные крики. Гермиона вначале не поняла, чему радуются школьники, но потом догадалась: победе над Вольдемортом. Ведь магический мир до сих пор праздновал победу. Это показалось кощунством - гулять и радоваться, когда идет вторая война, и уже гибнут люди. Как можно быть такими слепыми, чтобы не замечать очевидного? Девушка почувствовала, как стремительно улетучивается неплохое, в общем, настроение. Она не могла видеть и слышать того, что творилось вокруг: это было слишком больно. На них налетели Дин Томас и Лаванда Браун. - Привет! - завопил Томас, вцепляясь руками в плечи Гарри. – Как жизнь? Как прошло лето? - А почему ты, Гарри, не принимал участия в битве с Тем-Кого-Нельзя-Называть? - подскочил Колин Криви. - Ведь это ты должен был победить его, а не какой-то там Долохов! Мы прочитали в "Пророке" интервью с Дамблдором о Пророчестве. Так значит Трелони опять облажалась! - Так получилось, - процедил Гарри. Меньше всего он желал говорить на эту тему. Юноша с тревогой посмотрел на Гермиону. Девушка стояла побледневшая, плотно поджав губы. - Давайте лучше пройдем в школу, - он поспешил к двери. - А вы видели интервью с Долоховым? - затрещала Лаванда. - Он такой смелый, такой сильный и интересный. Это надо же, не побоялся выйти против Того-Кого-Нельзя-Называть! Недаром он получил Орден Мерлина Первой степени! Такой душка. - У Того-Кого-Нельзя-Называть есть имя - Вольдеморт, - резко бросил Гарри, с тревогой взглянув на еще сильнее побледневшую Гермиону. - Или и сейчас страшно произнести? Дин Томас нахмурился, а Лаванда захлопала ресницами. - Да какая разница, как его назвать? Ведь его уже нет, так ведь? - спросила она. - Мне гораздо интереснее Константин Долохов. Герми, ой, а я только сейчас тебя заметила. Что с тобой? Ты неважно выглядишь, - казалось, ничто не способно остановить поток слов мисс Браун. - У Герми случилось несчастье, - Рон загородил девушку от любопытных взглядов. - Погибли ее родители и тетя. Со всех сторон послышались удивленные и сочувствующие возгласы. - Ой, а что же произошло? - это Парвати выглядывает из-за плеча Дина. - Константин Долохов убил моих родителей, - тихо, но четко произнесла Гермиона и, растолкав опешивших учеников, пошла к входу. Сзади что-то крикнул Рон, но девушка не обернулась. Вновь нахлынула боль, напоминая об утрате. Гермиона была не в силах находится под взглядами десятков пар глаз, отвечать на идиотские вопросы и выслушивать сочувствующие и по сути ничего не значащие фразы. Что для них ее трагедия? Повод сокрушенно покачать головой и сделать вид, что им действительно жаль бедненькую Гермиону Грейнджер. Тема для разговора пустоголовых подружек: "Ой, а вы слышали?" - "Да что вы говорите, какая неприятность!". Никто не сможет по-настоящему понять ее трагедию. Однако девушке было от этого не легче. Как можно нормально себя чувствовать, когда все вокруг радуются и поздравляют друг друга с победой? Гермиона поняла, что ей становится только хуже и хуже, и уже возле ворот гриффиндорка ощутила на щеках слезы. В этот момент она чуть не врезалась в кого-то. - Гермиона, - мягко сказал кто-то и обнял ее за плечи. Девушка подняла глаза - рядом стояла профессор МакГонагалл. - Хорошо, что я тебя увидела, моя девочка. Пойдем. Девушка послушно пошла вслед за деканом. Как оказалось, в кабинет профессора МакГонагалл. - Присаживайся, - декан Гриффиндора кивнула на стул около камина, и Гермиона с облегчением села поближе к огню. Девушка только сейчас почувствовала, что руки у нее холодные как ледышки. - Гермиона, - мягко проговорила МакГонагалл, присаживаясь рядом, - девочка, я знаю, как тебе трудно. Не буду скрывать, тебя впереди ждет нелегкое время, да ты и сама понимаешь это. Я понимаю, что тебе ничем не поможет мое сочувствие, но знай, что ты всегда можешь рассчитывать на мою помощь и поддержку. Голос декана упал почти до шепота, и Гермиона догадалась, что МакГонагалл едва сдерживает слезы. Строгую преподавательницу Трансфигурации так редко можно было увидеть сочувствующей и расстроенной. - Спасибо, профессор, - девушка посмотрела декану в глаза. - Но мне уже действительно лучше. Я справлюсь. Тем более, начинаются занятия… МакГонагалл согласно кивнула. Полностью погрузиться в работу, - верный способ отвлечься от мучающих тебя мыслей. - Правильно, Гермиона, ты молодец. Тогда я должна передать тебе просьбу директора, - декан на мгновение замялась. - Не рассказывай о том, что в действительности случилось с твоими родителями. - Но почему? - выдохнула девушка. - Все должны знать правду. - Да, это так. Но Долохов пока герой для Министерства и обычных волшебников, - тихо ответила МакГонагалл. - Директор считает, что до поры до времени не стоит идти с ним на открытый конфликт, ведь это означает и ссору с Министерством. До Фаджа сейчас все равно не достучаться. Мы пока плохо знаем Долохова и его цели, а значит, не можем больше рисковать. Гермиона была согласна с деканом, но ее все равно терзали сомнение и обида. Выходило так, что если бы не нападение големов на город, то Орден продолжал бы относиться к угрозе недостаточно серьезно. Не слишком ли высокая цена, чтобы понять серьезность намерений Долохова? Есть ли смысл скрывать правду о случившемся? И все же девушка не могла не прислушаться к словам Дамблдора. Глава Ордена Феникса был во многом прав. Учебный год начинался ужасно. Гермиона даже думала отказаться от должности старосты, но затем решила, что чем больше нагрузок у нее будет, тем меньше времени останется на переживания и мрачные мысли. После разговора с МакГонагалл девушка пошла в Большой Зал на традиционный праздничный ужин. Войдя в гостеприимно распахнутые двери зала, девушка на миг замерла, оглушенная радостными криками и гвалтом. Гермиона уже в который раз ощутила растерянность. Она больше не чувствовала себя частью этого общества, которое за предыдущие пять лет уже стало для нее практически семьей. Это ощущение приносило боль, хотелось, чтобы все было так, как раньше, но, увы, ушедшего не вернешь. Девушка в нерешительности остановилась. От мельтешащих вокруг радостных лиц и доносящихся отовсюду громких криков у нее заболела голова. Желание сбежать подальше от этого места, где ты вдруг стал чужим, стало невыносимым. И Гермиона уже повернула к выходу, когда кто-то осторожно подергал ее за рукав мантии. - Гермиона, тебе плохо? Невилл Лонгботтом нерешительно смотрел на девушку. В его взгляде читалась тревога. Юноша словно сам испугался своего вопроса и отпрянул, увидев лицо девушки. - Все в порядке, - машинально ответила она, желая только одного - чтобы ее оставили в покое. - Знаешь, - смущенно произнес Невилл, но в его голосе была слышна горечь, - я понимаю, что ты чувствуешь. Мои мама и папа живы, но мне часто кажется, что их уже давно нет, остались одни тела. Они двигаются, едят, они даже видят и слышат, но внутри у них только пустота… - он резко отвернулся. Гермиона не знала, что сказать. Наверное, в такие моменты правильнее всего помолчать. Зачастую молчание может сказать гораздо больше, чем любые, даже самые подходящие слова. - Если тебе нужно с кем-то поговорить, то я всегда готов помочь тебе, - чуть слышно проговорил Невилл. - Спасибо, - голос Гермионы звучал чуть слышно. Потом она взяла юношу за руку. - Пойдем. И они пошли к родному гриффиндорскому столу. Гарри и Рон радостно замахали им, указывая на два свободных места рядом с Роном. Конечно, шепотков за спиной избежать не удалось, но Гермиона твердо решила не обращать на них внимания. - Ты где была? - тут же спросил Рон. - Ты ушла так быстро, мы не знали, что и думать. - У профессора МакГонагалл, - проговорила в ответ девушка. - Потом расскажу, - добавила она, кивнув на входящего в зал декана Гриффиндора. А вслед за МакГонагалл появилась стайка перепуганных и растерянных первокурсников. Хогвартс уже в который раз принимал учеников. Казалось, что эти высокие каменные стены, потолок, отражающий темно-синие сумерки, четыре факультетских и преподавательский столы существовали всегда, и будут здесь еще не одно столетие. Именно незыблемый, с годами не меняющийся Хогвартс, пожалуй, оставался единственным островком спокойствия во всей магической Британии. С изумлением оглядываются по сторонам первокурсники, бурно обсуждают каникулы ученики, улыбается в бороду Дамблдор, напутствует новичков МакГонагалл, хмурится Снейп - все такое родное и привычное. Даже Малфой с Крэббом и Гойлом, куда уж без них? В душе Гермионы растерянность сменилась вдруг умиротворением. Она здесь на своем месте, в своем мире. Девушка глубоко задумалась и потому не сразу заметила, что Гарри, Рон и Симус что-то довольно громко обсуждают, не обращая никакого внимания на осуждающие взгляды МакГонагалл. - Как ты думаешь, неужели она будет читать у нас Защиту от темных искусств? - громким шепотом вопрошал Симус, не отрывая взгляда от преподавательского стола. - Вау, - это уже восхищается Колин Криви, - это было бы круто! - его глаза тоже были прикованы к столу, за которым сидели учителя. Гермиона проследила за его взглядом. Среди знакомых преподавателей выделялась молодая женщина, сидящая между профессорами Флитвиком и Стебль. Женщина была очень красивой: грива волос цвета спелой пшеницы, тонкие черты лица, милая улыбка полных губ, большие зеленые глаза, умело подчеркнутые макияжем, и идеальной формы носик. Даже издали можно было разглядеть безупречность ее фигуры, которую подчеркивало красивое модное платье с довольно глубоким декольте. Профессор Флитвик явно был очарован незнакомкой и всячески старался обратить на себя ее внимание. Профессор Стебль, напротив, явно чувствовала себя неловко в потрепанной мантии и старенькой шляпе с торчащими из-под нее прядями седых волос. Несомненно, не один только Флитвик уделял внимание красивой молодой женщине. Почти все юноши-старшекурсники, да и младшекурсники тоже, восхищенно разглядывали очаровательную блондинку и совершенно не прислушивались к тому, что происходит вокруг. Гермиона обвела глазами Большой зал, встретилась с возмущенно-завистливыми взглядами девушек и пожала плечами. Она не удивилась реакции мальчиков, вспомнив, как они вели себя с Флер Делакур. Кажется, красивая девушка каким-то непостижимым образом делает парней слепыми и глухими ко всему, что к ней, красотке, не имеет отношения. Вот и Рон, глупо приоткрыв рот, с непонятным Гермионе восторгом взирал на незнакомку. Даже Хагрид, только усевшись за стол, начал поглядывать в ее сторону и прихорашиваться - приглаживать свои волосы, уже давно свалявшиеся в подобие мочалки. И только Дамблдор спокойно наблюдает за церемонией, тихо переговариваясь со Снейпом. На зельевара красавица не произвела никакого впечатления. "Кажется, Снейп и Дамблдор – единственные, кто не поддался ее обаянию", - подумала Гермиона, наблюдая, как взгляд профессора зельеварения равнодушно скользнул по незнакомке, после чего Снейп спокойно вернулся к разговору с директором. Стоит ли говорить, что пока Волшебная Шляпа определяла учеников на факультеты, никто в сторону церемонии не глядел. Девушки с завистью перешептывались и безуспешно пытались заставить парней оторваться от увлекательного зрелища. Незнакомая женщина так приковывала к себе мужские взгляды, словно была самой красивой и опытной из всех вейл. Но вот последний первокурсник снял Распределяющую Шляпу и направился к столу Райвенкло. Через несколько мгновений со своего места поднялся Дамблдор. Гермиона оставила попытки растолкать друзей, взгляды которых до сих пор были прикованы к преподавательскому столу, и внимательно смотрела на директора. Интересно, что же Дамблдор расскажет о происходящих сейчас в магическом мире событиях, и с какой стороны представит ситуацию с Константином Долоховым. - Добрый вечер, дорогие ученики Хогвартса! - громкий голос директора прозвучал неожиданно и потому немного резко. По залу прокатилось, отражаясь от высоких стен, эхо, и наступила тишина. Ученики переводили взгляды на Дамблдора, готовясь слушать. От речи директора все чего-то ждали. - Я рад приветствовать всех вас в наших стенах, - улыбнулся старый маг, внимательно оглядывая столы. - Начинается еще один учебный год. Для кого-то он только первый, а кто-то уже через год выйдет отсюда взрослым волшебником и вступит в новую жизнь. Я видел, что на лицах многих из вас сегодня сияли радостные улыбки, и слышал поздравления, - Дамблдор прищурился, внимательно вглядываясь в гриффиндорский стол. - И я прекрасно понимаю, почему. Все мы недавно отпраздновали победу над величайшим темным магом этого столетия - Томом Риддлом, известным как Темный Лорд Вольдеморт, - конечно, многие ученики еще вздрагивали, но тут же оглядывались и смущенно улыбались. - Я тоже поздравляю всех нас с этой победой. - Ну-ну, - зашептал Гарри Рону и Гермионе. - По-моему, мы к этой победе вообще никакого отношения не имеем. Неужели Дамблдор ничего не скажет о Долохове? Староста Гриффиндора неопределенно пожала плечами. Она пока не хотела говорить о просьбе директора, ей стало любопытно, как Дамблдор убедит учеников сохранять бдительность. Тем временем зал взорвался аплодисментами и криками "ура". Директор поаплодировал вместе со всеми, терпеливо подождал, пока утихнет шум, и продолжил: - Я знаю, что все вы сейчас чувствуете, - громко проговорил он. - И полностью разделяю вашу радость. Но, - тут директор поднял палец, - нам еще рано праздновать окончательную победу. - Шум в зале быстро стих. Все с недоумением смотрели на Дамблдора, лицо которого стало встревоженным. - На свободе находится большинство сторонников Вольдеморта, которые представляют серьезную опасность. Ни в коем случае нельзя терять бдительность и легкомысленно забывать о защите. Смерть Темного Лорда не означает капитуляции остальных Упивающихся смертью. Аврорам нужно время, чтобы покончить с тем злом, что годами преследовало нас. Многие ученики согласно закивали, соглашаясь со словами директора. - Дамблдор здорово все пояснил, - уважительно покачал головой Гарри. - Ведь Упивающиеся-то все на свободе, особо и не порадуешься, даже если не брать в расчет Долохова. Очень логичное объяснение. Думаю, мало кому захочется встретиться с Упивающимися смертью. - Ага, а в связи с этим опять правила: туда не ходить, этого не делать и все такое, - отвечал Рон, слушая, как директор традиционно перечисляет основные школьные правила. - Это мы и так знаем, расскажите же, кто будет преподавать Защиту! Дамблдор только-только закончил говорить о правилах и запретах, когда в Большой Зал быстро вошел Ремус Люпин. Подошел к столу, за которым сидели учителя и остановился, смущенно улыбаясь. Ученики радостно загомонили, даже слизеринцы оживились, увидев бывшего преподавателя Защиты от Темных Искусств. - Вы уже наверное догадались, друзья мои, что профессор Люпин в этом году снова будет преподавать в Хогвартсе, - директор не скрывал радости в голосе. - Я надеюсь, что он задержится здесь не на один год. Последовавшие после слов директора бурные аплодисменты ясно показали, как ученики рады вновь видеть умного и талантливого учителя. Люпина многие вспоминали с теплотой, его уроки называли одними из самых интересных. Плохое быстро забывается, и неприятные слухи касательно того, что профессор Люпин – оборотень, по прошествии двух лет порядком забылись. Новый (вернее, не совсем новый) учитель занял место за столом возле Хагрида. - А… - начал было Рон, но Дамблдор предвосхитил его вопрос. - В этом году Министерство магии ввело для вас новый предмет - Магический этикет, - директор выдержал паузу, пока юные волшебники успеют перекинуться парой комментариев с соседями, и продолжил: - Я думаю, многие поддержат эту идею, потому что новый предмет будет включать в себя очень интересные темы. Например, танцы, ведь наши семикурсники должны достойно подготовиться к выпускному балу. Должность преподавателя Волшебного этикета любезно согласилась занять мисс Ирэн Илви. Никто не усомнился в том, что красавица, сидящая рядом с Флитвиком, и есть та самая Ирэн Илви. А когда она встала, чтобы поклониться, то все смогли в полной мере оценить ее безупречную фигуру. Мисс Илви, естественно, встретили громкими аплодисментами. - Пожелаем нашим новым учителям успешной и плодотворной работы, - улыбнулся директор и хлопнул в ладоши. - Ну, а теперь - пир! Как всегда, голодные ученики набросились на появившуюся на тарелках еду. В перерывах между жеванием шло активное обсуждение новых лиц в Хогвартсе. В особенности, несомненно, мисс Илви. - Значит мы сможем потанцевать с ней! - восклицали парни. - Круто! - Мы будем изучать наряды, макияж, танцы! - восторженно переговаривались девушки. Гермиона почти не слушала их болтовню, ей было неинтересно. Ей вообще в последнее время было мало что интересно. Жизнь поблекла, утратила яркие краски и тянулась теперь одной непрерывной серой лентой без единого цветного пятнышка. Девушку ничто не радовало. Да, невесело начался год. Гермиона вновь задумалась, но вскоре Рон дернул ее за рукав. Девушка чуть не забыла о том, что она - староста Гриффиндора! Нет, это уже никуда не годится. Она встала из-за стола, твердо решив не поддаваться хандре, встала рядом с Роном, который, увидев, что многие уже закончили ужинать, громко произнес: - Эй, первоклассники Гриффиндора, сюда! Разбейтесь на пары, сейчас мы пойдем в гостиную нашего факультета. Слушайте внимательно и выполняйте все, что будут говорить вам ваши старосты, то есть мы с Гермионой Грейнджер! Гермиона не смогла удержаться от улыбки, глядя на друга, который с большим удовольствием раздавал указания маленьким гриффиндорцам. - А Рон очень даже освоился с должностью старосты, - подмигнул девушке Гарри. "Может быть, все не так уж плохо", - подумала Гермиона и тут же удивилась сама себе: сколько раз за этот день у нее менялось настроение, просто кошмар какой-то. Она ведь давно решила взять себя в руки и не собирается отступать от своего решения. А по упрямству мало кто сравнится с гриффиндорцами, если уж они что-то задумали, обязательно исполнят. Пока все шло хорошо. Старосты проводили первоклассников в гостиную, по дороге красочно описав ужасы Запретного леса и темных коридоров ночного Хогвартса, в которых несчастных учеников подстерегают Филч и Снейп (в отношении последнего постарался Рон, Гермиона только бросала в его сторону осуждающие взгляды). Потом Гермиона рассказала друзьям о разговоре с Дамблдором. Друзья немного посидели в гостиной, но разговор не клеился - все слишком устали, и вскоре девушка пошла в свою комнату. Несмотря на то, что время было еще не позднее, в коридорах было тихо. Ученики готовились к первому учебному дню, разговаривали о проведенном лете, вспоминали последние новости магического мира. Первокурсники уже спали, вымотанные этим наполненным эмоциями и переживаниями днем. Шаги Гермионы эхом отдавались в пустынном коридоре, который вел к комнатам старост. На стенах горела всего пара факелов, и в желтых отблесках света дрожали на стене неясные серые тени, что отбрасывали статуи неизвестных магов и древние рыцарские доспехи, которые, казалось, вот-вот рассыплются. Девушка наслаждалась тишиной и покоем, что дарили эти древние стены, уже ставшие для нее домом. Гермиона даже глаза закрыла и слышала только тихую болтовню портретов, находящихся, скорее всего, за поворотом, поэтому-то она вначале не заметила, что рядом находится еще кто-то. Открыв глаза, девушка осознала, что смотрит на нее не кто иной, как Снейп. Гермиона невольно вздрогнула и отступила на шаг. Она прекрасно знала, что не нарушает школьных правил, но все же встреча с профессором зельеварения в хогвартском коридоре всегда могла обернуться неприятными последствиями – например, несколькими снятыми баллами. Тем не менее, девушка уже видела Снейпа в другой обстановке, и уверенность Гермионы в том, что профессор - вовсе не злобное чудовище, только усиливалась. Потому сейчас она вежливо поздоровалась: - Добрый вечер, сэр. Снейп прищурился, словно решил присмотреться получше к тому, кто решил поздороваться со слизеринским деканом. Обычно ученики стремились незаметно пробежать мимо. - Добрый вечер, мисс Грейнджер, - в голосе Снейпа не было ни капли враждебности или недовольства, только отстраненная вежливость. Зельвар уже пошел дальше, когда девушка нерешительно и тихо окликнула его: - Профессор… Снейп обернулся резко, как он это делал всегда. Полы черной мантии, словно крылья летучей мыши, взметнулись, задевая стены тесного коридора. Зельевар устремил на Гермиону пристальный взгляд своих бездонных черных глаз и остановился, не произнося ни слова. Такое поведение не слишком способствовало диалогу, и девушка отступила еще на шаг. Но затем решилась и произнесла, смело глядя в непроницаемое лицо Снейпа: - Я хотела поблагодарить вас, сэр… Простите, что не сделала этого раньше. Вы спасли мне жизнь. Профессор криво усмехнулся, но в глазах учителя читалась легкая, едва уловимая грусть. - Не за что, мисс Грейнджер. Это, знаете ли, моя обязанность, как учителя. Так странно... В первый раз Гермиона ощутила его одиночество и отчужденность от других. Вернее раньше она знала, что Снейп одинок, но это почему-то считалось естественным. Девушка считала, что профессору нравится жить, не общаясь практически ни с кем. Но сейчас ей казалось, что зельевара тяготит его собственная жизнь, где он не нужен никому и никто не нужен ему. Девушка испытала вдруг острое желание сказать Снейпу что-то теплое и прогнать из его взгляда эту неясную тоску. - Простите, профессор, но я думаю, что вы делаете это не только из-за того, что так велит долг учителя… Вы многим рисковали из-за меня, - ее голос упал до шепота. - Я искренне благодарна вам. Гермионе на миг показалось (ведь под его пристальным взглядом даже взрослому магу станет не по себе), что губы Снейпа дрогнули. - Я уже сказал, мисс Грейнджер, что вы преувеличиваете мои заслуги и неверно понимаете мотивы моих поступков, - медленно, словно подбирая слова, произнес он. - И все же спасибо. Не дав девушке сказать еще что-нибудь, профессор зельеварения отвернулся и быстро пошел прочь. Через несколько мгновений его зловещая фигура уже скрылась за поворотом. * * * Из дневника Гермионы Грейнджер: ... Сегодня был очень долгий день, и мне казалось, что он никогда не закончится. Все-таки немного странно еще утром просыпаться на площади Гриммо, а вечером засыпать уже в Хогвартсе. А вообще в школе почти ничего нового. Победе над Вольдемортом порадовались и довольно быстро о ней забыли, нашлось немало других, более захватывающих тем для разговоров. Еще бы, к хорошему быстро привыкаешь и принимаешь его как должное. К тому же, мало кто успел столкнуться с Упивающимися смертью после возрождения Темного Лорда, а о плохом не любят долго вспоминать. Мысли о прошлом прячутся в самые дальние глубины нашей памяти, и на поверхности остается только страх перед именем - Вольдеморт. До сих пор многие не решаются произносить его. Значит, Темный лорд действительно сумел подчинить себе волю людей, если даже после его смерти они все еще не могут жить спокойно. Ну, это касается в основном взрослых волшебников, которые еще помнят прошлую войну. Честно говоря, я даже пожалела, что мне дали отдельную комнату, как старосте. Сегодня хотелось просто поболтать о ничего не значащих мелочах. Вот Лаванда и Парвати небось целый вечер трещали без умолку о своих новых парнях, а еще о новой преподавательнице, этой мисс Илви. Она, по-моему, вот-вот станет их новым кумиром, а несчастная Трелони уже забыта. Да, мисс Илви произвела на всех сильное впечатление. Парни не сводят с нее глаз, девчонки восхищаются или завидуют. А по мне, этот Этикет - предмет не слишком нужный. Как будто я не знаю, как держать нож или вилку. А еще она будет учить нас, как надо одеваться, накладывать макияж, вести себя на приемах и балах. Крэббу с Гойлом, скажем, изучить правила приличия не помешает, но мне кажется, не все в этом нуждаются. Тем более мисс Илви не производит впечатления хорошего преподавателя: в ней нет той грации и утонченности, которые есть у настоящих волшебников-аристократов. У Нарциссы Малфой есть, а мисс Илви смотрится вульгарно. Она напоминает мне Локонса - такая же размалеванная пустышка, и как только Златопуст мог мне нравиться? Перечитала написанное и удивилась: слишком уж резко я отзываюсь о новой учительнице. Может потому, что Рон тоже по-идиотски пялился на эту красотку. А может, я ей завидую? Она все-таки красивая, а я… Зато я поблагодарила Снейпа. Никогда не смогу его понять. Этот человек, наверное, навсегда останется для всех нас загадкой. Я конечно знала, что глупо видеть в профессоре исключительно мерзкого слизеринского декана, вечно придирающегося к ученикам. Хотя Гарри, скажем, трудно смотреть на Снейпа по-другому. Но человек, как известно, показывает себя с необычной стороны в трудных, зачастую угрожающих жизни ситуациях. Там Снейп ведет себя совсем иначе. Да и сегодня он говорил со мной не так, как всегда. Непривычно и даже немного страшно увидеть в учителе, которого все ненавидят, одинокого уставшего от жизни человека. Несчастного человека. Мы все еще дети, глупые дети, а профессор требует от нас того, что не каждому взрослому дано: умение концентрировать внимание и четко следовать методике, способность быстро ориентироваться в ситуации, но при этом быть аккуратным, усидчивым и терпеливым. О глубоких знаниях я вообще молчу. Конечно, я считаю, что профессор во многом совершенно прав (пусть меня простят Рон и Гарри), но вот мои одноклассники, увы, не хотят даже попытаться улучшить свои оценки по Зельям. Не знаю, что происходит со Снейпом, если он все-таки поговорил со мной, но я уверена в одном: больше я не смогу смотреть на него так, как раньше. И неважно, что он будет видеть во мне лишь глупую девчонку…

Офелия: Ура!!!! Новая глава!!!!! Улетела читать

Pixie: Офелия Будет инересно узнать твое мнение! Хотя в этой главе ничего особенно важного нет. Вообще, мне кажется, что новую главу только ты заметила Вот и выкладывай главы быстро

Офелия: Как это ничего особенно важного?! А как же тот факт, что отношения между Гермионой и профессором зелий поднялись на новую ступень????? Она увидела в нем (цитирую)"одинокого уставшего от жизни человека. Несчастного человека" !!!! И еще. Очень интересна мне мадам Ирен! Ой, чувствую что-то будет))))

Pixie: Офелия пишет: А как же тот факт, что отношения между Гермионой и профессором зелий поднялись на новую ступень????? Эээ... Ну есть такое дело. Ты абсолютно права насчет ступеней. Я так и вижу развитие их отношений - медленный, но верный путь по лестнице, ступенька за ступенькой. А наверху - счастливый финал :))) В быстрое развитие серьезных чувств между Северусом и Гермионой я не верю: не тот Снейп человек. Он слишком замкнут. Офелия пишет: И еще. Очень интересна мне мадам Ирен! Ой, чувствую что-то будет)))) Ты совершенно права ;) Будет. И очень скоро :)

Талина: Pixie, Так-так-так! Как интересно! Появился новый предмет и новый персонаж. Ой, неспроста там эта раскрасавица завелась, неспроста! Надеюсь, она не будет приставать к профессору? Очень тронула сцена в коридоре, когда Гермиона поблагодарила Снейпа за то, что он спас ей жизнь. Профессор как-то очень по-человечески описан. Как будто немного приоткрылась обычно окружающая его непроницаемая завеса отстраненности, и мы смогли увидеть в нем человека. Спасибо. Замечательная глава!

Pixie: Талина пишет: Надеюсь, она не будет приставать к профессору? Увидишь Она своего не упустит :) Спасибо большое за отзыв! Особенно приятно получить его от автора замечательных снейджеров!

Талина: Pixie, Pixie пишет: Увидишь Она своего не упустит :) А Гермиона своего не отдаст. *Ну, пока еще не очень своего, но, надеюсь, это дело времени! *

MMM: Pixie Понравилось. Вы еще сильнее раскрли образ Снейпа и он нравится мне все больше. Единственное, немного покоробили заезженные штампы вроде: Pixie пишет: Полы черной мантии, словно крылья летучей мыши, взметнулись, задевая стены тесного коридора. Pixie пишет: пристальный взгляд своих бездонных черных глаз Да и мисс Илви получилась уж слишком идеальная какая-то. Я могу понять, что ей восхищаются все до одного ученики...но и профессора?

Рамира: Умираю от нетерпения: скорей бы продолжение!

Pixie: Талина Талина пишет: А Гермиона своего не отдаст. Скорее не она :) Думаешь, Северус не разберется, кто есть кто? Рамира Совсем скорого продолжения не обещаю, но тянуть с главой тоже не буду ;) В общем, как всегда: как только, так сразу! MMM Спасибо за отзыв! MMM пишет: Единственное, немного покоробили заезженные штампы Это да :) Но без них как-то не получилось :( Мне вообще иногда стандартные фразы кажутся не такими уж неуместными. Странно, что наша строгая бета меня за это не попеняла :)))) (Sol, я тебя обожаю! Чем больше читаю твои едкие комментарии к главам, тем больше убеждаюсь в том, что у нас - самая лучшая бета в мире! И это не шутка!) MMM пишет: мисс Илви получилась уж слишком идеальная какая-то. Я могу понять, что ей восхищаются все до одного ученики...но и профессора? В этом и смысл. Образ Ирэн достаточно харизматичный, и порой я действительно перегибаю палку, описывая ее (хотя в восхищении учителей нет ничего удивительного - красивая женщина коллективе преподавателей - это всегда приятно :)))). Просто это своебразный ответ на фики, где Снейп, не в силах совладать с бушующей стратью, падает к ногам нжп/изменившейся за лето Гермионы (нужное подчеркнуть :)). Кроме того, мисс Илви отнюдь не идеальна! Но это уже не касается внешности

Талина: Pixie, Pixie пишет: Думаешь, Северус не разберется, кто есть кто? Кхм... Действительно, я как-то не подумала о том, что Снейп имеет право голоса, право выбора... И, в конце концов, голову на плечах!

MMM: Pixie пишет: Илви отнюдь не идеальна! это своебразный ответ на фики Вы меня успокоили С нетерпением жду продолжения

Pixie: MMM пишет: Вы меня успокоили Я рада :) Надеюсь, вы не разочаруетесь :) Талина пишет: , я как-то не подумала о том, что Снейп имеет право голоса, право выбора... И, в конце концов, голову на плечах Уж что-что, но голова на плечах у Северуса точно есть! За это его и люблю Все увидишь буквально в следующих паре глав :)

Талина: Pixie, Pixie пишет: Все увидишь буквально в следующих паре глав :) С нетерпением жду!

Офелия: Pixie когда же будет прода ?

Pixie: Офелия Скоро будет! Тожественно клянусь! Бета приехала с отдыха и готова взяться за работу. На подходе две главы :)))

Pixie: А вот и новая глава. Спасибо тем, кто ждал и надеялся Очень надеюсь на ваши отзывы. Надеюсь, седьмая книга не отпугнула читателей :)

Pixie: Глава 6. Ум или внешность? Начало шестого курса по сути ничем не отличалось от первых дней пятого. Разница была лишь в том, что в прошлом году учителя не уставали почти каждый день напоминать о грядущих СОВ, а в этом году – о предстоящих ЖАБА. Причем каждый преподаватель, включая Хагрида, уже за первую неделю успел хотя бы раз прочесть лекцию на тему "как важно в следующем году хорошо сдать экзамены и получить диплом". Шестикурсники не слишком-то обращали внимание на наставления МакГонагалл, Флитвика, Люпина, да и остальных учителей, впрочем, тоже, а после звонка шли поскорее во двор, на свежий воздух, подальше от пыльных классов, быстро надоевших учебников и назидательных бесед. Седьмой курс казался шестикурсникам еще таким далеким, а беспокойство преподавателей касательно ЖАБА – совершенно пустой тратой времени. Целый год! Да за это время можно успеть все, что задумано, особенно вот если прямо завтра и начать… Поэтому важные дела откладывали на призрачное "завтра" и шли посидеть возле озера, погулять в окрестностях школы, радуясь последним теплым денькам. Так многочисленные "завтра" незаметно перерастали в недели, месяцы, а потом, увы, в годы. Но пока что сыпались под ноги и тихо шуршали на земле сухие желтые листья, красным наливались ягоды рябины, и днем солнце уже не поднималось так высоко, как летом. Все радовались спокойному теплу ранней осени, как чуть позже будут радоваться зиме с ее слепящим глаза снегом. Затем – пробуждающей природу весне, а потом – радующей глаз разноцветной палитре летних красок. Хочется верить, что ничто не нарушит установленный на века ход времени. Несомненно, Гермиона со всей серьезностью восприняла слова учителей о ЖАБА и уже с первых дней начала составлять список того, что ей просто необходимо выучить к будущим экзаменам. На недоуменные восклицания друзей: "Это же только через два года будет!" девушка только пожимала плечами и говорила, что в отличие от некоторых не имеет привычки оставлять все на последний момент. Рон и Гарри мысленно крутили пальцем у виска и, забросив подальше сумки с учебниками, шли готовиться к новому квиддичному сезону. Первые дни прошли в наполненном эмоциями обсуждении мисс Илви, о которой говорили на каждом углу: в Большом зале, в факультетских гостиных, в классах перед уроками, на посиделках возле озера. Популярность преподавательницы Волшебного этикета была сравнима, пожалуй, только с популярностью Гарри Поттера. Красота, общительность и легкий характер Ирэн привлекали к ней как учеников, так и учителей. На первый урок у мисс Илви шестикурсники шли в радостном предвкушении: интерес подогревался рассказами тех, у кого уже были занятия по Этикету. Слушать новый предмет гриффиндорцам предстояло вместе с шестым курсом Слизерина. Создавалось впечатление, что тот, кто составляет расписание уроков, специально ставит враждующие факультеты вместе. Слава Мерлину, в тот первый день Малфой с верными Крэббом и Гойлом зашли в класс одновременно со звонком, и очередной перепалки, к счастью, удалось избежать. Забавно было наблюдать за учениками, которые все как один уставились на двери. Наконец, через десять минут (красивая женщина может позволить себе опоздать на свидание, пускай и со школьниками) подошла и мисс Илви. Гермиона искренне не могла понять, как преподавательнице Этикета не становилось дурно от чрезмерного восхищения, что горело во взглядах гриффиндорцев и слизеринцев. Рон наклонился вперед, стараясь рассмотреть красавицу как можно ближе. Драко Малфой же, напротив, сидел, откинувшись на спинку стула, и с ухмылочкой оглядывал мисс Илви с ног до головы. Гермиона была уверена, что слизеринец копирует (причем, не слишком успешно) манеры своего отца: дескать, смазливым личиком нас не удивишь. Девушка еле сдержалась, чтобы не фыркнуть. Ощущение было таким, будто она была единственным нормальным человеком среди присутствующих. Думать о том, что все может быть с точностью до наоборот, не хотелось. - Добрый день, - нежный грудной голос учительницы заставил ребят неуклюже подняться и нестройным хором ответить: - Добрый день. Мисс Илви ослепительно улыбнулась одновременно всем и каждому и не спеша прошествовала к учительскому столу. С точки зрения гриффиндорской старосты, модная мантия красавицы была коротковатой, но другие, похоже, думали иначе. - Шестой курс Гриффиндора и Слизерина, так? - спросила мисс Ирэн Илви, оглядывая класс. В ее глазах читался интерес. - Да… - вразнобой выдохнули ученики. - Садитесь, пожалуйста, - и новая преподавательница наградила их еще одной улыбкой, показавшейся Гермионе не слишком искренней. Потом красавица грациозно опустилась на стул. - Как вам уже сообщил директор, мы будем изучать Магический этикет, - заговорила мисс Илви. - Должна сказать, что в программу этого чрезвычайно интересного предмета входят как обычные правила этикета, так и те полезные заклинания, которые помогут вам всегда выглядеть неотразимо и быть на высоте. Это касается как девушек, так и юношей. Ведь если парень хочет добиться расположения девушки, ему просто необходимо позаботиться о своем внешнем виде. Думаю, этот вопрос сейчас является для вас важным, не так ли? - женщина подмигнула. Вероятно, мужской половине класса, потому что краской залились все юноши, кроме Малфоя. Невилл, пунцовый от смущения, крутил в руках перо, не решаясь поднять глаза на красавицу учительницу. - Полагаю, все согласятся со мной, что именно ваш внешний вид и манеры играют решающую роль в том, какое впечатление вы произведете на окружающих, - продолжала мисс Илви. - И от того, какое впечатление вы произведете, зависит, сможете ли вы добиться поставленной цели. Научить вас правильно показать себя – вот моя главная задача. Магглы еще называют это "саморекламой" или "созданием имиджа". В обществе приняты различные правила, и их просто необходимо соблюдать, а особенно, - она сделала эффектную паузу, - если вы хотите войти в высшее общество волшебного мира. Мисс Илви замолчала и обвела глазами класс. Все слушали внимательно, но по разным причинам. Юношам нравилось, что красотка что-то говорит, мило улыбаясь, а девушки в мечтах видели себя на приеме в Министерстве магии. Одна только Гермиона, и, пожалуй, Невилл, смотрели на преподавательницу осмысленно. Девушка не понимала, что нового сказала им мисс Илви. Слова преподавательницы были, несомненно, правильными, но то, как она говорила, свидетельствовало о том, что Ирэн Илви превыше всего ставит внешние данные, не придавая достаточного значения тому, что скрывается за умело созданной маской. Глаза мисс Илви и старосты Гриффиндора встретились, и учительница чуть нахмурилась. - А теперь я бы хотела с вами познакомиться, - преподавательница открыла журнал. - Браун Лаванда, - назвала она первую ученицу. Лаванда вскочила и мило улыбнулась. Мисс Илви критически осмотрела ее с головы до ног, оценивая и стройную фигурку, и достаточно яркий макияж, и аккуратно уложенные в замысловатую прическу волосы, и модную мантию. Это разглядывание девушки заняло несколько мгновений, но преподавательница, несомненно, уже сложила собственное мнение об ученице. Лаванда удостоилась лучезарной улыбки, видимо, ее сочли "достойной" в глазах мисс Илви. - Грейнджер Гермиона. - Я, - староста Гриффиндора уверенно встала, гордо вздернув подбородок. - Хм… - преподавательница вновь оглядела ученицу с головы до ног и поджала губы. Видимо, блистательную мисс Илви чем-то не устроили результаты "осмотра", она сухо кивнула и опустила глаза на список в классном журнале. После знакомства, во время которого можно было наблюдать покрасневшие или побледневшие от волнения лица юношей, Ирэн Илви удобно закинула ногу за ногу, а затем начала говорить. - Сегодня, я думаю, стоит поговорить с вами о вкусе, - она сделала вид, что задумалась. - Вкус есть умение подобрать одежду, обувь, косметику так, чтобы получившийся результат был хм… гармоничен, красив, правилен. Чтобы противоположный пол был в восторге от вас. Чрезвычайно важно уметь должным образом одеться и вести себя. Ведь благодаря этому вы сможете представить себя с наилучшей стороны. Девушки с готовностью раскрыли тетради и, обмакнув перо в чернильнице, приготовились записать все те откровения, что последуют из уст их нового кумира. - Итак, прическа, - начала мисс Илви. - Каждая женщина просто обязана уделять должное внимание прическе. Если волосы находятся в беспорядке, спутаны или же торчат во все стороны и по виду напоминают воронье гнездо – это не просто неряшливый вид, для молодой волшебницы это абсолютно недопустимо, - при этом преподавательница в упор смотрела на Гермиону. Девушка ощутила, как у нее начинают гореть щеки, а на глаза наворачиваются слезы. Растрепанные волосы гриффиндорской старосты были для нее настоящей головной болью, а также поводом для насмешек со стороны слизеринцев и тихого хихиканья Парвати и Лаванды. Гермиона не знала, что ей делать со своими непослушными вьющимися каштановыми кудрями, не поддающимися никаким немагическим парикмахерским процедурам. В общем-то, она не считала это слишком уж большой проблемой, но явная издевка мисс Илви отозвалась болью внутри. Гермионе снова указали на то, что никто из юношей ею не заинтересуется. Естественно, Малфой с дружками противно заржали, начали шептаться девчонки, а Рон недоумевал, почему Гермиона расстраивается. Девушка глубоко вздохнула и постаралась взять себя в руки. Нельзя было показать этой расфуфыренной кукле Ирэн, что ее слова задели гриффиндорскую старосту. Гермиона даже смогла криво усмехнуться и тут же сделать вид, что ей все равно. Впрочем, было очевидно: мисс Илви прекрасно поняла, какое впечатление произвела ее насмешка. Остаток урока, к несчастью для Гермионы, прошел в том же духе. Казалось, что красавица Ирэн возвела внешний вид в ранг абсолюта, и, судя по ее словам, только "яркой упаковкой" можно было завоевать не только любовь, но добиться всего в жизни. Была раскритикована одежда Гермионы (серая, неброская, без вкуса и стиля) и отсутствие макияжа ("Любая уважающая себя женщина не выйдет из дому, прежде чем не сделает макияж, маскирующий недостатки и выгодно подчеркивающий достоинства"). К концу урока даже ослепленные красотой новой преподавательницей мальчишки обратили внимание, что мисс Илви не слишком явно, но все же отпускает колкости в адрес гриффиндорской старосты. Правда они никак на это не отреагировали. Даже Рон, верный Рон, еще недавно пригласивший Гермиону на так и не состоявшееся свидание, вообще не попытался защитить подругу, не прекращая пожирать глазами мисс Илви. Мисс Грейнджер покинула класс первой, едва лишь преподавательница произнесла: "Урок окончен". Гермиона практически бежала по коридору, из последних сил борясь с непрошенными слезами. Ну неужели она и вправду такая нескладная растрепанная девчонка без стиля и вкуса, на которую никто никогда не обратит внимания?! Неужели все действительно решает одна только внешность, а не ум, не таланты, не душевные качества? Девушка никак не могла успокоиться. "Возьми себя в руки и немедленно прекрати эту истерику. Я подумаю, я обязательно подумаю об этом, но только завтра", - твердо сказала себе Гермиона, вытирая набежавшие слезы. Кроме всего прочего, следующим уроком были Зелья, и вряд ли Снейп не заметил бы заплаканные глаза старосты Гриффиндора. Выслушивать же язвительные насмешки профессора было выше ее сил. Хотя в последнее время Снейп вел себя совершенно по-другому и до сих пор не сказал в ее адрес ни единой колкости. Гермиона поймала себя на том, что она с почти с радостью идет на Зельеварение. Наверное потому, что уж кто-кто, но Северус Снейп плевать хотел как на свою внешность, так и на внешность учеников. Помнится, Лаванда в прошлом году хотела обаять профессора зельеварения, руководствуясь прочитанными в "Ведьмополитене" рекомендациями, и надела на пересдачу контрольной короткую юбку и кофточку, которая больше открывала, нежели скрывала. Осталось неизвестным, о чем думала Лаванда, когда выбрала такой способ воздействия на Снейпа, но в глазах профессора было столько презрения, что бедняжка сбежала, не ответив и на треть вопросов. Лаванда с обидой поведала подругам о случившемся, и они с Парвати пришли к выводу, что Снейп все-таки мерзкий старый сухарь, он уже забыл, что такое женская красота, и даже симпатичные девушки его раздражают. Гермиона тогда решила благоразумно промолчать. Они просто не поняли Снейпа. Да что Снейп! Можно подумать, МакГонагалл отреагировала бы по-другому, попытайся ее соблазнить какой-то студент на экзамене. Вспоминая о том случае, Гермиона постепенно успокоилась, и уже через пять минут первой вошла в класс зельеварения. * * * Возможно, для большинства это прозвучало бы странно, но Гермиона считала, что уроки зельеварения могут действовать успокаивающе. Почему? Да потому что занятия с профессором Снейпом из года в год остаются по сути неизменными. Сменяются преподаватели по защите от темных искусств, появляются новые предметы, переписываются программы старых. Зельеварение же с его мрачным, язвительным учителем было каким-то предсказуемым. Во всяком случае, так казалось Гермионе. Она могла предугадать те справедливые замечания, которые мог сделать профессор, или обычные снейповские придирки к их неразлучной троице. Раз за разом повторяющийся сценарий, по которому проходил урок, уже давно не раздражал мисс Грейнджер, и она спокойно погружалась в работу, не обращая внимания ни на издевки Малфоя, ни на ядовитые насмешки Снейпа. В этом году особое недовольство профессора зельеварения было вызвано тем, что практически все гриффиндорцы, включая Невилла, умудрились набрать баллы по СОВ, достаточные для того, чтобы посещать занятия по Высшей Алхимии, где шестикурсники учились готовить наиболее сложные зелья. Профессор хмуро оглядел присутствующих учеников (и вновь тот, кто составлял расписания для шестого курса, не иначе как решил поиздеваться), в тысячный раз раскритиковал умственные способности гриффиндорцев вообще и Гарри Поттера в частности. Потом задал приготовить "простейший" антидот против ядов, действующих на дыхательную мускулатуру (так называемых "быстрых ядов"), перед этим пообещав на следующем уроке устроить контрольную по материалам пятого курса. Гермиона слушала тихий недовольный ропот учеников, раскладывала ингредиенты на рабочем столе и думала о том, что Снейп - полная противоположность мисс Илви, и что ей, гриффиндорской старосте-заучке, по душе именно уроки Зельеварения, где тебя оценивают за знания, а не за внешность. Где нужно напрячь память, мышление и внимание, чтобы зелье получилось правильно. Девушка даже вздохнула с облегчением, чувствуя себя на своем месте. В отличие от Гарри и Рона. - Герми, помоги, - шепотом взмолился красный от волнения Рон. - У меня зелье почему-то не закипает, хотя должно уже давно кипеть! Девушка вдруг ощутила усталое раздражение. - А кто-нибудь вступился за меня и помог, когда ваша любимая мисс Илви сегодня в пух и прах раскритиковала мою внешность? Да она же почти в открытую сказала, что мне не суждено стать настоящей леди. Не то чтобы я очень расстроилась по этому поводу, но, знаешь, не слишком приятно слышать такое в свой адрес! Теперь цвет лица Рона был близок к цвету спелого помидора. Гарри тоже отвел глаза. - Так мы же… - бедняга Рон заикался. - Что мы должны были ей сказать? - Но ведь Гарри находил, что сказать Снейпу на уроках. Неужели вы так боялись, что незабвенная мисс Илви снимет с вас баллы? - Гермиона поняла, что слезы обиды вновь защипали глаза. - Герми, ну пожалуйста, - умоляюще попросил Рон. - Снейп убьет нас уже на первом уроке. А я хочу дожить хотя бы до второго. Девушка подняла глаза на учительский стол. Снейп смотрел в их сторону. Заметив, что Гермиона смотрит на него, профессор зельеварения изогнул бровь в немом вопросе. Мол, что это вы там шепчетесь? Девушка поспешно отвела взгляд. Ей не хотелось, чтобы Снейп снял баллы с Гриффиндора за разговоры на первом занятии. Но также вряд ли она почувствует себя лучше, если профессор зельеварения опять посмеется над Гарри и Роном за их испорченное зелье. А уж Снейп не упустил бы случая сказать какую-нибудь гадость и поставить Рону и Гарри "нули". Взглянув на одинаково густое варево в котлах друзей, Гермиона прошептала: - Вы добавили цмин песчаный*? Парни начали лихорадочно осматривать ингредиенты на столе и сверяться с рецептом на доске. Потом Гарри неуверенно кивнул. - А вы добавили точно 0.0635 унции**? - прищурилась девушка. - Эээ, - Гарри чуть покраснел. - Я взвешивал нам обоим. Кажется, там примерно столько. - Пять баллов с Гриффиндора за пустую болтовню на уроке. - Снейпу все-таки надоело слушать шушуканье гриффиндорцев. - Еще одно замечание, и мисс Грейнджер пересядет работать к мистеру Малфою, - профессор скривился, глядя на готовые вот-вот свернуться зелья Гарри и Рона. Юноши тут же насупились, а Гарри прошептал что-то неприятное в адрес Снейпа. Но Гермиона почему-то опять обиделась на друзей. Детский сад устроили тут, честное слово. Ее вон, как в первом классе, грозятся пересадить. Стыдно-то как. Тем не менее, девушка чуть слышно шепнула Рону, который сидел ближе к ней: - Вы отвесили слишком мало цмина. Попробуйте аккуратно досыпать его в котел до тех пор, пока не увидите, что зелье закипает. Только аккуратно, - вздохнула она, увидев, что парни, схватив по большой щепотке травы, начали энергично сыпать ее в котел. "Не могли нормально взвесить вещество, - забурчала Гермиона про себя, ощущая, что к ней опять возвращается раздраженность, и она сама себе начинала напоминать противную брюзжащую старуху, - а дел-то - проявить терпение, пока стрелка весов не остановится до конца". Некоторое время в классе царила тишина. Гарри и Рон к немалому удивлению Гермионы (и, кажется, Снейпа) смогли-таки исправить зелье. Девушка уже почти закончила готовить противоядие и теперь ждала десять минут после добавления измельченных крыльев бронзовок. Профессор зельеварения за столом, как обычно, уткнулся в бумаги. Если бы Гермиона в этот момент не смотрела на Снейпа, то ничего не заметила бы. Однако девушка случайно увидела, как профессор вдруг вздрогнул, посмотрел на пальцы левой руки и нахмурился. Гермионе неожиданно стало страшно. Она помнила о подслушанном ею разговоре между Снейпом и Дамблдором, из которого девушка узнала о том, как Долохов связывается со своими слугами. Гермиона тогда еще невольно восхитилась тому, насколько удачно маг сумел применить Протеевы чары. На перстне, выданном всем Упивающимся, высвечивались либо адрес, куда необходимо было прибыть волшебникам, либо непосредственно координаты для аппарации. Гарри послал Гермионе вопросительный взгляд, заметив, что она испуганно смотрит то на Снейпа, то на друзей. - Это Долохов, - одними губами произнесла девушка. - Он вызывает Снейпа, - теперь и Рон с удивлением смотрел на нее. Ведь Гермиона никому не рассказала о подслушанном ею разговоре. Не хотела говорить, что волновалась за профессора зельеварения. Снейп повел себя безупречно, ничем не выдав того, что его вызывает Долохов. На лице профессора не дрогнул ни один мускул, не появилось ни малейшего признака волнения, ни нарочитого безразличия. Всего один жест, понятный только лишь Гермионе и, возможно, Драко Малфою. А вот девушка занервничала. Как же профессор покинет урок? Ведь если Снейп не явится на встречу, Долохов накажет его. Перед глазами появилась яркая картинка - Константин Долохов отдает големам команду стрелять в Снейпа. Гермиону передернуло от ужаса. Она начала лихорадочно озираться по сторонам, гадая, чем же можно помочь профессору. - Мисс Грейнджер, прекратите вертеться. Пять баллов с Гриффиндора, - Снейп был более чем раздражен. - Не суйте нос в чужие котлы, а следите за собственным. И снова Гермиона поймала его взгляд. Черные глазищи зельевара метали гневные молнии, могущие испепелить старосту Гриффиндора за одно несчастное мгновение. "Прекрати дергаться, глупая девчонка, сиди спокойно!" Гермионе только показалось, или же эти слова и вправду прозвучали у нее в голове? Девушка поспешно вернулась к работе, но волнение-то никуда не исчезло! Снейп продолжал как ни в чем не бывало листать книгу. Рон и Гарри бросали на профессора зельеварения недоверчивые взгляды. Кажется, они не поверили Гермионе. Через пять минут Снейп поднялся. - Продолжайте выполнять задание, - он пристально оглядел класс. - В конце урока свои хм… результаты перельете в пузырьки и оставите на моем столе. Об этом позаботится мисс Грейнджер, - он ухмыльнулся. – Я хочу увидеть результат каждого из вас. Она же лично проследит за порядком, чтобы кабинет остался цел и, в случае чего, мисс Грйнджер будет назначено взыскание. Напоследок одарив всех учеников одним из самых тяжелых взглядов, профессор вышел за дверь. Растерянная Гермиона вместе с остальными слегка ошарашенными однокурсниками смотрела ему вслед. - И что это было? - спросил Дин Томас. - С каких это пор Снейп уходит с урока, да еще оставляет за главного гриффиндорца? Но все только головами покачали. Малфой же, знавший причину ухода профессора, благоразумно решил промолчать.

Pixie: * * * Северус Снейп не любил маггловский Лондон. Точнее, просто терпеть не мог. Улицы, заполненные гомоном вечно спешащих куда-то людей, снующие по тротуарам автомобили и яркие вывески с переливающимися всеми цветами радуги надписями приводили профессора в крайнюю степень раздражения и злости. Наверное, дело было не магглах: Косой переулок и главную улицу Хогсмида он не любил ничуть не меньше. Снейп просто не переносил самих людей. За их глупость, ограниченность, серость. За чрезмерную эмоциональность: размахивающих руками прохожих, бегающих и кричащих детей, страстно целующиеся парочки. Потому не составит труда представить, как чувствовал себя Северус, пробираясь по узкой улице сквозь бесконечный поток людей. Лето в этом году выдалось жарким, и даже в начале сентября все еще ощущалось его дыхание. Снейп брезгливо морщился от присутствия рядом огромного количества мельтешащих магглов и проклинал Долохова за то, что тот назначил место очередной встречи в центре столицы, а именно в Сити. Молокосос вполне мог дать более точные координаты для трансгрессии, а не издеваться над волшебниками, заставляя их плутать по маггловскому Лондону. Сказать, что профессор был возмущен, означало не сказать ничего. Снейп искренне надеялся, что кто-нибудь из Упивающихся сможет проклясть Мастера Иллюзий на расстоянии, только силой своего гнева. Кроме всего прочего, Северус, конечно же, не поменял мантию на маггловскую одежду (еще чего не хватало!), а просто применил простенькое заклинание типа морока, и магглы не обращали внимания на высокую фигуре в длинных черных одеждах. Вот только черная мантия совершенно не подходила для прогулок в полуденную жару, и бедному профессору казалось, что он вот-вот расплавится под яркими солнечными лучами. Наконец, Снейп достиг места назначения и остановился. Поднял голову и с неудовольствием оглядел огромный небоскреб, который, казалось, был сделан из одного только стекла. Здание было намного выше таких же строений, находящихся рядом. Профессор поморщился. Небоскребы Северус не без основания считал еще одним маггловским извращением. Он вполне справедливо полагал, что в этих похожих друг на друга строениях из камня и стекла нет красоты, которая восхищала бы, заставляя взгляд вновь и вновь возвращаться к величественным постройкам. Небоскребы казались просто равнодушными и безжизненными коробками по сравнению со старыми домами, каждый из которых имел душу, созданную многими поколениями живущих в нем людей. Профессор полагал, что небоскребы вовсе не добавляют городу привлекательности. Но что, черт побери, понадобилось Долохову тут? Снейп понадеялся, что маг не собирается испытывать големов здесь, это было бы слишком даже для него. Смешавшись с толпой магглов, которая направлялась в высотное здание, Снейп вскоре попал внутрь. В таких небоскребах располагались офисы многочисленных фирм, фирмочек и довольно крупных компаний. Как понял профессор, Долохов снял помещение на самом последнем этаже. Снейп зашипел от злости. У него не было абсолютно никакого желания ехать в большом современном лифте, расположенном слева от входных дверей. К счастью, в холле кто-то легонько дернул профессора зельеварения за рукав. Этот кто-то оказался МакНейром. Упивающийся смертью чуть заметно кивнул Снейпу, и они вместе вошли в лифт. Поездка в лифте оказалась еще более отвратительной, чем профессор предполагал. В битком набитой кабине было нечем дышать и пахло потом. Этот противный запах смешивался с "ароматом" чьих-то духов (Снейп не смог припомнить зелья, которое пахло бы так мерзко). Отовсюду слышались тяжелое дыхание и сопение бизнесменов, уже успевших нажить не только толстые кошельки, но и такие же толстые брюшки. К брюшкам эти джентльмены прижимали пухлые портфели с бумагами. Рядом со Снейпом стояла леди, обладательница тех самых духов, с лошадиным лицом, но с дорогим колье на тощей шее. По щеке дамы медленно катилась крупная капля пота. Профессор зельеварения испытал жгучее и непреодолимое желание применить пару эффектных запрещенных заклятий: даже его железная выдержка готова была дать сбой. МакНейр испытывал такие же чувства, и они вздохнули спокойно, только когда на предпоследнем этаже вышли последние магглы, и оставшееся расстояние они проехали вдвоем. МакНейр не смог отказать себе в удовольствии крепко выругаться. Снейп благоразумно промолчал. Лифт звякнул, и двери гостеприимно разошлись в стороны. - Что за… - начал МакНейр и повторил недавнее замысловатое ругательство. И на этот раз профессор зельеварения был с ним полностью согласен. На стене красовалась гордая надпись: "Букмекерская контора "Долохов и партнеры". У Константина хватило хитрости и денег, чтобы купить весь этаж, и теперь на нем полным ходом шел ремонт. Всюду сновали рабочие, таща за собой все эти маггловские строительные принадлежности. Со всех сторон доносились звуки идущего строительства: громкие крики понукающих друг друга рабочих, визжание дрели, стук молотка. Все происходящее было очень и очень странным и с каждой секундой вызывало все большие подозрения. Снейп нахмурился, оглядывая длинный коридор со следами только что завершенного ремонта. У мага появились нехорошие предчувствия, а своей интуиции он доверял. Все эти долоховские штучки означали одно - маг что-то задумал, причем что-то на стыке магии и техники. В прошлый раз были големы, а теперь? - Это он так издевается над нами? - злобно спросил МакНейр, ногой отбрасывая с дороги пустую картонную коробку. - Назначать собрания прямо посреди маггловского Лондона. Еще и не дать точных координат для аппарации! Клянусь, этот ублюдок… - Тише, - поднял руку зельевар, - он может быть где-то рядом. Долохов с остальными Упивающимися действительно оказался в ближайшем большом помещении. Маги сидели на диванах и стульях, в беспорядке расставленных по комнате. Сам Мастер Иллюзий неспешно прогуливался возле большого окна на дальней стене. Увидев Снейпа и МакНейра, он удовлетворенно кивнул. - Прошу, - Долохов приглашающим жестом показал на два свободных стула. - Как всегда мы ждем нашего многоуважаемого профессора, - издевательски проговорил Мастер Иллюзий. Снейп мог лишь мысленно возвести глаза к потолку и сжать зубы. Сейчас ни в коем случае нельзя было срываться. Долохов что-то задумал, и профессор интуитивно чувствовал, что крайне важно выяснить, что же именно. Усевшись на любезно предложенные хозяином стулья, маги заметили, что сегодня подле Долохова крутится не Люциус Малфой, а полный маггл небольшого роста, в костюме и с чемоданчиком в пухленьких ручках. Маггл заискивающе заглядывал Мастеру Иллюзий в глаза и со страхом поглядывал на Упивающихся, которые смотрели на него отнюдь не дружелюбно. - Прошу любить и жаловать, мой менеджер - Пауль Прентер, - Константин Долохов кивнул на толстячка. - Он помогает мне в моих предприятиях. Прентер - лучший в своем деле. Так что если кому-то понадобиться провернуть какое-нибудь дельце, имеющее отношение к магглам, обращайтесь. Толстяк Прентер энергично закивал, хотя по его лицу было видно, что ему хочется поскорее оказаться отсюда подальше. На счастье менеджера, Долохов милостиво разрешил ему уйти. Возле Мастера Иллюзий тут же, словно из-под земли, вырос Люциус. - Запомните этот адрес, - сказал Долохов. - Теперь мы чаще всего будем собираться здесь. Иногда я даже буду позволять вам аппарировать сюда, когда в этой комнате не будет отключена магия. Упивающиеся смертью переглянулись. Кажется, у всех возникли одинаковые вопросы. Но Долохов понял ход их мыслей. - Не переживайте, авроры сюда не нагрянут, они не знают про это место. Магглы тоже не будут сюда заглядывать. О средствах защиты я уже позаботился. Так что даже если авроры решат сунуться сюда, им ничего не светит, не говоря уже о маггловской полиции, - маг был крайне доволен собой, он просто сиял от радости, а Снейп мрачнел с каждой секундой. Долохов отпустил их быстро и даже не пытался устрашать големами, как это было всегда. Северус не видел ни одной машины смерти, хотя обычно поблизости всегда было несколько. Возможно, Долохов не хотел, чтобы големов видели строители-магглы, потом проблем с ними не оберешься: поди объясни полиции, чем ты здесь занимаешься. А начинать работу в своем новом штабе с конфликта, Долохову не хотелось. Перед тем, как отправиться обратно, Снейп попытался разведать обстановку, но Мастер Иллюзий слишком уж подозрительно проследил за ним взглядом. Профессор зельеварения поскорее аппарировал обратно в Хогсмид и поспешил в Хогвартс. Нехорошее предчувствие вновь и вновь сжимало сердце холодными тисками. Нужно было срочно поговорить с Дамблдором. И уже подойдя к воротам, Снейп понял, что еще обеспокоило его - профессор сегодня не смог понять, иллюзия Долохова перед ним или же сам волшебник. Это означало, что Долохов вышел на новый уровень в искусстве создания иллюзий. Из дневника Гермионы Грейнджер: … поэтому я считаю начало года ужасным. В расстроенных чувствах я вернулась после ужина к себе в комнату. Меня снова начали одолевать мрачные мыслишки, и, кроме того, я опять начала волноваться за Снейпа. Ведь он пошел к Долохову, а от этого чудовища можно ожидать всего, чего угодно. Сама не знаю, почему, но я не хочу, не хочу, чтобы с ним что-то случилось. Я боюсь за профессора. Часа через два ко мне постучалась Джинни. - Чего такая кислая сидишь? - изумленно спросила она. - Неужели в первые дни уже задали кучу уроков? - Не в этом дело. Просто настроения почему-то нет, - вяло отозвалась я, но на всякий случай поинтересовалась: - У вас уже был Магический этикет? К моему удивлению, Джинни рассмеялась. - А, тогда понятно. Эта расфуфыренная Илви тоже на тебя наехала? - Что значит "тоже"? - А то, - моя подруга уже удобно расположилась в кресле возле стола. - Эта наша первая красавица вчера все занятие показывала моем примере, как не нужно одеваться, причесываться и тому подобное. А чего она хочет? - в зеленых глазах Джинни я увидела грусть. - Я ношу старую одежду, которую мама трансфигурирует во что-то приличное. Косметикой тоже не пользуюсь, разве что иногда крашу губы. Ну а прическа… Вот тут я уже не знаю, чего эта фифа придралась к моим волосам. Я была полностью согласна с Джинни, уж чему точно можно позавидовать, так это ее роскошным волосам медного цвета (а в сочетании с зелеными глазами – просто красота неописуемая). Честно говоря, белокурые локоны мисс Илви не идут с ними ни в какое сравнение. - Ну, я расстроилась, конечно, - младшая Уизли махнула рукой, а затем улыбнулась. - На целых пять минут. - А потом? - спросила я, вспоминая, как в слезах шла на зельеварение. - Потом подошел Гарри и пригласил меня после уроков пойти к озеру прогуляться, - Джинни сияла от счастья, а я… Я наверное снова ей позавидовала. Утешение от любимого человека конечно же самое действенное. Так как я молчала, подруга схватила меня за руку и потащила к зеркалу. - Гляди! - заговорила она, картинно обводя рукой наши отражения. - Вот она, настоящая красота! Потому что гармоничная и естественная. Джинни явно хочет меня утешить, ведь на ее фоне я смотрелась как-то блекло, что ли. Ее красота яркая и без всякой там косметики, а замечательную фигуру не портят и старенькие платья. Но вот я - какая-то обычная: каштановые волосы, карие глаза. Да и слишком худая, по-моему. Нет, все-таки зря Джинни нас сравнила. - Эта мымра мисс Илви беспокоится о том, как бы лишний локон из прически не выбился и не смазались ли на глазах стрелки. А вернее, думает только о том, как бы произвести впечатление на мужчин, - подвела итог подруга. - У тебя есть Гарри, - пробурчала я и скорее вернулась к книжкам на столе. Джинни покраснела. - Никого у меня пока нет, - но тут же добавила: - Но погуляли мы хорошо. Подожди, а Рон? Мой братишка опять тормозит? - Извини, мне в последнее время как-то не до этого, - я сказала это тихо, но Джинни осеклась и снова покраснела. - Прости, пожалуйста, я не хотела. Но я только махнула рукой. Не хотелось говорить, что Гарри и Рон сегодня глаз не сводили с мисс Илви, а Рон про меня вспомнил только на Зельеварении. Правда потом мы зашли в пустой класс, и он, краснея и бледнея, спросил, может ли он надеяться на отношения со мной. Я сказала, что мне нужно время. Кажется, Рон понял. Да я и не смогу ни с кем встречаться, потому что просто не думаю ни об отношениях с парнями, ни о любви, ни о романтике. * - Цмин песчаный или желтый цмин, бессмертник, Heliobrysum arenarium. Лекарственное растение, обладающее желчегонным эффектом, используется практически во всех травяных сборах для улучшения работы органов ЖКТ (словарь Даля + конспект Pixie по курсу "Лекарственные растения" :)) ** - 0.0635 унций – 1,8 грамм.

Эльпис: Вот так всегда - старые добрые снейджеры возвращают в тот мир, который близок, понятен и приятен, особенно такие, как "Тени" *не то что некоторые книги*. Спасибо за такую хорошую, классически снейджеровскую главу

Pixie: Эльпис Спасибо за добрые слова! Стараемся по мере сил :) Нет уж, у нас в фике Северус будет самим собой и никаких безобразий вроде ГГ/РУ (ужас! ) тоже Эльпис пишет: классически снейджеровскую главу В каком смысле классическую, если не секрет? :) В том, что у Герми чувства просыпаются постепенно?

Офелия: Pixie Великолепная глава Хотелось бы больше...

Талина: Pixie, Спасибо за обновление. Нет, ну какая эта Илви сво... все-таки. Кто дал ей право на оскорбительные высказывания в адрес Гермионы?! Ненавижу гадину. *Как же я хочу увидеть, как она обломается!* Почему-то именно это выбесило больше всего. И эти двое! А еще друзьями назывались. Фу на них. Pixie пишет: Нет уж, у нас в фике Северус будет самим собой и никаких безобразий вроде ГГ/РУ Это так радует!!! Сейчас как раз очень важно отвлечься от этого "никанона".

Pixie: Офелия Офелия пишет: Хотелось бы больше... Ну этого обещать не могу :( Но надеюсь, что новая глава не задержится. Спасибо за отзыв! Талина Спасибо тебе за отзыв! Талина пишет: *Как же я хочу увидеть, как она обломается!* Хех, ну до ее окончательного облома далеко, но после следующей главы ты ее точно сильнее возненавидишь Таких людей трудно обломать. Я сама, когда писалапро Ирэн, прям почти ненависть ощущала :)))



полная версия страницы