Форум » Библиотека-2 » "Часы пробили полночь", НЛ, РУ, ДУ, PG-13, мини » Ответить

"Часы пробили полночь", НЛ, РУ, ДУ, PG-13, мини

hitraya: Название: Часы пробили полночь Автор: hitraya Бета: нет Рейтинг: PG-13 Герои (Пейринг): НЛ, РУ, ГГ, ДУ Жанр: Angst/Drama Дисклеймер: Отказываюсь от всего, все герои принадлежат Дж.К. Роулинг Аннотация: Не очень весёлые мысли, наверное Комментарии: Возможно, небольшое АУ, ООС некоторых персонажей Отношение к критике: очень жду Размещение в архивах: свяжитесь предварительно со мной

Ответов - 4

Apple: hitraya Оформите, пожалуйста, тему в соответствии с правилами данного форума.

Котёнок: Мне понравилось! Хорошее мини, настроенчиское... если можно так выразиться.

hitraya: *** До полуночи оставалось не многим больше получаса. Невилл вдыхал ночной воздух полной грудью. Так странно было, так неестественно тихо. А ведь всего несколько минут назад чернильно-синее небо полыхало алым заревом, а заклятья порхали в воздухе, подобно диковинным птицам с длинными огненными хвостами. Сейчас же наступила абсолютная тишина. Так ступает смерть. Беззвучно, призрачно, и лишь случайный шорох в полном безмолвии, трепет листвы в отсутствии ветра свидетельствуют о её неумолимом приближении. Невилл вновь вдохнул, но на этот раз воздух пах вовсе не сладкой летней ночью, а вековой пылью, осыпавшейся вместе со стенами замка, гарью пожарища, слезами и страхом выживших. Колин хрипел на земле, с его губ слетали клочья розовой пены, кровь запеклась в уголках его рта, скулы обострились, а под глазами залегли тени, словно у покойника. Хотя, собственно, он и был мертвецом. Не существовало ни одного зелья, ни одного заклинания, и чар тоже не было против такой раны. Поэтому сейчас несостоявшийся фотограф и самый ловкий папарацци за всю историю Хогвартса умирал. Невилл подумал, что слишком циничен. Забавно, раньше он думал о себе лишь как о неуклюжем дурачке, сейчас – как о циничном усталом дураке. И непонятно, что же лучше. Невилл стоял и смотрел, как Колин заходится предсмертным кашлем. На секунду его сердце сжалось и бешено забилось между рёбрами. Хотелось бежать, кричать о помощи, делать хоть что-то, но вместо этого он присел на корточки и взял Колина за руку. Невилл сидел на земле и ждал смерти друга. *** Рон держал Гермиону за руку. Он слегка сжимал её ладонь в своей, массируя большим пальцем выступающую косточку её тонкого запястья. Гермиона не сопротивлялась, а только что-то тихо шептала одними губами. Может, молитву. Они стояли в дверях Большого Зала, не в силах смотреть на идеально ровные ряды мёртвых друзей, знакомых, однокашников. Для себя Гермиона давно поняла, что жутко боится крови. Один вид бурой массы внушал ей ужас, сравнимый с животным. А Рон… Рон просто не мог обернуться. На холодном мраморном полу лежал его живой тёплый брат. И так они и стояли, наблюдая за движением вокруг. Казалось, время остановилось, прекратив свой вечный бег. Рон слышал, как плачет его мать, упав на каменные плиты, как дрожит мелкой дрожью и сжимает зубы Джордж, как тихо всхлипывает его отец, не в состоянии сдержать чувств. Но разве это имеет теперь смысл? Ведь его брат мёртв. Мёртв? Как просто оказалось произнести это слово. Рон всегда думал: чтобы поверить в любую даже самую неправдоподобную чушь, нужно всего лишь произнести эти самые слова вслух. И никакого волшебства. Нужно всего лишь сделать свой страх осязаемым, плотным, так, чтобы он повис в воздухе и стал виден. Теперь Рон твёрдо знал – Фред мёртв, и нет никакой возможности что-либо изменить. Рон сильнее сжал ладонь Гермионы в своей. Она повернула к нему лицо с мёртвыми, безжизненными глазами на нём. Но, как только её взгляд коснулся солнечной россыпи веснушек на его лице, её глаза на секунду вспыхнули звёздным огнём. И тогда Рон понял кое-что ещё: Фред мёртв, а он сам жив. Рон прижал к себе Гермиону, и вместе они повернулись лицом к Большому залу. Они стояли в дверном проёме на груде дерева, бывшем когда-то дубовыми дверьми, и смотрели на мёртвых друзей. *** Джинни сидела на самой вершине Астрономической башни, точнее того, что от неё осталось. Как она туда забралась, зачем, было уже неважно. Она сидела, свесив ноги над пропастью, и болтала ими, желая, чтобы сандалии поскорее соскочили и упали в бездну. Её волосы, пропахшие гарью, подхватил ветер и погладил, словно мать гладит по голове беспокойного ребёнка. А Джинни и чувствовала себя маленькой потерявшейся девочкой, несчастной и кругом виноватой. Она кинулась за Тонкс, но ничего не успела сделать, сражалась рядом с Колином, а теперь… Теперь Фред лежал чужой и холодный на полу в Большом зале, Люпин навсегда вперил взгляд невидящих, пустых глаз в звёзды, что зависли на потолке. Когда Джинни рвалась из рук матери в Выручай-комнате, с пеной у рта доказывала, что она способна сражаться, бороться и побеждать, ей было невдомёк, что ценой этой самой победы станет кровь, как друзей, так и врагов на её руках. И вот она сидела, убежав ото всех, болтала ногами над пропастью и ждала своей личной «Авады Кедавры». Ей казалось, что нет ничего проще, чем не видеть все те ужасы, кровью и гарью войны выведенные у неё на сердце, будто проклятым пером Амбридж. Подумав об Амбридж, Джинни тут же вспомнила его. Его походку, манеру читать книгу, положив голову на кулак, поставленный на парту, запах его квиддичной формы после тренировки, его любимый пирог с патокой и его по-девичьи тонкие запястья при развитых руках… Страх липким комом упал в её желудок, провоцируя рвотный рефлекс. Джинни скрестила пальцы и ещё раз посмотрела вниз. Чернота. Абсолютная, непроглядная. Неожиданно, далеко у запретного леса она увидела быстро перемещающуюся, такую знакомую фигурку. Сердце ёкнуло и разбилось на тысячи осколков величиной с булавочную головку. Джинни сидела на краю бездны и просила Всевышнего о смерти. *** Гарри открыл снитч и отрывисто прошептал всего три слова: «Я собираюсь умереть» Часы на башне пробили полночь.

Gold: Мм...не могу сказать, что как-то особенно задело, но мне понравился язык Спасибо



полная версия страницы