Форум » Библиотека-6 » Семейные ценности Малфоев, Gen, глава 18 от 04/12 » Ответить

Семейные ценности Малфоев, Gen, глава 18 от 04/12

Мерри: Семейные ценности Малфоев Автор: Мерри Бета: Altea Рейтинг: G Герои: ЛМ, НМ, ГП, ДМ, СС и др. Жанр: gen, AU Саммари: В пятилетнем возрасте Гарри усыновляет одна из самых богатых и влиятельных семей волшебного мира Отказ: HARRY POTTER, characters, names, and all related indicia are trademarks of Warner Bros. © 2001 and J.K. Rowling. Все цитаты из книг Дж.К. Роулинг принадлежат самой Дж.К. Роулинг, а их русский перевод/переложение – мне. Части 1-2: http://www.snapetales.com/index.php?fic_id=924 или http://www.fanfiction.net/s/3554624/1/ Предупреждение 1. В отличие от принятой в большинстве переводов романов Дж.К.Роулинг традиции, в данном тексте используются переводы латинских имен, принятые в художественной литературе, исторических текстах и т.п. источниках. А именно: Луций Малфой (Lucius), Север Снейп (Severus), Альб Дамблдор (Albus), Рем Люпин (Remus), Корнелий Фадж (Cornelius), Регул Блэк (Regulus) и т.п. Единственное сознательно сделанное исключение – Драко. Дело в том, что латинское draco, draconis по правилам должно передаваться как Дракон, что приводит к полному совпадению с русским словом «дракон». В английском такого нет («дракон» по-английски dragon). Предупреждение 2. Поскольку фик начат очень давно и распланирован надолго вперед, в нем много отступлений от канона и несовпадений с фактами, известными из 6 книги. Прежде всего, у меня в Хогвартс берут детей, у которых 11 день рождения в соответствующем календарном году. Отсюда "плывут" многие даты рождения, которые Роулинг сообщала в интервью. Также я не использую хронологию, проистекающую из обновленного дерева Блэков (или использую частично, там где она не противоречит моим разработкам). Слагхорна на посту декана Слизерина у меня временно меняет г-н Даркрайт. Наконец, Снейпы у меня - чистокровное семейство, как и Малфои, только обедневшее (о чем говорилось в начальных главах). Опасаюсь, что дальше число мелких расхождений будет только расти.

Ответов - 97, стр: 1 2 3 4 All

Мерри: Глава 13. Скелеты в шкафах апрель 1990 Север так и не понял, на кой черт Луцию понадобилось тащить его во Францию. Он никогда не был любителем праздных разговоров и в любой момент предпочел бы званому ужину вечер в лаборатории, но увы! Упрямый Луций неведомо зачем приволок его в гости к своему французскому кузену, и Север оказался вынужден вести светские беседы с совершенно посторонними людьми. Он небрежно подавил зевок и оглядел собравшихся в гостиной. Отец семейства, Жерар Малефуа, плотный светловолосый и кареглазый мужчина, беседовал с Луцием о последних колебаниях курса галеона и каких-то испанских инвестициях. Его супруга Патриция, смешливая зеленоглазая блондинка, и дочь Констанция, похожая на мать спокойная девочка лет пятнадцати, тихо отвечали на какие-то расспросы Нарциссы. Наследнику рода Малефуа, Николя, только что исполнилось десять; он увлеченно обсуждал с Гарри и Драко тактику «Фальмутских филинов». Север тихо порадовался, что мальчики разнообразия ради делятся своими восторгами не с ним, и перевел взгляд на последнюю из присутствующих – мать Жерара, Кассандру. Это была высокая сухая старуха без единого следа седины в иссиня-черных волосах. Ее ярко-синие глаза, окруженные тонкой сетью еле заметных морщин, смотрели так, будто она решала, чего вы стоите, и склонялась к мысли, что ровным счетом ничего. Она молча курила длинную тонкую черную трубку и занималась тем же, чем и сам Север, – наблюдала за остальными. Наконец мальчики, явно устав вести себя прилично, спросили разрешения покинуть взрослых и, получив оное, сбежали в сад. Север слегка нахмурился: в этом особняке – судя по всему, недавно отстроенном – было что-то неуловимо маггловское. Дом был чересчур светел, чересчур современен и чересчур нов, чтобы служить жилищем столь старого и уважаемого магического семейства. И при всем при том... здесь было слишком много магии. Как любой достаточно могущественный волшебник, он чувствовал магию в предметах и некоторых созданиях... и в этом доме ее было слишком много. Сделав глоток поданного эльфами послеобеденного кофе, Север принялся вспоминать все, что ему было известно о Малефуа. Прежде всего, Жерар был, строго говоря, совсем не кузеном Луция, а просто главой французской ветви семейства – в общем, седьмая вода на киселе. Он был старше Луция на год и, если верить последнему, не желал иметь ничего общего с британской политикой, а посему за десять лет обменялся с английскими родственниками едва ли двумя дюжинами писем. Внезапное желание возобновить отношения вызывало по меньшей мере недоумение, а то и подозрения, и Север меланхолично дожидался, когда же в разговоре всплывет подоплека этого приглашения. Особенно долго ждать не пришлось. – Расскажите мне, мсье Снэп, – обратилась к нему Кассандра, пыхнув трубкой, – как случилось, что Люс оказался опекуном юного Анри? Север решил не обращать внимания на надругательство над своей фамилией. – Помилуйте, мадам, – ответил он, – это, кажется, было во всех газетах. – Уважьте немощную старую женщину, мсье Снэп, – Кассандра слегка склонила голову набок. – Вы чрезвычайно несправедливы к себе, мадам, – галантно возразил он. – Однако полагаю, что об опекунстве лучше расспросить Луция... Кассандра снова пыхнула трубкой и смерила его долгим задумчивым взглядом. – Вы, англичане, – заметила она наконец, – чрезвычайно много значения придаете... мужской дружбе, так, кажется, у вас это называют. – Не дав ему возможности ответить, она тут же повернулась к Луцию: – Люс? – Да, тетя Касси? – тут же отозвался тот. – Расскажи, дорогой мой, каким образом ты стал опекуном Анри? В гостиной воцарилась тишина, все взгляды обратились к Луцию. Север, радуясь, что наконец-то перестал быть объектом внимания въедливой старухи, стал с интересом ждать, как же выкрутится его друг. – Видите ли, тетя, – начал Луций, – пять лет назад я выяснил, что магглы, с которыми живет Мальчик-Который-Выжил, дурно с ним обращаются... – Прошу прощения, – прервала его Патриция и повернулась к мужу: – Дорогой, возможно, Констанс стоит пойти к себе? – Да нет, зачем же? – усмехнулся Жерар. – Констанс уже довольно большая девочка, думаю, ей это будет полезно. Север отметил про себя, что сама Констанция даже бровью не повела, словно обсуждение ее вовсе не касалось, и только смотрела на Луция, спокойно ожидая продолжения. «Выдержанная юная мисс», – с невольным уважением подумал он. Луций тем временем возобновил рассказ о воспитании Гарри, искусно обходя политические моменты, но уделяя немало внимания всяческим бытовым семейным подробностям и анекдотам. – Так что же, – поинтересовался Жерар, дослушав до конца, – добрая старая Англия сменила... мировоззрение? – слово «старая» он выделил особо. – В первую очередь она сменила политический курс, – тут же отозвался Луций. – А мировоззрение... Поживем – увидим. – Очень приятно это слышать, – заметила Кассандра. Она чуть откинулась в кресле, давая понять, что разговор окончен, и вернулась к своему прежнему занятию. После короткой паузы беседа в комнате возобновилась; Север продолжал наблюдать за хозяевами дома и вскоре заметил, что юная Констанция откровенно скучает, слушая разговор матери с Нарциссой. Он улыбнулся уголком рта: Нарцисса, несмотря на весь свой ум и незаурядные магические способности, умела часами поддерживать беседу на так называемые женские темы, если того требовали приличия. Констанция, заметив его улыбку, тихо поднялась и подошла к бабушке. Если она и хотела что-то спросить, Кассандра ее опередила. – Хорошо, что ты здесь, дорогая моя. Мсье Снэп, как я понимаю, зельевар – возможно, он не откажется поговорить с тобой о твоем увлечении, – она вперила в Севера суровый взгляд, как бы предостерегая: мол, попробуй откажи... – и ушла, оставив их вдвоем. Что ж, он не возражал против беседы с вежливой, спокойной девочкой, к тому же проявляющей интерес к его профессии. – Вы любите зельеварение, мадемуазель? – уточнил он. Девочка слегка порозовела – то ли от удовольствия, что он обратился к ней на «вы», то ли от смущения, что бабушка навязала гостю разговор. – Да, мсье Снейп, – кивнула она, – люблю. Когда из разрозненных элементов получается целое, которое обладает свойствами, не присущими ни одной из частей... это завораживает, правда? Север позволил себе улыбнуться по-настоящему. Он любил свой предмет, любил преподавать, но терпеть не мог неинтересующихся учеников – а ведь таких было большинство. Если бы хоть четверть студентов выказывали такое понимание, как эта девочка... – Не могу не согласиться, мадемуазель, – ответил он и повторил уже ставшую привычной присказку: – Это подлинная магия, не то что глупое размахивание палочкой. На мгновение ему показалось, что по лицу девочки пробежала тень, но если Констанцию что-то и расстроило в его замечании, она тут же совладала с собой. – Да, – тихо произнесла она, – это настоящее волшебство. Север, решив не заострять внимание на этом инциденте, перевел разговор на последние исследования в области зельеварения, и Констанция тут же оживилась. Через полчаса, когда они обсуждали завершившиеся небывалым успехом изыскания Дамокла Белби, он мог с полной уверенностью сказать, что в Хогвартсе даже из шестикурсников мало кто обладал настолько глубокими знаниями по предмету. Не в силах противостоять легкому приступу зависти, он заметил: – Я не думал, что Лорель настолько хорош... Бобатону повезло с преподавателем. К его удивлению, девочка побледнела и отвела взгляд. – Я не учусь в Бобатоне, – очень тихо ответила она, глядя в пол. – Я сквиб. Несмотря на все усилия, Северу не удалось скрыть своего изумления – тем не менее, он попытался хотя бы обратить его в максимально вежливую форму. – У вас домашний учитель? – спросил он, делая вид, что только это его и удивило. – Папа со мной иногда занимается, когда у него есть время, – ответила Констанция, чуть-чуть приободрившись. – Но в основном я сама – на каникулах, когда живу дома. Его уважение к девушке возросло едва ли не стократно; заодно теперь он понимал, почему особняк Малефуа источает столько магической силы: чтобы сквиб чувствовал себя комфортно в доме, где нет ни маггловского освещения, ни отопления, где двери обычно повинуются взмаху палочки, требовалось как следует заколдовать большинство помещений. – В таком случае, вы невероятно талантливы, мадмуазель, – совершенно искренне заметил он, и Констанция порозовела от удовольствия. – Скажите, вы читали последнюю работу Эжена Канселье? – Прошлогоднюю? – уточнила девушка. – Да, читала, из любопытства. Правда, пока для меня это все-таки слишком сложно... Вы знаете, у нас во Франции было много споров, стоило ли Канселье так много раскрывать в маггловском мире. Ходили даже слухи, будто «умереть» восемь лет назад его заставил сам мсье министр магии... * * * Луций с живым интересом и не без усмешки наблюдал, как его нелюдимый и обычно не слишком разговорчивый друг, не скрывая удовольствия, беседует с хорошенькой девочкой-подростком. – Не правда ли, чудесная пара, Жерар? – негромко поинтересовалась незаметно подошедшая Кассандра. – Что ты имеешь в виду, мама? – встрепенулся глава семейства Малефуа. – Только то, что у тебя будет зять-англичанин, – хмыкнула старуха. – Лет через десять, правда. – Не сказав больше ни слова, она невозмутимо отошла в сторону, устроилась в кресле у низенького столика и принялась выколачивать и заново набивать трубку. Луций ошарашенно воззрился на своего кузена. – Она шутит? Тот покачал головой. – Когда мама говорит такие вещи, они всегда сбываются, – без тени улыбки ответил Жерар. – Хотя в последнее ее предсказание и мне довольно трудно поверить... – он смерил Луция пристальным взглядом, словно решая, сообщить ему нечто важное или нет. – Дело в том, что Констанс... как это у вас называют? ... сквиб. – Понимаю, – ответил Луций после долгой паузы. – Она... на домашнем обучении? – Нет, – Жерар странно улыбнулся. – У нас здесь другой подход к таким вещам. – Да? – Луций вскинул бровь. – Было бы интересно услышать. На лице Малефуа появилось самодовольное выражение. – Представь себе довольно дорогую и закрытую частную маггловскую школу. Чтобы отправить туда ребенка, нужно не просто заплатить кругленькую сумму, но получить рекомендацию от кого-либо из Попечительского совета... причем злоупотребление этим правом, как правило, кончается для неосторожного попечителя лишением места в совете. В этой школе учатся дети дипломатов, политиков, военных, некоторых выдающихся ученых... и сквибы из древнейших магических родов Франции. К выпуску между студентами устанавливаются прочные связи... а юные магглы узнают о магическом мире. Разумеется, при условии неразглашения тайны. – Умно придумано, – не мог не признать Луций. – Это обеспечивает вам куда лучший доступ в маггловский мир, чем нам – мышиная возня в нашем министерстве... И ты, как я понимаю, один из попечителей? – Мой дед был одним из основателей этой школы, – кивнул Жерар. – В нашем роду сквибы не редкость, и ему пришло в голову, что их талантам стоит найти применение... Не желаешь взять идею на вооружение? – усмехнулся он. – Явно не сейчас, – покачал головой Луций. – В данный момент у меня на попечении два очень даже магических сорванца, за которыми нужен глаз да... – Папа! – двери распахнулись, и в комнату, нарушая всякие приличия, с восторженным криком ворвался Николя. – Папа, там в саду гадюка! И Анри с ней разговаривает! В повисшей тишине раздался звон: побледневшая Нарцисса выронила кофейную чашку. – Мерлин... – выдохнул Север, и они с Луцием переглянулись. – Прошу прощения, – сухо сказал Луций Жерару и поспешно отправился в сад разыскивать Гарри. * * * Оставшиеся в гостиной несколько долгих мгновений молча смотрели ему вслед. Николя явно не понимал, в чем дело: его сестра и взрослые были не просто ошарашены, но и слегка испуганы. Север лихорадочно пытался придумать, что сказать, когда вдруг заговорила Кассандра. – Мальчик будет полиглотом, – одобрительно заметила она, пыхнув трубкой. – Когда-нибудь это ему обязательно пригодится. * * * Луций торопливо шагал по посыпанной красным песком дорожке, досадуя, как все могло пойти наперекосяк настолько быстро. Дело было, конечно, не в Жераре. Кузен придерживался слишком либеральных взглядов, чтобы судить о человеке – тем более о ребенке – по чему-то, над чем тот не имеет ни малейшей власти. Однако узколобое, консервативное британское общество... Луций втянул воздух сквозь зубы, как от боли. Нет, новую способность Гарри придется скрывать любой ценой. Он повернул за угол живой изгороди, подстриженной аккуратными пирамидками высотой ярда в три, и обнаружил что искал: посреди идеально круглой, посыпанной красным песком площадки стоял Гарри, держа перед собой на ладони молодую гадюку. Змея приподнялась, словно для атаки, но нападать, кажется, не собиралась; хвостом она кокетливо обвивала запястье мальчика. Драко замер напротив, не сводя с твари широко распахнутых глаз. – Схш-ш-ш цх-х-х-х цс-с-с-ш-ш-ш! – с уст Гарри сорвалась серия странных шипящих звуков, и Луций содрогнулся. Слышать эту речь от ребенка... граничило почти с непристойностью. Не то чтобы звуки – или, если уж на то пошло, змеи – были неприятны сами по себе; просто тот, кто хоть раз слышал на змееязе отвратительные восторги Темного Лорда, вряд ли сможет об этом когда-либо забыть. – Ш-ш-ш-с-с-с-цс-с-с! Змея кивнула, Гарри медленно опустился на одно колено и осторожно положил ее на газон: узорчатый хвост только и мелькнул в траве. – Гарри? Одним быстрым движением мальчик выпрямился и развернулся. Глаза его светились восторгом, любопытством и такой радостью, какую может вызвать у десятилетнего ребенка только новое открытие или приключение. – Пап, ты слышал?! Я понимаю, что она говорит! Папа?.. – мальчик перестал сиять, его возбуждение сменилось неуверенностью, и Луций понял, что скрыть смятение не удалось. – Пап, что случилось? Драко молчал, только переводя озабоченный взгляд со сводного брата на отца и обратно. – Понимаешь ли, – с некоторым трудом выдавил Луций, – способность говорить со змеями не пользуется сейчас среди волшебников большой популярностью. Гарри слегка побледнел; лицо его приобрело ровное, почти бесстрастное выражение, как при беседах с Фаджем или другими любопытствующими из министерства. – Почему? – Драко наконец заговорил. – Дело в том, что последним магом, обладавшим этой способностью... кстати, это называется «змееуст», так вот, последним известным змееустом был Волдеморт, – сообщил Луций, тщательно подбирая слова. – Его предшественники... проявили себя немногим лучше. Неудивительно, что люди боятся, хотя само по себе данное умение совершенно безобидно. Поэтому лучше, если об этом никто не будет знать, кроме членов нашей семьи. Хорошо? Гарри кивнул и чуть-чуть расслабился. – А как же?.. – он покосился в сторону дома. Луций позволил себе улыбку. – Не беспокойся. Жерар никогда не любил придерживаться традиций. Он не станет обращать внимания на такие вещи. Думаю, когда все немного успокоятся, единственной проблемой будет уговорить Николя не хвастаться твоими способностями в школе. – То есть... – Гарри пытливо и неожиданно требовательно заглянул ему в глаза, – тебя они не... не беспокоят? – Нет, – он покачал головой, – конечно нет. – Тогда почему, – вдруг резко спросил Драко, – ты так вздрогнул, когда услышал, как Гарри говорит по-змеиному? Я видел. Гарри закусил губу. Луций вздохнул и шагнул ближе, притянул к себе и сына, и воспитанника. Первый издал в ответ скептическое не то шипение, не то фырканье; скованная поза второго выдавала напряженное ожидание. – Меня действительно не беспокоит твое умение понимать змей, Гарри, – вполголоса сказал он. – Нисколько. Просто... – он сглотнул. – Просто мне не нравится, как это звучит. Напоминает... – он осекся. Гарри вывернулся из-под его руки и снова заглянул ему в лицо, задрав голову. – Я понимаю, пап, – заверил он. – Прости, я не подумал, – в голосе Драко звучало искреннее огорчение. – Все в порядке, – Луций заставил себя опять улыбнуться. – Мы справимся. Только, пожалуйста, отнеситесь к этому серьезно. Никто не должен знать, что Гарри змееуст. Лучше об этом вообще не говорить, когда есть хоть малейшая возможность, что вас подслушают. – Ага, – Гарри закивал. – Мы поняли. – Идемте в дом. Нас уже заждались. Шагая по дорожке к главному крыльцу особняка, Луций притворился, что не слышал, как Драко за его спиной вполголоса заявил Гарри: – И все-таки это было супер... * * * В предпоследний день их пребывания во Франции у Луция состоялся крайне неординарный разговор с Патрицией Малефуа. Она улучила момент, когда после завтрака все обитатели поместья и гости разбрелись кто куда, и увлекла весьма удивленного Луция за собой на обширную галерею, тянувшуюся вокруг всего дома на уровне третьего этажа. – Чем могу служить очаровательной госпоже? – с улыбкой поинтересовался Луций, предчувствуя какой-то подвох и желая несколько разрядить обстановку. Вместо ответа Патриция бесцеремонно подтолкнула его к перилам и указала затянутой в тончайшую кремовую перчатку ручкой на прогуливающуюся в саду пару. Он едва сумел сдержать смешок: в цветущем саду, среди весеннего буйства нарциссов и тюльпанов Север в своей неизменно черной мантии выглядел сущим вороном. Слегка склонившись к уху своей спутницы, он что-то оживленно говорил, а Констанция кивала, не скрывая живого интереса. – И что я, по-вашему, должна думать? – поинтересовалась Патриция. – Одни только феи знают, чем ваш приятель вскружил ей голову... На сей раз Луций рассмеялся. – Скорее всего, они говорят о различных способах нарезания флоббер-червей, – сообщил он, не отказывая себе в удовольствии чуть-чуть поддразнить хозяйку дома. Та и в самом деле поморщилась. – Или о тонкостях использования экстракта цветов папоротника в приворотных зельях. Или о том, как правильно толочь жемчуг для какой-нибудь исцеляющей чепухи... – Благодарю, я поняла, – с оттенком легкой досады перебила его Патриция. – И я верю, что ваш приятель... э-э... не позволит себе лишнего. Но, тем не менее, меня тревожит... – Она отвернулась и продолжила чуть глуше, глядя куда-то вдаль: – Полагаю, вы слышали, что на этот счет говорит моя свекровь. Все это очень мило и романтично, но только до тех пор, пока не всплывут некоторые обстоятельства... – Север знает, что ваша дочь сквиб, – прямо заявил Луций. – Она сама ему сказала, в первый же день. Патриция резко повернулась. – И это его не беспокоит? – А должно? – невозмутимо поинтересовался он. – Я хорошо знаю, как в Британии относятся к сквибам, – парировала женщина, поджимая губы. – Возможно, пришло время что-то менять, – произнес Луций и снова посмотрел вниз, в сад. На скамейке Север неизвестно откуда добытым скальпелем аккуратно разрезал цветок сорванной примулы, не то демонстрируя своей юной собеседнице строение венчика, не то показывая, как правильно препарировать несчастное растение. – В любом случае, не думаю, что вам стоит тревожиться заранее, – он улыбнулся. Патриция проследила за его взглядом и тоже не смогла не улыбнуться. – Возможно, вы и правы, – задумчиво отозвалась она. * * * По возвращении в Англию в первый же вечер, отправив детей спать, чета Малфоев устроила то, что Север, не будь он не менее встревожен, непременно обозвал бы военным советом. Объяснений, данных Луцием мальчикам, вполне хватило десятилетнему ребенку, но было отнюдь не достаточно взрослым. – Должен признать, большего шока я не испытывал со времен исчезновения Волдеморта, – сумрачно объявил Луций, устроившись в кресле и лелея бокал с коньяком. – Сев, у тебя есть хоть какие-нибудь предположения о том, как такое могло получиться? Среди Поттеров не было змееустов! – Может быть, Лили... – неуверенно начала сидевшая в соседнем кресле Нарцисса. – Нет, Цисси, это абсолютно исключено, – покачал головой Север. – Как бы многим тогда ни хотелось считать иначе, Лили Эванс была магглорожденной ведьмой. В этом я уверен на сто процентов. – Какие еще возможны объяснения? – возразил Луций. – Это наследственная способность, просто так она не проявляется... Север задумался. – Единственным известным мне змееустом современности был Темный Лорд, – уверенно сказал он. – Который, как всем нам хорошо известно, бесследно исчез почти девять лет назад. Весь вопрос в том, куда. И почему. – Он вцепился в подлокотник кресла так, что побелели пальцы. – К несчастью, – продолжил он глухо, глядя в пол перед собой, – никто не знает, что произошло той ночью в доме Поттеров. И почему выжил Гарри. Нарцисса вдруг тихо ахнула. – Север! Не думаешь же ты, что Гарри... – она в ужасе уставилась на него. – Нет, – решительно ответил он, подняв голову и словно очнувшись, – я не думаю, что Темный Лорд сумел вселиться в Гарри. Во-первых, как правило, реципиент должен согласиться на подобное э-э... вторжение. Во-вторых, такое соседство непродолжительно и чаще всего заканчивается смертью физического тела. Девять лет – невозможно долгий срок для подобного сосуществования. В-третьих... – он чуть улыбнулся, – мы бы давно заметили, что дело неладно. Гарри настолько непохож на Темного Лорда, насколько это вообще возможно. Нарцисса слегка расслабилась. Луций успокаивающе погладил жену по руке, потом перевел взгляд на зельевара: – Что, в таком случае, ты предполагаешь? Что Волдеморт как-то поделился этой способностью с Гарри? Если это так, то что еще ребенок мог от него получить? И каким именно образом? – Понятия не имею, – вздохнул Север. – Вероятно, у Дамблдора есть соображения на этот счет, но, как ты понимаешь, я не могу у него спросить. Это лишь вызовет ненужные подозрения и осложнения... – Он вдруг нахмурился. – Есть одна странность, которая может иметь значение. Я никогда прежде не слышал, чтобы смертельное проклятие оставляло шрамы. – Я попытаюсь выяснить все, что возможно, на эту тему, – пообещал Луций. – Пожалуй, тебе удалось меня успокоить. Однако хотелось бы иметь возможность в будущем предугадывать подобные сюрпризы. – На то они и сюрпризы, – невесело усмехнулся Север, – чтобы их нельзя было предугадать. * * * В первый день летнего триместра Альб не преминул поинтересоваться у Севера за завтраком, как прошли пасхальные каникулы. – Как Гарри? Есть что-нибудь новенькое? – Да нет, вроде бы ничего особенного, – пожал плечами Север, потом, подумав, добавил: – У Гарри явно есть способности к языкам. Он очень хорошо говорит по-французски. По крайней мере, у него не возникало проблем в общении. – Да? – забеспокоился Альб. – Ты не думаешь, что Луций захочет отправить его в Бобатон? – Разумеется нет! – Север отвлекся от своего тоста и посмотрел на директора с искренним изумлением: – С какой стати? – У меня были опасения, – признал старик, успокоившись. – Но раз ты уверен, что все в порядке, значит, так оно и есть. Надеюсь, – он весело улыбнулся, – тебе удалось хорошо отдохнуть? Север на мгновение задумался. – Да, – наконец твердо сказал он. – Пожалуй, да. ------------------------------- Анри – французская форма имени Генрих, а Гарри – исторически одно из уменьшительных от того же имени. Эжен Канселье (Eugene Canseliet, 1899-1982) – последний из выдающихся алхимиков. Ученик легендарного мастера Фулканелли, он сам успел сделаться легендой. По преданию, ему дважды удалось произвести философский камень, и он вовсе не умер, а только покинул видимый мир. Ходили слухи о том, что Фулканелли и Канселье – одно и то же лицо. ~ Конец II части ~

wolf cub: Замечательная глава! а сколько её ждали Очень интересно, что же будет дальше

outside flo: спасибо за новую главу! очень интересно! хорошо бы Снейп действительно нашел свое личное счастье... хотя, если все пойдет как должно, то через 10 лет он будет двойным агентом. впрочем, непонятно, как усыновление Гарри изменит события, последовавшие после возрождения Лорда... в общем, страшно любопытно, что будет дальше!

Dginevra: Мерри Uhh!!! Ya uge otchayalas uvidet novuu glavu!! Glava prosto izumitelņaya!!! Nades, chto opyat ne prijdetsya gdat glavu tak dolgo! Uspehov i ogromnoe SPASIBo za takoe chudesnoe prodolgenie!!!

Мерри: outside flo Через десять лет Волдеморта как раз уже не будет :) Dginevra wolf cub

outside flo: Мерри пишет: Через десять лет Волдеморта как раз уже не будет :) неужели они его быстрее доконают?

Мерри: outside flo ?? В этой главе 90-й год. Гарри 10 лет. Через 10 лет ему будет 20, он два года как закончит Хогвартс. С Волдемортом, думаю, разберутся в 97-98, как и в каноне предполагается.

Astarta: Йупиии! наконец-то продолжение) Мерри пишет: – Мальчик будет полиглотом, – одобрительно заметила она, пыхнув трубкой. – Когда-нибудь это ему обязательно пригодится. Потрясающая женщина)

Мерри: Astarta И ведь она опять не ошиблась! ;)

outside flo: Мерри пишет: В этой главе 90-й год. Гарри 10 лет. Через 10 лет ему будет 20, он два года как закончит Хогвартс. С Волдемортом, думаю, разберутся в 97-98, как и в каноне предполагается. а, ну да... *колотит себя по глупой голове*

Мерри: outside flo Просто Гарри быстро растет в этой части :) Даты труднее уловить ;)

B&G: Мне показалась, что я сплю. Мерлин, какая радость! Спасибо вам огромное Глава изумительная

Мерри: B&G Пожалуйста :) Если вы и спите, то, надеюсь, сон приятный :)

leeRA: Я уж и не надеялась увидеть продолжение. Глава замечательная. Теперь буду с нетерпением ждать третью часть.

Irana: Мерри Шикарное продолжение! Мне безумно понравилась Кассандра, правда, в отличие от первой обладательницы этого имени родные ей верят Только то, что у тебя будет зять-англичанин, – хмыкнула старуха. – Лет через десять, правда. – Неужели сбудется? Очень бы хотелось)) Отрывок про устройство жизни магов и сквибов во Франции получился очень хорошим и информативным. Один диалог, а образ жизни, обычаи и привычки "старых" французов вырисовываются достаточно четко. Особенно понравились слова "добрая старая Англия" и скрытый в них смысл. Безумно изящно. Мне вот только очень интересно, почему ты видишь французское магическое общество именно таким: свободным и прогрессивным, особенно в сравнении с костным английским?

Мерри: Irana Спасибо! :) Мне вот только очень интересно, почему ты видишь французское магическое общество именно таким: свободным и прогрессивным, особеннотв сравнении с костным английским? До некоторой степени это произвол. До некоторой другой... это отражение того, что я знаю о французах (уж сколько знаю, могу быть неправа, конечно). Они прежде всего республиканцы... Вообще во Франции довольно давно сильны левые настроения, в отличие от более консервативной и традиционалистской Англии. И французские маги (которые, как и английские более традиционны, чем магглы), просто вынуждены приспосабливаться, иначе им будет труднее. Но строго говоря, я не понимаю, почему придуманной мной системы нет в Англии. Это же очень просто...

Irana: Мерри У меня тоже есть интуитивное ощущение, что французское магическое общество гораздо более легкомысленно , чем британское. Просто одно время я интересовалась историей этих двух стран, и сложилось впечатление, что французы жили веселее, и вообще были на порядок более жизнелюбивы и активны, чем их заморские соседи. А косвенно это подтвердила 4-ая книга. Но строго говоря, я не понимаю, почему придуманной мной системы нет в Англии. Это же очень просто... Видимо, разница в отношении к сквибам в чистокровных семействах. В Англии это считаете позором, замалчивается и скрывается. (Насколько я помню, книги этому не противоречат, хотя там всего несколько упоминаний.) Поэтому описанная тобой система и невозможна. А во Франции более дальновидные маги. Кроме того, они стремятся частично интергироваться в маггловский мир, а британцы максимально дистанцируются от него: интересоваться магглами и дружить с ними неприлично (вспомни высказывания Драко во 2-ой книге).

Мерри: Irana Ну, англичане тоже умеют лихо зажигать :) Только по своему... Строго говоря, хотя я люблю и тех, и других, английские ценности мне намного ближе... Французы слишком на нас похожи ;)

Ilmira: Была уверена, что фик заброшен. Рада, что ошиблась. Спасибо.

ники: Мерри ,поклон земной за чудесное продолжение! А интриги всё прибавляется в сюжете...это опутывает фик замысловатым узором тайны ...так какую же цель ставил Луций при посещении своей французкой родни? Да и Север нашему Патриару Дамби врёт всё складнее и складнее всё более уклончиво рассказывает о Гарри: – Да нет, вроде бы ничего особенного...У Гарри явно есть способности к языкам. -и правду ж рассказал о способностях...ведь на каких именно языках говорит мальчик,не спрашивалось Профессор зельеварения решил принять предложение Луциуса - – Мальчик – могущественный маг, – серьезно отвечал Луций. – При должном воспитании и обучении он будет лучшим магом столетия..Я уверен, что он сделает отличную политическую карьеру... при должном содействии. И, Север... Дамблдор не вечен, знаешь ли. .Простите-знаю,что вопросов много задаю,но уж очень фик интригует. Спасибо Вам за продолжение!!!

belana: Прочитала новую главу вчера ночью. Не смогла сформулировать ни одной связной мысли. отсутствие СЦМ разрушительно действует на мой мозг. сегодня соображаю лучше. так вот. все страньше и страньше! Непонятный визит во Францию, совет в Филях в поместье... За дивных французских родственников отдельное спасибо! А Луций в замешательстве - это уникальная картина... Как же он, должно быть, перепугался! Спасибо, автор, за продолжение!

Мерри: ники belana Прежде всего, визит иницирован не Луцием, а Жераром. Жерар был, строго говоря, совсем не кузеном Луция, а просто главой французской ветви семейства – в общем, седьмая вода на киселе. Он был старше Луция на год и, если верить последнему, не желал иметь ничего общего с британской политикой, а посему за десять лет обменялся с английскими родственниками едва ли двумя дюжинами писем. Внезапное желание возобновить отношения вызывало по меньшей мере недоумение, а то и подозрения, и Север меланхолично дожидался, когда же в разговоре всплывет подоплека этого приглашения. Особенно долго ждать не пришлось. – Расскажите мне, мсье Снэп, – обратилась к нему Кассандра, пыхнув трубкой, – как случилось, что Люс оказался опекуном юного Анри? Малефуа хотят знать, насколько изменилась обстановка в Англии и стоит ли им связываться с британскими родственниками. К Луцию могут быть два вопроса: почему он согласился и почему потащил с собой Севера. На первый вопрос ответ, мне кажется, очевиден: Луцию нужны союзники. Причем не только в Британии. На второй ответов может быть несколько, и все более или менее правдивы: а) чтобы успокоить Дамблдора; б) для прикрытия (мало ли что?) в) Люку одному скучно :)

Сталина: Мерри, замечательно! Первым прочитала у вас "9 1/2 недель", а теперь вот это! Всё нравится, но можно одну тапочку? Ро устами своих героев Петуньи и Вернона уточнила (видимо, имея в виду фикрайтеров ), что мальчика зовут не Гарольд, не Гэри или как-то ещё, а Гарри. Это было в самой первой главе. Это у меня просто бзик такой: если придумывают своё, прекрасно, а если попусту перевирают чужое... И можно ещё вопрос: у вас есть хороший северитус, кроме "9 1/2 недель"? Так понравилось, что хочется почитать что-нибудь подобное! Или вы знаете чужой хороший фик? Я искала в "что почитать", ничего подходящего не нашла. Большое спасибо за доставленное удовольствие!

Мерри: Сталина Нет, там сказано совсем другое :) Potter wasn't such an unusual name. He was sure there were lots of people called Potter who had a son called Harry. Come to think of it, he wasn't even sure his nephew was called Harry. He'd never even seen the boy. It might have been Harvey. Or Harold. Гарри - это уменьшительное по меньшей мере от 4 английских имен, плюс самостоятельное имя. Вернон признает, что не знает точно имени мальчика. И далее: "I suppose so," said Mrs. Dursley stiffly. "What's his name again? Howard, isn't it?" "Harry. Nasty, common name, if you ask me." Опять же, строго говоря, нигде не сказано, что это его ПОЛНОЕ имя. И в официальном письме из Хогвартса его имя ТОЖЕ не указано, только "мистер Поттер". Так что прямого противоречия канону тут нет. И можно ещё вопрос: у вас есть хороший северитус, кроме "9 1/2 недель"? Так понравилось, что хочется почитать что-нибудь подобное! Или вы знаете чужой хороший фик? Я искала в "что почитать", ничего подходящего не нашла. Нет, я не пишу дважды один сюжет или пейринг. Стараюсь, во всяком случае. Из чужих ... "Магия крови" - один из лучших северитусов, на мой взгляд. Мы с Ira66 его доперевели до конца, но еще не разослали в архивы. Еще псевдосеверитус - "Год, какого еще не бывало", тоже наш перевод, в процессе. Шикарный северитус "Мой", его переводит Lenny. Еще советую работы Naisica.

Сталина: Мерри, да, Вернон гадает, как же зовут ребёнка, а потом спрашивает у Петунии, и та отвечает: "Его зовут Гарри. На мой взгляд, простое, деревенское имя". И у всех остальных героев указывается полное имя, даже если зовут уменьшительным (Рональд - Рон), можно предположить, что Гарри и есть Гарри, раз нет прямого указания на другое имя. Мерри пишет: Опять же, строго говоря, нигде не сказано, что это его ПОЛНОЕ имя. Ой, "Магию крови" прочитала, очень понравилось! Может быть, вы могли бы мне его прислать? Ну, пожалуйста!!! Если да, то мой e-mail: stalina77@mail.ru Всё остальное ОБЯЗАТЕЛЬНО посмотрю, СПАСИБО!

Мерри: Сталина И у всех остальных героев указывается полное имя, даже если зовут уменьшительным (Рональд - Рон), можно предположить, что Гарри и есть Гарри, раз нет прямого указания на другое имя. Можно предположить, а можно и не предполагать ;) В общем, прямого противоречия канону тут у меня нет, а так мне нравится больше ;) Про "Магию крови" - следите за объявлениями. Извините, но мы не будем рассылать не откорректированный до конца вариант.

Мерри: Обновленная версия [align:center]Часть III. Ключи от будущего[/align] Глава 14. Добро пожаловать в Хогвартс! 1 сентября 1991 г. Пригороды Лондона все быстрее проносились за окном: Хогвартс-экспресс набирал скорость. Гарри откинулся на спинку сиденья и развернул свежий номер «Квиддича сегодня». – Лучше бы, – заметил Драко, расположившийся напротив, – ты учебник по зельям почитал. Сев вчера говорил, что кое-кто ответил только на половину вопросов в тесте. – Не всем же быть помешанными на зельеварении, – буркнул Гарри, не поднимая носа от журнала. – Ага, некоторые умом поехали от квиддича, – встряла Панси. – В жизни не видела более дурацкого занятия! – Да что ты в этом понимаешь! – хором возмутились мальчики. Панси снисходительно фыркнула, сидевшая рядом с ней Миллисент захихикала. – Девчонки, – проворчал Гарри и снова попытался углубиться в чтение. Однако сделать этого ему не дали: Драко наклонился вперед и выхватил журнал у него из рук. – Эй! – Потом отдам, – объявил Драко, открывая справочник по простейшим зельям, заложенный посередине листом пергамента. – Сначала зелья. – Зануда, – буркнул Гарри и надулся. – Лентяй, – парировал Драко. – Девочки, не подсказывайте. Гарри, где следует искать безоар? – Вот привязался! Оба чокнутые, что ты, что Север... – продолжал ворчать Гарри. – Не знаю я! – Я тоже не знаю... – утешила его Милли. – Я даже не знаю, что это такое, – поддакнула Панси. – Безоар – это универсальное противоядие. Ядов, с которыми он не может справиться, практически не существует, – лекторским тоном сообщил Драко, явно подражая крестному. – Он представляет собой камень, который можно найти в желудке козы... – Фу, гадость какая! – воскликнула Миллисент, и обеих девочек передернуло. Драко театрально закатил глаза, потом задал следующий вопрос: – Чем отличается борец от аконита? В это мгновение дверь купе открылась, и внутрь заглянул растрепанный, неуклюжий на вид мальчик, темно-русый и кареглазый. – Вы тут жабу не видели? – спросил он нервно. Драко смерил его скептическим взглядом. – Нет, – сухо сказал он. – Не видели. – Извините, – розовея, промямлил мальчик. – Да, а борец и аконит – это одно и то же. В пристальном взгляде Драко мелькнул некоторый интерес. – Правильно. Пять баллов... как там тебя зовут? – Л-лонгботтом... Невилл Лонгботтом, – выдавил мальчик, смущаясь еще больше. – А тебя? – Драко Малфой, – высокомерно представился Драко. – Это Миллисента Буллстрод, Панси Паркинсон и мой брат Гарри. – Привет! – кивнул Гарри, сочувствуя новому знакомому. Когда Драко впадал в настроение покомандовать, легче было уступить и переждать, чем пытаться с ним спорить. Девочки заулыбались. – Очень приятно, – кивнул в ответ Лонгботтом, наконец, похоже, справившись с собой. – Извините, что помешал, пойду искать Тревора... – он исчез за дверью. – Хаффлпафф, – заключил Драко с интонацией колдомедика, ставящего смертельный диагноз. – Растяпа-ботаник с жабой в качестве фамилиара... однозначно Хаффлпафф. Гарри тяжело вздохнул. С момента получения хогвартского приглашения Драко совершенно помешался на теме распределения и различиях Домов. – Эй, мистер Распределительная Шляпа, – позвал он, – или продолжай свой дурацкий опрос, или отдай мой журнал. Драко надулся и снова взялся за учебник. – Так, что там у нас дальше... А, вот. Состав Глотка Живой Смерти. – М-м... – Гарри задумался. – Асфодель... и чего-то еще. – Полынь, по-моему... – осторожно прибавила Милли. – И то, и другое верно, но не точно. Истолченный корень асфоделя и настой полыни, – сообщил Драко. – Дальше... – Слушай, давай потом, а? – не выдержал Гарри. – Я так все равно ничего не запомню. – Когда Сев на первом же занятии выставит тебя идиотом, ты поймешь, что я был прав, – обиделся Драко. – И тогда ты оценишь все, что я для тебя делаю, но будет поздно. Милли и Панси снова захихикали. – Ладно, ладно, – примирительно сказал Гарри. – Ты прав, а я – обделенный феями болван. Давай отдохнем? – Вы все безнадежны... – вздохнул Драко, но дуться все-таки перестал. – Держи свой журнал, Мальчик-Который-Не-Переживет-Первый-Урок-Зельеварения. Гарри снова взялся за статью о последних трансферах игроков Высшей Лиги, однако быстро обнаружил, что возможные последствия скандального перехода Кшиштофа Каминского из польской сборной в австрийскую его мало занимают. Прикрываясь от остальных журналом, он постарался незаметно вытащить из вшитого в мантию чехла свою новую волшебную палочку. Дерево было гладким и чуть теплым на ощупь; очутившись в его ладонях, палочка еле заметно задрожала, словно живая, и чувствовалось – она ему рада. Гарри, однако, испытывал на ее счет некоторые сомнения. А все этот проклятый Олливандер! Сумасшедший, совершенно чокнутый старикашка. Это ж надо было – вызваться пойти в его дурацкую лавку одному! Небось при отце старик не стал бы болтать глупости. Палочки-сестры... Гарри передернуло. Новость о том, что у него есть с Волдемортом еще что-то общее, помимо способности говорить со змеями, абсолютно не радовала. Тогда он был настолько шокирован, что не сказал об этом никому: ни родителям, ни даже Драко. Да и непонятно было, как можно рассказать такое... Он поежился и убрал палочку в чехол. Дверь снова открылась, и внутрь заглянула какая-то лохматая девочка, уже успевшая переодеться в школьную мантию. За спиной незнакомки маячил смущенный Невилл. – Вы не видели здесь жабу? – командирским голосом поинтересовалась она. Драко закатил глаза. – Нет, за последние четверть часа жаб здесь не прибавилось, – ядовито заметил он. – Извините, я ей говорил... – промямлил Невилл, но девочка не слушала: ее внимание приковала лежавшая на скамейке книга. – О, вы тут занимаетесь? Это замечательно. Я тоже уже выучила все наши учебники, надеюсь, что этого хватит, потому что я единственная ведьма в семье, так что придется стараться, чтобы не отстать. Ой, а этого справочника не было в программе! Жалко, мне родители купили так мало дополнительных книг, сказали, я и так слишком много учусь, но ведь так же не бывает, правда? Да, кстати, меня зовут Гермиона Грейнджер, а вас? – выпалила она на одном дыхании и повернулась к Гарри. Все четверо уставились на нее, словно на новый экспонат какой-нибудь кунсткамеры. Взгляд у Драко был даже немного остекленевший. – Меня – Гарри Поттер, – наконец ответил слегка обалдевший Гарри. – А это Миллисент Буллстрод, Панси Паркинсон и Драко Малфой. – Гарри Поттер? – с явным любопытством уточнила девочка. – Я все про тебя знаю. Я читала и «Современную магическую историю», и «Подъем и падение Темных Искусств», и «Основные магические события XX века»... – О Мерлин... – простонал Гарри, хватаясь за голову. – Я так и знал, что будет кошмар. Это сообщение остановило вдохновенный поток слов лохматой девочки. – Почему? – поинтересовалась она с искренним любопытством. – А тебе приятно, когда на тебя все пялятся, как на пятиногого гиппогрифа? – сердито поинтересовался Драко, приходя в себя. Грейнджер залилась краской. – Извините, – сказала она. – Честное слово, я не нарочно... Просто я тут новенькая, и мне все очень интересно, и я так стараюсь не отстать, вы ведь выросли в волшебном мире и все знаете... – Да-да, мы уже поняли, – поспешно оборвал ее Драко. – Идите ищите свою жабу, или что там у вас пропало, потому что мы скоро приедем. Девочка кивнула и ушла, уводя за собой растяпу Невилла. Друзья переглянулись. – Да-а... – наконец протянул Драко. – Это... у меня просто нет слов. Не дай Мерлин оказаться с ней в одном Доме. – Да брось... – неуверенно возразил Гарри. – Не так все страшно... – Ну, если наложить на нее Silencio... – задумчиво предложил Драко. – ... а еще уложить волосы и уменьшить зубы... – хихикнула Панси. – Ну вы и злыдни! – воскликнула Милли, впрочем, без особого осуждения в голосе. – Человека пожалеть надо, у нее же родители магглы... ой! – получив от Гарри легкий тычок в бок, она испуганно умолкла и виновато посмотрела на него. – Прости, я ничего такого... – Ладно, – проворчал Гарри, – я знаю. Мерлин с ней, с этой Грейнджер, нам и правда пора переодеваться. Девчонки, вы первые. Только не тяните. Они с Драко вышли в коридор, прикрыв за собой дверь. – Как ты думаешь, в какой Дом я попаду? – тихо спросил Гарри, немного погодя. – В Слизерин, конечно! – без тени сомнения отозвался Драко. – А если... нет? Тот повернулся и внимательно посмотрел на Гарри. – Ну-у... – он сделал вид, что задумался. – Тогда у меня появится лишний повод тебя дразнить. И мы будем очень много времени проводить в библиотеке либо постоянно надоедать Севу. – Это почему? – удивился Гарри, даже не пытаясь скрыть облегчение. – Потому что, насколько я знаю, приводить в слизеринскую гостиную студентов других Домов не очень принято. Так что придется найти другое место... – Эй, а ты правда Гарри Поттер? – прервал их беседу незнакомый голос. Оба повернулись: к ним подошел рыжий веснушчатый мальчишка примерно их возраста, в поношенной и кое-где заштопанной мантии. Он во все глаза уставился на Гарри. – Правда, – мрачно отозвался тот. Ему до смерти надоело, что на него приходят поглазеть все кому не лень. – Чего тебе? – Меня зовут Рон Уизли. А у тебя правда есть шрам? – Да, у него есть шрам, – сердито огрызнулся Драко, – хотя это тебя совершенно не касается. Так что можешь валить отсюда, тебя никто не задерживает. – Драко... – с легким упреком сказал Гарри. – Что ты сегодня, не с той ноги встал? – Драко? Ну и имечко, – насмешливо сказал рыжий, явно обидевшись и желая отмщения. – Как, ты сказал, тебя зовут? – прищурился Драко. – Уизли? Ну да, конечно, я мог бы и сам догадаться. Слишком много веснушек и одежда в заплатках. Право, твоим родителям не следовало заводить больше детей, чем они могут прокормить. Уизли побагровел и сжал кулаки. Гарри с тревогой подумал, что, того и гляди, этих двоих придется разнимать, но тут, к его облегчению, из купе выглянула Панси. – Мы уже почти все, заходите! – позвала она. Гарри поспешно подпихнул брата к купе, бросил склочному рыжику: «Нам некогда!» – и последовал за Драко. [align:center]* * *[/align] На станции первокурсников встречал темноволосый косматый великан – Рубий Хагрид, хогвартский лесничий и Хранитель Ключей, припомнил Гарри. Луций несколько раз весьма ядовито прохаживался насчет непомерной любви лесничего к разного рода волшебным тварям («Чем омерзительней, тем лучше»), а Нарцисса как-то раз заметила, что не стоит давать детям псевдолатинские имена, мол, родословная от этого не удлинится. Север, однако, никогда не говорил о Хагриде ничего особенно язвительного, из чего Гарри заключил, что тот, вероятно, человек вполне приличный. – Первокурсники! Первокурсники, все сюда! – крикнул Хагрид. – Гарри, рад тебя видеть! – Привет, Хагрид! – отозвался он. Вместе с толпой других новичков Гарри, Драко и их друзья поспешили за ним. Пока они спускались вслед за лесничим куда-то по узкой и скользкой дорожке в почти полной темноте, Гарри вспоминал, при каких обстоятельствах он познакомился с Хагридом лично. [align:center]* * *[/align] В самом начале августа, едва Гарри получил свое хогвартское приглашение, семейство Малфоев посетило Диагон-аллею. Оставив Нарциссу и Драко в магазине мадам Малкин, Луций и Гарри отправились в Гринготтс: Луций объявил, что Гарри пора получить ключ от своего «школьного» сейфа. Пока его приемный отец, расположившись в углу за столиком, сражался с грудой официального вида пергаментов и препирался с двумя гоблинами, Гарри от нечего делать принялся бродить по залу, разглядывая все вокруг. В какой-то момент он так увлекся, что чуть не налетел на очередного посетителя – и лишь в самую последнюю минуту сумел отскочить в сторону. – О, прошу прощения, – искренне сказал он, поднимая глаза на свою «неудавшуюся жертву». – Да, ниче, парень, ниче... – пробормотал гигантского роста человек с косматыми волосами и бородой, разглядывая его. – А ты никак Гарри Поттер, а? – Очень приятно, – сдержанно кивнул Гарри, который обыкновенно не очень любил тех, кто его узнавал. – А вы?.. – Хагрид. Рубий Хагрид, – великан протянул ему руку. – Хранитель Ключей Хогвартса? – Гарри слегка расслабился. – Я о вас слышал от дяди Севера. Хагрид странно хмыкнул, но насмешка на его лице была не злой. – А, от Севера Снейпа... ясно, ясно. Ну, он-то малый неплохой, ниче не сказать... – Хагрид занял очередь к ближайшему гоблину, где было поменьше народа, и Гарри встал с ним рядом. – А тут ты что делаешь? – Жду, – Гарри почти совсем расслабился. Новый знакомый выглядел и говорил простецки, но от него явно не исходило никакой угрозы. – Папа там, – он махнул в сторону, – заполняет анкеты, чтобы мне дали ключ от моего сейфа. – Папа? – Хагрид нахмурился, и Гарри снова подобрался. – Мой приемный отец, – суховато пояснил он, с тоской и легким раздражением ожидая обычного потока вопросов о приемной семье и «настоящих» родителях. Хагрид, однако, тут же развеял его опасения. – А, извиняй, парень, не скумекал, – добродушно сказал он. – Хочет, значит, чтоб ты получил, что по праву причитается? Ну, добро, добро... Ты не серчай, если я чего не так сказал, я-то тебя вот такусеньким помню... – он показал руками. – В самом деле? – с любопытством поинтересовался Гарри. – Вы меня видели маленьким? – Так и есть, так и есть, – закивал Хагрид. – Это ж я забрал тебя, когда Ты-Знаешь-Кто... – он виновато осекся и замялся. – В общем, из развалин дома твоих родителей... Джеймса и Лили Поттеров. – Великан хлюпнул носом, извлек из кармана очень большой и не очень чистый клетчатый платок и принялся тереть глаза. – Понятно, – немного неловко кивнул Гарри, не зная, что еще сказать. Он не хотел обидеть лесничего, который, похоже, искренне распереживался, однако и говорить о Поттерах тоже не хотел. – А вы что тут делаете? – он в общем-то сознавал, что вопрос не слишком приличный, но предположил, что его faux pas спишут на детскую откровенность... если вообще заметят, конечно. – Страшно секретное дело, – подмигнул Хагрид. – Забрать надо кой-чего, профессор Дамблдор велел. Но ты смотри, молчок! Я ничего не говорил! – Он повернулся к гоблину, поскольку как раз подошла его очередь. Отошедший на пару шагов в сторону Гарри, хотя и старался, разнообразия ради, не подслушивать, совершенно отчетливо уловил, что речь шла о сейфе № 713. [align:center]* * *[/align] Размышления Гарри прервал крепкий толчок в спину: Миллисент споткнулась и налетела на него, оба чуть не упали. – Прости, Гарри, – пропыхтела она. – И почему первокурсникам нельзя пользоваться каретами, как всем? – Традиция, – пожал плечами Драко. – Первые впечатления – самые сильные, и все такое. – Еще чуток, и вы увидите Хогвартс! – зычно крикнул Хагрид где-то впереди. – Так, осторожно, не поскользнитесь! Стоп! – О-о! – восхищенно выдохнули обе девочки. Тропинка вывела их к большому озеру. На другом берегу на скале возвышался огромный замок; его ярко светящиеся окна отражались в темной воде озера, а многочисленные башни и башенки были четко видны на фоне звездного неба. – Эффектно, – согласился Драко. – По четверо в лодку, не больше! – скомандовал Хагрид. Ребята послушно забрались в ближайшую к ним лодку; Милли поспешно села на носу, опасливо держась обеими руками за борта. По команде лесничего лодки двинулись к замку, и Милли вцепилась в борта еще сильнее. – Тебя что, укачивает? – удивился Гарри. – Ты же хорошо летаешь! – Не укачивает, – пробормотала Милли. Даже в темноте было видно, что она краснеет. – Я плавать не умею. – Ты же живешь почти у моря! – воскликнула Панси. – Угу, – мрачно кивнула Милли. – Моя мама считает, что это неженственно. Мальчики фыркнули. – Ладно, мы что-нибудь придумаем, – утешила Панси подругу. – Я попрошу своих, чтобы они пригласили тебя с нами во Францию в будущем году. И ты научишься. – Спасибо, – неловко отозвалась Милли, с опаской косясь на волны. – Уже немного осталось, – заметил Гарри. Флотилия подошла к самой скале, и лодки одна за другой скользнули в глубокую расщелину, поросшую плющом. – Пригнитесь! – велел Хагрид. Миновав темный туннель, вскоре они оказались на подземной пристани, откуда Хагрид повел их по лестнице наверх на лужайку перед главным входом в замок и постучал в огромную дубовую дверь. На стук явилась высокая темноволосая ведьма в изумрудной мантии. – Макгонагалл, – шепнул Гарри на ухо брату. Тот кивнул. – Профессор Макгонагалл, я привел первокурсников, – сообщил Хагрид. – Спасибо, – кивнула та. – Дети, идите за мной. Все время, пока заместитель директора рассказывала о Домах Хогвартса, четверка друзей стояла в сторонке, тихонько хихикая и перешептываясь. Наконец Макгонагалл смерила их суровым взглядом, который немного смягчился, едва она увидела Гарри. – Хогвартс всегда был знаменит своими выпускниками. Надеюсь, многие из вас внесут свою лепту в его славу, – профессор завершила речь, глядя ему прямо в глаза. – Я скоро вернусь. Едва она исчезла, все присутствующие разом заговорили, поднялся жуткий гомон. Минуту спустя к ним сквозь толпу пробился Блейз. – Привет! – улыбнулся он девочкам. Мальчики пожали друг другу руки. – Ну, как вы? Я еле увернулся от Нотта с его гориллами. Пришлось плыть с таким смешным увальнем, видели его? Который жабу теряет. И с этой кошмарной занудой. Ужас, а не девочка. – Да, мы уже познакомились, – фыркнул Драко. – Что за гориллы? Нотт обзавелся зоопарком? – Крэбб и Гойл, – вполголоса ответил Блейз, незаметно показывая рукой. Действительно, неподалеку от них стоял мрачный Теодор Нотт и с ним два крупных широкоплечих мальчика. – Хм... – Драко нахмурился. – Если не ошибаюсь, отец избавил их родителей от тюрьмы. Можно попробовать на них повлиять... – А стоит? – возразил Гарри. – Мы все равно не сможем им доверять. Пусть лучше будут на виду. Сомневаюсь, что они посмеют причинить нам серьезный вред, а болтать пусть болтают что угодно. – Он прищурился: – Хотя если они к нам полезут, им же хуже. Милли и Панси переглянулись. – Мальчики, по-моему, вы от нас что-то скрываете... – прозрачно намекнула Панси. – Потом, ладно? – быстро сказал Гарри. – Не здесь. Милли хотела что-то сказать, но тут вернулась профессор Макгонагалл и повела их в знаменитый Большой зал Хогвартса. Распределительная Шляпа спела песню (по мнению Драко, ужасно глупую), и распределение началось. – Аббот, Ханна! – Хаффлпафф! Гарри очень старался не подавать виду, но по мере того как приближалась их очередь, он переживал все сильнее и сильнее. Милли попала в Слизерин – Шляпа не раздумывала ни секунды. Когда на табурет уселась лохматая Грейнджер, Шляпа размышляла куда дольше, но в конце концов отправила зазнайку в Гриффиндор. – Я думал, она попадет в Рэйвенкло, – шепнул Гарри. – Для этого она слишком много разговаривает, – хихикнула Панси. Растяпа с жабой просидел под Шляпой минут пять, не меньше, и – к большому удивлению всей компании – тоже оказался в Гриффиндоре. Подошла очередь Драко – и конечно же, он попал в Слизерин, куда и хотел. Гарри нервничал и беспокойно переминался с ноги на ногу. – Не дрейфь! – шепнула Панси, когда подошла ее очередь, и уверенно направилась примерять Шляпу. Разумеется, и она тоже очутилась в Слизерине. Гарри постарался незаметно вытереть вспотевшие от волнения ладони о мантию и посмотрел в сторону преподавательского стола. Север смотрел на толпу еще не распределенных первокурсников с непроницаемым лицом, но, встретившись взглядом с Гарри, еле заметно кивнул, и мальчик чуть-чуть расслабился. – Поттер, Гарри! По залу пробежал шепоток, кто-то спрашивал: – Она сказала, Поттер? – Тот самый Гарри Поттер? Гарри с трудом удержался от гримасы. Он и без того не сомневался, что скоро фраза «тот самый Поттер» будет сидеть у него в печенках. Да к тому же просто спиной чувствовал пристальные взгляды преподавателей – и в том числе Севера. Стараясь изо всех сил не показать своего волнения, он надел Шляпу и уселся на табурет. «Хм... – раздался тихий голос у него прямо над ухом. – Тяжелый случай. Очень тяжелый. Мужества у тебя хоть отбавляй. И ума хватает, и таланта, клянусь богами... И весьма похвальное желание проявить себя. Любопытно... Куда же мне тебя девать?» «В Слизерин! – отчаянно подумал Гарри. – Драко там, и Милли, и Панси! И потом, папа обрадуется, и Север...» «Твои родители учились в Гриффиндоре, – мягко сказала Шляпа. – Многие ждут, что ты попадешь туда...» «Ну и что? У магглорожденных родители тут вообще не учились! – с досадой возразил он. – И мало ли, кто чего ждет? Я хочу в Слизерин!» «Ну, раз ты настаиваешь... – усмехнулась Шляпа.– Слизерин поможет тебе достичь величия. Но и проблем у тебя будет немало. Удачи тебе, Гарри Поттер...» – Слизерин! Зал замер на мгновение, а потом слизеринский стол взорвался аплодисментами. Гарри снял Шляпу, соскочил на пол и отыскал глазами Драко: тот уже освободил место рядом с собой и радостно махал Гарри рукой. Ошалевший от шума и облегчения Гарри даже не заметил, что прочие факультеты отреагировали на решение Шляпы весьма сдержанно. Чуть ли не бегом он кинулся к слизеринскому столу, где разные незнакомые люди принялись пожимать ему руку и хлопать по плечу. – Добро пожаловать в Слизерин, Гарри! – высокопарно объявил высокий темноволосый парень лет пятнадцати. – Меня зовут Лоренс Степлтон, и я староста. Мы все рады... И действительно, у него на мантии блестел значок. – Да ладно тебе, Ларри, – перебила его рыжеволосая и синеглазая девушка, тоже со значком старосты, – оставь человека в покое. Речи пускай Дамблдор толкает. – Ну, как знаешь, Ливи, – Ларри пожал плечами. – Гарри, это Оливия О'Коннэл, тоже староста. – Очень приятно, – совершенно искренне сказал Гарри: девушка ему понравилась. Наконец с ним поздоровались все, кто хотел, и он с облегчением плюхнулся рядом с Драко. Блейз к этому времени тоже успел устроиться рядом с ними. – Уф... Ну и Шляпа! Я ее еле уговорил! – пожаловался Гарри. – А чего она хотела? – поинтересовался Драко. – Что-то ты и правда долго. – А кто ее поймет, чего она хотела! – фыркнул Гарри, постепенно снова обретая уверенность в себе. – То ей Гриффиндор, то Слизерин... – Хорошо, не Хаффлпафф, – хихикнул Драко. – Да уж, это точно. Хотя Рэйвенкло в каком-то смысле еще хуже... – согласился Гарри. Тут он наконец вспомнил про Севера и посмотрел в сторону преподавательского стола. Мастер Зелий пристально смотрел прямо на него – и, поймав взгляд названого крестника, подмигнул. Гарри попытался улыбнуться в ответ, но Север уже отвернулся, заговорив с каким-то незнакомцем в фиолетовом тюрбане. – Гарри Поттер в Слизерине? – вдруг прошелестел у него за спиной странный голос. Гарри обернулся. У скамьи колыхался устрашающего вида призрак в окровавленных старинных одеждах. Припомнив уроки истории и рассказы Луция, Гарри поспешно вылез из-за стола и поклонился. – Здравствуйте, барон де Комбрэ, – почтительно сказал он. Спохватившись, Драко последовал его примеру. – Наконец-то! – одобрительно прогудел призрак. – Дети, которые знают историю. Если бы не этот плебей Биннс, дела в Британии шли бы намного лучше, помяните мое слово! Поттер в Слизерине, впрочем, – это что-то новенькое... – он смерил Гарри взглядом. – Посмотрим, что из этого выйдет. – Я надеюсь не подвести свой Дом, господин барон, – вежливо, но твердо ответил Гарри. – Посмотрим, – повторил призрак, кивнул на прощание, развернулся и ушел в ближайшую стену. – Вот это да! – восторженно сказала Оливия. – Расскажете мне потом про него, мальчики? Боюсь, что на уроках у Биннса я вечно сплю. – А разве дома... – начал было Блейз, но Оливия его перебила. – Мои родители магглы, – непринужденно сказала она, накладывая себе в тарелку побольше жареной картошки. – Так что мне пришлось учиться всему уже тут. – Оно и видно, – пробурчал Нотт, сидевший поблизости. – Чего еще ждать от... – Заткнись, – сердито одернул его Ларри, – если не хочешь получить взыскание. Нотт набычился, но и в самом деле заткнулся. Драко и Гарри переглянулись: они не ожидали ни присутствия в Слизерине магглорожденных студентов, ни спокойного к ним отношения. Понаблюдав некоторое время за старшекурсниками, они решили, что Ларри просто нравится Оливия и в этом все дело. Наконец праздничный ужин закончился, и старосты отвели новичков в общежитие Дома Слизерин. Слизеринская гостиная оказалась большим, неярко освещенным помещением: резные каменные стены, тяжелые шерстяные гобелены в зеленых тонах, висячие лампы на толстенных цепях, уютные диваны и кресла. – Не расходиться! – властно скомандовал Ларри. – Я знаю, что вы устали, – улыбнувшись, подхватила Оливия, – но, пожалуйста, потерпите еще пятнадцать минут. Сейчас придет наш декан, профессор Север Снейп, и наставит вас на путь истинный. – На этом месте Ларри тихо фыркнул, прикрывая рот рукой. – А уж потом вы отправитесь спать. Действительно, не прошло и пары минут, как скрывавшая вход часть стены отъехала в сторону, и в комнату вошел Север. Он сурово оглядел стоящих посреди гостиной первокурсников. – Итак, – начал он, – вы стали студентами Дома Слизерин. Это накладывает на вас определенные обязательства. Любой ваш поступок отражается на репутации всего Дома, и я не потерплю, чтобы ваше безрассудство имело негативные последствия... – он заложил руки за спину и принялся ходить туда-сюда перед толпой новичков. – Вероятно, вы не раз услышите жалобы других учеников на то, что я никогда не снимаю баллы со студентов своего Дома. Это и в самом деле так, – первокурсники радостно зашумели, но быстро стихли под грозным взглядом Снейпа, – однако это отнюдь не означает, что я их не наказываю. И поверьте мне, вы не хотите испытать это на себе. Мистер Поттер! Гарри вздрогнул, оторвался от разглядывания гобелена с изображением магической дуэли Салазара Слизерина и Годрика Гриффиндора и виновато посмотрел на своего декана. – Не думайте, Поттер, что ваша исключительность дает вам какие-то привилегии, – насмешливо посоветовал Снейп. – Мистер Малфой, вас это тоже касается. Мальчики послушно потупились. Зельевар, ни на мгновение не поддавшись на их покаянный вид, хмыкнул и продолжил: – Без сомнения, вы встретитесь с предубеждениями со стороны студентов других Домов. Я настоятельно требую, чтобы вы не поддавались на возможные провокации. Если вы не в состоянии разрешить проблемы самостоятельно, обращайтесь к старостам. Если же мистер Степлтон и мисс О'Коннэл не смогут вам помочь, я готов выслушать любого из вас в любое время суток. И, пожалуйста, запомните, – он обвел взглядом притихшую гостиную, – мы – Дом Слизерин. Мы лучшие. На мгновение в комнате повисла пауза, а потом сидевшие и стоявшие вдоль стен старшекурсники разразились аплодисментами. – Благодарю, – Снейп поднял руку, и шум снова стих. – Это все на сегодня, увидимся на занятиях. Мистер Малфой, мистер Поттер, зайдите ко мне завтра вечером после ужина. Не дожидаясь ответа, он развернулся и вышел. Как только за деканом закрылась дверь, Оливия обернулась к мальчикам и с интересом спросила: – Чем это вы умудрились привлечь внимание декана в первый же день? Плюнули ему на мантию? – Судьба у нас такая, – театрально вздохнул Драко. – Привлекать внимание Севера. – Да ладно тебе, – возразил Гарри. – Не так уж он страшен. Если не попадать ему снежком в глаз, – с абсолютно серьезным видом добавил он. – И вообще он в нас души не чает. На мгновение в гостиной повисла недоуменная тишина. – Вы точно не заливаете? – наконец спросила Оливия. Мальчишки, улыбаясь, переглянулись. – Точно, – кивнул Драко, ужасно довольный собой. – Дело в том, что Север – наш крестный. – Да? – переспросила Оливия после минутной паузы. – Ну, тогда я вам очень сочувствую. ------------------------------ Faux pas – промах (франц.) Барон де Комбрэ... – имя Кровавого Барона взято из списка «неопознанных» спутников Вильгельма Завоевателя: если где и искать магов, так как раз среди тех таинственных людей, которые перечисляются в числе участников сражений, но чьи родословные не прослеживаются. Источник: The Conqueror and His Companions by J.R. Planché, Somerset Herald. London: Tinsley Brothers, 1874. TBC

Полётчица: Я первая? ) Именно после СЦМ я продолжаю жалеть, что в каноне всё не так. Прекрасно. В то, что здесь написано, хочется верить. Это живо. Это - замечательно. И видно. Почти реально. мы – Дом Слизерин. Мы лучшие. Без комментариев)))).

Мерри: Полётчица Как говорил Льюис, когда никак не находишь книгу, которую тебе хочется прочитать, приходится писать ее самому...

Полётчица: Мерри, и был полностью прав. У тебя, кстати - самая что ни на есть реальная книга). У меня СЦМ фиком назвать язык не поворачивается)



полная версия страницы