Форум » Библиотека-6 » Семейные ценности Малфоев, Gen, глава 18 от 04/12 » Ответить

Семейные ценности Малфоев, Gen, глава 18 от 04/12

Мерри: Семейные ценности Малфоев Автор: Мерри Бета: Altea Рейтинг: G Герои: ЛМ, НМ, ГП, ДМ, СС и др. Жанр: gen, AU Саммари: В пятилетнем возрасте Гарри усыновляет одна из самых богатых и влиятельных семей волшебного мира Отказ: HARRY POTTER, characters, names, and all related indicia are trademarks of Warner Bros. © 2001 and J.K. Rowling. Все цитаты из книг Дж.К. Роулинг принадлежат самой Дж.К. Роулинг, а их русский перевод/переложение – мне. Части 1-2: http://www.snapetales.com/index.php?fic_id=924 или http://www.fanfiction.net/s/3554624/1/ Предупреждение 1. В отличие от принятой в большинстве переводов романов Дж.К.Роулинг традиции, в данном тексте используются переводы латинских имен, принятые в художественной литературе, исторических текстах и т.п. источниках. А именно: Луций Малфой (Lucius), Север Снейп (Severus), Альб Дамблдор (Albus), Рем Люпин (Remus), Корнелий Фадж (Cornelius), Регул Блэк (Regulus) и т.п. Единственное сознательно сделанное исключение – Драко. Дело в том, что латинское draco, draconis по правилам должно передаваться как Дракон, что приводит к полному совпадению с русским словом «дракон». В английском такого нет («дракон» по-английски dragon). Предупреждение 2. Поскольку фик начат очень давно и распланирован надолго вперед, в нем много отступлений от канона и несовпадений с фактами, известными из 6 книги. Прежде всего, у меня в Хогвартс берут детей, у которых 11 день рождения в соответствующем календарном году. Отсюда "плывут" многие даты рождения, которые Роулинг сообщала в интервью. Также я не использую хронологию, проистекающую из обновленного дерева Блэков (или использую частично, там где она не противоречит моим разработкам). Слагхорна на посту декана Слизерина у меня временно меняет г-н Даркрайт. Наконец, Снейпы у меня - чистокровное семейство, как и Малфои, только обедневшее (о чем говорилось в начальных главах). Опасаюсь, что дальше число мелких расхождений будет только расти.

Ответов - 97, стр: 1 2 3 4 All

Мерри: Глава 13. Скелеты в шкафах апрель 1990 Север так и не понял, на кой черт Луцию понадобилось тащить его во Францию. Он никогда не был любителем праздных разговоров и в любой момент предпочел бы званому ужину вечер в лаборатории, но увы! Упрямый Луций неведомо зачем приволок его в гости к своему французскому кузену, и Север оказался вынужден вести светские беседы с совершенно посторонними людьми. Он небрежно подавил зевок и оглядел собравшихся в гостиной. Отец семейства, Жерар Малефуа, плотный светловолосый и кареглазый мужчина, беседовал с Луцием о последних колебаниях курса галеона и каких-то испанских инвестициях. Его супруга Патриция, смешливая зеленоглазая блондинка, и дочь Констанция, похожая на мать спокойная девочка лет пятнадцати, тихо отвечали на какие-то расспросы Нарциссы. Наследнику рода Малефуа, Николя, только что исполнилось десять; он увлеченно обсуждал с Гарри и Драко тактику «Фальмутских филинов». Север тихо порадовался, что мальчики разнообразия ради делятся своими восторгами не с ним, и перевел взгляд на последнюю из присутствующих – мать Жерара, Кассандру. Это была высокая сухая старуха без единого следа седины в иссиня-черных волосах. Ее ярко-синие глаза, окруженные тонкой сетью еле заметных морщин, смотрели так, будто она решала, чего вы стоите, и склонялась к мысли, что ровным счетом ничего. Она молча курила длинную тонкую черную трубку и занималась тем же, чем и сам Север, – наблюдала за остальными. Наконец мальчики, явно устав вести себя прилично, спросили разрешения покинуть взрослых и, получив оное, сбежали в сад. Север слегка нахмурился: в этом особняке – судя по всему, недавно отстроенном – было что-то неуловимо маггловское. Дом был чересчур светел, чересчур современен и чересчур нов, чтобы служить жилищем столь старого и уважаемого магического семейства. И при всем при том... здесь было слишком много магии. Как любой достаточно могущественный волшебник, он чувствовал магию в предметах и некоторых созданиях... и в этом доме ее было слишком много. Сделав глоток поданного эльфами послеобеденного кофе, Север принялся вспоминать все, что ему было известно о Малефуа. Прежде всего, Жерар был, строго говоря, совсем не кузеном Луция, а просто главой французской ветви семейства – в общем, седьмая вода на киселе. Он был старше Луция на год и, если верить последнему, не желал иметь ничего общего с британской политикой, а посему за десять лет обменялся с английскими родственниками едва ли двумя дюжинами писем. Внезапное желание возобновить отношения вызывало по меньшей мере недоумение, а то и подозрения, и Север меланхолично дожидался, когда же в разговоре всплывет подоплека этого приглашения. Особенно долго ждать не пришлось. – Расскажите мне, мсье Снэп, – обратилась к нему Кассандра, пыхнув трубкой, – как случилось, что Люс оказался опекуном юного Анри? Север решил не обращать внимания на надругательство над своей фамилией. – Помилуйте, мадам, – ответил он, – это, кажется, было во всех газетах. – Уважьте немощную старую женщину, мсье Снэп, – Кассандра слегка склонила голову набок. – Вы чрезвычайно несправедливы к себе, мадам, – галантно возразил он. – Однако полагаю, что об опекунстве лучше расспросить Луция... Кассандра снова пыхнула трубкой и смерила его долгим задумчивым взглядом. – Вы, англичане, – заметила она наконец, – чрезвычайно много значения придаете... мужской дружбе, так, кажется, у вас это называют. – Не дав ему возможности ответить, она тут же повернулась к Луцию: – Люс? – Да, тетя Касси? – тут же отозвался тот. – Расскажи, дорогой мой, каким образом ты стал опекуном Анри? В гостиной воцарилась тишина, все взгляды обратились к Луцию. Север, радуясь, что наконец-то перестал быть объектом внимания въедливой старухи, стал с интересом ждать, как же выкрутится его друг. – Видите ли, тетя, – начал Луций, – пять лет назад я выяснил, что магглы, с которыми живет Мальчик-Который-Выжил, дурно с ним обращаются... – Прошу прощения, – прервала его Патриция и повернулась к мужу: – Дорогой, возможно, Констанс стоит пойти к себе? – Да нет, зачем же? – усмехнулся Жерар. – Констанс уже довольно большая девочка, думаю, ей это будет полезно. Север отметил про себя, что сама Констанция даже бровью не повела, словно обсуждение ее вовсе не касалось, и только смотрела на Луция, спокойно ожидая продолжения. «Выдержанная юная мисс», – с невольным уважением подумал он. Луций тем временем возобновил рассказ о воспитании Гарри, искусно обходя политические моменты, но уделяя немало внимания всяческим бытовым семейным подробностям и анекдотам. – Так что же, – поинтересовался Жерар, дослушав до конца, – добрая старая Англия сменила... мировоззрение? – слово «старая» он выделил особо. – В первую очередь она сменила политический курс, – тут же отозвался Луций. – А мировоззрение... Поживем – увидим. – Очень приятно это слышать, – заметила Кассандра. Она чуть откинулась в кресле, давая понять, что разговор окончен, и вернулась к своему прежнему занятию. После короткой паузы беседа в комнате возобновилась; Север продолжал наблюдать за хозяевами дома и вскоре заметил, что юная Констанция откровенно скучает, слушая разговор матери с Нарциссой. Он улыбнулся уголком рта: Нарцисса, несмотря на весь свой ум и незаурядные магические способности, умела часами поддерживать беседу на так называемые женские темы, если того требовали приличия. Констанция, заметив его улыбку, тихо поднялась и подошла к бабушке. Если она и хотела что-то спросить, Кассандра ее опередила. – Хорошо, что ты здесь, дорогая моя. Мсье Снэп, как я понимаю, зельевар – возможно, он не откажется поговорить с тобой о твоем увлечении, – она вперила в Севера суровый взгляд, как бы предостерегая: мол, попробуй откажи... – и ушла, оставив их вдвоем. Что ж, он не возражал против беседы с вежливой, спокойной девочкой, к тому же проявляющей интерес к его профессии. – Вы любите зельеварение, мадемуазель? – уточнил он. Девочка слегка порозовела – то ли от удовольствия, что он обратился к ней на «вы», то ли от смущения, что бабушка навязала гостю разговор. – Да, мсье Снейп, – кивнула она, – люблю. Когда из разрозненных элементов получается целое, которое обладает свойствами, не присущими ни одной из частей... это завораживает, правда? Север позволил себе улыбнуться по-настоящему. Он любил свой предмет, любил преподавать, но терпеть не мог неинтересующихся учеников – а ведь таких было большинство. Если бы хоть четверть студентов выказывали такое понимание, как эта девочка... – Не могу не согласиться, мадемуазель, – ответил он и повторил уже ставшую привычной присказку: – Это подлинная магия, не то что глупое размахивание палочкой. На мгновение ему показалось, что по лицу девочки пробежала тень, но если Констанцию что-то и расстроило в его замечании, она тут же совладала с собой. – Да, – тихо произнесла она, – это настоящее волшебство. Север, решив не заострять внимание на этом инциденте, перевел разговор на последние исследования в области зельеварения, и Констанция тут же оживилась. Через полчаса, когда они обсуждали завершившиеся небывалым успехом изыскания Дамокла Белби, он мог с полной уверенностью сказать, что в Хогвартсе даже из шестикурсников мало кто обладал настолько глубокими знаниями по предмету. Не в силах противостоять легкому приступу зависти, он заметил: – Я не думал, что Лорель настолько хорош... Бобатону повезло с преподавателем. К его удивлению, девочка побледнела и отвела взгляд. – Я не учусь в Бобатоне, – очень тихо ответила она, глядя в пол. – Я сквиб. Несмотря на все усилия, Северу не удалось скрыть своего изумления – тем не менее, он попытался хотя бы обратить его в максимально вежливую форму. – У вас домашний учитель? – спросил он, делая вид, что только это его и удивило. – Папа со мной иногда занимается, когда у него есть время, – ответила Констанция, чуть-чуть приободрившись. – Но в основном я сама – на каникулах, когда живу дома. Его уважение к девушке возросло едва ли не стократно; заодно теперь он понимал, почему особняк Малефуа источает столько магической силы: чтобы сквиб чувствовал себя комфортно в доме, где нет ни маггловского освещения, ни отопления, где двери обычно повинуются взмаху палочки, требовалось как следует заколдовать большинство помещений. – В таком случае, вы невероятно талантливы, мадмуазель, – совершенно искренне заметил он, и Констанция порозовела от удовольствия. – Скажите, вы читали последнюю работу Эжена Канселье? – Прошлогоднюю? – уточнила девушка. – Да, читала, из любопытства. Правда, пока для меня это все-таки слишком сложно... Вы знаете, у нас во Франции было много споров, стоило ли Канселье так много раскрывать в маггловском мире. Ходили даже слухи, будто «умереть» восемь лет назад его заставил сам мсье министр магии... * * * Луций с живым интересом и не без усмешки наблюдал, как его нелюдимый и обычно не слишком разговорчивый друг, не скрывая удовольствия, беседует с хорошенькой девочкой-подростком. – Не правда ли, чудесная пара, Жерар? – негромко поинтересовалась незаметно подошедшая Кассандра. – Что ты имеешь в виду, мама? – встрепенулся глава семейства Малефуа. – Только то, что у тебя будет зять-англичанин, – хмыкнула старуха. – Лет через десять, правда. – Не сказав больше ни слова, она невозмутимо отошла в сторону, устроилась в кресле у низенького столика и принялась выколачивать и заново набивать трубку. Луций ошарашенно воззрился на своего кузена. – Она шутит? Тот покачал головой. – Когда мама говорит такие вещи, они всегда сбываются, – без тени улыбки ответил Жерар. – Хотя в последнее ее предсказание и мне довольно трудно поверить... – он смерил Луция пристальным взглядом, словно решая, сообщить ему нечто важное или нет. – Дело в том, что Констанс... как это у вас называют? ... сквиб. – Понимаю, – ответил Луций после долгой паузы. – Она... на домашнем обучении? – Нет, – Жерар странно улыбнулся. – У нас здесь другой подход к таким вещам. – Да? – Луций вскинул бровь. – Было бы интересно услышать. На лице Малефуа появилось самодовольное выражение. – Представь себе довольно дорогую и закрытую частную маггловскую школу. Чтобы отправить туда ребенка, нужно не просто заплатить кругленькую сумму, но получить рекомендацию от кого-либо из Попечительского совета... причем злоупотребление этим правом, как правило, кончается для неосторожного попечителя лишением места в совете. В этой школе учатся дети дипломатов, политиков, военных, некоторых выдающихся ученых... и сквибы из древнейших магических родов Франции. К выпуску между студентами устанавливаются прочные связи... а юные магглы узнают о магическом мире. Разумеется, при условии неразглашения тайны. – Умно придумано, – не мог не признать Луций. – Это обеспечивает вам куда лучший доступ в маггловский мир, чем нам – мышиная возня в нашем министерстве... И ты, как я понимаю, один из попечителей? – Мой дед был одним из основателей этой школы, – кивнул Жерар. – В нашем роду сквибы не редкость, и ему пришло в голову, что их талантам стоит найти применение... Не желаешь взять идею на вооружение? – усмехнулся он. – Явно не сейчас, – покачал головой Луций. – В данный момент у меня на попечении два очень даже магических сорванца, за которыми нужен глаз да... – Папа! – двери распахнулись, и в комнату, нарушая всякие приличия, с восторженным криком ворвался Николя. – Папа, там в саду гадюка! И Анри с ней разговаривает! В повисшей тишине раздался звон: побледневшая Нарцисса выронила кофейную чашку. – Мерлин... – выдохнул Север, и они с Луцием переглянулись. – Прошу прощения, – сухо сказал Луций Жерару и поспешно отправился в сад разыскивать Гарри. * * * Оставшиеся в гостиной несколько долгих мгновений молча смотрели ему вслед. Николя явно не понимал, в чем дело: его сестра и взрослые были не просто ошарашены, но и слегка испуганы. Север лихорадочно пытался придумать, что сказать, когда вдруг заговорила Кассандра. – Мальчик будет полиглотом, – одобрительно заметила она, пыхнув трубкой. – Когда-нибудь это ему обязательно пригодится. * * * Луций торопливо шагал по посыпанной красным песком дорожке, досадуя, как все могло пойти наперекосяк настолько быстро. Дело было, конечно, не в Жераре. Кузен придерживался слишком либеральных взглядов, чтобы судить о человеке – тем более о ребенке – по чему-то, над чем тот не имеет ни малейшей власти. Однако узколобое, консервативное британское общество... Луций втянул воздух сквозь зубы, как от боли. Нет, новую способность Гарри придется скрывать любой ценой. Он повернул за угол живой изгороди, подстриженной аккуратными пирамидками высотой ярда в три, и обнаружил что искал: посреди идеально круглой, посыпанной красным песком площадки стоял Гарри, держа перед собой на ладони молодую гадюку. Змея приподнялась, словно для атаки, но нападать, кажется, не собиралась; хвостом она кокетливо обвивала запястье мальчика. Драко замер напротив, не сводя с твари широко распахнутых глаз. – Схш-ш-ш цх-х-х-х цс-с-с-ш-ш-ш! – с уст Гарри сорвалась серия странных шипящих звуков, и Луций содрогнулся. Слышать эту речь от ребенка... граничило почти с непристойностью. Не то чтобы звуки – или, если уж на то пошло, змеи – были неприятны сами по себе; просто тот, кто хоть раз слышал на змееязе отвратительные восторги Темного Лорда, вряд ли сможет об этом когда-либо забыть. – Ш-ш-ш-с-с-с-цс-с-с! Змея кивнула, Гарри медленно опустился на одно колено и осторожно положил ее на газон: узорчатый хвост только и мелькнул в траве. – Гарри? Одним быстрым движением мальчик выпрямился и развернулся. Глаза его светились восторгом, любопытством и такой радостью, какую может вызвать у десятилетнего ребенка только новое открытие или приключение. – Пап, ты слышал?! Я понимаю, что она говорит! Папа?.. – мальчик перестал сиять, его возбуждение сменилось неуверенностью, и Луций понял, что скрыть смятение не удалось. – Пап, что случилось? Драко молчал, только переводя озабоченный взгляд со сводного брата на отца и обратно. – Понимаешь ли, – с некоторым трудом выдавил Луций, – способность говорить со змеями не пользуется сейчас среди волшебников большой популярностью. Гарри слегка побледнел; лицо его приобрело ровное, почти бесстрастное выражение, как при беседах с Фаджем или другими любопытствующими из министерства. – Почему? – Драко наконец заговорил. – Дело в том, что последним магом, обладавшим этой способностью... кстати, это называется «змееуст», так вот, последним известным змееустом был Волдеморт, – сообщил Луций, тщательно подбирая слова. – Его предшественники... проявили себя немногим лучше. Неудивительно, что люди боятся, хотя само по себе данное умение совершенно безобидно. Поэтому лучше, если об этом никто не будет знать, кроме членов нашей семьи. Хорошо? Гарри кивнул и чуть-чуть расслабился. – А как же?.. – он покосился в сторону дома. Луций позволил себе улыбку. – Не беспокойся. Жерар никогда не любил придерживаться традиций. Он не станет обращать внимания на такие вещи. Думаю, когда все немного успокоятся, единственной проблемой будет уговорить Николя не хвастаться твоими способностями в школе. – То есть... – Гарри пытливо и неожиданно требовательно заглянул ему в глаза, – тебя они не... не беспокоят? – Нет, – он покачал головой, – конечно нет. – Тогда почему, – вдруг резко спросил Драко, – ты так вздрогнул, когда услышал, как Гарри говорит по-змеиному? Я видел. Гарри закусил губу. Луций вздохнул и шагнул ближе, притянул к себе и сына, и воспитанника. Первый издал в ответ скептическое не то шипение, не то фырканье; скованная поза второго выдавала напряженное ожидание. – Меня действительно не беспокоит твое умение понимать змей, Гарри, – вполголоса сказал он. – Нисколько. Просто... – он сглотнул. – Просто мне не нравится, как это звучит. Напоминает... – он осекся. Гарри вывернулся из-под его руки и снова заглянул ему в лицо, задрав голову. – Я понимаю, пап, – заверил он. – Прости, я не подумал, – в голосе Драко звучало искреннее огорчение. – Все в порядке, – Луций заставил себя опять улыбнуться. – Мы справимся. Только, пожалуйста, отнеситесь к этому серьезно. Никто не должен знать, что Гарри змееуст. Лучше об этом вообще не говорить, когда есть хоть малейшая возможность, что вас подслушают. – Ага, – Гарри закивал. – Мы поняли. – Идемте в дом. Нас уже заждались. Шагая по дорожке к главному крыльцу особняка, Луций притворился, что не слышал, как Драко за его спиной вполголоса заявил Гарри: – И все-таки это было супер... * * * В предпоследний день их пребывания во Франции у Луция состоялся крайне неординарный разговор с Патрицией Малефуа. Она улучила момент, когда после завтрака все обитатели поместья и гости разбрелись кто куда, и увлекла весьма удивленного Луция за собой на обширную галерею, тянувшуюся вокруг всего дома на уровне третьего этажа. – Чем могу служить очаровательной госпоже? – с улыбкой поинтересовался Луций, предчувствуя какой-то подвох и желая несколько разрядить обстановку. Вместо ответа Патриция бесцеремонно подтолкнула его к перилам и указала затянутой в тончайшую кремовую перчатку ручкой на прогуливающуюся в саду пару. Он едва сумел сдержать смешок: в цветущем саду, среди весеннего буйства нарциссов и тюльпанов Север в своей неизменно черной мантии выглядел сущим вороном. Слегка склонившись к уху своей спутницы, он что-то оживленно говорил, а Констанция кивала, не скрывая живого интереса. – И что я, по-вашему, должна думать? – поинтересовалась Патриция. – Одни только феи знают, чем ваш приятель вскружил ей голову... На сей раз Луций рассмеялся. – Скорее всего, они говорят о различных способах нарезания флоббер-червей, – сообщил он, не отказывая себе в удовольствии чуть-чуть поддразнить хозяйку дома. Та и в самом деле поморщилась. – Или о тонкостях использования экстракта цветов папоротника в приворотных зельях. Или о том, как правильно толочь жемчуг для какой-нибудь исцеляющей чепухи... – Благодарю, я поняла, – с оттенком легкой досады перебила его Патриция. – И я верю, что ваш приятель... э-э... не позволит себе лишнего. Но, тем не менее, меня тревожит... – Она отвернулась и продолжила чуть глуше, глядя куда-то вдаль: – Полагаю, вы слышали, что на этот счет говорит моя свекровь. Все это очень мило и романтично, но только до тех пор, пока не всплывут некоторые обстоятельства... – Север знает, что ваша дочь сквиб, – прямо заявил Луций. – Она сама ему сказала, в первый же день. Патриция резко повернулась. – И это его не беспокоит? – А должно? – невозмутимо поинтересовался он. – Я хорошо знаю, как в Британии относятся к сквибам, – парировала женщина, поджимая губы. – Возможно, пришло время что-то менять, – произнес Луций и снова посмотрел вниз, в сад. На скамейке Север неизвестно откуда добытым скальпелем аккуратно разрезал цветок сорванной примулы, не то демонстрируя своей юной собеседнице строение венчика, не то показывая, как правильно препарировать несчастное растение. – В любом случае, не думаю, что вам стоит тревожиться заранее, – он улыбнулся. Патриция проследила за его взглядом и тоже не смогла не улыбнуться. – Возможно, вы и правы, – задумчиво отозвалась она. * * * По возвращении в Англию в первый же вечер, отправив детей спать, чета Малфоев устроила то, что Север, не будь он не менее встревожен, непременно обозвал бы военным советом. Объяснений, данных Луцием мальчикам, вполне хватило десятилетнему ребенку, но было отнюдь не достаточно взрослым. – Должен признать, большего шока я не испытывал со времен исчезновения Волдеморта, – сумрачно объявил Луций, устроившись в кресле и лелея бокал с коньяком. – Сев, у тебя есть хоть какие-нибудь предположения о том, как такое могло получиться? Среди Поттеров не было змееустов! – Может быть, Лили... – неуверенно начала сидевшая в соседнем кресле Нарцисса. – Нет, Цисси, это абсолютно исключено, – покачал головой Север. – Как бы многим тогда ни хотелось считать иначе, Лили Эванс была магглорожденной ведьмой. В этом я уверен на сто процентов. – Какие еще возможны объяснения? – возразил Луций. – Это наследственная способность, просто так она не проявляется... Север задумался. – Единственным известным мне змееустом современности был Темный Лорд, – уверенно сказал он. – Который, как всем нам хорошо известно, бесследно исчез почти девять лет назад. Весь вопрос в том, куда. И почему. – Он вцепился в подлокотник кресла так, что побелели пальцы. – К несчастью, – продолжил он глухо, глядя в пол перед собой, – никто не знает, что произошло той ночью в доме Поттеров. И почему выжил Гарри. Нарцисса вдруг тихо ахнула. – Север! Не думаешь же ты, что Гарри... – она в ужасе уставилась на него. – Нет, – решительно ответил он, подняв голову и словно очнувшись, – я не думаю, что Темный Лорд сумел вселиться в Гарри. Во-первых, как правило, реципиент должен согласиться на подобное э-э... вторжение. Во-вторых, такое соседство непродолжительно и чаще всего заканчивается смертью физического тела. Девять лет – невозможно долгий срок для подобного сосуществования. В-третьих... – он чуть улыбнулся, – мы бы давно заметили, что дело неладно. Гарри настолько непохож на Темного Лорда, насколько это вообще возможно. Нарцисса слегка расслабилась. Луций успокаивающе погладил жену по руке, потом перевел взгляд на зельевара: – Что, в таком случае, ты предполагаешь? Что Волдеморт как-то поделился этой способностью с Гарри? Если это так, то что еще ребенок мог от него получить? И каким именно образом? – Понятия не имею, – вздохнул Север. – Вероятно, у Дамблдора есть соображения на этот счет, но, как ты понимаешь, я не могу у него спросить. Это лишь вызовет ненужные подозрения и осложнения... – Он вдруг нахмурился. – Есть одна странность, которая может иметь значение. Я никогда прежде не слышал, чтобы смертельное проклятие оставляло шрамы. – Я попытаюсь выяснить все, что возможно, на эту тему, – пообещал Луций. – Пожалуй, тебе удалось меня успокоить. Однако хотелось бы иметь возможность в будущем предугадывать подобные сюрпризы. – На то они и сюрпризы, – невесело усмехнулся Север, – чтобы их нельзя было предугадать. * * * В первый день летнего триместра Альб не преминул поинтересоваться у Севера за завтраком, как прошли пасхальные каникулы. – Как Гарри? Есть что-нибудь новенькое? – Да нет, вроде бы ничего особенного, – пожал плечами Север, потом, подумав, добавил: – У Гарри явно есть способности к языкам. Он очень хорошо говорит по-французски. По крайней мере, у него не возникало проблем в общении. – Да? – забеспокоился Альб. – Ты не думаешь, что Луций захочет отправить его в Бобатон? – Разумеется нет! – Север отвлекся от своего тоста и посмотрел на директора с искренним изумлением: – С какой стати? – У меня были опасения, – признал старик, успокоившись. – Но раз ты уверен, что все в порядке, значит, так оно и есть. Надеюсь, – он весело улыбнулся, – тебе удалось хорошо отдохнуть? Север на мгновение задумался. – Да, – наконец твердо сказал он. – Пожалуй, да. ------------------------------- Анри – французская форма имени Генрих, а Гарри – исторически одно из уменьшительных от того же имени. Эжен Канселье (Eugene Canseliet, 1899-1982) – последний из выдающихся алхимиков. Ученик легендарного мастера Фулканелли, он сам успел сделаться легендой. По преданию, ему дважды удалось произвести философский камень, и он вовсе не умер, а только покинул видимый мир. Ходили слухи о том, что Фулканелли и Канселье – одно и то же лицо. ~ Конец II части ~

wolf cub: Замечательная глава! а сколько её ждали Очень интересно, что же будет дальше

outside flo: спасибо за новую главу! очень интересно! хорошо бы Снейп действительно нашел свое личное счастье... хотя, если все пойдет как должно, то через 10 лет он будет двойным агентом. впрочем, непонятно, как усыновление Гарри изменит события, последовавшие после возрождения Лорда... в общем, страшно любопытно, что будет дальше!

Dginevra: Мерри Uhh!!! Ya uge otchayalas uvidet novuu glavu!! Glava prosto izumitelņaya!!! Nades, chto opyat ne prijdetsya gdat glavu tak dolgo! Uspehov i ogromnoe SPASIBo za takoe chudesnoe prodolgenie!!!

Мерри: outside flo Через десять лет Волдеморта как раз уже не будет :) Dginevra wolf cub

outside flo: Мерри пишет: Через десять лет Волдеморта как раз уже не будет :) неужели они его быстрее доконают?

Мерри: outside flo ?? В этой главе 90-й год. Гарри 10 лет. Через 10 лет ему будет 20, он два года как закончит Хогвартс. С Волдемортом, думаю, разберутся в 97-98, как и в каноне предполагается.

Astarta: Йупиии! наконец-то продолжение) Мерри пишет: – Мальчик будет полиглотом, – одобрительно заметила она, пыхнув трубкой. – Когда-нибудь это ему обязательно пригодится. Потрясающая женщина)

Мерри: Astarta И ведь она опять не ошиблась! ;)

outside flo: Мерри пишет: В этой главе 90-й год. Гарри 10 лет. Через 10 лет ему будет 20, он два года как закончит Хогвартс. С Волдемортом, думаю, разберутся в 97-98, как и в каноне предполагается. а, ну да... *колотит себя по глупой голове*

Мерри: outside flo Просто Гарри быстро растет в этой части :) Даты труднее уловить ;)

B&G: Мне показалась, что я сплю. Мерлин, какая радость! Спасибо вам огромное Глава изумительная

Мерри: B&G Пожалуйста :) Если вы и спите, то, надеюсь, сон приятный :)

leeRA: Я уж и не надеялась увидеть продолжение. Глава замечательная. Теперь буду с нетерпением ждать третью часть.

Irana: Мерри Шикарное продолжение! Мне безумно понравилась Кассандра, правда, в отличие от первой обладательницы этого имени родные ей верят Только то, что у тебя будет зять-англичанин, – хмыкнула старуха. – Лет через десять, правда. – Неужели сбудется? Очень бы хотелось)) Отрывок про устройство жизни магов и сквибов во Франции получился очень хорошим и информативным. Один диалог, а образ жизни, обычаи и привычки "старых" французов вырисовываются достаточно четко. Особенно понравились слова "добрая старая Англия" и скрытый в них смысл. Безумно изящно. Мне вот только очень интересно, почему ты видишь французское магическое общество именно таким: свободным и прогрессивным, особенно в сравнении с костным английским?

Мерри: Irana Спасибо! :) Мне вот только очень интересно, почему ты видишь французское магическое общество именно таким: свободным и прогрессивным, особеннотв сравнении с костным английским? До некоторой степени это произвол. До некоторой другой... это отражение того, что я знаю о французах (уж сколько знаю, могу быть неправа, конечно). Они прежде всего республиканцы... Вообще во Франции довольно давно сильны левые настроения, в отличие от более консервативной и традиционалистской Англии. И французские маги (которые, как и английские более традиционны, чем магглы), просто вынуждены приспосабливаться, иначе им будет труднее. Но строго говоря, я не понимаю, почему придуманной мной системы нет в Англии. Это же очень просто...

Irana: Мерри У меня тоже есть интуитивное ощущение, что французское магическое общество гораздо более легкомысленно , чем британское. Просто одно время я интересовалась историей этих двух стран, и сложилось впечатление, что французы жили веселее, и вообще были на порядок более жизнелюбивы и активны, чем их заморские соседи. А косвенно это подтвердила 4-ая книга. Но строго говоря, я не понимаю, почему придуманной мной системы нет в Англии. Это же очень просто... Видимо, разница в отношении к сквибам в чистокровных семействах. В Англии это считаете позором, замалчивается и скрывается. (Насколько я помню, книги этому не противоречат, хотя там всего несколько упоминаний.) Поэтому описанная тобой система и невозможна. А во Франции более дальновидные маги. Кроме того, они стремятся частично интергироваться в маггловский мир, а британцы максимально дистанцируются от него: интересоваться магглами и дружить с ними неприлично (вспомни высказывания Драко во 2-ой книге).

Мерри: Irana Ну, англичане тоже умеют лихо зажигать :) Только по своему... Строго говоря, хотя я люблю и тех, и других, английские ценности мне намного ближе... Французы слишком на нас похожи ;)

Ilmira: Была уверена, что фик заброшен. Рада, что ошиблась. Спасибо.

ники: Мерри ,поклон земной за чудесное продолжение! А интриги всё прибавляется в сюжете...это опутывает фик замысловатым узором тайны ...так какую же цель ставил Луций при посещении своей французкой родни? Да и Север нашему Патриару Дамби врёт всё складнее и складнее всё более уклончиво рассказывает о Гарри: – Да нет, вроде бы ничего особенного...У Гарри явно есть способности к языкам. -и правду ж рассказал о способностях...ведь на каких именно языках говорит мальчик,не спрашивалось Профессор зельеварения решил принять предложение Луциуса - – Мальчик – могущественный маг, – серьезно отвечал Луций. – При должном воспитании и обучении он будет лучшим магом столетия..Я уверен, что он сделает отличную политическую карьеру... при должном содействии. И, Север... Дамблдор не вечен, знаешь ли. .Простите-знаю,что вопросов много задаю,но уж очень фик интригует. Спасибо Вам за продолжение!!!

belana: Прочитала новую главу вчера ночью. Не смогла сформулировать ни одной связной мысли. отсутствие СЦМ разрушительно действует на мой мозг. сегодня соображаю лучше. так вот. все страньше и страньше! Непонятный визит во Францию, совет в Филях в поместье... За дивных французских родственников отдельное спасибо! А Луций в замешательстве - это уникальная картина... Как же он, должно быть, перепугался! Спасибо, автор, за продолжение!

Мерри: ники belana Прежде всего, визит иницирован не Луцием, а Жераром. Жерар был, строго говоря, совсем не кузеном Луция, а просто главой французской ветви семейства – в общем, седьмая вода на киселе. Он был старше Луция на год и, если верить последнему, не желал иметь ничего общего с британской политикой, а посему за десять лет обменялся с английскими родственниками едва ли двумя дюжинами писем. Внезапное желание возобновить отношения вызывало по меньшей мере недоумение, а то и подозрения, и Север меланхолично дожидался, когда же в разговоре всплывет подоплека этого приглашения. Особенно долго ждать не пришлось. – Расскажите мне, мсье Снэп, – обратилась к нему Кассандра, пыхнув трубкой, – как случилось, что Люс оказался опекуном юного Анри? Малефуа хотят знать, насколько изменилась обстановка в Англии и стоит ли им связываться с британскими родственниками. К Луцию могут быть два вопроса: почему он согласился и почему потащил с собой Севера. На первый вопрос ответ, мне кажется, очевиден: Луцию нужны союзники. Причем не только в Британии. На второй ответов может быть несколько, и все более или менее правдивы: а) чтобы успокоить Дамблдора; б) для прикрытия (мало ли что?) в) Люку одному скучно :)

Сталина: Мерри, замечательно! Первым прочитала у вас "9 1/2 недель", а теперь вот это! Всё нравится, но можно одну тапочку? Ро устами своих героев Петуньи и Вернона уточнила (видимо, имея в виду фикрайтеров ), что мальчика зовут не Гарольд, не Гэри или как-то ещё, а Гарри. Это было в самой первой главе. Это у меня просто бзик такой: если придумывают своё, прекрасно, а если попусту перевирают чужое... И можно ещё вопрос: у вас есть хороший северитус, кроме "9 1/2 недель"? Так понравилось, что хочется почитать что-нибудь подобное! Или вы знаете чужой хороший фик? Я искала в "что почитать", ничего подходящего не нашла. Большое спасибо за доставленное удовольствие!

Мерри: Сталина Нет, там сказано совсем другое :) Potter wasn't such an unusual name. He was sure there were lots of people called Potter who had a son called Harry. Come to think of it, he wasn't even sure his nephew was called Harry. He'd never even seen the boy. It might have been Harvey. Or Harold. Гарри - это уменьшительное по меньшей мере от 4 английских имен, плюс самостоятельное имя. Вернон признает, что не знает точно имени мальчика. И далее: "I suppose so," said Mrs. Dursley stiffly. "What's his name again? Howard, isn't it?" "Harry. Nasty, common name, if you ask me." Опять же, строго говоря, нигде не сказано, что это его ПОЛНОЕ имя. И в официальном письме из Хогвартса его имя ТОЖЕ не указано, только "мистер Поттер". Так что прямого противоречия канону тут нет. И можно ещё вопрос: у вас есть хороший северитус, кроме "9 1/2 недель"? Так понравилось, что хочется почитать что-нибудь подобное! Или вы знаете чужой хороший фик? Я искала в "что почитать", ничего подходящего не нашла. Нет, я не пишу дважды один сюжет или пейринг. Стараюсь, во всяком случае. Из чужих ... "Магия крови" - один из лучших северитусов, на мой взгляд. Мы с Ira66 его доперевели до конца, но еще не разослали в архивы. Еще псевдосеверитус - "Год, какого еще не бывало", тоже наш перевод, в процессе. Шикарный северитус "Мой", его переводит Lenny. Еще советую работы Naisica.

Сталина: Мерри, да, Вернон гадает, как же зовут ребёнка, а потом спрашивает у Петунии, и та отвечает: "Его зовут Гарри. На мой взгляд, простое, деревенское имя". И у всех остальных героев указывается полное имя, даже если зовут уменьшительным (Рональд - Рон), можно предположить, что Гарри и есть Гарри, раз нет прямого указания на другое имя. Мерри пишет: Опять же, строго говоря, нигде не сказано, что это его ПОЛНОЕ имя. Ой, "Магию крови" прочитала, очень понравилось! Может быть, вы могли бы мне его прислать? Ну, пожалуйста!!! Если да, то мой e-mail: stalina77@mail.ru Всё остальное ОБЯЗАТЕЛЬНО посмотрю, СПАСИБО!

Мерри: Сталина И у всех остальных героев указывается полное имя, даже если зовут уменьшительным (Рональд - Рон), можно предположить, что Гарри и есть Гарри, раз нет прямого указания на другое имя. Можно предположить, а можно и не предполагать ;) В общем, прямого противоречия канону тут у меня нет, а так мне нравится больше ;) Про "Магию крови" - следите за объявлениями. Извините, но мы не будем рассылать не откорректированный до конца вариант.

Мерри: Обновленная версия [align:center]Часть III. Ключи от будущего[/align] Глава 14. Добро пожаловать в Хогвартс! 1 сентября 1991 г. Пригороды Лондона все быстрее проносились за окном: Хогвартс-экспресс набирал скорость. Гарри откинулся на спинку сиденья и развернул свежий номер «Квиддича сегодня». – Лучше бы, – заметил Драко, расположившийся напротив, – ты учебник по зельям почитал. Сев вчера говорил, что кое-кто ответил только на половину вопросов в тесте. – Не всем же быть помешанными на зельеварении, – буркнул Гарри, не поднимая носа от журнала. – Ага, некоторые умом поехали от квиддича, – встряла Панси. – В жизни не видела более дурацкого занятия! – Да что ты в этом понимаешь! – хором возмутились мальчики. Панси снисходительно фыркнула, сидевшая рядом с ней Миллисент захихикала. – Девчонки, – проворчал Гарри и снова попытался углубиться в чтение. Однако сделать этого ему не дали: Драко наклонился вперед и выхватил журнал у него из рук. – Эй! – Потом отдам, – объявил Драко, открывая справочник по простейшим зельям, заложенный посередине листом пергамента. – Сначала зелья. – Зануда, – буркнул Гарри и надулся. – Лентяй, – парировал Драко. – Девочки, не подсказывайте. Гарри, где следует искать безоар? – Вот привязался! Оба чокнутые, что ты, что Север... – продолжал ворчать Гарри. – Не знаю я! – Я тоже не знаю... – утешила его Милли. – Я даже не знаю, что это такое, – поддакнула Панси. – Безоар – это универсальное противоядие. Ядов, с которыми он не может справиться, практически не существует, – лекторским тоном сообщил Драко, явно подражая крестному. – Он представляет собой камень, который можно найти в желудке козы... – Фу, гадость какая! – воскликнула Миллисент, и обеих девочек передернуло. Драко театрально закатил глаза, потом задал следующий вопрос: – Чем отличается борец от аконита? В это мгновение дверь купе открылась, и внутрь заглянул растрепанный, неуклюжий на вид мальчик, темно-русый и кареглазый. – Вы тут жабу не видели? – спросил он нервно. Драко смерил его скептическим взглядом. – Нет, – сухо сказал он. – Не видели. – Извините, – розовея, промямлил мальчик. – Да, а борец и аконит – это одно и то же. В пристальном взгляде Драко мелькнул некоторый интерес. – Правильно. Пять баллов... как там тебя зовут? – Л-лонгботтом... Невилл Лонгботтом, – выдавил мальчик, смущаясь еще больше. – А тебя? – Драко Малфой, – высокомерно представился Драко. – Это Миллисента Буллстрод, Панси Паркинсон и мой брат Гарри. – Привет! – кивнул Гарри, сочувствуя новому знакомому. Когда Драко впадал в настроение покомандовать, легче было уступить и переждать, чем пытаться с ним спорить. Девочки заулыбались. – Очень приятно, – кивнул в ответ Лонгботтом, наконец, похоже, справившись с собой. – Извините, что помешал, пойду искать Тревора... – он исчез за дверью. – Хаффлпафф, – заключил Драко с интонацией колдомедика, ставящего смертельный диагноз. – Растяпа-ботаник с жабой в качестве фамилиара... однозначно Хаффлпафф. Гарри тяжело вздохнул. С момента получения хогвартского приглашения Драко совершенно помешался на теме распределения и различиях Домов. – Эй, мистер Распределительная Шляпа, – позвал он, – или продолжай свой дурацкий опрос, или отдай мой журнал. Драко надулся и снова взялся за учебник. – Так, что там у нас дальше... А, вот. Состав Глотка Живой Смерти. – М-м... – Гарри задумался. – Асфодель... и чего-то еще. – Полынь, по-моему... – осторожно прибавила Милли. – И то, и другое верно, но не точно. Истолченный корень асфоделя и настой полыни, – сообщил Драко. – Дальше... – Слушай, давай потом, а? – не выдержал Гарри. – Я так все равно ничего не запомню. – Когда Сев на первом же занятии выставит тебя идиотом, ты поймешь, что я был прав, – обиделся Драко. – И тогда ты оценишь все, что я для тебя делаю, но будет поздно. Милли и Панси снова захихикали. – Ладно, ладно, – примирительно сказал Гарри. – Ты прав, а я – обделенный феями болван. Давай отдохнем? – Вы все безнадежны... – вздохнул Драко, но дуться все-таки перестал. – Держи свой журнал, Мальчик-Который-Не-Переживет-Первый-Урок-Зельеварения. Гарри снова взялся за статью о последних трансферах игроков Высшей Лиги, однако быстро обнаружил, что возможные последствия скандального перехода Кшиштофа Каминского из польской сборной в австрийскую его мало занимают. Прикрываясь от остальных журналом, он постарался незаметно вытащить из вшитого в мантию чехла свою новую волшебную палочку. Дерево было гладким и чуть теплым на ощупь; очутившись в его ладонях, палочка еле заметно задрожала, словно живая, и чувствовалось – она ему рада. Гарри, однако, испытывал на ее счет некоторые сомнения. А все этот проклятый Олливандер! Сумасшедший, совершенно чокнутый старикашка. Это ж надо было – вызваться пойти в его дурацкую лавку одному! Небось при отце старик не стал бы болтать глупости. Палочки-сестры... Гарри передернуло. Новость о том, что у него есть с Волдемортом еще что-то общее, помимо способности говорить со змеями, абсолютно не радовала. Тогда он был настолько шокирован, что не сказал об этом никому: ни родителям, ни даже Драко. Да и непонятно было, как можно рассказать такое... Он поежился и убрал палочку в чехол. Дверь снова открылась, и внутрь заглянула какая-то лохматая девочка, уже успевшая переодеться в школьную мантию. За спиной незнакомки маячил смущенный Невилл. – Вы не видели здесь жабу? – командирским голосом поинтересовалась она. Драко закатил глаза. – Нет, за последние четверть часа жаб здесь не прибавилось, – ядовито заметил он. – Извините, я ей говорил... – промямлил Невилл, но девочка не слушала: ее внимание приковала лежавшая на скамейке книга. – О, вы тут занимаетесь? Это замечательно. Я тоже уже выучила все наши учебники, надеюсь, что этого хватит, потому что я единственная ведьма в семье, так что придется стараться, чтобы не отстать. Ой, а этого справочника не было в программе! Жалко, мне родители купили так мало дополнительных книг, сказали, я и так слишком много учусь, но ведь так же не бывает, правда? Да, кстати, меня зовут Гермиона Грейнджер, а вас? – выпалила она на одном дыхании и повернулась к Гарри. Все четверо уставились на нее, словно на новый экспонат какой-нибудь кунсткамеры. Взгляд у Драко был даже немного остекленевший. – Меня – Гарри Поттер, – наконец ответил слегка обалдевший Гарри. – А это Миллисент Буллстрод, Панси Паркинсон и Драко Малфой. – Гарри Поттер? – с явным любопытством уточнила девочка. – Я все про тебя знаю. Я читала и «Современную магическую историю», и «Подъем и падение Темных Искусств», и «Основные магические события XX века»... – О Мерлин... – простонал Гарри, хватаясь за голову. – Я так и знал, что будет кошмар. Это сообщение остановило вдохновенный поток слов лохматой девочки. – Почему? – поинтересовалась она с искренним любопытством. – А тебе приятно, когда на тебя все пялятся, как на пятиногого гиппогрифа? – сердито поинтересовался Драко, приходя в себя. Грейнджер залилась краской. – Извините, – сказала она. – Честное слово, я не нарочно... Просто я тут новенькая, и мне все очень интересно, и я так стараюсь не отстать, вы ведь выросли в волшебном мире и все знаете... – Да-да, мы уже поняли, – поспешно оборвал ее Драко. – Идите ищите свою жабу, или что там у вас пропало, потому что мы скоро приедем. Девочка кивнула и ушла, уводя за собой растяпу Невилла. Друзья переглянулись. – Да-а... – наконец протянул Драко. – Это... у меня просто нет слов. Не дай Мерлин оказаться с ней в одном Доме. – Да брось... – неуверенно возразил Гарри. – Не так все страшно... – Ну, если наложить на нее Silencio... – задумчиво предложил Драко. – ... а еще уложить волосы и уменьшить зубы... – хихикнула Панси. – Ну вы и злыдни! – воскликнула Милли, впрочем, без особого осуждения в голосе. – Человека пожалеть надо, у нее же родители магглы... ой! – получив от Гарри легкий тычок в бок, она испуганно умолкла и виновато посмотрела на него. – Прости, я ничего такого... – Ладно, – проворчал Гарри, – я знаю. Мерлин с ней, с этой Грейнджер, нам и правда пора переодеваться. Девчонки, вы первые. Только не тяните. Они с Драко вышли в коридор, прикрыв за собой дверь. – Как ты думаешь, в какой Дом я попаду? – тихо спросил Гарри, немного погодя. – В Слизерин, конечно! – без тени сомнения отозвался Драко. – А если... нет? Тот повернулся и внимательно посмотрел на Гарри. – Ну-у... – он сделал вид, что задумался. – Тогда у меня появится лишний повод тебя дразнить. И мы будем очень много времени проводить в библиотеке либо постоянно надоедать Севу. – Это почему? – удивился Гарри, даже не пытаясь скрыть облегчение. – Потому что, насколько я знаю, приводить в слизеринскую гостиную студентов других Домов не очень принято. Так что придется найти другое место... – Эй, а ты правда Гарри Поттер? – прервал их беседу незнакомый голос. Оба повернулись: к ним подошел рыжий веснушчатый мальчишка примерно их возраста, в поношенной и кое-где заштопанной мантии. Он во все глаза уставился на Гарри. – Правда, – мрачно отозвался тот. Ему до смерти надоело, что на него приходят поглазеть все кому не лень. – Чего тебе? – Меня зовут Рон Уизли. А у тебя правда есть шрам? – Да, у него есть шрам, – сердито огрызнулся Драко, – хотя это тебя совершенно не касается. Так что можешь валить отсюда, тебя никто не задерживает. – Драко... – с легким упреком сказал Гарри. – Что ты сегодня, не с той ноги встал? – Драко? Ну и имечко, – насмешливо сказал рыжий, явно обидевшись и желая отмщения. – Как, ты сказал, тебя зовут? – прищурился Драко. – Уизли? Ну да, конечно, я мог бы и сам догадаться. Слишком много веснушек и одежда в заплатках. Право, твоим родителям не следовало заводить больше детей, чем они могут прокормить. Уизли побагровел и сжал кулаки. Гарри с тревогой подумал, что, того и гляди, этих двоих придется разнимать, но тут, к его облегчению, из купе выглянула Панси. – Мы уже почти все, заходите! – позвала она. Гарри поспешно подпихнул брата к купе, бросил склочному рыжику: «Нам некогда!» – и последовал за Драко. [align:center]* * *[/align] На станции первокурсников встречал темноволосый косматый великан – Рубий Хагрид, хогвартский лесничий и Хранитель Ключей, припомнил Гарри. Луций несколько раз весьма ядовито прохаживался насчет непомерной любви лесничего к разного рода волшебным тварям («Чем омерзительней, тем лучше»), а Нарцисса как-то раз заметила, что не стоит давать детям псевдолатинские имена, мол, родословная от этого не удлинится. Север, однако, никогда не говорил о Хагриде ничего особенно язвительного, из чего Гарри заключил, что тот, вероятно, человек вполне приличный. – Первокурсники! Первокурсники, все сюда! – крикнул Хагрид. – Гарри, рад тебя видеть! – Привет, Хагрид! – отозвался он. Вместе с толпой других новичков Гарри, Драко и их друзья поспешили за ним. Пока они спускались вслед за лесничим куда-то по узкой и скользкой дорожке в почти полной темноте, Гарри вспоминал, при каких обстоятельствах он познакомился с Хагридом лично. [align:center]* * *[/align] В самом начале августа, едва Гарри получил свое хогвартское приглашение, семейство Малфоев посетило Диагон-аллею. Оставив Нарциссу и Драко в магазине мадам Малкин, Луций и Гарри отправились в Гринготтс: Луций объявил, что Гарри пора получить ключ от своего «школьного» сейфа. Пока его приемный отец, расположившись в углу за столиком, сражался с грудой официального вида пергаментов и препирался с двумя гоблинами, Гарри от нечего делать принялся бродить по залу, разглядывая все вокруг. В какой-то момент он так увлекся, что чуть не налетел на очередного посетителя – и лишь в самую последнюю минуту сумел отскочить в сторону. – О, прошу прощения, – искренне сказал он, поднимая глаза на свою «неудавшуюся жертву». – Да, ниче, парень, ниче... – пробормотал гигантского роста человек с косматыми волосами и бородой, разглядывая его. – А ты никак Гарри Поттер, а? – Очень приятно, – сдержанно кивнул Гарри, который обыкновенно не очень любил тех, кто его узнавал. – А вы?.. – Хагрид. Рубий Хагрид, – великан протянул ему руку. – Хранитель Ключей Хогвартса? – Гарри слегка расслабился. – Я о вас слышал от дяди Севера. Хагрид странно хмыкнул, но насмешка на его лице была не злой. – А, от Севера Снейпа... ясно, ясно. Ну, он-то малый неплохой, ниче не сказать... – Хагрид занял очередь к ближайшему гоблину, где было поменьше народа, и Гарри встал с ним рядом. – А тут ты что делаешь? – Жду, – Гарри почти совсем расслабился. Новый знакомый выглядел и говорил простецки, но от него явно не исходило никакой угрозы. – Папа там, – он махнул в сторону, – заполняет анкеты, чтобы мне дали ключ от моего сейфа. – Папа? – Хагрид нахмурился, и Гарри снова подобрался. – Мой приемный отец, – суховато пояснил он, с тоской и легким раздражением ожидая обычного потока вопросов о приемной семье и «настоящих» родителях. Хагрид, однако, тут же развеял его опасения. – А, извиняй, парень, не скумекал, – добродушно сказал он. – Хочет, значит, чтоб ты получил, что по праву причитается? Ну, добро, добро... Ты не серчай, если я чего не так сказал, я-то тебя вот такусеньким помню... – он показал руками. – В самом деле? – с любопытством поинтересовался Гарри. – Вы меня видели маленьким? – Так и есть, так и есть, – закивал Хагрид. – Это ж я забрал тебя, когда Ты-Знаешь-Кто... – он виновато осекся и замялся. – В общем, из развалин дома твоих родителей... Джеймса и Лили Поттеров. – Великан хлюпнул носом, извлек из кармана очень большой и не очень чистый клетчатый платок и принялся тереть глаза. – Понятно, – немного неловко кивнул Гарри, не зная, что еще сказать. Он не хотел обидеть лесничего, который, похоже, искренне распереживался, однако и говорить о Поттерах тоже не хотел. – А вы что тут делаете? – он в общем-то сознавал, что вопрос не слишком приличный, но предположил, что его faux pas спишут на детскую откровенность... если вообще заметят, конечно. – Страшно секретное дело, – подмигнул Хагрид. – Забрать надо кой-чего, профессор Дамблдор велел. Но ты смотри, молчок! Я ничего не говорил! – Он повернулся к гоблину, поскольку как раз подошла его очередь. Отошедший на пару шагов в сторону Гарри, хотя и старался, разнообразия ради, не подслушивать, совершенно отчетливо уловил, что речь шла о сейфе № 713. [align:center]* * *[/align] Размышления Гарри прервал крепкий толчок в спину: Миллисент споткнулась и налетела на него, оба чуть не упали. – Прости, Гарри, – пропыхтела она. – И почему первокурсникам нельзя пользоваться каретами, как всем? – Традиция, – пожал плечами Драко. – Первые впечатления – самые сильные, и все такое. – Еще чуток, и вы увидите Хогвартс! – зычно крикнул Хагрид где-то впереди. – Так, осторожно, не поскользнитесь! Стоп! – О-о! – восхищенно выдохнули обе девочки. Тропинка вывела их к большому озеру. На другом берегу на скале возвышался огромный замок; его ярко светящиеся окна отражались в темной воде озера, а многочисленные башни и башенки были четко видны на фоне звездного неба. – Эффектно, – согласился Драко. – По четверо в лодку, не больше! – скомандовал Хагрид. Ребята послушно забрались в ближайшую к ним лодку; Милли поспешно села на носу, опасливо держась обеими руками за борта. По команде лесничего лодки двинулись к замку, и Милли вцепилась в борта еще сильнее. – Тебя что, укачивает? – удивился Гарри. – Ты же хорошо летаешь! – Не укачивает, – пробормотала Милли. Даже в темноте было видно, что она краснеет. – Я плавать не умею. – Ты же живешь почти у моря! – воскликнула Панси. – Угу, – мрачно кивнула Милли. – Моя мама считает, что это неженственно. Мальчики фыркнули. – Ладно, мы что-нибудь придумаем, – утешила Панси подругу. – Я попрошу своих, чтобы они пригласили тебя с нами во Францию в будущем году. И ты научишься. – Спасибо, – неловко отозвалась Милли, с опаской косясь на волны. – Уже немного осталось, – заметил Гарри. Флотилия подошла к самой скале, и лодки одна за другой скользнули в глубокую расщелину, поросшую плющом. – Пригнитесь! – велел Хагрид. Миновав темный туннель, вскоре они оказались на подземной пристани, откуда Хагрид повел их по лестнице наверх на лужайку перед главным входом в замок и постучал в огромную дубовую дверь. На стук явилась высокая темноволосая ведьма в изумрудной мантии. – Макгонагалл, – шепнул Гарри на ухо брату. Тот кивнул. – Профессор Макгонагалл, я привел первокурсников, – сообщил Хагрид. – Спасибо, – кивнула та. – Дети, идите за мной. Все время, пока заместитель директора рассказывала о Домах Хогвартса, четверка друзей стояла в сторонке, тихонько хихикая и перешептываясь. Наконец Макгонагалл смерила их суровым взглядом, который немного смягчился, едва она увидела Гарри. – Хогвартс всегда был знаменит своими выпускниками. Надеюсь, многие из вас внесут свою лепту в его славу, – профессор завершила речь, глядя ему прямо в глаза. – Я скоро вернусь. Едва она исчезла, все присутствующие разом заговорили, поднялся жуткий гомон. Минуту спустя к ним сквозь толпу пробился Блейз. – Привет! – улыбнулся он девочкам. Мальчики пожали друг другу руки. – Ну, как вы? Я еле увернулся от Нотта с его гориллами. Пришлось плыть с таким смешным увальнем, видели его? Который жабу теряет. И с этой кошмарной занудой. Ужас, а не девочка. – Да, мы уже познакомились, – фыркнул Драко. – Что за гориллы? Нотт обзавелся зоопарком? – Крэбб и Гойл, – вполголоса ответил Блейз, незаметно показывая рукой. Действительно, неподалеку от них стоял мрачный Теодор Нотт и с ним два крупных широкоплечих мальчика. – Хм... – Драко нахмурился. – Если не ошибаюсь, отец избавил их родителей от тюрьмы. Можно попробовать на них повлиять... – А стоит? – возразил Гарри. – Мы все равно не сможем им доверять. Пусть лучше будут на виду. Сомневаюсь, что они посмеют причинить нам серьезный вред, а болтать пусть болтают что угодно. – Он прищурился: – Хотя если они к нам полезут, им же хуже. Милли и Панси переглянулись. – Мальчики, по-моему, вы от нас что-то скрываете... – прозрачно намекнула Панси. – Потом, ладно? – быстро сказал Гарри. – Не здесь. Милли хотела что-то сказать, но тут вернулась профессор Макгонагалл и повела их в знаменитый Большой зал Хогвартса. Распределительная Шляпа спела песню (по мнению Драко, ужасно глупую), и распределение началось. – Аббот, Ханна! – Хаффлпафф! Гарри очень старался не подавать виду, но по мере того как приближалась их очередь, он переживал все сильнее и сильнее. Милли попала в Слизерин – Шляпа не раздумывала ни секунды. Когда на табурет уселась лохматая Грейнджер, Шляпа размышляла куда дольше, но в конце концов отправила зазнайку в Гриффиндор. – Я думал, она попадет в Рэйвенкло, – шепнул Гарри. – Для этого она слишком много разговаривает, – хихикнула Панси. Растяпа с жабой просидел под Шляпой минут пять, не меньше, и – к большому удивлению всей компании – тоже оказался в Гриффиндоре. Подошла очередь Драко – и конечно же, он попал в Слизерин, куда и хотел. Гарри нервничал и беспокойно переминался с ноги на ногу. – Не дрейфь! – шепнула Панси, когда подошла ее очередь, и уверенно направилась примерять Шляпу. Разумеется, и она тоже очутилась в Слизерине. Гарри постарался незаметно вытереть вспотевшие от волнения ладони о мантию и посмотрел в сторону преподавательского стола. Север смотрел на толпу еще не распределенных первокурсников с непроницаемым лицом, но, встретившись взглядом с Гарри, еле заметно кивнул, и мальчик чуть-чуть расслабился. – Поттер, Гарри! По залу пробежал шепоток, кто-то спрашивал: – Она сказала, Поттер? – Тот самый Гарри Поттер? Гарри с трудом удержался от гримасы. Он и без того не сомневался, что скоро фраза «тот самый Поттер» будет сидеть у него в печенках. Да к тому же просто спиной чувствовал пристальные взгляды преподавателей – и в том числе Севера. Стараясь изо всех сил не показать своего волнения, он надел Шляпу и уселся на табурет. «Хм... – раздался тихий голос у него прямо над ухом. – Тяжелый случай. Очень тяжелый. Мужества у тебя хоть отбавляй. И ума хватает, и таланта, клянусь богами... И весьма похвальное желание проявить себя. Любопытно... Куда же мне тебя девать?» «В Слизерин! – отчаянно подумал Гарри. – Драко там, и Милли, и Панси! И потом, папа обрадуется, и Север...» «Твои родители учились в Гриффиндоре, – мягко сказала Шляпа. – Многие ждут, что ты попадешь туда...» «Ну и что? У магглорожденных родители тут вообще не учились! – с досадой возразил он. – И мало ли, кто чего ждет? Я хочу в Слизерин!» «Ну, раз ты настаиваешь... – усмехнулась Шляпа.– Слизерин поможет тебе достичь величия. Но и проблем у тебя будет немало. Удачи тебе, Гарри Поттер...» – Слизерин! Зал замер на мгновение, а потом слизеринский стол взорвался аплодисментами. Гарри снял Шляпу, соскочил на пол и отыскал глазами Драко: тот уже освободил место рядом с собой и радостно махал Гарри рукой. Ошалевший от шума и облегчения Гарри даже не заметил, что прочие факультеты отреагировали на решение Шляпы весьма сдержанно. Чуть ли не бегом он кинулся к слизеринскому столу, где разные незнакомые люди принялись пожимать ему руку и хлопать по плечу. – Добро пожаловать в Слизерин, Гарри! – высокопарно объявил высокий темноволосый парень лет пятнадцати. – Меня зовут Лоренс Степлтон, и я староста. Мы все рады... И действительно, у него на мантии блестел значок. – Да ладно тебе, Ларри, – перебила его рыжеволосая и синеглазая девушка, тоже со значком старосты, – оставь человека в покое. Речи пускай Дамблдор толкает. – Ну, как знаешь, Ливи, – Ларри пожал плечами. – Гарри, это Оливия О'Коннэл, тоже староста. – Очень приятно, – совершенно искренне сказал Гарри: девушка ему понравилась. Наконец с ним поздоровались все, кто хотел, и он с облегчением плюхнулся рядом с Драко. Блейз к этому времени тоже успел устроиться рядом с ними. – Уф... Ну и Шляпа! Я ее еле уговорил! – пожаловался Гарри. – А чего она хотела? – поинтересовался Драко. – Что-то ты и правда долго. – А кто ее поймет, чего она хотела! – фыркнул Гарри, постепенно снова обретая уверенность в себе. – То ей Гриффиндор, то Слизерин... – Хорошо, не Хаффлпафф, – хихикнул Драко. – Да уж, это точно. Хотя Рэйвенкло в каком-то смысле еще хуже... – согласился Гарри. Тут он наконец вспомнил про Севера и посмотрел в сторону преподавательского стола. Мастер Зелий пристально смотрел прямо на него – и, поймав взгляд названого крестника, подмигнул. Гарри попытался улыбнуться в ответ, но Север уже отвернулся, заговорив с каким-то незнакомцем в фиолетовом тюрбане. – Гарри Поттер в Слизерине? – вдруг прошелестел у него за спиной странный голос. Гарри обернулся. У скамьи колыхался устрашающего вида призрак в окровавленных старинных одеждах. Припомнив уроки истории и рассказы Луция, Гарри поспешно вылез из-за стола и поклонился. – Здравствуйте, барон де Комбрэ, – почтительно сказал он. Спохватившись, Драко последовал его примеру. – Наконец-то! – одобрительно прогудел призрак. – Дети, которые знают историю. Если бы не этот плебей Биннс, дела в Британии шли бы намного лучше, помяните мое слово! Поттер в Слизерине, впрочем, – это что-то новенькое... – он смерил Гарри взглядом. – Посмотрим, что из этого выйдет. – Я надеюсь не подвести свой Дом, господин барон, – вежливо, но твердо ответил Гарри. – Посмотрим, – повторил призрак, кивнул на прощание, развернулся и ушел в ближайшую стену. – Вот это да! – восторженно сказала Оливия. – Расскажете мне потом про него, мальчики? Боюсь, что на уроках у Биннса я вечно сплю. – А разве дома... – начал было Блейз, но Оливия его перебила. – Мои родители магглы, – непринужденно сказала она, накладывая себе в тарелку побольше жареной картошки. – Так что мне пришлось учиться всему уже тут. – Оно и видно, – пробурчал Нотт, сидевший поблизости. – Чего еще ждать от... – Заткнись, – сердито одернул его Ларри, – если не хочешь получить взыскание. Нотт набычился, но и в самом деле заткнулся. Драко и Гарри переглянулись: они не ожидали ни присутствия в Слизерине магглорожденных студентов, ни спокойного к ним отношения. Понаблюдав некоторое время за старшекурсниками, они решили, что Ларри просто нравится Оливия и в этом все дело. Наконец праздничный ужин закончился, и старосты отвели новичков в общежитие Дома Слизерин. Слизеринская гостиная оказалась большим, неярко освещенным помещением: резные каменные стены, тяжелые шерстяные гобелены в зеленых тонах, висячие лампы на толстенных цепях, уютные диваны и кресла. – Не расходиться! – властно скомандовал Ларри. – Я знаю, что вы устали, – улыбнувшись, подхватила Оливия, – но, пожалуйста, потерпите еще пятнадцать минут. Сейчас придет наш декан, профессор Север Снейп, и наставит вас на путь истинный. – На этом месте Ларри тихо фыркнул, прикрывая рот рукой. – А уж потом вы отправитесь спать. Действительно, не прошло и пары минут, как скрывавшая вход часть стены отъехала в сторону, и в комнату вошел Север. Он сурово оглядел стоящих посреди гостиной первокурсников. – Итак, – начал он, – вы стали студентами Дома Слизерин. Это накладывает на вас определенные обязательства. Любой ваш поступок отражается на репутации всего Дома, и я не потерплю, чтобы ваше безрассудство имело негативные последствия... – он заложил руки за спину и принялся ходить туда-сюда перед толпой новичков. – Вероятно, вы не раз услышите жалобы других учеников на то, что я никогда не снимаю баллы со студентов своего Дома. Это и в самом деле так, – первокурсники радостно зашумели, но быстро стихли под грозным взглядом Снейпа, – однако это отнюдь не означает, что я их не наказываю. И поверьте мне, вы не хотите испытать это на себе. Мистер Поттер! Гарри вздрогнул, оторвался от разглядывания гобелена с изображением магической дуэли Салазара Слизерина и Годрика Гриффиндора и виновато посмотрел на своего декана. – Не думайте, Поттер, что ваша исключительность дает вам какие-то привилегии, – насмешливо посоветовал Снейп. – Мистер Малфой, вас это тоже касается. Мальчики послушно потупились. Зельевар, ни на мгновение не поддавшись на их покаянный вид, хмыкнул и продолжил: – Без сомнения, вы встретитесь с предубеждениями со стороны студентов других Домов. Я настоятельно требую, чтобы вы не поддавались на возможные провокации. Если вы не в состоянии разрешить проблемы самостоятельно, обращайтесь к старостам. Если же мистер Степлтон и мисс О'Коннэл не смогут вам помочь, я готов выслушать любого из вас в любое время суток. И, пожалуйста, запомните, – он обвел взглядом притихшую гостиную, – мы – Дом Слизерин. Мы лучшие. На мгновение в комнате повисла пауза, а потом сидевшие и стоявшие вдоль стен старшекурсники разразились аплодисментами. – Благодарю, – Снейп поднял руку, и шум снова стих. – Это все на сегодня, увидимся на занятиях. Мистер Малфой, мистер Поттер, зайдите ко мне завтра вечером после ужина. Не дожидаясь ответа, он развернулся и вышел. Как только за деканом закрылась дверь, Оливия обернулась к мальчикам и с интересом спросила: – Чем это вы умудрились привлечь внимание декана в первый же день? Плюнули ему на мантию? – Судьба у нас такая, – театрально вздохнул Драко. – Привлекать внимание Севера. – Да ладно тебе, – возразил Гарри. – Не так уж он страшен. Если не попадать ему снежком в глаз, – с абсолютно серьезным видом добавил он. – И вообще он в нас души не чает. На мгновение в гостиной повисла недоуменная тишина. – Вы точно не заливаете? – наконец спросила Оливия. Мальчишки, улыбаясь, переглянулись. – Точно, – кивнул Драко, ужасно довольный собой. – Дело в том, что Север – наш крестный. – Да? – переспросила Оливия после минутной паузы. – Ну, тогда я вам очень сочувствую. ------------------------------ Faux pas – промах (франц.) Барон де Комбрэ... – имя Кровавого Барона взято из списка «неопознанных» спутников Вильгельма Завоевателя: если где и искать магов, так как раз среди тех таинственных людей, которые перечисляются в числе участников сражений, но чьи родословные не прослеживаются. Источник: The Conqueror and His Companions by J.R. Planché, Somerset Herald. London: Tinsley Brothers, 1874. TBC

Полётчица: Я первая? ) Именно после СЦМ я продолжаю жалеть, что в каноне всё не так. Прекрасно. В то, что здесь написано, хочется верить. Это живо. Это - замечательно. И видно. Почти реально. мы – Дом Слизерин. Мы лучшие. Без комментариев)))).

Мерри: Полётчица Как говорил Льюис, когда никак не находишь книгу, которую тебе хочется прочитать, приходится писать ее самому...

Полётчица: Мерри, и был полностью прав. У тебя, кстати - самая что ни на есть реальная книга). У меня СЦМ фиком назвать язык не поворачивается)

Мерри: Полётчица Спасибо большое за такие комплименты! Я стараюсь. Правда, если бы это был ориджинал, в нем было бы намного больше описаний. Так я все-таки стараюсь не утомлять читателей пересказом канона.

belana: Наконец-то настал час сортировки! Ура! Дети очаровательны, все до единого. А черт Дом Слизерин оказался не таким страшным, как его малюют представители других Домов.

Мерри: belana Если серьезно, я думаю, что представление Гарри о Слизерине сильно искажено, потому что все, кто ему о нем рассказывал, - очень заинтересованные (и пострадавшие) лица: Хагрид, Рон... При этом, если не путаю, Парвати зовет по имени не то Панси, не то Дафну Гринграсс... - кого-то из Слизерина с того же курса. То есть пресловутое противостояние - оно в основном между "заинтересованными" товарищами. Остальные, думаю, куда более спокойно к этому относятся.

outside flo: класс! я наконец-то дождалась распределения, но все равно самое интересное впереди! Мерри, а у тебя есть в голове какое-то окончание? или все идет как идет?

Dginevra: Мерри Ya ne veru svoim glazam!!! Novaya i takaya udivitel'naya, zamechatel'naya glava!!! Spasibo... Мерри пишет: – Гарри Поттер в Слизерине? – вдруг прошелестел у него за спиной странный голос. Гарри обернулся. У скамьи колыхался устрашающего вида призрак в окровавленных старинных одеждах. Припомнив уроки истории и рассказы Луция, Гарри поспешно вылез из-за стола и поклонился. – Здравствуйте, лорд Эльфинстоун [2], – почтительно сказал он. Спохватившись, Драко последовал его примеру. – Наконец-то! – одобрительно прогудел призрак. – Дети, которые знают историю. Если бы не этот плебей Биннс, дела в Британии шли бы намного лучше, помяните мое слово! Поттер в Слизерине, впрочем, – это что-то новенькое... – он смерил Гарри взглядом. – Посмотрим, что из этого выйдет. – Я надеюсь не подвести свой Дом, лорд Эльфинстоун, – вежливо, но твердо ответил Гарри. istinnie aristokrati! Molodec Lucij, ne zrya obuchal detej. Harry s kagdoj glavoj stanovitsya vse izumitel'nej, da i Draco ryadom s Harry ne takoj egoist. Ewe raz ogromnejshee spasibo za chudesnuu glavu.

Полётчица: Представление о Слизерине вообще сильно искажено. Не только у Гарри, а в принципе. Даже, imho, у самой Роулинг. Мне вот это глубоко непонятно - ей просто, по-моему, требовалось сделать кучку "плохих". Что у неё не получилось. У неё вообще неправильное представление своих персонажей, как мне кажется. А Слиз - это уж отнюдь не горстка мальчишей-плохишей, из кожи вон лезущих, чтобы другим напакостить. Это, как мне лично кажется, вообще наиболее целостный факультет из всех четырёх. *моргает* Загнула. Извини, если оффтоп)

Мерри: outside flo Основные события у меня все распланированы примерно до конца 5 курса :) Вопрос в бытовых деталях и прочих радостях... Я вообще крайне редко пишу "как идет" - только драбблы и несвязанные зарисовки. Проблема в том, что план событий - это одно, а увидеть в голове такую картинку, чтобы можно было писать текст, - это совсем другое. Потому и получается так медленно... Dginevra Спасибо большое! Полётчица Фишка в том - и я неоднократно об этом писала - что мы НЕ ЗНАЕМ представления Роулинг! Это величайший фокус ГП-эпопеи. Все книги, кроме нескольких глав, написаны с точки зрения Гарри (т.н. POV третьего лица)! Поэтому почти все, что мы знаем из книг, уже пропущено через его мировосприятие. Исключений не очень много. Начало 4 книги - сцена в доме Реддлов. Начало 6 книги - про премьер-министра и про Снейпа с Нарси и Белл. И все, по-моему.

Элли: Здорово!.. Я беспокоилась о распределении, хотя, конечно, краеугольным камнем и у Роулинг и здесь было страстное ( по-гриффиндорски)желание Гарри. И за возможное уточнение имен спасибо - Гарри и барона. Это делает повествование... в какой-то степени более достоверным и безусловно интересным. Детали много значат в выписывании пространства сказки.

Мерри: Элли Ха, слушайте, а ведь это глюк - с именем Гарри. Должно быть "Гарольд". Хорошо, что вы заметили. Теперь буду думать, где исправлять - здесь или в первой главе. На самом деле этот Гарольд появился как моя маленькая прихоть, а теперь я начинаю опасаться, что она будет мне мешать. Upd. Подумала и исправила в начале. Ни к чему мне все-таки лишнее расхождение с каноном на пустом месте.

leeRA: Мерри Замечательная глава. Все так реалистично, просто верю каждому слову. Мерри пишет: мы – Дом Слизерин. Мы лучшие. Внушительно звучит. После такого действительно расшибешся в лепешку, но не уронишь честь Дома.

BagiraM: а продолжение скоро будет?

Сталина: Мерри, залпом прочитала все 14 глав и в восторге! Впрочем, вы наверняка об этом догадываетесь! И присоединяюсь к вопросуBagiraM BagiraM пишет: а продолжение скоро будет?

Зелёный чай: Мерри Не знаю, где столько времени были мои глаза. Ваш фик - восхитительный подарок читателям. Спасибо, что не бросаете его.

Мерри: Главы 1-14 в новой редакции: http://www.snapetales.com/index.php?fic_id=924 или http://www.fanfiction.net/s/3554624/1/ Глава 15. Зеленое и красное Вечером второго сентября Север готовился к последнему уроку перед ужином, однако машинально выводимый на доске рецепт совершенно не занимал его мыслей. В конце июля, впервые услышав от Дамблдора о том, где и как предполагается спрятать философский камень, Север был, мягко говоря, рассержен и немало встревожен. Прежде всего потому, что хорошо понимал: изобретенные директором средства защиты любой взрослый волшебник, не страдающий недостатком смекалки и образования, счел бы детской забавой. Посему у зельевара были все основания предполагать, что эти так называемые препятствия предназначены отнюдь не для Темного Лорда и его приспешников. А, например, для любопытных одиннадцатилетних мальчишек, которых хлебом не корми, а дай сунуть нос, куда не просят. Когда он поделился своими открытиями с Луцием, тот весьма предсказуемо пришел в ярость. И наверняка поднял бы на ноги Попечительский совет, если бы мог при этом скрыть источник своей осведомленности. Но увы, сделать это, не выдавая Севера, было невозможно, и оставалось только ждать развития событий. Успешный взлом «Гринготтса» в начале августа вызвал серьезный резонанс в международных магических кругах и почти настоящую панику в Малфой-мэноре: кратковременный приступ сильной боли в левом предплечье у Севера и Луция, удивительным образом совпавший с этим происшествием, никак не мог быть случайностью. [align:center]* * *[/align] – Я надеялся, что у нас есть еще хотя бы лет пять, – скрипел зубами Луций, расхаживая по кабинету и нервно зажимая правой рукой левую. – Метка пока еще не видна, – со слабой надеждой возразила Нарцисса, встревоженно наблюдавшая за перемещениями мужа. – Время есть. – Полгода, – отрезал Луций, не останавливаясь ни на мгновение. – Максимум год. Не больше. Что будем делать, Сев? – Понятия не имею, – сумрачно отозвался Север. – А есть варианты? – Пожалуй, нет, – с мрачной усмешкой кивнул Луций. – Хорошо, что мальчики скоро уезжают в школу. Там ты за ними присмотришь. А мы с Цисси займемся поместьем... По-настоящему неприступным его не сделаешь, но думаю, к следующему лету мы сможем посоревноваться с Хогвартсом. – Это реально? – Север скептически посмотрел на друга. – У нас здесь, конечно, не замок... – вздохнул Луций и, наконец перестав бегать, уселся на край стола и принялся постукивать носком сапога, словно взбудораженный школьник. – Но и не Хогвартс, куда должен быть открыт доступ кому попало. Я в состоянии прибегнуть к таким средствам, которых Дамблдор просто не может себе позволить. – Смотри не переусердствуй, – проворчал Север. – Нам не нужны неприятности с Авроратом. – Не беспокойся. – Вопреки серьезности положения, Луций презрительно хмыкнул: – Все будет абсолютно законно. [align:center]* * *[/align] Никаких новых неприятностей с тех пор не случилось – впрочем, и этих было более чем достаточно. И, учитывая все нюансы, вчерашнее распределение Гарри оказалось как нельзя кстати. Мерлин ведает, как бы Северу удалось присмотреть за детьми, окажись они в разных Домах... Он и так-то не ждал от начинающегося учебного года ничего хорошего. Впрочем, кроме явных плюсов – мальчики вместе и под его непосредственной опекой – у такого распределения были и явные минусы. Очень многие, судя по реакции студентов других Домов и немалой части преподавателей, восприняли ситуацию едва ли не как оскорбление. Дескать, как это так: сын Поттеров, юный герой, победитель Волдеморта – и вдруг слизеринец! Неудивительно, что весь сегодняшний день (помимо уроков, конечно) ушел на более чем напряженные разговоры с коллегами. Утро началось с весьма сдержанной записки от Дамблдора, в которой тот приглашал его позавтракать не в Большом зале, а в директорском кабинете – и кое-что обсудить. [align:center]* * *[/align] – Север, я хотел бы знать твое мнение относительно того, что произошло вчера на распределении, – вопреки обыкновению, безо всяких предисловий заявил Дамблдор. – Что именно вас взволновало? – спокойно поинтересовался Север, не в силах отказать себе в удовольствии поддразнить старика. Альб слегка нахмурился, однако почти тут же на его лице снова появилось спокойное выражение. Он указал на кресло напротив, приглашая сесть, и принялся разливать чай по чашкам. – Распределение Гарри, – признал он, усаживаясь. – Я не ожидал, что он попадет в Слизерин. – Почему вас это беспокоит? – в лоб спросил Север, намазывая тост маслом. Сколько раз его доводила до бешенства негласная неприязнь директора к Слизерину, однако доселе ситуация не позволяла выразить свой протест и негодование – и вот впервые обстоятельства сложились в его пользу и появилась возможность это сделать. Загнанный в угол, Дамблдор поджал губы и посмотрел на зельевара в упор. Север глаз не отвел, но на всякий случай укрепил мысленные щиты, выпустив на поверхность сознания воспоминания о разного рода повседневных мелочах. К его облегчению, впрочем, директор не стал прибегать к легилименции. – Возможно, я неправ, – неохотно признал он. – Просто я не слишком люблю подобного рода сюрпризы. Что-то в его тоне лишило Севера долгожданного мгновения торжества – казалось, старого мага одолевают какие-то мрачные предчувствия, которыми тот не желает делиться. Плохо, очень плохо: им с Луцием так и не удалось узнать ничего касательно шрама Гарри – и неожиданные способности мальчика к змееязу так до сих пор и остались необъясненными. Если Дамблдор скрывает от них что-то настолько важное... дело наверняка хуже некуда. Спохватившись, что молчание чересчур затянулось, зельевар вернулся к разговору: – Я думаю, это пойдет на пользу и самому Гарри, и Хогвартсу. Гарри научится ладить с людьми разного круга, его пребывание в Слизерине хорошо скажется на репутации моего Дома, а студенты других Домов усвоят наконец, что слизеринец и темный волшебник – не одно и то же. – Или уверятся в том, что Гарри уже сейчас склоняется к Тьме, – вздохнул Дамблдор, поджимая губы, и вокруг его рта пролегли глубокие складки. – Надеюсь, сами вы этому не верите? – резко спросил Север, выпрямившись. Да что же такое старик скрывает! – Конечно нет, – без промедления отозвался директор, однако глаза его были холодны. – И я искренне надеюсь, что мои ожидания оправдаются. Кстати... – Чуть прищурившись, он поправил очки и неожиданно заметил: – Мальчик мой, я давно ждал случая тебе сказать одну вещь. Я очень рад, что ты так относишься к Гарри. И я уверен: Лили бы гордилась тем, как ты изменился. Это был удар ниже пояса. Север не раз мучился вопросом, что бы сказала Лили, узнав, кто растит ее мальчика и какое участие принимает во всем этом он сам. Пришла бы в ярость? Или, напротив, сочла бы его достойным чести охранять благополучие ее сына? Учитывая все обстоятельства – ох, вряд ли! Однако он ничем не выдал своего гнева. – Сильно сомневаюсь, – спокойно произнес он, сознавая, что отрицать свою искреннюю привязанность к Гарри попросту бессмысленно. – Впрочем, это уже не имеет никакого значения. Дамблдор очень удивленно посмотрел на него поверх очков. – Неужели? Я думал, ты... Довольно! Сдерживаться и дальше было выше его сил. – Вы думали, я всю жизнь проведу, оплакивая её, словно влюбленный пятнадцатилетний сопляк?! – рявкнул Север, вскакивая. Он прекрасно понимал, что если бы не Луций, решивший взять под опеку отпрыска Поттеров, то наверняка все именно так и сложилось бы. И, конечно, от этого разозлился еще больше. – И кому от этого было бы легче? Гарри?! Один раз за мои ошибки уже расплатились другие люди. Я усвоил урок, директор. И больше ошибаться не намерен. А теперь – простите, меня ждут студенты. Уже в дверях его остановил тихий, очень тихий зов Дамблдора. – Север. Он резко обернулся: старый маг в эту минуту выглядел точно на свой возраст. – Извини меня, мальчик мой. – Я постараюсь, – ответил Север после короткой паузы и, суховато и неловко кивнув на прощание, вышел. [align:center]* * *[/align] Не менее занимательная беседа состоялась позже – с Минервой Макгонагалл. Все утро она сердито косилась на зельевара и только что не шипела, словно рассерженная кошка. Можно было поспорить, что ей до смерти охота поточить об него когти. Наконец после обеда ей удалось отловить его в главном холле, чтобы «поговорить начистоту». – Север, меня крайне беспокоит распределение мистера Поттера, – без лишних церемоний начала она. – Джеймс и Лили были воплощением Гриффиндора, и я не уверена, что их сыну место в Слизерине... – Минерва, – прервал ее Север, на сей раз ничуть не скрывая мстительного удовлетворения, – позволь сообщить тебе одну простую вещь. Гарри вырос среди слизеринцев. Половину своих одноклассников он знает с раннего детства. Уверяю тебя, в моем Доме ему будет комфортнее, чем где бы то ни было. – Но его родители... – слабо возразила Макгонагалл. Очень хотелось заметить, что Луций и Нарцисса слизеринцы, но он все-таки удержался от искушения, хотя и с немалым трудом. – Если Джеймс Поттер, – холодно произнес он, – был настолько идеальным родителем, как все предполагают, то для него не имело бы значения, где учится его ребенок. А если нет, то Гарри безусловно заслуживает лучшего отца, тебе не кажется? – Уж не себя ли ты им считаешь? – вскипела Минерва. – Конечно нет, – Север усмехнулся. – Я всего-навсего его декан и названый крестный, если так можно выразиться. Выпустив эту парфянскую стрелу, он развернулся и поспешил вниз, в подземелья: до начала урока оставалось не более пяти минут. [align:center]* * *[/align] – Нужно найти место, чтобы поговорить с Панси и Милли, – вполголоса сказал Гарри, когда они спешили к лестнице из подземелий на первый этаж – ужинать в Большой зал. – Нотту нельзя доверять, так что наша спальня отпадает, а к девчонкам не пройдешь. – Угу, – кивнул Драко. – Нам бы не помешала какая-нибудь тайная комната. Север наверняка знает что-нибудь в таком духе. – Только нам ни за что не скажет, – усмехнулся Гарри. Потом его осенило: – Слушай, я знаю. Надо спросить Барона! – Ты гений! – Драко заулыбался, продолжая прыгать через две ступеньки. Гарри не отставал, и на выходе в холл они налетели на давешнего растяпу с жабой. Тот торопился в Большой зал в компании лохматой Грейнджер и каких-то девчонок, чьих имен Гарри накануне не услышал. За ними – но не с ними – следовал рыжий Уизли и еще двое первокурсников в гриффиндорской форме. В результате на полу образовалась небольшая куча мала – в сторону успели отскочить только девочки. – Смотри, куда прешь, ты! – взъярился Уизли, поднимаясь на ноги. – Думаешь, вам тут все можно? – Тебя не спросили! – огрызнулся Драко и принялся тщательно отряхиваться. – Заткнись! Гарри вздохнул: похоже, одним врагом за пределами факультета они уже обзавелись. Мало им Нотта! – Извини, Невилл! – сказал он, в последнюю минуту припомнив, как зовут растяпу, и помог ему собрать рассыпавшиеся по полу свитки. – Ничего, Гарри, – робко улыбнулся тот. – Ты тоже извини, э-э... Драко? – Не за что, Лонгботтом, – буркнул Драко, всем своим видом показывая, что дальше обращать внимание на Уизли будет попросту ниже его достоинства. – Привет, мальчики! – Грейнджер подошла ближе и деловито принялась поправлять и без того смущенному Невиллу перекосившийся галстук, не переставая тараторить: – Все так интересно, правда? Мне почти удалось трансфигурировать спичку в иголку, представляете? Больше ни у кого ничего не получилось, и профессор Макгонагалл сказала... – Чего ты с ними разговариваешь! – оборвал ее Уизли. – Это слизеринцы! – Я заметила, – ядовито отозвалась та, фыркнув и уперев руки в бока. – Они, в отличие от некоторых, хорошо воспитаны. Драко, несмотря на тихую неприязнь к говорливой гриффиндорке, самодовольно хмыкнул. Рон побагровел и сжал кулаки. Гарри и Невилл растерянно переглянулись. Неизвестно, чем бы все закончилось, если бы из-за угла неожиданно не появилась профессор Макгонагалл. – Что здесь происходит? – поджав губы, поинтересовалась она у встрепанной компании. Под ее грозным взглядом поежился даже рыжий задира, а бедняга Невилл так и вовсе побледнел. – Я просто хотела поговорить с мальчиками, профессор, – быстро вставила Гермиона, прежде чем кто-либо еще успел открыть рот, и показала рукой на Гарри и Драко. – Мы с Невиллом познакомились с ними в поезде. Уизли почему-то это не нравится. Что, разве дружить с учениками других Домов запрещено? Макгонагалл чуть не поперхнулась. Драко закатил глаза и пробормотал себе под нос что-то, подозрительно похожее на «магглорожденная гриффиндорка», но, по счастью, услышал его только Гарри. – Нет, мисс Грейнджер, разумеется, это не запрещено, – наконец выдавила преподаватель трансфигурации. – Однако если вы все задержитесь еще немного, то, чего доброго, останетесь без ужина. Я думаю, вам стоит продолжить разговор в другое время и в другом месте. Коротко кивнув на прощание, Макгонагалл направилась в Большой зал. Едва она миновала двери туда, как повисшую напряженную тишину нарушил Уизли. – Предательница! – выплюнул он, скривившись, и последовал за своей деканшей, громко и сердито топая. Двое его приятелей, чьих имен Гарри так и не вспомнил, не отставали от него, хотя так ничего и не сказали. Вместо ответа Грейнджер вздернула нос и скомандовала: – Невилл, идем ужинать. Увидимся позже, мальчики! Лонгботтом вздохнул и поплелся за ней. [align:center]* * *[/align] – Что ты с ними возишься? – тихо спросил Драко несколько минут спустя, когда они уселись за слизеринский стол и принялись за бараньи отбивные с горошком и картофельным пюре. – Я думаю, – спокойно ответил Гарри, – что нам не помешают друзья в других Домах. – Хороши друзья, – фыркнул Драко. – Рассеянный мямля и настырная всезнайка. Да еще, кажется, ябеда. – Зато она спасла наши шкуры, – возразил Гарри. – Неизвестно, кому бы поверила Макгонагалл, нам или Уизли. Степлтон говорит, что Макгонагалл не очень-то любит слизеринцев. А так она даже баллы ни с кого не сняла. – Ладно, – проворчал Драко. – Посмотрим, может, от этой идеи и будет какой-нибудь толк. Жуй давай, нам еще к Северу сегодня надо успеть. [align:center]* * *[/align] Впустив мальчиков в кабинет, Север немедленно наложил на дверь запирающие и заглушающие чары и только потом жестом предложил им сесть. Стулья перед гигантским рабочим столом, уставленным всевозможными пробирками и заваленным свитками и перьями, были невероятно неудобны и жестки – чтобы провинившиеся студенты чувствовали себя под грозным взглядом декана еще более неуютно. – Я слышал, – начал он, усаживаясь в свое кресло, – что вы уже успели пообщаться с гриффиндорскими первокурсниками. Есть что-нибудь, о чем вы хотите мне рассказать? Драко беззаботно пожал плечами. – Гарри думает, что нам стоит передружиться со всем Хогвартсом, – чуть ехидно сообщил он. – Я думаю, – парировал Гарри, – что не стоит враждовать со всем Хогвартсом из-за бессмысленных предрассудков. Север невесело хмыкнул, невольно вспомнив себя самого, Лили Эванс и один чрезвычайно бурный спор с Луцием, примерно через месяц после первого приезда в Хогвартс. – Вот чего действительно не стоит делать, – заметил он, сплетя пальцы и чуть откинувшись в кресле, – так это эпатировать весь Хогвартс. Хотя в чем-то ты прав. По крайней мере, Минерва несколько успокоится, если убедится, что в тебе не воспитали ненависти к Гриффиндору. – Макгонагалл? – встрепенулся Гарри. – Она что-нибудь говорила? – Профессор Макгонагалл, – несколько желчно отозвался Север, – обеспокоена твоим распределением. Как и вся остальная школа, во главе с директором. – Он устало потер виски и вздохнул. – Отчасти ради этого я вас сюда и позвал. Полагаю, вы и без того догадались, что многие предпочли бы видеть Гарри в Гриффиндоре. – Шляпа предупреждала меня об этом, – безразлично согласился Гарри. – Я отказался. – И правильно сделал, – проворчал Драко. – Правильно или неправильно, теперь уже поздно что-либо менять, – серьезно произнес Север. – Обзавестись друзьями в разных Домах – более чем неплохая идея. Но есть несколько вещей, которые следует учесть. Во-первых, профессор Дамблдор и другие учителя будут пристально наблюдать за вами обоими, по крайней мере, первые несколько недель. Чем меньше вы привлечете к себе внимания, тем лучше. Поэтому – делайте что хотите, но никаких публичных конфликтов. Или, – он усмехнулся, – хотя бы постарайтесь свести их к минимуму. И Драко, мальчишка Уизли не стоит того, чтобы заполучить из-за него неприятности. Драко насупился, но кивнул. – Во-вторых, я бы хотел напомнить о давешнем предупреждении директора насчет запертого крыла на четвертом этаже. Угроза мучительной смерти – это не шутка, мальчики, и даже не преувеличение. Не смейте туда соваться. – Он помедлил, но потом, решившись, продолжил: – Однако если увидите, что поблизости кто-то крутится, я хотел бы знать. Я не в состоянии быть везде одновременно, а это может оказаться очень важно. Поняли? – Поняли, – ответил Гарри. – А что там? – А вот это, – хмыкнул Север, – вам знать совершенно необязательно. Есть еще вопросы? – Есть! – закивал Драко с выражением абсолютной невинности на лице. – Как попасть в квиддичную команду? – Сдать экзамены за первый курс и успешно перевестись на второй, – усмехнулся зельевар. – Все, брысь отсюда оба, пока я не нашел, чем вас занять. Когда за хихикающими мальчишками закрылась дверь, Север вздохнул, решительно придвинул к себе летние эссе второго курса, вооружился вечным пером с красными чернилами и принялся за проверку. Как ни странно, после разговора на душе полегчало, и он даже позволил себе иллюзию надежды, что так или иначе все уладится. [align:center]* * *[/align] Гарри и Драко повезло: на Кровавого Барона они наткнулись буквально через два десятка шагов – де Комбрэ задумчиво пересекал коридор, выйдя из одной стены и направляясь к противоположной. – Добрый вечер, господин барон! – Здравствуйте, господин барон! – Какие любезные молодые люди, – хмыкнул призрак, останавливаясь. – Сознавайтесь сразу, что вам от меня нужно? Мальчики переглянулись. – Видите ли, господин барон, – вполголоса начал Гарри, – в связи с некоторыми... э-э-э... политическими осложнениями нам бы хотелось найти место, где можно без помех побеседовать с друзьями. Вы не могли бы дать нам совет? Кровавый Барон смерил его пристальным взглядом. – Помнится, один прыткий юноша уже однажды просил меня о таком одолжении... лет пятьдесят назад, – загадочно отозвался он. – Добром это для него не кончилось. Мне не хотелось бы навлечь на вас неприятности. – Мы ничего такого не затеваем, – вполне искренне заверил Гарри. – Слово чести. Просто хотели найти место, где нас никто не побеспокоит. – Не все в Доме Слизерин рады однокласснику-полукровке? – проницательно поинтересовался барон. Гарри порозовел и гордо выпрямился. – Лили Эванс была могущественная ведьма, – процедил он. – Я не собираюсь стыдиться своего происхождения. Если вы не хотите помочь нам, барон, мы справимся сами. Де Комбрэ хмыкнул. – О дерзость юности... Хорошо, я помогу вам. Следуйте за мной. [align:center]* * *[/align] На следующее утро за завтраком Север с некоторой тревогой косился на шепчущуюся четверку новоиспеченных слизеринцев. Всякий раз, когда эта компания шушукалась настолько оживленно, дети непременно затевали какую-нибудь проказу. Север искренне надеялся, что их затея не имела никакого отношения к запретному коридору. Машинально расправляясь с овсянкой, он раздумывал, как бы узнать, не удалось ли Луцию выяснить что-нибудь ценное касательно подробностей взлома того самого сейфа в «Гринготтсе», когда его размышления прервал Хагрид. – Гарри-то славный малый, – добродушно заметил великан. – И друг его этот, беленький-то, тож ничего. Ты уж присмотри за ними, Сев, а? – Всенепременно, – суховато отозвался Север, привычно разрываясь между симпатией и легким раздражением. В отличие от многих других членов Ордена Феникса, Хагрид всегда относился к нему с неизменной приязнью, но зельевар подозревал, что лесничий втайне считает его кем-то вроде строптивой или опасной зверушки, требующей особой осторожности в обращении. – Д-д-давно м-м-мечтал п-познакомиться с м-мальчиком, – выдавил Квиррелл, и на сей раз скрыть гримасу стоило Северу большого труда. Зельевар и до пресловутой экспедиции в Албанию терпеть его не мог – из всех выпускников Дома Рэйвенкло этот, по его мнению, относился к наихудшей разновидности: мечтатель-зануда. Наличие блестящего ума почему-то не мешало Квирреллу довольно слабо разбираться в преподаваемом предмете: рэйвенкловец происходил из древней магической семьи и магглов по большей части видел исключительно на картинках. Север не сомневался, что защиту от Темных Искусств постигнет та же судьба, что и маггловедение: в конце концов, даже поездка в регион, где водятся вампиры, вряд ли может всерьез считаться за боевой опыт. Пара учебных дуэлей с Луцием и то научили бы большему. Но мнением Севера на сей счет, как обычно, никто не поинтересовался, а посему он держал свои соображения при себе. – Учитывая, что у первого курса сегодня первая пара ЗОТИ, – язвительно заметил он, – у тебя есть все шансы, Квирин. Если, конечно, ты найдешь мужество добраться до класса. – Север, – с мягкой укоризной произнес Альб. Однако от внимательных глаз зельевара не укрылись ехидная улыбка Макгонагалл и тихое фырканье Хуч: обе тоже недолюбливали Квиррелла, уж Мерлин ведает за что. – Прошу прощения, директор, – спокойно отозвался зельевар. – Я не хотел никого обидеть, Квирин. Квиррелл кивнул, принимая извинения, и на этом инцидент был исчерпан. Север отодвинул пустую тарелку и уже собрался было уходить, когда взор его снова упал на компанию слизеринских первокурсников. Случайно повернувшийся к нему Гарри весело улыбнулся, потом скользнул рассеянным взглядом дальше вдоль преподавательского стола... и вдруг вздрогнул, поморщился и потер рукой лоб, будто у него внезапно разболелась голова. Нахмурившись, Север покосился в сторону: Квирин Квиррелл не сводил с Гарри глаз. TBC

precissely: Мерри поздравляю с продолжением=)) ниасилил я пока начало, так что временно без комментариев. Но процесс идет...

Мерри: precissely Спасибо! О, это очень здорово, что ты читаешь... Учитывая, что это самая дорогая мне вещь...

precissely: Мерри О, это очень здорово, что ты читаешь... Учитывая, что это самая дорогая мне вещь.. для меня странно, почему я ее пропустила весгда была уверена, что все твое у меня прочитано и аккуратненько сложено в папочку..

Мерри: precissely А чего мы пишем скрытым текстом? ;) Да просто СЦМ очень старый фанфик, очень медленно я его ваяю...

precissely: Мерри А чего мы пишем скрытым текстом? ;) а кто нас знает? заинтриговать народ наверное хотим=)) Ты рассчитываешь сделать СЦМ по 7 книгу канона включительно, да?

Мерри: precissely Ну-у... *стучит по дереву* хотелось бы. Боюсь загадывать. Какие-то наброски у меня уже написаны вплоть до пятой, но очень отрывочно... дальше пока не думала еще.

precissely: Мерри *подставляет голову для стука* Буду держать ВСЕ пальцы крестом, чтобы у тебя получилось

leeRA: Мерри, Спасибо за новую главу!

Ferry: Клааасс... *вздохнула довльно* Такие переклички с каноном чудные )))

Menzula: Мерри спасибо за продолжение. Такой фик замечательный, что одной главы мне мало. Пойду перечитывать первые 14 глав в отредактированном варианте. )))

Мерри: leeRA Menzula Ferry Я старалась :kiss:

Irana: Мерри Чудесное продолжение! Читается на одном дыхании. С каждой главой любопытство терзает все сильнее - что же будет дальше. И как будет. А то, что мы видим не только детей (Как у Роулинг), но и взрослых делает происходящее многомернее и интереснее. Ты видишь происходящее сразу на нескольких уровнях. Здорово! Мне очень понравился разговор Дамблдора с Севером. Мне все-таки кажется, что оплакивать себя и свою несостоявшуюся любовь (чувство, а не женщину) всю жизнь - это как-то... инфантильно что ли. А дать отпор директору нужно и важно, хотя, на мой взгляд, так взвешенно и серьезно Снейп в книге отпора не давал. Там больше эмоций было, от которых легче отмахнуться и которыми легче манипулировать. Твоим Севером так легко управлять не получится :) Его убеждать надо. Дети шикарны. А описание Гермионы вообще прелесть. "Лохматая девочка" и "Ой, кошмар" улыбнуло, настолько точно и с юмором. Я понимаю, что Рон и Драко вещи почти несовместимые, но неужели Уизли возглавит еще одну оппозицию? Или тролль их помирит?

Полётчица: Я аплодировала, честно). Особенно на "Я постараюсь" и разговоре Грейнджер с ребятами. Настолько живо, настолько ясно... От главы к главе не перестаю укрепляться в мысли, что все это вот так и должно было быть. Потрясающе. Стопроцентный респект.

Мерри: Irana хотя, на мой взгляд, так взвешенно и серьезно Снейп в книге отпора не давал. Там больше эмоций было, от которых легче отмахнуться и которыми легче манипулировать. Твоим Севером так легко управлять не получится :) Его убеждать надо У него другой опыт уже. К счастью. Канонический Север все эти годы варился в собственном соку - в своем горе, в чувстве вины, в ненависти к себе и другим... А тут Север получил 6 лет настоящей передышки. И семейной поддержки. У него есть, что противопоставить манипуляциям Дамблдора - хотя легко ему все равно не будет. Я понимаю, что Рон и Драко вещи почти несовместимые, но неужели Уизли возглавит еще одну оппозицию? Или тролль их помирит? Я на всякий случай спойлер спрячу под кат, хорошо? :) Я в принципе хотела писать трехстороннюю систему: ТЛ - Дамблдор и ОФ - Малфои и К. Рон в любом случае будет на стороне Дамблдора, как и его родители, однако союзничество между ОФ и Малфоями, хотя и неохотное и шаткое, не просто возможно, но неизбежно. Другое дело, что стороны друг друга не выносят - как Захария Смит и Гарри в оригинале, например. А кое-кто - так просто как в оригинале (когда на сцене появятся Мародеры, например)... Полётчица

precissely: Мерри

Rendomski: Однако если увидите, что поблизости кто-то крутится, я хотел бы знать. Какой прекрасный предлог для того, чтобы покрутиться там самим ! Мерри, спасибо за продолжение!

Ilmira: Спасибо!!!

Мерри: Глава 16. Дипломатия Все утро Гарри пребывал в полнейшем восторге: даже предсказуемые подначки Нотта не смогли испортить настроение после того, что показал им накануне вечером барон де Комбрэ. * * * Не дойдя немного до коридора, ведущего к слизеринскому общежитию, призрак свернул налево, жестом приказав мальчикам следовать за ним. Миновав еще один ответвляющийся проход, де Комбрэ вскоре привел их в короткий тупиковый коридор, увешанный портретами каких-то мрачных типов в черных и зеленых одеяниях. – Галерея Деканов, – коротко сообщил он. – Как-нибудь позже, когда выдастся время, я вас познакомлю со всеми. А сейчас запоминайте. Призрак подплыл к самой дальней картине на левой стене и тихо произнес: «Оркнейская слава». На портрете пожилой сутулый темноволосый мужчина в простой черной мантии и кожаном фартуке оторвался от чтения каких-то ветхих на вид свитков и проворчал: – Можно подумать, много пользы принесла Оркнеям эта слава... Чего ради ты тревожишь меня, Комбрэ? В твоем состоянии ты прекрасно можешь обойтись и без меня. – Я-то, возможно, и могу, но гости мои – нет. Позволь представить, Герайнт. Это Гарри Поттер и его названый брат Драко Малфой. Молодые люди, перед вами принц Герайнт Хитроумный, второй декан Слизерина и семнадцатый потомок младшего сына королевы Моргаузы и короля Лота. Мальчики вежливо поклонились портрету. Герайнт хмыкнул. – Кого ты надеешься поразить, Комбрэ? Спустя тысячу лет все эти имена имеют мало значения. – Он прищурился: – Гарри Поттер? О тебе много говорят в замке, мальчик. – И наверняка половина вранье, – проворчал Гарри себе под нос. – Если не всё. Как языки-то не отсохнут... Герайнт расхохотался. – Мне нравится сей юнец, Комбрэ. Он далеко пойдет, помяни мое слово. Ты хочешь, чтобы я пропускал их сюда, верно я понимаю? – Именно так, – с достоинством кивнул Кровавый Барон. – Их и тех, кого они приведут с собой. – Добро пожаловать, – улыбнулся Герайнт, и рама портрета неожиданно повернулась на петлях, открывая темный узкий коридор. Призрак взмахом руки зажег факелы на стенах и уверенно двинулся вперед. Проследовав за ним, мальчики оказались в просторной круглой комнате с несколькими дверями по сторонам. Гарри огляделся: на стенах – тяжелые шерстяные гобелены и невероятное количество самого разнообразного оружия; вдоль них – несколько огромных сундуков, окованных медью. В центре большой длинный стол и тяжелые деревянные кресла с высокими прямыми спинками и простыми подлокотниками. У волшебного окна в дальней стене – некое подобие лежанки или лавки, прикрытое шерстяным клетчатым пледом... Все это настолько напоминало иллюстрацию к историческому роману, что завороженному Гарри понадобилось несколько лишних секунд, чтобы сообразить, куда именно привел их призрак Дома Слизерин. – Это ваши личные покои, господин барон? – негромко спросил он. – Верно, – кивнул де Комбрэ. – Добро пожаловать. – Вы уверены, что мы вам не помешаем? – уточнил Драко, стараясь соблюсти приличия, хотя видно было, что на самом деле все его мысли сейчас занимает висящий на стене длинный английский лук – между прочим, в отличном состоянии, судя по виду. – Я уверен, что в ближайшие семь лет мне не придется скучать, – хмыкнул барон. – Вы можете приводить сюда своих друзей. При одном условии. Если кто-нибудь из вас хоть одним пальцем прикоснется к моему оружию, вы сюда больше не попадете. Драко, как раз собиравшийся взять со стены небольшой кинжал, поспешно отдернул руку и слегка надулся. – Понимаете ли, мне бы не хотелось объяснять Снейпу или директору Дамблдору, каким именно образом один из вас лишился глаза, руки или еще чего-нибудь, – усмехнулся призрак. – Так что лучше держитесь от стен подальше. Уговор? – Уговор, – согласился Гарри. – Уговор, – вздохнул Драко. Удостоверившись, что они запомнили пароль (склонившийся над своими свитками Герайнт хмыкнул, но ничего не сказал), де Комбрэ проводил их назад к слизеринской гостиной. У самого входа они наткнулись на Оливию. – Где, интересно знать, вы ходите? – строго спросила она. – Отбой был полчаса назад. – Мы были у профессора Снейпа, – честно ответил Драко с самым невинным видом, на какой был способен. Оливия прищурилась. – И что, декан задержал вас и не выдал пропуск? Это на него не похоже. – Просто на обратном пути мы свернули в другую сторону, – не менее честно пояснил Гарри. – Господин де Комбрэ оказал нам любезность и проводил сюда. Девушка смягчилась. – Ах, вы заблудились... Спасибо, господин барон, что присмотрели за ними. Мальчики, я понимаю, что вам ужасно любопытно, но первое время все-таки не ходите по подземельям одни. Если декану придется посылать за вами поисковую партию, поверьте, он будет очень недоволен. – Мы постараемся, – закивали оба. – Вот и хорошо, – кивнула Оливия. – А теперь идите к себе. Медлить они не стали – поклонились на прощание Кровавому Барону и тихо прошмыгнули внутрь. * * * Теперь Гарри не терпелось поделиться новостями с Блейзом и девочками, но пока что это было, увы, невозможно: говорить при всех в Большом зале не хотелось, а после завтрака их ждал целый день уроков. Дожевывая тост, Гарри рассеянно оглядывал зал, наблюдая за слизеринцами, студентами других факультетов, преподавателями... Встретившись глазами с крестным, он улыбнулся, в ответ Север кивнул, и уголки его губ чуть приподнялись. Гарри перевел взгляд на его соседа, профессора Квиррелла... и чуть не взвыл: стоило учителю ЗОТИ поднять голову и посмотреть прямо на него, как шрам на лбу пронзительно и резко заныл. Поморщившись, Гарри потер ладонью лоб, отвернулся... и боль тут же прошла. Странно. Очень странно. * * * Защита от Темных Искусств прошла более чем странно. Постоянно заикающийся Квиррелл начал урок с сообщения о том, как он счастлив наконец познакомиться с «н-нашей н-новой з-з-знаменитостью». Этот жалкий, нервный, воняющий чесноком тип в идиотском тюрбане был бы смешон... если бы не странные косые взгляды, которые он украдкой бросал на них с Драко, видно, думая, что этого никто не замечает. Хорошо хоть, голова больше не болела. Гарри в конце концов решил, что это было просто совпадение, и порадовался, что не успел никому рассказать. На него и так пялилась половина школы. Защита у них была с Хаффлпаффом. Перед началом урока, пока не пришел Квиррелл, Драко выставлялся неимоверно, совсем засмущав хаффлпаффских девчонок. Конец этому безобразию положила Панси. Повернувшись к племяннице Амелии Боунс, Сьюзен, Панси лукаво улыбнулась: – Не обращай внимания на этого павлина. Он ничего, когда перестает важничать. Драко аж поперхнулся от возмущения, но Гарри, Блейз и Милли захихикали, а Сьюзен улыбнулась. – Вы давно друг друга знаете, да? Лед был сломан. * * * Последним уроком перед обедом у слизеринских первокурсников было зельеварение. На сей раз с гриффиндорцами – на этой мысли Драко тихо скрипнул зубами. Представители львиного Дома раздражали его неимоверно – вне зависимости от того, были ли они настроены враждебно, как Уизли, или дружелюбно, как Грейнджер. «Еще немного, – подумал он, подходя вместе с Гарри к кабинету зельеварения, – и я начну уважать хаффлпаффцев. Они хоть тихие!» Увы, ближайший час им предстояло соседствовать с гриффиндорцами. Садясь за парту рядом с Гарри, Драко сухо кивнул в ответ на робкое приветствие Лонгботтома и кисло улыбнулся постоянно тараторящей Грейнджер. – У тебя что, зубы болят? – шепотом поинтересовался Гарри. Покосившись на брата, Драко заметил насмешливый блеск в глазах и понял, что его дразнят. – Нет, – процедил он, – руки чешутся дать кому-нибудь по шее. – Аллергия? – хихикнул Гарри. – Угу, – проворчал Драко. – На идиотов. – А-а, – понимающе кивнул Гарри. – Тяжелый слу... – Мистер Поттер! – неожиданно рявкнул Север у них над ухом. – Будьте любезны поделиться с классом, что занимает вас настолько, чтобы забыть, где находитесь? – Я прошу прощения, сэр, – Гарри и глазом не моргнул. – Я попросил Драко поспрашивать меня по списку базовых ингредиентов. Мы увлеклись. – Вот как? – холодно уточнил Север, но Драко, не сводивший с него глаз, успел заметить, что уголки губ крестного чуть дрогнули в улыбке. – В таком случае, вы наверняка знаете, что такое безоар. Не успел Гарри и рта раскрыть, как Грейнджер за соседней партой вскинула руку вверх. Снейп, однако, не обратил на нее ни малейшего внимания. – Безоар – это универсальное противоядие, сэр, – между тем ответил Гарри. – Представляет собой камень, который извлекают из желудка козы. – Очень хорошо, – кивнул Север. – Что такое борец и чем он отличается от аконита? Грейнджер вскинула ладонь еще выше, подпирая правый локоть левой рукой. – Борец – это название рода растений семейства лютиковых, то же, что аконит. Латинское название Aconitum, – не моргнув глазом отвечал Гарри. – Правильно, – проворчал Север. «Два-ноль в нашу пользу», – успел подумать Драко, прежде чем услышал новый вопрос крестного: – Кто скажет, что входит в состав Глотка Живой Смерти? Драко очень постарался не хихикать. В попытках быть замеченной Грейнджер аж приподнялась со стула – безрезультатно. – Мистер Поттер? – Полынь и толченый корень асфоделя, – ответил Гарри. – Верно, – удовлетворенно кивнул Север. – Три балла Слизерину. И еще два за педагогические способности мистера Малфоя. Драко услышал, как Грейнджер возмущенно выдохнула. К несчастью для гриффиндорки, Север ее тоже услышал. – Сядьте, мисс Грейнджер, – резко произнес он. – Я, кажется, не просил вас подниматься. Кроме того, в Хогвартсе принято дожидаться, пока вам зададут вопрос, прежде чем издавать разнообразные звуки во время урока. Потрудитесь вести себя прилично, иначе в следующий раз я сниму с вас баллы. – Зельевар обернулся к остальному классу: – А вы чего ждете? Записывайте! Красная от стыда, девочка опустилась на стул. Гарри закусил губу. Драко вопросительно покосился на него. «Зря он так, – быстро написал Гарри на полях приготовленного пергамента. – Она, конечно, невоспитанная, но ведь она же ничего о магах не знает...» «Так ее и надо воспитывать, – яростно чиркая пером, не согласился Драко. – Ей только на пользу...» – Если вы не прекратите свои эпистолярные экзерсисы, – прошипел Север у них над головами, – я вас рассажу на весь год. Это последнее предупреждение. Понимая, что крестный не шутит, дальше мальчики работали не отвлекаясь. * * * К концу урока Слизерин заработал еще пять баллов, а Гриффиндор потерял десять – за безнадежно испорченное зелье Лонгботтома и несколько неправильных ответов. Гермиону так и не спросили. Когда первокурсники толпой вывалились в коридор, гриффиндорка кипела от возмущения. – Это нечестно! – восклицала она. – Так просто нельзя! Я ничего не сделала! Он... он... несправедливый мерзкий тип! Никто не успел и рта раскрыть, как в повисшей гробовой тишине раздался холодный голос Севера: – Крайне занимательное мнение, мисс Грейнджер. Десять баллов с Гриффиндора и взыскание у меня в кабинете сегодня вечером. Жду вас ровно в восемь. А теперь ступайте все наверх! – Но сэр... – начал было Гарри. – Я сказал, ступайте! Вас это тоже касается, мистер Поттер! – раздраженно рявкнул зельевар. – Если не хотите составить мисс Грейнджер компанию! Север захлопнул дверь. Первокурсники, громко перешептываясь, побрели к выходу из подземелий. – Вот сволочь... – пробормотал Уизли. – Тише ты, – одернул его один из приятелей, покосившись в их с Драко сторону, – тут же эти... доложат еще. И вообще, это все зазнайка Грейнджер виновата. Нечего было лезть. Гермиона гордо подняла голову и ускорила шаг, обгоняя их и стараясь не замечать обидчиков. – Подожди! – позвал Гарри. – Гермиона, подожди! – Отстань! – выкрикнула она, не оборачиваясь, и побежала прочь. Было хорошо слышно, что она плачет. – Ох уж эти девчонки... – цокнул языком Драко. – Кто ее за язык тянул? Ну, пошли, что ли. Есть хочется. – А что сразу «девчонки»? – возмутилась Милли. – Как будто вы никогда не болтаете лишнего! – Мы потом не ревем, – парировал Блейз, за что тут же получил по шее от Панси. – Ай! – Ладно, хватит вам, – вздохнул Гарри. – И правда, пошли обедать. * * * После ужина сумрачный Север отправился к себе в кабинет, уже досадуя на себя за то, что сорвался и назначил девчонке взыскание. Одних баллов бы за глаза хватило, а теперь – сиди и присматривай за ней, будто других дел нет. Да и Гарри, кажется, обиделся. Чем бы еще занять эту юную любительницу справедливости? Неожиданно в голову пришла занятная идея, и Север тихо хмыкнул. Подойдя к одному из стеллажей с книгами, он достал с верхней полки пухлый растрепанный том, некогда подаренный ему Луцием, и положил его на один из рабочих столов. Потом устроился за своим столом и принялся за проверку очередной стопки эссе. В дверь осторожно постучали без двух минут восемь. Отметив эту редкую для Дома Гриффиндор пунктуальность, Север позвал: – Заходите. Грейнджер уверенно вошла в кабинет, но тут же сбилась с шага, едва ее взгляд упал на склянки с разнообразными ингредиентами животного происхождения, выставленными в шкафах специально для этой цели – пугать студентов. Нет ничего лучше свиных глаз или соловьиных лапок, чтобы произвести должное впечатление на дерзких первокурсниц. Впрочем, она тут же повернулась к нему и посмотрела прямо в глаза. Ох, гриффиндорка... – Добрый вечер, сэр. – Добрый вечер, мисс Грейнджер, – кивнул Север. – Садитесь вон за тот стол. Взыскание заключается в том, что вы будете в течение часа читать книгу, которую я выбрал. – Хорошо, сэр, – тихо и слегка удивленно отозвалась девочка. Удостоверившись, что она взяла в руки приготовленные «Основы магического этикета» и начала читать, Север вернулся к проверке эссе, безжалостно вымарывая ошибки и оставляя на полях язвительные замечания. Он так увлекся этим занятием, что не сразу сообразил, что отведенный на взыскание час давно миновал. Только когда в половине десятого домовиха Тинки принесла, как обычно, чайник крепкого черного чая, он поднял голову и взглянул на наказанную девчонку. И не сумел сдержать улыбку. Зачитавшаяся Грейнджер сидела на стуле боком, подобрав под себя ноги и подпирая кулаком щеку, и глотала страницу за страницей. Точь-в-точь в такой позе когда-то любила читать Лили... Север жестом велел Тинки подать гриффиндорке вторую чашку. – Ой! – от неожиданности Грейнджер вздрогнула и чуть не свалилась со стула. – Если вы научитесь сидеть как следует, то в другой раз не будете рисковать неожиданной встречей с каменным полом, – насмешливо заметил Север. – Уверяю вас, он твердый и холодный. – Спасибо за совет, сэр, – на сей раз у девчонки хватило дерзости ему улыбнуться. – Я постараюсь. – Уж будьте любезны, – отозвался Север. – Допивайте чай и возвращайтесь в общежитие. Книгу, если пожелаете, можете забрать с собой. Вернете, когда дочитаете. – Спасибо, сэр! – Грейнджер засияла, как начищенный кнат. Север удовлетворенно подумал, что не зря решил отступиться от своих привычек и не заставлять надерзившую девчонку чистить котлы или нарезать слизняков. Раз уж Гарри решил выбрать себе в подружки гриффиндорку, то пусть она хотя бы будет умна и любознательна, если и не слишком хорошо воспитана. Последнее нетрудно наверстать, уж он-то знает по опыту... хотя Луций, конечно, и по сей день любил посетовать на его манеры. Впрочем, это мелочи. – Не за что, мисс Грейнджер. Можете идти. * * * Представив Герайнту своих друзей, Гарри и Драко провели всю компанию в покои де Комбрэ и наконец-то смогли рассказать Панси, Милли и Блейзу, почему Нотт так старается при любом удобном случае к ним прицепиться. – Хм... значит, это политика, – подытожила Милли. – Я думала, он просто завидует. Ну, еще с того случая, в Самайн, помните? – Еще бы, – проворчал Гарри, лягнув стул, на котором сидел. – Нет, он не выносит магглорожденных. Он и к Оливии лез, пока Степлтон его не заткнул. – Ну-у... – протянула Панси. – Моя мама тоже считает, что магглорожденные не должны учиться вместе с нами... – А папа говорит, что только способности и сила имеют значение, – огрызнулся Гарри. Повисло неловкое молчание, которое нарушил Блейз. – Ну, если бы в Хогвартс принимали только способных, тогда мы хоть избавились бы от Крэбба и Гойла, – хихикнул он. – Я таких идиотов в жизни не видел! – Зато нас бы окружали сплошные Грейнджер, – подхватила Милли. Драко и Панси содрогнулись, а Гарри раздраженно фыркнул. – Что вы все к ней привязались? Ей и так сегодня от Севера попало... – За дело попало-то, – заметил Драко, потом махнул рукой: – Ладно, ладно. Не кипятись, я и так не собирался ее дразнить. Не буду тебе мешать, хотя идея, по-моему, все равно дурацкая. – Что за идея? – неожиданно заинтересовалась Панси. – Да вот Гарри вбил себе в голову, что нужно обзавестись друзьями во всех Домах, – хмыкнул Драко. – И Мерлин ведает с какой стати выбрал для этого Грейнджер и Лонгботтома. – Вообще-то в этом есть смысл... – задумалась Панси. – Эта Грейнджер, похоже, умная, хоть и магглорожденная. А Лонгботтомы – одно из старейших магических семейств, и довольно небедное. Кто там еще в Гриффе? А, одна из близняшек Патил. С хаффлпаффцами мы уже сегодня общались. Сьюзен Боунс там ничего... – Ее тетя – глава департамента безопасности, – рассеянно сообщил Гарри. Все удивленно посмотрели на него. – Папа говорил, а я запомнил, – пожал он плечами. – По-моему, они друг друга не очень-то любят, но я не помню, чтобы он когда-нибудь открыто ее ругал. – А, это хорошо, – кивнул Драко. – Из Хаффа я еще помню Вейна Хопкинса. Из Воронов не помню никого, они все одинаково нудные. – Кевин Эгльхелль, – вставил Блейз. – Его двоюродная тетка знакома с моей мамой. Я его очень смутно помню, но вроде он нормальный парень. – А, и еще Падма Патил, – сказала Милли. – И Лиза Терпин. – Это уже больше чем достаточно, – проворчал Драко. – Я всех не запомню. – А я записала! – Милли гордо помахала огрызком пергамента. – Я вам потом скопирую. Ну что, все, что ли? А то отбой скоро. – Ага, пойдем, – согласился Гарри. – Нам еще главу по чарам на завтра читать. И чего они сразу задают столько уроков? Мы ж только приехали! * * * Север начинал уже позевывать и раздумывал, не отправиться ли спать, когда в дверь кабинета резко постучали. «Кого там еще нелегкая принесла...» – устало подумал он и откликнулся: – Заходите. Ночным гостем, к его раздражению, оказалась Макгонагалл. Декан Гриффиндора буквально ворвалась в комнату, открыла было рот, собираясь что-то сказать, и вдруг замерла. Север проследил за ее взглядом – и увидел выдающие его с головой отодвинутый стул у рабочего стола и пустую чашку с блюдечком. Учитывая, что его собственная чашка и чайник стояли на письменном столе... – Кхм, – откашлялась Макгонагалл. – Признаться, я хотела поинтересоваться, что такого тебе сделала бедная девочка, что ты на нее так напустился. К тому, что ты снимаешь баллы с Гриффиндора при всяком удобном случае, я уже привыкла... но взыскание на первом же уроке? Да еще такой талантливой ученице? Однако теперь я совсем ничего не понимаю. – Мисс Грейнджер, – холодно отозвался пришедший в себя Север, – позволила себе в резких выражениях критиковать мою манеру преподавания. Я счел, что стоит принять меры и указать на пробелы в ее воспитании. – И?.. – спросила Макгонагалл, когда убедилась, что продолжать он не собирается. – И ничего, – огрызнулся зельевар. – Я дал ей книгу по магическому этикету. Девчонка зачиталась. – А это? – видимо, устав от недомолвок, Минерва ткнула пальцем в сторону злосчастной чашки. – Тинки принесла мне чайник, как обычно, – буркнул Север, отворачиваясь. – Я счел вежливым предложить мисс Грейнджер чаю, раз уж она оказалась здесь. Не вижу ничего особенного. Макгонагалл открыла рот, потом закрыла его. Помолчала. Потом снова открыла. – Север, я должна перед тобой извиниться. Безмерно удивленный, он повернулся к ней. – За вчерашнее. Я была несправедлива. Ты всегда очень серьезно относился к своим обязанностям... и на самом деле я не думаю, что Гарри будет у тебя плохо. Я просто... не ожидала. Прости меня. – Ничего страшного, – отозвался Север, взяв себя в руки. Не стоило терять самообладание только потому, что Минерва впервые за шесть лет признала, что он хороший декан. – Право же, это ерунда. И смею тебя заверить... я сделаю все возможное, чтобы с Гарри все было в порядке. Макгонагалл кивнула. – Я все больше думаю, что недооценила тебя, Север. В кои-то веки Слизерину очень повезло с деканом. Спокойной ночи. – Спокойной ночи, Минерва. Едва она ушла, Север со вздохом облегчения запер дверь, устало потер ноющие виски и наконец-то отправился спать. TBC

Eva: Мерри Господи, как я ждала этого продолжения! Огромное спасибо!!! Вы прекрасно пишете! С нетерпением буду ждать следующих глав. P.S. Вы умеете заинтриговать!

precissely: Мерри как всегда замечательно))) Если честно, то очень порадовал финальный разговор Минервы и Снейпа. Давно уже хотелось прочитать то, как Макгонагалл признает заслуги Северуса. Спасибо

belana: Мерри все детки хороши сверх меры! спасибо! можно вопрос? Если декану придется посылать за вами поисковую партию - поисковую группу?

BagiraM: О наконецто новая глава,какая радость,а я то думала когда же нас порадуют

Akulina: Здорово! Спасибо большое!

Ferry: клаааас ))) как же я люблю этот фик и всех его персонажей! спасибо :)

Мюмла: Какое, однако, взыскание... Купил Грейнджер на корню и с потрохами... Спасибо за главу.

Оле-Лукойе: Мерри Роскошная глава, масса мелочей - ммм...

Fate: Наконец-то! Это я и о новой главе и вообще... Этот фик я начала читать на "Детях Хогвартса", если не ошибаюсь... Потом на "Сказках..". Потом у меня слетела операционка... И я просто счастлива, что могу вернуться к полюбившейся истории. Вот.

Полётчица: Спасибо. За них всех, за такую вселенную. Еще много раз я скажу это спасибо.

maniago: отлично!

111: И Лиза Терпин Отлично!

First of may: Прелесть!)))

Мерри: Глава 17. Рекогносцировка День выдался не по-осеннему теплый и солнечный; легкий ветерок шелестел увивавшим стены плющом, раскачивал под окнами крупные астры. Несколько минут Луций рассеянно смотрел, как играют блики на блестящих гладких листьях плюща, потом нахмурился, отвернулся от окна и перевел взгляд на полученные накануне письма. Первое из них было витиевато и туманно, хоть и недлинно. Дорогой мистер Малфой! Известными Вам событиями заинтересовались сверху. Безупречность, как Вы понимаете, вызывает подозрения, поэтому опасаюсь, что Вам следует ожидать визитеров. Искренне ваш, А.К. Макферсон Второе послание – весьма неожиданное и предельно краткое – было в некоторой степени продолжением первого, хоть и прибыло из другого источника. О тебе неожиданно много говорят в последнее время. Жди гостей. Лиам Лиам Ллойд был однокурсником Луция и одним из крайне немногочисленных авроров-слизеринцев. Во время войны они, разумеется, оказались по разные стороны баррикад; после исчезновения Волдеморта несколько раз встречались на министерских мероприятиях, но до сего дня Лиам ни разу с ним даже не заговаривал. Tout à fait curieux, подумал Луций. Наконец, третье послание, на гербовой бумаге департамента магбезопасности, свидетельствовало, что высказанные в первых двух опасения нисколько не напрасны. Дорогой мистер Малфой! Хотя произведенные Вами в последнее время изменения в охранных системах Вашего поместья и являются абсолютно законными, а разрешения на них оформлены безупречно, необходимость подобных мер, тем не менее, вызывает некоторые вопросы. Надеюсь, Вы не откажетесь завтра в четыре часа пополудни совершенно неофициально принять у себя нашего сотрудника, старшего аврора Кингсли Шеклболта. Искренне Ваша, Глава Департамента магической безопасности, Амелия Боунс Попробуй тут откажись, мрачно усмехнулся Луций и пробормотал хронометрическое заклинание: без пяти четыре. Встал, сгреб со стола первые два письма, швырнул в камин и испепелил взмахом палочки. Добавил пару заклятий, препятствующих восстановлению сожженных документов, и неторопливо направился вниз – встречать министерского посланца. Едва за ним закрылась дверь, как на старинных часах черного дерева, стоявших на каминной полке, стрелки «Гарри» и «Драко» сдвинулись с отметки «Уроки» на отметку «Неприятности». [align:center]* * *[/align] После обеда у первокурсников был первый урок полетов в семестре, и Север позволил себе отвлечься, рассудив, что уж с чем-чем, а с этим предметом у Гарри и Драко проблем быть не должно. Последние несколько дней он с напряженным интересом наблюдал, как пронырливые мальчишки – на удивление всей школе – собирают вокруг себя компанию сверстников из всех четырех Домов. И какую компанию! Талантливая магглорожденная ведьма, наследник старинного магического рода, племянница главы Департамента магбезопасности, сын одного из ведущих исследователей Департамента тайн, одна из дочек крупнейшего индийского поставщика волшебных ингредиентов... В курсе ли мальчики, какое внушительное впечатление производит на взрослых их разношерстная команда, Север не знал, да сейчас это и не имело особенного значения – вот пару-тройку лет спустя... Пока же дети просто играют. Если прочие школьники и не одобряли столь открытое пренебрежение неписаными хогвартскими традициями, то, по крайней мере, вслух своих сомнений почти никто не высказывал. Слизеринцы постарше и поумнее, вероятно, по достоинству оценили таящиеся в такой дружбе возможности, а те, кто помладше или поглупее, попросту опасались связываться с Мальчиком-Который-Выжил и сыном Луция Малфоя. Даже юный Нотт, в первые дни поливавший презрением всякого, кто не был чистокровным слизеринцем в нескольких поколениях, теперь по большей части держал свои соображения при себе. Не исключено, что мистер Степлтон и мисс О'Коннэл имели к этому самое прямое отношение. Мнением хаффлпаффцев и рэйвенкловцев Север интересовался мало, так что оставался только Гриффиндор – вечное прибежище хулиганов, драчунов, заносчивых святош и прочих любителей мутить воду. Однако, судя по тому, что Минерва еще не жаловалась ему на своих подопечных, пока все оставалось в рамках нормы. Девчонке Грейнджер назначенное взыскание явно пошло на пользу. Книгу она вернула через неделю, рассыпавшись в восторженных благодарностях. С тех пор на уроках зельеварения она вела себя почти безупречно, хотя до сих пор заметно ерзала всякий раз, услышав вопрос, на который знала ответ – а таких, приходилось признать, было большинство. Слегка сожалея о том, что отступает от твердого принципа не давать баллов Гриффиндору, Север взял в привычку время от времени спрашивать ее тогда, когда задаваемый вопрос ставил в тупик всех остальных – кроме разве что Драко. Все равно за лень, разгильдяйство и вопиющее невежество прочих гриффиндорцев он снимал больше баллов, чем давал Грейнджер. Но та не только перестала на него обижаться, но и, кажется, даже начала завоевывать некоторое уважение сверстников – как Гриффиндорка-Которая-Получает-Баллы-У-Подземельного-Чудовища. Однажды Минерва в учительской попробовала подколоть его на этот счет; Север спокойно поинтересовался, не желает ли та, чтобы он вернулся к привычному стилю преподавания. Минерва поперхнулась чаем, закашлялась и замахала на него руками; вопрос был закрыт. [align:center]* * *[/align] Шагая к площадке для учебных полетов, Гарри страшно радовался, что выдался такой хороший денек. В Шотландии было все-таки холоднее, чем дома, а по рассказам Севера у него и вовсе сложилось ощущение, что погода здесь куда чаще скверная, чем нет. Ему не терпелось сесть на метлу – дома они летали часто и он ужасно соскучился. – ... в этом случае положение кисти правой руки на метловище должно быть под углом... – Грейнджер, прекрати! – не выдержал Драко. – Ты несешь ахинею. Так летать не научишься. И не пугай Лонгботтома, он и так заранее весь зеленый. – Откуда ты знаешь! – возмутилась Гермиона. – Учебники что, по-твоему, дураки пишут?! В справочнике по теории полетов... – О Мерлин... – пробормотала Панси и пнула подвернувшийся под ногу камешек. – Не ссорьтесь, – поспешно вмешался Гарри. – Гермиона, поверь, теорию лучше и вправду оставить на потом. Невилл, перестань нервничать. Все получится. – Аминь, – проворчала Гермиона. Лаванда Браун и темнокожий мальчишка из Гриффиндора, Томас-как-его-там, захихикали. Остальные, и слизеринцы, и гриффиндорцы, только непонимающе переглянулись. – О чем это ты? – поинтересовалась Милли. – Неважно, – отмахнулась Гермиона. – И все-таки... это несправедливо. Вы все уже умеете летать... – Я не умею, – отозвалась Энид Мун, тихая пухленькая слизеринка с их курса. Она повсюду ходила вдвоем с Дафной Гринграсс, но почти ничего больше Гарри о них не знал – кроме того, что Энид из чистокровного семейства, а мать Дафны, как утверждали слухи, – магглорожденная ведьма. – И, честно говоря, не очень-то хочу уметь, – между тем продолжила Энид, – но это обязательный курс. – А почему не хочешь? – полюбопытствовала Гермиона. – Я высоты боюсь до ужаса, – содрогнулась Энид. – И я тоже не умею летать, – неожиданно заговорил Невилл, обычно предпочитавший молчать и слушать. – Мою бабушку бы удар хватил, если б она увидела меня на метле, так она говорит. Мол, я и на земле вечно вляпываюсь в неприятности. Гарри припомнил, как феерически накануне у Невилла взорвался котел, залив едкой зеленой дрянью полкласса, и не мог не согласиться с этим утверждением. – Я тоже летаю паршиво, – вставил Блейз, у родителей которого, как подозревал Гарри, попросту не было денег на такую необязательную вещь, как детская метла. – Слышали, да? – фыркнул сзади кто-то из гриффиндорских мальчишек. – Компашка трусов и неудачников эти слизеринцы. – Заткнись! – оборвали его Лаванда и Парвати хором, прежде чем кто-либо еще успел открыть рот, и Гарри порадовался, что удастся обойтись без ссоры. И, конечно, вскоре оказалось, что радовался он раньше времени. Они дошли до тренировочной площадки, где были приготовлены учебные метлы, и мадам Хуч, суровая коротко подстриженная седая леди в мантии спортивного покроя, грозно скомандовала: – Чего зеваете? А ну встали каждый напротив метлы, живо! Гарри оглядел доставшуюся ему метлу и поморщился: жалкое зрелище. Ну конечно, ничего другого новичкам-первогодкам и не предложат, но все-таки... – Вытяните вперед правую руку и скомандуйте: «Вверх!» Гарри не глядя призвал свою метлу и осмотрелся, желая знать, как справляются остальные. У бедняги Невилла метла не сдвинулась с места, а у Гермионы и вовсе откатилась в сторону. Похоже, метла не торопилась встретиться с Гермионой, подумал Гарри и хихикнул: у многих первая реакция на его новую подругу была именно такой. – Метлооталкивающий эффект Грейнджер, – тихо пробормотал Драко, подлетев к нему, и завис рядом. – Мистер Малфой! – рявкнула Хуч. – Вам кто разрешил садиться и взлетать?! Это уроки, а не повод выставляться перед одноклассниками! Здесь все делается по моей команде! – Прошу прощения, мадам, – покрасневший Драко приземлился. Рыжий гриффиндорец и его приятели захихикали, но Хуч тут же обрушила свой гнев на них: – Мистер Уизли, вы не перепутали меня с одним из своих братьев?! Здесь вам не балаган, а серьезные занятия! Мистер Финниган, это вас тоже касается. Все притихли. – Итак, вы все наконец правильно оседлали свои метлы, хотя некоторые, – она наградила Драко скептическим взглядом, – предпочитают неортодоксальную континентальную посадку. Впрочем, неважно. Теперь по моему свистку вы все оттолкнетесь от земли... Гарри позволил себе отвлечься; зависнув в положенных пяти футах над землей, он вспоминал дом, залитый солнцем сад, сияющие белизной песка дорожки, над которыми они носились наперегонки... и очнулся только тогда, когда неподалеку на землю с болезненным воплем шмякнулось что-то тяжелое. – Невилл! – в ужасе вскрикнула Гермиона. Бедняга неподвижно лежал на траве; его метла, не переставая набирать высоту, устремилась куда-то к Запретному лесу. Мадам Хуч, белая как мел, опустилась на землю и кинулась к Невиллу. Вскоре, однако, выяснилось, что у гриффиндорца сломано запястье, но кроме этого и нескольких ушибов никаких повреждений нет. Поддерживая страдальца под руку, преподавательница полетов повлекла его к замку, на прощание посулив исключение и все прочие мыслимые кары тому, кто в ее отсутствие осмелится подняться в воздух. Едва они скрылись из виду, все тут же принялись разговаривать. – Бедный Невилл, – Браун всплеснула руками, – ему теперь, наверное, гипс наложат. – Что наложат? – нахмурился Гарри и покосился на Гермиону, которая обычно с удовольствием объясняла все непонятное. – Гипс. Материал такой, вроде глины. Сначала мягкий, а когда застывает, становится твердым. Его используют, чтобы зафиксировать место перелома. Ну, чтобы кости срослись правильно. Некоторое время вся компания переваривала полученные сведения. – Магглы очень странные существа, – задумчиво заключил Драко в конце концов. – Они люди, а не существа! – возмутилась Гермиона. – Как ты можешь... – Неважно, Грейнджер, – отмахнулся Драко. – Эй, а это что? – Он нагнулся и поднял с земли какую-то небольшую вещицу, которую раньше никто не заметил в траве. – А, напоминалка. Наверняка растяпы Лонгботтома, – фыркнул он, убирая волшебный шарик в карман. – Эй, а ну отдай! – воскликнул Уизли, подскакивая к ним. – Дай сюда, ворюга! Это не твое, слизеринец вонючий! Драко спокойно отступил на шаг. – Уж и не твое точно. Не терпится прибрать к рукам? Ведь у твоих родителей попросту нет денег на такие игрушки, верно? Взревев, как раненый гиппогриф, Уизли кинулся на него, но Драко легко вскочил на метлу и взмыл в воздух. – Попробуй догони! – засмеялся он. Гарри не стал ждать, что предпримет рыжий гриффиндорский задира, – просто оседлал метлу и бросился вслед за братом. – Драко, прекрати! – крикнул он. – Что ты, неприятностей хочешь? Спускайся! Но тот только поднялся еще выше. – Эй, Уизли! – заорал он. – Все еще хочешь заполучить на полчасика чужую игрушку? Лови! И принялся подбрасывать и ловить напоминалку Невилла – сначала слегка, потом все выше и выше, сам между тем продолжая подниматься. К тому моменту когда Гарри догнал его, они были уже футах в пятидесяти над землей, а Драко подбрасывал злосчастный шарик почти на целый ярд. – Что вы все так всполошились, а? Подумаешь, сокровище... И тут, отвлекшись на разинутые рты собравшихся внизу одноклассников, Драко совершил ошибку: напоминалка Невилла взлетела в воздух чуть по косой и, вертикально падая вниз, миновала его подставленную ладонь. Сверкающий на солнце шарик устремился к земле; не раздумывая ни секунды, Гарри кинулся за ним. На какое-то мгновение весь мир сузился, сжался почти в точку, и во вселенной оставались только он сам, метла и падающий стеклянный шар. Почти отвесное пике, свист ветра в ушах, и... в двух футах над землей Гарри ухватил шарик, выровнял неуклюжую старую метлу и мягко скатился на траву, так и не выпустив из рук дурацкую игрушку. – Гарри! – МИСТЕР ПОТТЕР! В следующее мгновение в него вцепились две пары рук и одновременно принялись трясти и дергать в разные стороны. – Гарри... – Ну, мистер Поттер... – ... спятил ты, что ли... – ... как вам только в голову могло прийти... – ... идиот несчастный... – ... вам же было сказано... – ... совсем рехнулся! – ... о чем вы только думали?! Драко и профессор Макгонагалл осеклись и уставились сначала друг на друга, потом на Гарри. Он почувствовал, что густо краснеет. – Извините, профессор Макгонагалл... Драко... я не подумал... точнее, я подумал, что Невилл очень расстроится из-за своей напоминалки... – он разжал кулак и показал преподавательнице трансфигурации пойманный шарик. Макгонагалл, видно, была опытным учителем, потому что сразу устремила испепеляющий взгляд на Драко, быстро догадавшись, кто был зачинщиком. Тот даже не стал пытаться выворачиваться. – Это я виноват, профессор, – гордо заявил он, задрав подбородок. – Это я уронил эту дурацкую штуку. Услышав такое, Макгонагалл словно онемела; казалось, она не верит собственным ушам. В повисшей тишине раздался звонкий голос Гермионы: – Тут все поровну виноваты, профессор. Драко не должен был взлетать, раз мадам Хуч не велела, но Уизли взялся задирать его ни с того ни с сего. Драко просто хотел отдать напоминалку Невиллу... Уизли издал было негодующий вопль, но тут же затих под гневным взглядом своего декана. – Это правда? – Макгонагалл обвела взором всех. – Да, профессор, – закивали разом Лаванда, Парвати, Энид и Дафна. – Ясно, – Макгонагалл поджала губы. – Что ж, значит, и достанется всем поровну. Мистер Поттер, мистер Малфой, мистер Уизли, следуйте за мной. Мне крайне любопытно, что скажет на сей счет профессор Снейп. [align:center]* * *[/align] Кингсли Шеклболт оказался темнокожим магом лет на десять-двенадцать моложе Луция. Судя по внешнему виду, посланник Департамента магической безопасности следовал традициям ровно настолько, чтобы его нельзя было обвинить в пренебрежении магическими обычаями, и нарушал их ровно в той степени, каковая требовалась, дабы его не заподозрили в чрезмерном консерватизме. Дерзкая золотая серьга в ухе и начисто бритая голова странно сочетались со щегольским и вместе с тем строго официальным покроем его мантии, а знаки отличия старшего аврора ненавязчиво, но внушительно дополнял нашитый на форменную одежду фамильный герб – серебряный кандальный болт на черном поле и перекрещенные магические жезлы сверху. Семейство ненамного младше его собственного, с некоторым интересом отметил Луций. – Чрезвычайно рад знакомству, – холодно заявил он, провожая посетителя в гостиную. – Располагайтесь. Хотите что-нибудь выпить? – Я не сомневаюсь, что в вашем распоряжении, мистер Малфой, великолепный бар, равно как и великолепные яды, – усмехнулся Шеклболт, усаживаясь в одно из кресел. – Но думаю, мы серьезно сэкономим время, если оставим бессмысленные любезности и перейдем к делу. – Согласен, – кивнул Луций, позволив себе полуулыбку. Несмотря ни на что, гость начинал ему нравиться. – В таком случае, задавайте ваши вопросы. Мне крайне любопытно, что от меня понадобилось Аврорату. Шеклболт посерьезнел. – Ну что ж... Должен признать, я неплохо знаком с вашей биографией, мистер Малфой, – начал он. – Вас крайне трудно напугать, и вы никогда ничего не делаете без солидной на то причины. Скажите, что побудило вас прибегнуть к таким... основательным мерам для защиты своего дома? – Я мог бы, разумеется, – медленно произнес Луций, – напомнить о недавних событиях в «Гринготтсе» и заявить, что меня беспокоит сохранность моих собственных сейфов. Но отчего-то мне кажется, что этого будет недостаточно. Я прав? – И да и нет, – отозвался аврор. – Этого достаточно для официального протокола и для разрешения на ограниченное применение магии крови – которое вы уже и без того получили. Но недостаточно для меня и для тех, кого заботит безопасность Магической Британии. Мистер Малфой, – он смотрел прямо Луцию в глаза, – у нас есть основания считать, что десятилетняя передышка закончилась? Стоило невероятного труда не пошевелиться, не коснуться левого предплечья, где с середины лета поселилась ноющая тень. – Откуда мне знать, есть ли у вас на то основания? – Оттуда, что, по всей видимости, они есть у вас, – парировал Шеклболт. – Почему вы не хотите сказать, что именно вас... беспокоит? – Превыше всего меня беспокоит безопасность моих сыновей, – отрезал Луций. Шеклболт весь подобрался, как дикая кошка перед прыжком. – И принятые вами меры... – ... имеют целью обеспечить эту безопасность, какие бы усилия и средства для этого ни требовались, – закончил Луций. Аврор некоторое время молчал, потом негромко заговорил снова: – Мистер Малфой... вы прекрасно понимаете, что я здесь потому, что вы опекун Мальчика-Который-Выжил. Если вы ни с того ни с сего превращаете свое поместье в крепость, это означает, что происходит нечто из ряда вон выходящее. Вам не кажется, что в ваших же интересах поставить Аврорат в известность? – Видите ли, старший аврор Шеклболт... – протянул Луций, откидываясь в кресле, – значительная часть проблемы заключается в том, что я лично не имею ни малейшего понятия, что именно происходит. Все, что мне известно, – это то, что, как вы метко выразились, «передышка» вот-вот закончится или уже закончилась. – Каким образом?.. Луций подчеркнуто небрежным жестом одернул левый манжет и поправил рукав мантии. Безусловно, это был большой риск, но он надеялся, что правильно оценил характер и склад ума своего собеседника и приобретает сейчас союзника, а не врага. – Мерлинова борода... – хрипло выдавил Шеклболт, уставившись на его руку, точно на змею. – Надеюсь, вы помните, что это неофициальный разговор, – усмехнулся Луций. – Ваши догадки – это ваше личное дело. – Разумеется, – медленно отозвался аврор. – Вы уверены, что не хотите защиты Министерства? – Пока – да, уверен. Кроме того, у меня есть в арсенале еще некоторые средства, которые я намереваюсь пустить в ход... если мне никто не станет совать палки в колеса. – Законные средства?.. – Шеклболт вопросительно нахмурился. – Незапрещенные, – усмехнулся Луций. – Хотя кое-кому они могут показаться нетрадиционными. Или, напротив, чересчур традиционными. Не волнуйтесь, – добавил он, видя сумрачное подозрение на лице собеседника, – они не имеют ни малейшего отношения к темной магии какого бы то ни было рода. Я не хотел бы раскрывать свои замыслы заранее, но если все удастся, вы об этом, безусловно, узнаете. – В таком случае, удачи. – Аврор поднялся на ноги. – Благодарю за гостеприимство. Мне пора. – Что, вы так и не отведаете моих великолепных ядов? – усмехнулся Луций. Шеклболт запрокинул голову и расхохотался. – Как-нибудь в другой раз, мистер Малфой. Как-нибудь в другой раз. [align:center]* * *[/align] Север, как и следовало ожидать, не сказал ничего хорошего. Выслушав сухой рассказ Макгонагалл, он кисло поинтересовался у троих нарушителей спокойствия, есть ли у них какие-либо возражения, но даже Уизли оказался не настолько глуп, чтобы открывать рот. – Прекрасно, – ядовито подытожил Север. – Взыскание всем троим, я полагаю? – Думаю, это справедливо, – согласилась Макгонагалл. – Мистер Поттер, мистер Малфой, я жду вас у себя в кабинете сегодня после ужина. Мистер Уизли, вы в то же время явитесь к профессору Снейпу. Гарри и Драко переглянулись. Из разговоров в слизеринской гостиной они уже успели уяснить, что взыскание у Макгонагалл – это не слишком приятно, но намного, намного лучше, чем у Филча или у Спраут. Ни один нормальный человек, в конце концов, не любит вручную драить туалеты или удобрять грядки каким-нибудь там заколдованным навозом. – Хорошо, профессор. – Да, профессор. Уизли выглядел куда более мрачно – и не зря, удовлетворенно отметил про себя Гарри. Наверняка Север заставит гриффиндорца резать слизней или препарировать жаб – во всяком случае, именно этим Север обычно угрожал им самим, когда бывал очень уж не в духе. – Мистер Уизли? – холодно произнес зельевар. – Я все понял, сэр, – надувшись, отозвался тот. – Сомневаюсь, – проворчал Север. – А теперь убирайтесь отсюда, у меня через полчаса урок. И у вас, между прочим, тоже. Макгонагалл фыркнула и ушла, Уизли поспешил за ней. Гарри и Драко хотели было последовать их примеру, но тут в кабинет зельеварения вбежал растрепанный и запыхавшийся капитан слизеринской квиддичной команды, Марк Флинт. Обычно он был угрюм и то и дело рявкал на младшекурсников – мол, путаются под ногами, – но сейчас при виде Гарри лицо его озарилось улыбкой. – Поттер, это потрясающе! – выпалил он. – Ты играешь в квиддич, я надеюсь? Глаза у Севера полезли на лоб, потом он нахмурился. – Мистер Флинт, потрудитесь привести себя в порядок и объясниться. Драко, закрой дверь. Взбудораженный Флинт предпринял тщетную попытку пригладить волосы, поправить галстук и одернуть мантию одновременно. Гарри с трудом сдержал смешок. – Сэр, жалко, вы не видели! – воскликнул Флинт. – Поттер просто прирожденный ловец. Это что-то потрясающее. Он должен играть! – Боюсь, мистер Флинт, ничего не выйдет, – покачал головой Север. – Во-первых, правила запрещают первокурсникам играть за команду Дома. Во-вторых, куда вы собрались девать Хиггса? Он хороший ловец. – И в-третьих, – твердо заявил Гарри, – я не буду играть без Драко. Флинт внимательно посмотрел на них обоих, потом на декана. – А что, если... – он хитро улыбнулся. – Правила ведь не запрещают первокурсникам тренироваться в команде? Только играть и привозить в школу свои метлы, верно? – Верно... – медленно сказал Север, и уголки его губ слегка приподнялись. – Так вот, профессор, в следующем году мы в любом случае теряем вратаря и отбивалу, поскольку Бэддок и Уорф выпускаются. А еще Хиггс просил меня найти ему замену, потому что, видите ли, собирается всецело посвятить себя ТРИТОНам. Если мы выпустим на поле трех новичков сразу, Гриффиндор нас просто размажет. А вот если у нас уже будет сколочена команда... – Это отличная идея, – в глазах Севера появились искорки. Странно: Гарри не помнил, чтобы крестный так уж интересовался квиддичем, но, похоже, соперничество Домов имело для него большое значение. – Я ставлю только одно условие: постарайтесь, чтобы широкой публике об этом стало известно как можно позже. – Понимаю, сэр! – Флинт заулыбался еще шире, потом повернулся к Драко и Гарри: – Ближайшая тренировка в субботу в восемь утра. Метлы я вам найду. И не опаздывать! – крикнул он уже из-за двери. – А теперь, когда вы все уладили, – проворчал Север, – марш отсюда, наконец! Вы помните, что у вас через две минуты история магии? Они, конечно же, не помнили, поэтому на урок к зануде Биннсу пришлось бежать сломя голову. ------------------------------------------ Tout à fait curieux – Прелюбопытно (фр.). ... серебряный кандальный болт на черном поле – к сожалению, термин shacklebolt (фамилия Шеклболта) крайне неуклюже переводится на русский. Буквально это болт, скрепляющий оковы или кандалы. В геральдике shacklebolt трактуется как символ победителя, бравшего в плен врагов или же, наоборот, освобождавшего пленников.

Полётчица: Вот знаешь, за что я люблю твои вещи? За изумительную межфакультетскую политкорректность. Как у тебя так получается, я не представляю, оттого и восхищаюсь. Великолепная сцена с квиддичем. И с Флинтом. А уж Кингли так вообще превзошёл все ожидания! – Что, вы так и не отведаете моих великолепных ядов? – усмехнулся Луций. Шеклболт запрокинул голову и расхохотался. – Как-нибудь в другой раз, мистер Малфой. Как-нибудь в другой раз. Хохотала вместе с Шеклболтом ))) В общем, браво. Как всегда.

elenmt: Спасибо!!!!

Мерри: Полётчица Вот знаешь, за что я люблю твои вещи? За изумительную межфакультетскую политкорректность. Как у тебя так получается, я не представляю, оттого и восхищаюсь. Понимаешь, я стою на том, что "у каждого свои недостатки" (с) "В джазе только девушки". И я по собственному детству хорошо помню, что самые отпетые хулиганы в 9 случаях из 10 - просто глупые дети. Случаи вроде Снейпа с Блэком, к счастью, скорее отклонение от нормы. Поэтому я и стараюсь писать скорее с позиции всеобщего родства. В отношении к соперничеству Домов - мне кажется, должна проявляться разница характеров Гарри и Драко. Роулинг ведь не зря в первой книге говорит, что Гарри - самый рассудительный из гриффиндорской троицы. Он от природы, имхо, более склонен объективно оценивать происходящее, чем Драко или Рон. Другое дело, что в каноне, в силу воспитания и разных других причин, он редко использует это свое умение. Здесь же уроки Луция должны идти ему на пользу. Ну а Драко и Рон вообще во многом одного поля ягоды - уж в том, что касается предрассудков, так точно. elenmt Пожалуйста!

Полётчица: Мерри я стою на том, что "у каждого свои недостатки" (с) "В джазе только девушки". И я по собственному детству хорошо помню, что самые отпетые хулиганы в 9 случаях из 10 - просто глупые дети. Вот-вот. И у каждого свои недостатки, да и достоинства тоже. В отношении к соперничеству Домов - мне кажется, должна проявляться разница характеров Гарри и Драко. Роулинг ведь не зря в первой книге говорит, что Гарри - самый рассудительный из гриффиндорской троицы. Он от природы, имхо, более склонен объективно оценивать происходящее, чем Драко или Рон. Другое дело, что в каноне, в силу воспитания и разных других причин, он редко использует это свое умение. Здесь же уроки Луция должны идти ему на пользу. Слова из драгметалла :) Ну а Драко и Рон вообще во многом одного поля ягоды - уж в том, что касается предрассудков, так точно. И у тебя очень хорошо получается это показать

Мерри: Полётчица И у тебя очень хорошо получается это показать Спасибо огромное! Я очень стараюсь...

~Ximera~: Красота-то какая, лепота! (с) Спасибочки за новый кусочек Мерри пишет: – Это отличная идея, – в глазах Севера появились искорки

Lorane: Замечательно! Спасибо!

Мерри: ~Ximera~ Lorane Пожалуйста!

Fate: Ах, как интересно! Как здорово! Маме Ро можно только удавиться от зависти! Не спорю, она придумала героев, но кто вдохнул в них жизнь?

lieeran: просто замечательная глава))

Rendomski: Да, искусно обыграть канон, чтобы и не повториться, и не утратить цельности повествования - это трудно, но у вас получается на славу. А Кингсли ваш - это невероятный кусище удовольствия, я лишь таращусь на текст с глупой улыбкой, но усвоить до конца ещё не получается . Нечасто меня балуют любимым персонажем, и ещё в такой интерпретации.

Мерри: Fate lieeran Спасибо! Rendomski О, я сама нежно люблю Кингсли, и мне всегда жалко, что о нем так мало пишут. Кстати, я когда в очередной раз перерывала его досье на HP Lexicon, обратила внимание, что он, оказывается, "притворялся в министерстве, что они с Артуром друг друга не выносят"... А притворялся ли?

Maya: Обожаю этот фик! Спасибо за новую главу :) Зы. жаль только что главы так редко появляются...

Ferry: здорово! :) Кингсли понравился :) ну, остальные - как обычно :) хотя мне, если честно, обидно за Рона :(

Мерри: Ferry Насчет Рона - малость спойлерно, поэтому, на всякий случай, под катом :) Не переживай, с Роном все будет в порядке :) Вспомни его в каноне - он маленький еще и глупый :) И горячий :) Драко вон тоже тот еще... дипломат.

Dymphna: Замечательный фик!!!! Просто замечательный! Жду-не дождусь следующей главы. P.S. Очень приятно читать интересный, грамотно написанный фанфик, да еще с кучей сносок по геральдике, истории и с переводом фраз с французского на русский... Честно.

outside flo: перечитала с начала. я что-то путаю или в предыдущей редакции Малфой усыновлял Гарри, а не опекал? еще вопрос - почему Север Септимий, если он не седьмой, а единственный? и еще - если у него есть особняк, то почему он живет в хибарке в Тупике Ткачей? или он там просто прятался (будет прятаться)? очень интересно, что будет дальше! у тебя есть задумка, чем все кончится? (наверняка есть, но мало ли...) планируешь писать до конца 7 курса? а ключевые сцены и дальше все будут на месте, но несколько с другого ракурса? вот еще думаю - это скорее мысли вслух, не хочу знать все заранее, конечно - если Гарри уже знает, что он змееуст, то как пойдут события на 2 курсе, он не будет тупить весь учебный год?... очень понравилась тут Гермиона (да, я умудрилась пропустить не последнюю главу, а 4 последних =)) ;) ну и конечно - Снейп, Люций, Драко, Гарри - все замечательные ;) интересно еще, неужели такой умный Дамблдор не сообразил, что нормальное семейное воспитание, пусть и в семье Малфой, уменьшит риск того, что Гарри станет вторым ТЛ, гораздо вероятнее, чем воспитание почти как в сиротском приюте? или на самом деле не уменьшит?...

Оле-Лукойе: Мерри Великолепно, как всегда - и, как всегда, с морем чудесных мелочей.

Меркурий: Нравится мне, как Малфои к семье относятся. без иронии- очень нравится. это так правильно: прав-не прав, главное, он - свой, значит всегда может рассчитывать на поддержку.

Мерри: outside flo я что-то путаю или в предыдущей редакции Малфой усыновлял Гарри, а не опекал? Путаете. Речь принципиально шла только об опеке, по множеству разных причин. еще вопрос - почему Север Септимий, если он не седьмой, а единственный? Потому что это уже давно просто имя, а не прозвище. В честь деда. если у него есть особняк, то почему он живет в хибарке в Тупике Ткачей? или он там просто прятался (будет прятаться)? Живет он в основном в Хогвартсе. В особняке он не живет, потому что не хочет. У него есть на то причины. И да, у меня фик распланирован надолго вперед, но на остальные ваши вопросы я не отвечу

Мерри: Глава 18. Перья и палочки В кабинете трансфигурации мальчиков ждали заранее заготовленные листы пергамента, перья и чернильницы. – Садитесь, молодые люди, – Макгонагалл махнула рукой в сторону парт. – И приступайте. Думаю, ста повторов каждому для первого раза будет достаточно. Драко тихонько вздохнул, уселся и придвинул к себе пергамент. Прочитал предназначенную ему фразу вверху листа: «Я не должен нарушать школьные правила, затевать ссоры с другими студентами, даже если они мне не нравятся, и поддаваться на глупые провокации». Да, быстро с таким не разделаешься. – И перестаньте вздыхать, мистер Малфой. Кстати, учтите, что пергаменты зачарованы: они не сочтут предложение законченным, если в нем есть орфографические ошибки или не хватает хоть одного слова. Драко покосился на Гарри; тот сумрачно показал ему свой пергамент, где было написано: «Я не должен нарушать школьные правила, идти на поводу у друзей и рисковать жизнью и здоровьем ради пустой прихоти или из шалости». – У тебя короче, – одними губами пожаловался Драко. – Ничего подобного, – так же беззвучно огрызнулся Гарри. – Будете шептаться, – ядовито сказала Макгонагалл, – прибавлю каждому еще по пятьдесят. Решив больше не рисковать, они приступили к переписыванию; в кабинете воцарилась тишина, которую нарушал только скрип перьев и шуршание свитков – Макгонагалл, судя по всему, занялась проверкой домашних заданий. Спустя час, когда Драко переписал чуть больше половины, шуршание прекратилось. Осторожно покосившись на заместительницу директора, он увидел, что та и в самом деле перестала читать студенческие эссе и молча разглядывает Гарри. Заметив его взгляд, Макгонагалл поджала губы и пододвинула к себе новую работу. Драко счел, что лучше не раздражать ее, и продолжил писанину. Наконец взыскание кончилось. Драко с удовольствием отодвинул проклятый пергамент и принялся сжимать и разжимать уставшие пальцы. Макгонагалл тихонько хмыкнула. – Надеюсь, урок усвоен, джентльмены, – усмехнулась она, поднимаясь из-за стола. «У, кошка драная», – сердито подумал он, припомнив слышанные от старшекурсников ругательства. – Да, профессор, – только и отозвался Гарри. И почему он всегда так рассудителен?! – Мистер Поттер... – Да, профессор? – Ваш отец был бы в восторге от того, как вы летаете. Он обожал квиддич. – Мой отец, – сдержанно ответил Гарри, поднимая свою сумку с пола, – безусловно, находит квиддич увлекательным и ценит мои успехи в любой области. Но вряд ли он был бы в восторге от того, что я сделал сегодня. Драко мысленно зааплодировал. – Вот как? – Макгонагалл подняла брови. – Уж это точно. Он бы лишил нас сладкого дня на три, – фыркнул Драко. – Минимум, – прибавил Гарри со смешком. Декан Гриффиндора смерила их обоих задумчивым взглядом. – В таком случае, – наконец произнесла она, – я рекомендую вам больше не ввязываться в истории, которые могут вызвать неодобрение ваших родителей. Потому что в следующий раз я не только накажу вас, но и непременно напишу им о вашем поведении. – Хорошо, профессор, – хором отозвались они, старательно сдерживая хихиканье. Возможно, старая гриффиндорская кошка была не так уж плоха, раз настолько быстро поняла намек. – А теперь ступайте, – велела она, скрестив руки на груди. – Профессор, – Драко вдруг остановился в дверях, – вы не знаете, Лонгботтом еще в больничном крыле? Его не было за ужином. – Не знаю, но вообще-то это странно, – Макгонагалл нахмурилась. – Насколько я понимаю, у него не такие тяжелые травмы, чтобы мадам Помфри решила оставить его на ночь. А что такое? – Я так и не вернул ему напоминалку, – сообщил Драко. – Ладно, мы тогда заглянем туда сами. Доброй ночи, профессор. * * * В больничном крыле, однако, Невилла тоже не было. – Он ушел почти сразу после того, как я залечила ему руку, – покачала головой мадам Помфри. – Может быть, просто заснул в спальне? Заживление переломов отнимает много сил. На вашем месте, мальчики, я бы отправилась в подземелья. Через полчаса отбой, а мистер Лонгботтом, смею надеяться, до завтра никуда не пропадет. Драко молча кивнул, но едва они вышли на площадку главной лестницы, он повернул не вниз, а наверх. – Ты куда? – удивился Гарри. – В гриффиндорское логово, – коротко отозвался Драко, прыгая через две ступеньки. – Слушай, может, все-таки отложим до завтра? Невилл вряд ли на тебя обидится. Драко остановился на площадке и посмотрел на него сверху вниз, свесившись через перила. – Я не позволю, чтобы какой-то гриффиндорский нищеброд называл меня вором, – чеканно произнес он. – Хочешь вернуться – возвращайся. Потом развернулся и снова побежал вверх по лестнице. – Дурак ты, – вздохнул Гарри и, конечно же, пошел следом. К сожалению, о расположении гриффиндорского общежития они знали только то, что вход туда находится на восьмом этаже, за каким-то портретом. Оказавшись в просторном безлюдном коридоре, полном самых разнообразных портретов, мальчики вынуждены были остановиться. Драко прошелся пару раз туда-сюда, сверля обитателей картин взглядом, пока наконец полная мадам в розовом платье не поинтересовалась, что они тут делают. – Пытаемся попасть в гриффиндорскую гостиную, – проворчал Драко. – Пароль? – поинтересовалась дама. – Слава? – наугад попробовал Гарри. – Мужество? Отвага? – Нет, – покачала головой розовая мадам. Драко зыркнул на него. – Ну чего ты? Я просто подумал, что гриффиндорцам должны нравиться громкие слова, – пожал плечами Гарри. – Эти вроде как подходят. – Тогда уж скорее «безрассудство», «идиотизм» и «наглость», – проворчал Драко. – Так-так-так... – раздалось у них за спинами, и мальчики быстро развернулись. Перед ними стояли два здоровенных одинаковых рыжих парня, в чьих лицах явственно угадывалось семейное сходство с Уизли. – Что это у нас тут? Парочка потерявшихся змеенышей? Гарри поспешно схватил брата за плечо, пока тот, чего доброго, не кинулся на старшекурсников с кулаками или, что еще хуже, не выхватил палочку. Отец, разумеется, начал учить их кое-каким проклятиям попроще, но строго-настрого запретил демонстрировать свои познания иначе как в случае крайней необходимости. «Во-первых, не стоит давать Дамблдору повод упрекать меня в том, что я дурно воспитываю Гарри. Во-вторых, лучше, когда противник тебя недооценивает, чем наоборот». Главное, впрочем, заключалось в том, что получалось у них очень немногое. – Добрый вечер, – холодно и подчеркнуто вежливо произнес Гарри. – Мы хотели бы видеть нашего друга Невилла Лонгботтома, если вас не затруднит его позвать. Он с первого курса. Рыжие парни переглянулись. – Ого! Слизеринцы... – ... которые дружат... – ... с гриффиндорцами! – Так это... – ... про вас... – ... треплется... – ... вся школа?.. – Круто! – хором договорили они. Гарри к этому моменту уже перестал пытаться различать, кто из них что говорит. – Как вас зовут? – Гарри Поттер, – Гарри протянул правую руку, а левой пихнул брата в бок. – Драко Малфой, – процедил тот, но тоже подал руку одному из рыжих близнецов. – Дред... – ... и Фордж... – ... Уизли, к вашим услугам! – Значит, это из-за вас наш младший братишка до сих пор режет слизняков у Снейпа? – хитро сощурился тот, который представился Дредом. – Не знаю, – небрежно отозвался Гарри и поинтересовался у Драко: – Как ты думаешь, он слизняков режет или жаб препарирует? Драко пожал плечами. – Дядя Сев одинаково часто грозится и тем и другим, так что я понятия не имею, что он выберет. Близнецы вытаращились. – Дядя Сев? – Для вас – профессор Снейп, – высокомерно сообщил Драко. – Он наш крестный. – Круто! – выдохнули Уизли разом. – Ладно, парни, – начал близнец, назвавшийся Форджем, – кого вы там искали? – Невилла Лонгботтома, – буркнул Драко. – Такой неуклюжий пухлый недотепа с первого курса. – Сейчас позову, – пообещал Фордж, повернулся к розовой даме и назвал пароль: – Поросячий пятачок. Драко покатился со смеху. – Слышал, да? – выдавил он, прислонившись к стене. – А ты все «мужество», «слава»... – Фиговый был бы пароль, если б его можно было легко угадать, – хмыкнул Дред. – Кстати, учтите: если в нашу башню проберется кто-нибудь из слизеринцев, кроме вас двоих, мы будем точно знать, кому мстить страшной кровавой местью. – Для этого вам понадобится сначала до нас добраться, – фыркнул Драко. – Но мы и так никому не скажем, – пообещал Гарри и лукаво прибавил: – Незачем попусту разбрасываться такой ценной информацией. Дред засмеялся. Рама портрета розовой дамы снова отъехала в сторону, и наружу высунулся Фордж. – А Лонгботтома вашего тут нету, – недоуменно сообщил он. – Вы точно уверены, что он должен быть здесь? – А больше ему быть и негде, – буркнул Драко. – В больничном крыле его нет. Ладно, найдется, никуда не денется. Мы пошли. – Спасибо, – прибавил Гарри. Но не успели они сделать и пары шагов, а близнецы – скрыться за портретом, как навстречу по лестнице поднялся Рон Уизли. Завидев старших братьев в компании ненавистных слизеринцев, он побагровел. – Фред! Джордж! Что тут делают эти?!.. – Уже уходят, – отрезал Гарри, решительно хватая Драко за рукав и таща к лестнице. Не хватало еще ввязаться в новую ссору. С первой встречи в поезде Уизли-младший успел надоесть ему до оскомины. – Трусы! – выпалил тот им в спину. – Жалкие трусы! Драко вырвался из рук Гарри и резко развернулся. – А ты у нас храбрый, да, Уизли? Сейчас проверим. Как насчет дуэли? – Да пожалуйста! – рявкнул Рон. – Когда и где? Обеспокоенный Гарри и заинтригованные близнецы наблюдали за происходящим, затаив дыхание. – Сегодня в полночь в Зале Наград! – сверкая глазами, ответил Драко. – Гарри будет моим секундантом. – А моим – Фред, – тут же отозвался Рон. – Правда, Фред? – О, конечно, мужественный брат мой, – трагическим голосом провозгласил тот, прижимая ладонь к сердцу, – конечно, я буду твоим секундантом. На рассвете, в первых лучах солнца, я принесу твой хладный труп Макгонагалл, чтобы она могла отомстить за тебя. Гарри и Джордж захихикали. – Ну Фред! – Ну Рон! – передразнил его брат. – Ладно, так и быть. Придется пойти с вами, проследить, чтоб вы выкалывали друг другу глаза палочками строго по правилам. – Осталось понять, – вставил Джордж, – куда вас девать до полуночи. Вы ж небось, если в подземелья вернетесь, выбраться потом до утра не сможете. Там у вас или Снейп, или Барон. Гарри открыл было рот, чтобы сказать, что Барон не проблема, но вовремя получил ощутимый тычок под ребра от Драко и промолчал. В самом деле: нельзя же выдавать такие вещи кому попало, да еще при Роне Уизли! Что-то он совсем расслабился. – Да, это неудобно, – между тем кивнул Драко, как будто они обсуждали прием гостей. – Можно было бы пустить вас в Башню, – продолжил Джордж, – но тогда весь Гриффиндор будет знать, что мы что-то затеваем. Ну что, Фред, покажем им?.. – Похоже, придется, – пожал плечами Фред. – И вообще, мне нравятся эти ребята. Драко оскорбленно фыркнул, но промолчал; Рон надулся. Гарри с интересом посмотрел на близнецов. – Идем, – подмигнул один из них и направился куда-то вглубь этажа, прочь от большой лестницы. Как только братья сдвинулись с места, Гарри тут же опять перестал понимать, кто из них кто. – Давайте брать ноги в руки, – согласился второй близнец. – Иначе рано или поздно Макгонагалл нас застукает. – Куда вы нас ведете? – подозрительно нахмурился Драко. – Туда, где никто не найдет ваши мелкие скелетики еще пару столетий! – зловеще прогундосил первый и тут же расхохотался над собственной шуткой. – Пошли-пошли, а то и в самом деле нарвемся на взыскание. Отбой уже точно был. Драко не сдвинулся с места. – Куда вы нас ведете? – упрямо повторил он. – Глянь, Фред, этого на мякине не проведешь, а? – фыркнул Джордж. – Слизеринцы, что с них взять. Ладно, парни, я клянусь своей магией, что в полночь вы будете в Зале Наград, целы и невредимы. Так годится? Все остальное куда проще показать, чем рассказать. – Годится, – поспешно вставил Гарри, не дав брату шанса ответить. – А теперь идем быстрее, пока нас и правда не поймали! – Я слышу голос разума, – замогильным голосом сообщил Фред. – Это не голос разума, а голос безрассудства, – проворчал Драко. – Можно подумать, у меня брат-гриффиндорец! – А что в этом плохого?! – хором воскликнули близнецы и расхохотались. – Идем! Шутники или нет, но рыжие братья, похоже, знали замок как свои пять пальцев. Прошмыгнув мимо главной лестницы, они свернули в какой-то проход, который через несколько минут вывел их к другой лестнице, поменьше. Спустившись на два этажа, они осторожно прокрались по главному коридору мимо какой-то большой статуи («Борис Бестолковый, полный придурок», – сообщили братья громким шепотом), снова куда-то повернули и опять очутились на лестнице, на этот раз винтовой и совсем узкой. – Тс-с, – прошептал один из близнецов. – Тут часто Филч бродит. И кошка эта его... вот кого я бы с радостью пнул! Вечно она вынюхивает и выслеживает. Изо всех сил стараясь не шуметь, они спустились на четвертый этаж, прокрались по коридору мимо нескольких запертых дверей и остановились перед каменной статуей горбатой ведьмы. Второй брат стукнул палочкой по статуе и скомандовал: – Dissendium! Горб статуи отодвинулся, образовав узкую щель. Внутри было темно хоть глаз выколи. – Что зеваете? Лезьте, только осторожно, не торопитесь. Фред, давай ты вперед. Фред протиснулся внутрь, за ним – Рон. Драко и Гарри переглянулись, после чего Гарри решительно полез первым. За щелью начинался пологий спуск со скользким каменным полом, но если медленно идти, держась за стену, – терпимо. Вскоре их догнали Драко и Джордж. – Lumos! Гарри осторожно шел по уходящему вниз темному проходу, стараясь не поскользнуться. Не хватало еще съехать вниз на пятой точке – от дразнилок потом не избавишься! Света от двух палочек едва хватало, чтобы вся компания не налетала друг на друга. Гарри очень жалел, что Люмос ему пока не дается: насколько было бы легче! – Немного осталось, – голос Джорджа за их спинами гулко отразился от стен. Гарри видел, как Драко поежился. – Там внизу есть факелы. Наконец коридор совсем выровнялся. Черный сырой туннель уходил куда-то в сторону от замка – если только Гарри не запутался в поворотах и правильно чувствовал направление. – Куда он ведет? – полюбопытствовал Рон. – В Хогсмид, – улыбнулся Фред. – В «Сладкое королевство». – Вот это да! – Но мы туда не пойдем. Лучше покажем вам кое-что, – подхватил Джордж. Еще десятка два шагов по туннелю, и близнецы остановились. Один из них внимательно осмотрел стену, потом стукнул палочкой по торчащему из земляной стены камню. Часть стены ушла внутрь и в сторону, образовав проем, за которым было какое-то помещение. – Ну вот, сейчас зажжем факелы, и будет совсем уютно! Джордж, у нас тут еще сливочное пиво осталось? – Должно было. Посмотри в углу! Фред зажег четыре факела на стенах, и Гарри смог как следует оглядеться. Выложенная камнем комната оказалась совсем небольшой, всего ярда два на три, наверное. Две скамьи вдоль стен, небольшой камин и стол. Но самое интересное – в одной из стен было волшебное окно, показывающее часть какого-то подземного хода – скорее всего, часть этого же туннеля, но ближе к Хогсмиду. – Караулка, – одобрительно произнес Драко. – Случайно нашли или искали? – Конечно искали. Что за тайный ход без охраны? – отозвался Фред и поставил на стол пять бутылок со сливочным пивом. – Открыть? – Спасибо, я бы предпочел неоткрытую, – твердо сказал Драко. – И Гарри тоже. – А у тебя котелок варит, – хохотнул Джордж. – Держите. – Он протянул им закупоренные бутылки. – Ну что, партию в подрывного дурака? * * * Они сыграли не одну, а полдюжины партий, когда Джордж неожиданно объявил: – Пора. Пошли, а то к полуночи не успеем. – Ох, – Гарри зевнул, – а может, они просто тут в коридоре подерутся? Очень спать хочется. – Не пойдет, – хором ответили будущие дуэлянты и обменялись гневными взглядами. – Ладно, ладно, этикет и все такое, я понял, – вздохнул Гарри. – Пошли. Обратно они поднялись без приключений (если не считать того, что Рон дважды поскользнулся). От горбатой ведьмы до Зала Наград оказалось почти рукой подать: пара минут, и они были на месте. Золотые кубки и прочие призы поблескивали в ярком лунном свете, заливавшем зал. – Ну и что вы теперь собираетесь делать? – ехидно поинтересовался один из близнецов. – Мы с Гарри сядем на подоконник и будем смотреть, чтобы все было как надо, – фыркнул второй – по-видимому, Фред. – А ты на страже постой, что ли? А то принесет еще Филча нелегкая... – Лады, – согласился Джордж. – Эй, дуэлянты! Вы хоть правила знаете? Встать лицом друг к другу, поклониться... – Что мы, совсем младенцы, что ли? – возмутился Драко. – Во всяком случае, я все прекрасно знаю. – И я тоже, – буркнул Рон. – Тогда валяйте, – махнул рукой Джордж и отошел к двери. – А теперь слушайте сюда, – неожиданно серьезно объявил Фред. – Дуэль дуэлью, но никаких драк. Если, конечно, не хотите утром объяснять Снейпу и Макгонагалл, откуда у вас фингал под глазом или почему нос распух. Обменяетесь парой проклятий, и будет с вас. Начали. Драко и Рон встали в самом центре зала и неохотно поклонились друг другу, держа палочки наготове, пока Фред считал: – Раз... два... три! – Expelliarmus! – Protego! Конечно, у обоих ничего не вышло: из палочек только искры посыпались. Про Рона Гарри ничего не знал, но обезоруживающее заклятье пока не давалось ни Драко, ни ему самому, сколько они ни тренировались летом. Отец только пожимал плечами и говорил, что всему свое время. – Как ты думаешь, им скоро надоест? – поинтересовался Фред, болтая ногами. Дуэлянты обменялись еще парой заклятий, с тем же результатом. – Не знаю, – вздохнул Гарри. – Скорей бы. Если Северу попадемся... резать нам флоббер-червей до конца года! – Так что, вас правда дома Темным Искусствам учат? – не меняя тона, спросил Фред. Гарри вздрогнул: «И этот туда же!» – А как же, – язвительно отозвался он. – Север по субботам, папа по воскресеньям, а мама всю оставшуюся неделю. А что, завидно? Фред засмеялся. – А как же! – фыркнул он. – От нас вон вообще мама палочки на лето прячет. Теперь уже засмеялся Гарри. – Кажется, я понимаю почему. – А все-таки, расскажи? – Фред не мог скрыть любопытства. – Про Темные Искусства я шучу, конечно. Но папа с мамой столько говорили дома о тебе... – Чему нас дома учили? – удивился Гарри, не очень понимая, почему Фреда так заинтересовало домашнее обучение. – Математика, история, семейная генеалогия... Основы зельеварения и травологии. Латынь, французский и немного гэльский... Фред присвистнул. – Это вы что, целыми днями учились, что ли? Ответить Гарри не успел. От дверей к ним метнулся Джордж и громким шепотом объявил: – Сматываемся! Филч! Все пятеро бросились к другому выходу из зала: вторые двери вели в коридор, уставленный доспехами, за которыми легко можно было спрятаться. И все обернулось бы благополучно, не споткнись Рон в темноте обо что-то большое и мягкое. Потеряв равновесие, Рон зацепил ближайшие доспехи, и их части с ужасающим грохотом раскатились по всему коридору. – А-а-а! – вскрикнуло пострадавшее что-то голосом Невилла Лонгботтома. – Попались! Вот я вас! – прорычал откуда-то сзади Филч. – Бежим! – прошипел в темноте кто-то из близнецов, помогая Невиллу встать. Второй брат поднял Рона за шкирку и поставил на ноги. Мерлин ведает каким чудом, но им удалось скрыться за поворотом раньше, чем их нагнал Филч. – Разбегаемся! – опять скомандовал один из близнецов. – Гарри, вам сюда! – он подтолкнул их к висящему на стене гобелену. – Рон, не отставай! Учитывая, насколько братья знали замок, сомневаться было глупо. Собственно, Гарри это и в голову не пришло: он дернул Драко за рукав и нырнул в скрывающийся за гобеленом проход. Еще пара минут отчаянного бега, и они почувствовали, что наконец в безопасности: сзади не доносилось ни шагов, ни криков. Пора было оглядеться и понять, где они и как добраться до ближайшей лестницы. Гарри обернулся... и увидел Невилла. – Ты что тут делаешь? – удивился он. – Я думал, ты с Уизли. – Я растерялся, – пропыхтел Невилл. – Я забыл пароль и вообще заблудился. И решил, что посплю, а утром меня кто-нибудь найдет. А тут вы на меня свалились, ну я с вами и побежал. А вы что тут делаете? – Тебя ищем, – хмыкнул Драко и достал из кармана напоминалку. – Держи. Ты ее на поле уронил сегодня. – О, спасибо! – обрадовался Невилл. – Я все думал, куда она подевалась. А что теперь? – Сейчас разберемся, где мы, и разойдемся по общежитиям, – пожал плечами Драко. – Уже, наверное, час ночи. Однако сориентироваться им не дали: дверь ближайшего класса приоткрылась, и оттуда выплыл Пивз, школьный полтергейст. Увидев их, он немедленно скорчил злорадную рожу и завопил на весь коридор: – ПЕРВОКУРСНИКИ! СТУДЕНТЫ БРОДЯТ ПО ШКОЛЕ! КАРАУЛ! Почти сразу за ближайшим поворотом послышались шаги, и пришлось снова удирать. Зловредный Пивз метнулся было с улюлюканьем следом, но Гарри, разозлившись, бросил на бегу: – Барон все узнает, Пивз. Полтергейст смертельно боялся слизеринского призрака, а посему тут же заткнулся. Но легче от этого не стало, потому что Филч продолжал ковылять за ними, а никаких дверей и ответвлений в коридоре, по которому они бежали, не было. Еще один поворот, и троица оказалась в тупике перед запертой дверью. – Алохомора! – не раздумывая выпалил Драко. Щелкнул замок. Троица юркнула внутрь, и Гарри быстро закрыл за ними дверь. – Ну вот, теперь только переждать... – облегченно выдохнул Невилл. – Хорошо, что Пивз боится Барона, – тихо согласился Гарри. – Я уж думал, всё... – он осекся, увидев, как побелел Драко, глядя куда-то им с Невиллом за спину. Холодея, Гарри медленно обернулся. Чуть поодаль на полу сидел огромный трехголовый пес. На шее зверя красовался здоровенный ошейник с цепью, но успокаивало это мало: цепь выглядела достаточно длинной. Выражение морды у пса было сонное, но заинтересованное. – Мама... – тихо выдохнул Невилл. – Т-тперь т-точно ясно, гд-де мы, – выдавил Драко. Пес глухо заворчал и начал подниматься с пола, бряцая цепью. Гарри понял, что еще секунда – и они станут обедом, а посему одной рукой схватил за плечо Драко, другой – Невилла и вытолкал обоих в коридор. Уж лучше Филч, чем это трехголовое чудище. Мгновением позже дверь содрогнулась под весом бросившегося на нее зверя – но, к счастью, открывалась она внутрь. – Мистер Малфой, мистер Поттер, если у вас случилась несвойственная вашему возрасту бессонница, можно было обратиться ко мне. Вовсе необязательно пытаться разыскивать мадам Помфри среди ночи. Тем более что больничное крыло расположено совершенно на другом этаже. Ну, все. Доигрались. Если Север сразу начинает иронизировать, значит, дело совсем худо. – О, и мистер Лонгботтом тоже здесь. У вас тоже бессонница? – Н-нет, сэр. – Гарри, честно говоря, не ждал от Невилла такой храбрости. Наверное, он все-таки не зря гриффиндорец. – Я з-заблудился. А Г-гарри и Д-драко меня н-нашли. На мгновение Север, кажется, растерялся – судя по тому, как он потер переносицу. Но замешательство его длилось недолго. – Здесь? Вы перепутали запретное крыло четвертого этажа с Гриффиндорской башней? Удивительно, но Невилл и теперь не смолчал. – Н-нет, сэр. Они хотели в-вернуть мне н-напоминалку. Просто м-мы потом еще раз з-заблудились. – Ясно, – коротко и сухо кивнул Север. – Идемте со мной. Мистер Лонгботтом, мы вас проводим. Если кто-либо из вас проронит хоть слово о том, что вы здесь видели... я приложу все усилия, чтобы вы об этом пожалели. С завтрашнего дня и до конца недели – взыскание всем троим. У меня, после ужина. Возможно, совместными усилиями нам удастся отучить мистера Лонгботтома взрывать котлы. Не дожидаясь ответа, зельевар развернулся и зашагал прочь – видимо, к центральной лестнице. Гарри поежился: было очевидно, что головомойка их ждет нешуточная, раз Север настолько хочет скрыть произошедшее от директора, что даже не снял баллы с Гриффиндора. Он покосился на брата: Драко хмурился, поджав губы, что означало глубокую задумчивость. «Только этого не хватало, – забеспокоился Гарри. – Теперь он не успокоится, пока не выяснит, что тут делает эта псина». В общем и целом, крупные неприятности им были гарантированы. TBC



полная версия страницы