Форум » Архив "Весёлые Старты" 2009. Внеконкурс » ВС: Вне конкурса. "Подарок", NC-17, слэш, юмор, ГП/ДМ, СС » Ответить

ВС: Вне конкурса. "Подарок", NC-17, слэш, юмор, ГП/ДМ, СС

St. Mungo's Hospital: Автор: Toma Название: Подарок Пейринг: ГП/ДМ, СС Рейтинг:NC-17 Размер: миди Жанр: юмор Предупреждение: слэш, ООС, AU Саммари: В госпиталь Святого Мунго доставили двух бывших непримиримых врагов, пострадавших в результате несчастного случая. Северус Снейп должен выяснить, что же произошло на самом деле. Примечания:1. Фик написан на NC-флэшмоб для конкурса «Веселые старты» 2. Цветы и конфеты не пьем. 3. Зато остатки викодина используем по назначению. После пятой обоснуй скончался в муках. Дисклаймер: Каждому свое: ГП - Роулинг, нам – аппендикс

Ответов - 23

St. Mungo's Hospital: Пятнадцатого февраля две тысячи четырнадцатого года бывший хогвартский зельевар, кавалер Ордена Мерлина первой степени, а ныне заведующий лабораторией госпиталя Святого Мунго Северус Снейп сидел за своим рабочим столом, заваленным бумагами и заставленным пробирками с образцами зелий, мрачно разглядывал отвратительно - жизнерадостный портрет Бонема Мунго и размышлял о том, почему в любой сомнительной и неприятной ситуации все окружающие сразу вспоминают о его скромной персоне. Так происходило всю его сознательную жизнь: и Дамблдор, и Волдеморт требовали от него выполнения самых грязных, самых опасных заданий. И даже покойная матушка посылала его к лавочнику просить отпустить в долг продукты. Видимо, что-то из этой тирады он произнес вслух, потому что Бонем Мунго, состроив притворно жалостливую физиономию, изрек: – Значит, такова твоя судьба, мой мальчик! – Я сто раз просил не называть меня так, - прошипел Снейп. - Иначе отправлю на пятый этаж! – Меня туда нельзя, меня больные боятся, – беззаботно парировал господин на портрете, жизнерадостно почесывая нос. – И вообще, это моя лаборатория. В прошлом. Вы меняетесь, а я остаюсь. – Я бы не стал гордиться этим гадюшником, – мстительно заметил Снейп и, кажется, добился своего. Бонем Мунго обиженно закрыл глаза, демонстративно засопел, вновь оставляя своего преемника наедине с невеселыми мыслями. Сегодняшнее утро началось с того, что к нему явился главный целитель Патрик Ливси. Сам по себе этот визит ничего хорошего не предвещал – Снейп слишком хорошо знал, что начальство снисходит до личного посещения подчиненных лишь тогда, когда хочет настоять на выполнении какого-нибудь в особенности неприятного и выходящего за рамки служебных обязанностей задания. Интуиция не подвела бывшего легендарного шпиона: после разговора о погоде, ценах на ингредиенты для зелий и очаровательных правнуках шефа тот, словно невзначай, заметил: – Да, Северус, вчера в отделение травм от рукотворных предметов поступили два твоих бывших ученика. Тебе не интересно узнать их имена? – Я учил всех недоумков в возрасте до сорока пяти лет в этой проклятой стране. Нет, мне не интересно. – Это не просто твои ученики, – хитро заметил главный целитель. – Один из них твой давний соратник по борьбе с Волдемортом, а второй сын твоего старого знакомого. Все еще не интересно? – Нет, – замотал немытой головой Снейп. – Тем более не хочу. Лучше не говорите. – Это наш главный аврор Гарри Поттер и твой любимый ученик, сын одного из самых щедрых наших спонсоров Драко Малфой. – Так я и знал. И что из этого следует? – Ты даже не хочешь узнать, что с ними случилось? – поразился Патрик Ливси. – Северус, каждый школьник, изучающий историю магии, знает, что ты не раз спасал и того и другого от смертельной опасности. – Хотите сказать, мне не следовало этого делать? – Северус, что ты такое говоришь! – воскликнул Ливси. – Наоборот, я пришел к тебе, как к человеку, неравнодушному к их судьбе. – Я равнодушен! – Так вот, как человеку, принимающему близко к сердцу жизнь этих двух достойных граждан Магической Британии, я рассказываю тебе, что случилось. Вчера оба поступили в наш госпиталь с серьезными бытовыми повреждениями, полученными в доме главного аврора. Домовик Поттеров прибежал на шум и крики, обнаружил их среди обломков мебели ранеными, истекающими кровью, и немедленно отправился за помощью. Аппарировавшая в дом экстренная целительская бригада немедленно доставила обоих сюда. Похоже, в домашней библиотеке Поттера завязался бой, в результате которого они и пострадали. При этом интересно то, что ни у того ни у другого не наблюдается повреждений от воздействия магии – только бытовые травмы. – Какие? – У мистера Поттера сильная контузия, перелом правой руки, у мистера Малфоя перелом ноги, вывих локтевого сустава. У обоих многочисленные порезы – там кругом было битое стекло. Лица, руки, у мистера Поттера глубокий порез ягодицы. – А что говорят они сами? – Оба рассказывали о несчастном случае, но ни я, ни министр, ни члены семей ни на секунду им не поверили. – Министр занимается этой ерундой? – поразился Снейп. – А как же! Ранен главный аврор! Вдруг это покушение? – Ливси доверительно склонился к лицу Снейпа, и того обдало ароматом мятных конфет, сквозь которые явственно пробивался запах огневики. – Всем известно, что Драко Малфой в прошлом был Упивающимся смертью. – Я тоже им был! – Но вы с самого начала работали на Волдеморта по поручению Альбуса Дамблдора, – сладенько улыбнулся Ливси, и Снейп не стал возражать – в конце концов, благодаря этой выдумке заучки Грейнджер он после войны избежал расследования и вместо бывшего, хоть и раскаявшегося слуги Темного Лорда, предстал в глазах общественности бесстрашным шпионом. – Так чего вы хотите от меня? На первом этаже закончился Костерост или настойка бадьяна? – Я прошу, чтобы вы по старой памяти, по-дружески поговорили со своими бывшими учениками. И на это, признаюсь, намекал сам министр. Возможно, они решили выгородить кого-то, или Гарри Поттер не желает судебного расследования над старым однокашником. – Ни за что! – возмутился Снейп. – Не хочу даже слышать об этих двух идиотах! – Я был уверен, что вы согласитесь, – расплылся в широкой улыбке Ливси. Следующим был Люциус Малфой, лично явившийся в Мунго. – Северус, – сказал он негромко, слегка хмуря светлые брови. – Мне не нравится происходящее. Совсем не нравится. Не представляю, что Драко забыл в доме Поттера, учитывая их прежние разногласия. – А что говорит он сам? – Отмалчивается. Северус, я боюсь, что аврорат чем-то шантажирует моего сына. – Да кому он нужен? – поразился Снейп. – Чем его можно шантажировать, если он после окончания школы интересуется исключительно балами и квиддичем? – У нашей семьи серьезный бизнес, – обиделся Малфой. – И не всегда легальный, – подтвердил Снейп. Люциус недовольно поморщился, но кивнул в знак согласия. – Именно этого я и боюсь, Сев. Знаешь, ведь там, в поттеровской библиотеке, нашли наручники. Мне по секрету сказал один министерский знакомый. Вдруг Поттер хотел арестовать моего сына? – Лично? Главный аврор? Люциус, ты бредишь. – Пусть так, – Малфой резко подался вперед, перегнулся через стол, едва не смахнув рукавом дорогой мантии флакон с драконьей кровью. – Я хочу убедиться в этом. Северус, ты поговоришь с ними. С Драко и Поттером. – С какой стати я? – Потому что если кто-то и может вытянуть из них правду – это ты, – не задумываясь, ответил Люциус. Джиневра Уизли явилась уже под вечер. – Профессор Снейп, – нервно комкая в кулаке кружевной платок, начала она. – Пожалуйста, поговорите с моим мужем. Он так вас уважает, вам он обязательно расскажет всю правду. – Миссис Уизли, мне нет никакого дела до вашего супруга. Почему бы вам самой не спросить его. – Мне он не рассказывает ни о чем, что касается работы, – Джиневра вздохнула. – А вы по его словам всегда были редким мерзав… человеком, способным вытянуть нужную вам информацию даже из уст умирающего. Пожалуйста, профессор! В общем, деваться было некуда, и сейчас медленно, медленнее, чем обычно, поднимаясь из-за стола, накладывая чары невидимости на бумаги, запирая дверь лаборатории заклинанием, Северус Снейп угрюмо размышлял, сразу заавадит его Поттер за то, что он собирался сделать, или удастся отделаться Круциатусом. Поттера и Малфоя поместили в одну палату. Не слишком удачное решение, учитывая, мягко говоря, натянутые отношения обоих в школе и загадочную ситуацию, приведшую их в госпиталь. – Они сами попросили, – пожал плечами заведующий отделением в ответ на вопрос Снейпа, и этот факт показался ему еще более подозрительным. Однако, когда он осторожно приоткрыл указанную сестрой белую дверь, его глазам предстала на удивление мирная картина.

St. Mungo's Hospital: Поттер и Малфой лежали, развалившись на высоких больничных кроватях. Оба чересчур бледные, лица в заживающих под действием бадьяна порезах, у Поттера перебинтована рука, у Малфоя зафиксирована на спинке кровати закованная в гипс нога. Поверх одеяла главного аврора разбросаны пергаменты, в один из которых он сосредоточенно уткнулся: по-видимому, рабочие документы. Драко, потягивая янтарную жидкость из пузатого бокала, лениво водил пером по последней странице свежего номера «Ежедневного пророка». – Существо с головой льва и туловищем козы, шесть букв, – бормотал он под нос. – Эй, Потти, что за пакость такая? – Химера. Эх ты, чистокровный. Не знаешь элементарных вещей. – Откуда? Эту дисциплину нам твой дружок Хагрид преподавал. – Не трогай Хагрида! – Нужен он мне! А ты откуда знаешь? – Да конфисковали детеныша у одного… любителя несколько лет назад. Все отделение нам загадил. Снейп кашлянул, прерывая этот, на удивление мирный, разговор. – Вынужден вас побеспокоить, господа, – пациенты обернулись на его голос. – О, Северус, заходи! – как-то чересчур весело воскликнул Малфой, к неудовольствию Снейпа взявший в последнее время возмутительно фамильярный тон с бывшим преподавателем и лучшим другом отца. – Здравствуйте, профессор, – совсем не так дружелюбно приветствовал его Поттер. – Я уже давно не ваш профессор, – заметил Снейп, проходя в палату. Подхватил с тумбочки Драко бокал, понюхал. – Мистер Малфой, вы идиот? Смешивать алкоголь с зельями! – Да ладно, тут иначе со скуки спятишь, – отмахнулся тот. – Кстати, почему вы здесь оказались? – Это зафиксировано в больничных документах, – довольно сухо сказал Поттер. – Несчастный случай. – И что за несчастный случай привел мистера Малфоя на Гриммуальд Плейс, 12? Драко открыл рот, чтобы что-то ответить, но Поттер его опередил: – Сугубо личное дело. А почему это так вас интересует, мистер Снейп? Вы назначены нашим лечащим врачом? – Нет, но ваши близкие обратились ко мне с просьбой выяснить истинные причины произошедшего. Они, как ни удивительно, волнуются. Надеюсь, вы поделитесь со мной тем, что не захотели рассказать дежурному целителю. – А почему они просили вас? – поразился Драко. – Сам удивляюсь, – искренне ответил Снейп. – Так вы расскажете мне, в чем дело? – Извините, профессор, но вас это не касается, – отрезал Поттер. Снейп вздохнул и потянулся за палочкой. То, что он собирался сделать, было рискованно и неприятно, но иного выхода он не видел. – Инкарцеро! – невидимые веревки мгновенно обвили тело Малфоя, забившегося в отчаянных попытках вырваться. – Инкарцеро! – те же путы сковали движения Поттера. – Ты что, с ума сошел, Сев?! – заорал Малфой. – Прекрати свои шутки! – Силенцио! – и наследник древнего рода утратил дар речи. – Что вы себе позволяете, Снейп?! – осведомился главный аврор тоном, от которого у подозреваемых обычно начинали трястись колени. Он, в отличие от товарища по несчастью, освободиться не пытался – знал, что бесполезно. – Что вы собираетесь делать? От ненависти, метавшейся в известных всей стране по многочисленным колдографиям зеленых глазах, от сжатых до белизны в пальцах кулаков Гарри заведующему лабораторией Мунго, положа руку на сердце, стало не по себе – все-таки последствия нападения на государственное лицо такого ранга могли быть непредсказуемыми. Но отступать человек, которому во времена оные удавалось водить вокруг пальца одного из самых сильных темных магов в истории страны, не привык. – Простите, мистер Поттер, у меня нет другого выхода, – сказал он, склоняясь над больным и направляя на него волшебную палочку. – Малфой, в отличие от вас, владеет окклюменцией. Легилименс! Перед глазами, как обычно, замелькали беспорядочные образы: аврорат, дети, супружеская спальня (нет, только не это!). Словно перелистывая страницы книги, преодолевая слабое сопротивление, Снейп отыскивал нужное ему воспоминание. Библиотека фамильного особняка Блэков, он помнит ее по давним собраниям Ордена Феникса. Распахиваются тяжелые двери, смеясь, заходит Поттер, слышен другой мужской голос. Да, это Малфой. – Иди же, где ты там? – поторапливает хозяин своего гостя. – Слушай, ты точно сумасшедший, – недовольно качает головой Драко. – Здесь, когда твои могут появиться с минуты на минуту. – Сюда они точно не пойдут. Тут вообще редко появляется кто-то, кроме домовиков. У нас, знаешь ли, не очень читающая семья. – Догадываюсь, – хмыкает Малфой. – Наглец ты, хорек, – качает головой Поттер. – И почему я тебя до сих пор терплю, сам не понимаю. – Я тоже не знаю, зачем мне неотесанный мужлан, вроде тебя. – Ладно, Драко, – Поттер подходит ближе, дотрагивается до бледных пальцев Малфоя. – Расслабься. Сегодня праздник, день Святого Валентина. Или ты забыл? Он опускает смуглую ладонь на белобрысый затылок с редеющими волосами и притягивает давнего недруга в глубокий, долгий поцелуй. Тот, впрочем, не сопротивляется, с готовностью подаваясь вперед, обхватывает плечи Поттера. Шокированный Снейп следит за парой с изумлением – от этого сеанса легилименции он ожидал чего угодно, но не того безобразия, что творится у него на глазах. Поттер же, тем временем, разрывает поцелуй, отстраняясь от скандально раскрасневшегося Малфоя. – Слушай, у меня ведь для тебя подарок в честь праздника. Он роется в кармане мантии, вытаскивает довольно увесистый сверток, протягивает Драко: – Держи. – Хм… Спасибо, – Малфой осторожно разворачивает бумагу, извлекает какой-то возмутительно-яркий предмет. – Поттер, что это? Приглядевшись, Снейп видит фарфоровую свинку с удивительно глупой мордой. Бока свинки украшены грубой росписью, в спине круглое отверстие, глаза, правда, изготовлены из настоящих драгоценных камней. Он невольно хмыкает – представить в Малфой-Меноре подобную безвкусицу решительно невозможно. – Держатель для перьев, – настороженно говорит Поттер. – А что, не нравится? – Как тебе сказать, Гарри, – осторожно начинает Малфой, но ловит внимательный взгляд возлюбленного и осекается. – Конечно, нравится. Я, можно сказать, мечтал о таком всю жизнь. Спасибо! – он чмокает Поттера в губы, и тот мгновенно веселеет. – Ну, хорошо. Мне показалось, что это будет смешно. Специально ко дню всех влюбленных, кстати. Давай отметим? Я и вино приготовил. – Отличная мысль, – Малфой оглядывается, отыскивает взглядом огромный письменный стол, ставит на него сувенир. – А я тебе ничего не принес. Совсем забыл про этот треклятый праздник. Он, кажется, в самом деле смущен. – Значит, поздравишь меня по-другому, – заговорщицким тоном говорит Поттер, разливая в бокалы красное вино. – Ну, за нас. – За нас, – Малфой принюхивается к содержимому бокала, пробует на вкус. – О, хорошее! – Двухсотлетней выдержки. – Ты молодец, Поттер, – говорит Драко, запуская руку в темные взъерошенные волосы главного аврора. В голосе его звучит странная, незнакомая Снейпу нежность. – Везет же дуракам. Шевелюра, как в детстве. А у меня вон, беда. – Знаешь ты, какой она была в детстве, – Поттер придвигается ближе, притягивает Малфоя за талию. – Ты меня тогда, между прочим, ненавидел. – А ты отказывался со мной дружить, – шепчет тот, подставляя шею для поцелуя. – Да, вот так, пожалуйста… Морщась, Снейп отводит взгляд. То, что произойдет дальше, предсказать не сложно. Он, конечно, не подвержен предрассудкам, но мысли об однополом сексе всегда вызывали у него отвращение. Тем более эти двое… Гаже не придумаешь. Когда Снейп вновь смотрит на странную парочку, бокалы с дорогим вином отставлены в сторону, Поттер уже полусидит на столе в бесстыдно задранной мантии, руки обнимают шею устроившегося меж его ног Малфоя, откинутая назад физиономия выражает тупое блаженство. Длинные пальцы Драко скользят по обнаженным бедрам партнера, тонкие губы жадно выцеловывают дорожку в ложбинке под смуглым кадыком. Заставив Поттера слегка приподняться, он стягивает вниз его белые трусы, взвешивает на ладони возбужденный, сочащийся смазкой член, большим пальцем обводит блестящую головку. Поттер резко выдыхает и прикусывает губу. – Вот из-за чего я тебя до сих пор терплю, – Драко пытается сохранять ироничный тон, но голос его заметно срывается. – Ты такой… вкусный. С этими словами он опускается на колени, еще шире раздвигая ноги любовника, осторожно, словно пробуя на вкус, касается члена языком, острым его кончиком проводит по синей вздувшейся вене. Вознаграждением ему становится стон Поттера, бесцеремонно запускающего пятерню в светлые волосы. - Ну, давай же, Драко, пожалуйста! Снейп с интересом исследователя следит за стараниями сына своего друга. Да, о таких способностях младшего Малфоя он и не подозревал. – Подрочи себе, не стесняйся, – шепчет Поттер, подаваясь вперед. – Как ты любишь. Упрашивать Драко не нужно: слегка дрожащими пальцами он выдергивает пуговицы из петель, просовывает ладонь в складки мантии, начинает ласкать себя быстро и судорожно. Поттер кончает первым с коротким вскриком, Снейп изумленно отмечает, что Малфой проглатывает все до капли, причем без тени отвращения. Спустя несколько секунд спина Драко напрягается, потом он со стоном блаженства утыкается лбом в живот любовника. Тот наклоняется, целует его в макушку, помогает подняться. – Как ты это делаешь? - шепчет он хрипло. – Черт, Малфой, ты как наркотическое зелье, от тебя невозможно оторваться! – Ты что, пробовал? – Было после школы, – смущенно отвечает главный аврор. – У меня вообще-то тоже. Снейп хмыкает. Какие интересные сведения. – Хочешь вина? – Драко подносит к губам Поттера бокал, поит его с таким умильным выражением на лице, что Снейпа вновь начинает подташнивать. Эти идиотские проявления нежности наблюдать противнее, чем минет. Тем временем Малфой вновь целует возлюбленного в шею, опускает ладонь на голый живот с темной дорожкой волос, спускающейся от пупка к лобку. – Мерлин, – смеется Поттер. – Ты что, опять готов? – А ты как думал? – острые зубы прикусывают мочку уха под непокорными прядями. – Решил легко отделаться? Поздно, Гарри. И я сегодня буду сверху. – Почему это? – А вот потому. У меня тоже есть кое-что, – Малфой извлекает из кармана мантии блестящие новенькие наручники. – Зачем это? – Узнаешь, – Драко ловко защелкивает одно кольцо вокруг крепкого запястья Поттера. – Поиграем в представителя закона и преступника. Не хотите побыть на месте ваших жертв, господин главный аврор? Он осматривается, пропускает цепочку наручников через скобу укрепленного над столом огромного навесного шкафа, заведя вторую руку любовника назад, за голову, окольцовывает и ее. – Малфой, ты что, мне так неудобно, – жалуется Поттер. – Зато удобно мне, – ладонь Драко ласково скользит по щеке с однодневной щетиной, указательный палец задевает влажные губы партнера, голос звучит низко и соблазнительно. – Давай позабавимся немножко. Уже год встречаемся и никакого разнообразия… Тот прикрывает глаза, легонько кивает, Малфой подхватывает его под ягодицы, усаживая на стол. В тот же миг раздается дикий вопль, Поттер вскакивает, отталкивая коленом перепуганного Драко, который, не удержав равновесия, валится ему под ноги, на пол летят осколки светло – розового фарфора. – Твой подарок, мать его! – орет Гарри, исступленно дергая скованными руками, по голому бедру течет тонкая струйка крови. Петли старого шкафа угрожающе скрипят, прежде чем Малфой успевает предостерегающе закричать, Поттер делает еще один рывок, и пыльная громадина с грохотом валится на мужчин, крики которых тонут в звоне стекла и треске разламывающегося дерева. Первым, что увидел Снейп, вынырнув их чужих воспоминаний, были полные бешеной злобы глаза главного аврора. – Ты мне за это заплатишь, сальноволосая сволочь! Несанкционированное вмешательство в чужую память… – Карается административным взысканием и штрафом, – любезно напомнил Снейп. – Конечно, серьезная проблема по сравнению с такой ерундой, как семейный скандал… – Тварь! – выплюнул Поттер. На соседней кровати отчаянно завозился Малфой, и Снейп повернулся к нему, отменил заклятие немоты, тот откашлялся. – Что ты хочешь в обмен на молчание, Сев? – сын Люциуса, как ни говори, умел мыслить практически. Снейп задумался. Извлекать какую-либо выгоду из владения чужими тайнами он не собирался, хотел всего лишь обезопасить себя от мести тайных любовников, но Драко против воли натолкнул его на злорадные мысли. Для себя ему, несомненно, ничего не нужно, а вот… – Мистер Поттер, моя лаборатория испытывает досадные сложности с транспортировкой некоторых ингредиентов из-за границы, – начал он шелковым голосом. – Давно пора пересмотреть некоторые пункты в таможенных договорах. – Хорошо! – с досадой кивнул Поттер. – Придете завтра к моему заместителю с перечнем всего, что вас не устраивает. Я пошлю ему сову. – Мистер Малфой, – он обернулся к Драко. – Думаю, в интересах элиты нашего общества профинансировать некие жизненно важные исследования в области зельеварения. – Получит деньги ваша богадельня. Только развяжите нас, мы, между прочим, пациенты и вы нарушаете наши права. – Замечательно. Значит, передать целителю Ливси, который обращался ко мне по личной просьбе министра магии, мистеру Люциусу Малфою и миссис Джиневре Поттер, что вы вспомнили юные годы и подрались, не поделив, скажем… – Мы болеем за разные квиддичные команды, – нашелся Поттер. – Слово за слово… – Я рад, что мы пришли к взаимопониманию, – он улыбнулся уголком тонкого рта. На душе было подозрительно весело – шантажировать этих кичащихся сознанием собственной важности мужчин, которых он помнил еще сопливыми мальчишками, оказалось на удивление интересно. – Фините Инкантатем, – произнес он уже у порога, захлопывая за собой дверь, и лишь усмехнулся, когда о притолоку со стороны палаты шлепнулось что-то большое и мягкое, по-видимому, брошенная в сердцах подушка. – Вот гад! – покачал головой Поттер, разминая затекшую руку. – Всегда им оставался, не зря я его в школе терпеть не мог. – Да ладно, – легкомысленно отозвался Малфой. – Считай, легко отделались. Ну, подпишешь ты какие-то там бумажки, я денег на госпиталь перечислю. Зато Северус всех так убедит в нашей вражде, что уже никто ничего не заподозрит. – Тоже верно. Слушай, а я тут отправил сову в магазин, они обещали такую же подставку прислать. У них еще остались. – Какую подставку? – Да ту, которую я купил для тебя, и сам раздавил. – Гарри, а может, не надо? – поперхнулся Малфой. – Я уж обойдусь как-нибудь. – Надо, – уверенно сказал Поттер. – Как же ты без подарка. Конец Фото существа, ставшего прототипом виновницы скандального происшествия

Puding: Мунго, спасибо за положительные эмоции! А свинка — прелесть!

Пух: – Надо, – уверенно сказал Поттер. – Как же ты без подарка. Отлично!

atenas: Ах-ха-ха! Это прекрасно! :) спасибо, повеселили :)

aaivan: хорошо-то как! спасибо автору

Карта: Чудесная история!

Alefiko: Без свинки было бы не то. Она тут была , прошу пардону, что-то вроде смазки.

Айса: Ой, а в увас тоже гаридрака?

ikarushka: St. Mungo's Hospital Гаредраки я, признаццо, не очень, но юмор решает! И Снейп! и свинья

yana: Чудненько!

donna_Isadora: Какой позитив с утра! Снейп и свинья прекрасны! Гаредрака в кои то веки тоже порадовала! Спасибо автору!

dakiny: St. Mungo's Hospital Какая прелесть!

katerson: забавно. И без свинки - никуда. только я не поняла, а почкму Снейп назвал Джинни "миссис Уизли"?

St. Mungo's Hospital: Puding , Пух , atenas , Карта , Alefiko , Айса , ikarushka, yana , donna_Isadora , dakiny , katerson , спасибо всем большое! katerson , конечно миссис Поттер:) Это все викодин

katerson: St. Mungo's Hospital типа Молли ему привиделась?

St. Mungo's Hospital: katerson , да нет, это автор перекушал викодина видимо:)

8282: Мне понравилось. Автор, спасибо! Вот только одно меня смущает. Что это за мода нынче писать про лысеющего Д. Малфоя? Не хочется в это верить, не красиво как-то =)) Все шансы остаться с волосами у Драко есть: облысение у мужчин в большей степени обусловлено генетически и, глядя на почтенного Люциуса знаменитого своей шевелюрой, понятно, что у его сына должна быть примерно такая же. Возможно, подгадили родственники по материнской линии, либо у магов законы наследования Г. Менделя не работают. И Автор об этом точно знает.

St. Mungo's Hospital: 8282 пишет: Что это за мода нынче писать про лысеющего Д. Малфоя? это не мода, это канон:) Последняя глава седьмой книги, он там с залысинами. Спасибо!

8282: Ужасно! 100% - от матушки передалось.

кайенна: Повеселило! Свинка очаровательна. С цветочками и круглыми ушками. И так подходит в качестве подарка для Драко! Гарри как всегда проявил бездну вкуса. Лысеющего Драко, конечно, жаль, зато Снейп, похоже, как огурчик. Сохранился. Эх, сюда бы еще Ли Пеня... Пару своих кнатов вставить. В отпуске, наверное. Спасибо!

Toma: Спасибо всем большое за отзывы! Свинка живет у меня, ее родная сестра погибла при сходных с фиком обстоятельствах!

Reckless: Улыбнуло) Красиво, мило, позитивно)



полная версия страницы