Форум » Архив "Весёлые Старты" 2009 ВС 1-12 » ВС 2: «Пёс, хаффлпаффка и платяной шкаф», СБ, ГП, АД и миссис Хадсон, PG, миди, джен, кроссовер » Ответить

ВС 2: «Пёс, хаффлпаффка и платяной шкаф», СБ, ГП, АД и миссис Хадсон, PG, миди, джен, кроссовер

Hufflepuff House: Задание 2. Авторский фик. «Волшебники иногда вмешивались в ход времени» Название: «Пёс, хаффлпаффка и платяной шкаф» Автор: Душечка (Мильва) Бета: Terra Nova, Nadalz, Мэвис, Комма Персонажи: Гарри Поттер, Сириус Блэк, Альбус Дамблдор, миссис Хадсон и другие. General Рейтинг: PG Жанр: Сказка для взрослых со счастливым концом Предупреждение: кроссовер с ШХ и, кажется, братьями Стругацкими + махровейшее АУ по отношению ко всем трем канонам Саммари: Сириус Блэк не попадает в Азкабан и шесть лет груши околачивает занимается устройством личной жизни. А потом все-таки спохватывается и забирает Гарри у Дурслей. Но, как говорится, лучше поздно, чем никогда. Дисклеймер: Гарри Поттер принадлежит Дж. К. Роулинг. Шерлок Холмс принадлежит Джону Уотсону сэру Артуру Конан-Дойлю. Газетное объявление о сдаче комнат в наем наглым образом содрано из книги Светозара Чернова. И еще мы по ходу, кажется, Льюиса обокрали. А в остальном мы хорошие и на чужую собственность не претендуем. Примечания: Главная идея фика навеяна заявкой Яэль на Sherlock Holmes Birthday Fest 2009 года, идея о Дарах Хельги принадлежит Meg Фик написан для конкурса «Веселые старты» Автор благодарит команду Хаффлпаффа, команду Ангст, а также Sherlock и Комму за поддержку и дружескую помощь.

Ответов - 96, стр: 1 2 3 4 All

Hufflepuff House: В своей книге «Загадка Риддла» Рита Скитер в ярких и красочных выражениях описала душевное состояние Сириуса Блэка, обнаружившего трупы своих друзей в их доме на окраине Годриковой Лощины. Почитатели Ритиного таланта пролили немало слез над кульминационной сценой, в которой Сириус рыдал от горя над телом самоотверженной и прекрасной Лили Поттер. Сказать по правде, поклонникам мисс Скитер не помешало бы узнать, что сам Сириус Блэк охарактеризовал ее творение коротким, но емким словом: «Херня». На самом деле все было немного иначе. Впоследствии Сириус пришел к выводу, что его ощущения в тот вечер можно было сравнить с ощущениями человека, утратившего чувствительность в результате болевого шока. Разве что боль была не физической. Но ее хватило, чтобы на некоторое время Сириус утратил способность чувствовать вообще. С того момента, как он вошел в дом и чуть не споткнулся о лежащее на пороге тело, он действовал как автомат. Проверил пульс у Джеймса. Поднялся наверх. Проверил пульс у Лили, хотя ясно было, что это совершенно безнадежно. Подошел к кроватке с плачущим ребенком. Заткнул ему рот пустышкой. Взял на руки. Отнес на кухню, потому что там была раковина. И аптечка. И можно было смыть с лица ребенка засохшую кровь. По пути шептал ему что-то бессмысленное и ритмичное, на мотив песенки, которую напевала Лили, когда укладывала Гарри спать. Только петь по-настоящему не получалось, потому что что-то случилось с голосом. Поэтому Сириус просто шептал что-то дурацкое и успокаивающее, пока оттирал кровь со лба мокрым кухонным полотенцем, и потом, когда искал, во что бы одеть детеныша. Не нашел, плюнул, завернул в одеяло и аппарировал к Андромеде. Онемение продолжалось. Когда Сириус выслеживал Питера у его дома. Когда перехватил его посреди улицы и оглушил ступефаем на глазах у изумленных магглов. Когда тащил мобиликорпусом в аврорат. Именно эта неестественная бесчувственность помогла ему выдержать многочасовой допрос в министерстве. Никаких доказательств у Сириуса не было – его слово против слова Питера. Но, к счастью, этот идиот дал себя заклеймить, и не успевший окончательно поблекнуть контур черной метки на его руке стал решающим доводом. Уже под утро Сириус вышел из аврората свободным от подозрений человеком, вернулся домой и уснул на диване в гостиной, даже не сняв ботинок. Ближе к вечеру его разбудил Фоукс. Альбус Дамблдор просил доставить Гарри Поттера в городок под названием Литтл-Уингинг, графство Суррей, как можно скорее и желательно не используя аппарацию. Сириус черкнул в ответ пару слов и отправился в гараж за мотоциклом. Он был как зомби. Именно это слово лучше всего описывало его душевное состояние. Да и выглядел он, наверное, соответственно. Во всяком случае Андромеда смотрела на него с явным испугом. – Дамблдор правильно говорит, что с Гарри нельзя аппарировать, – тараторила она, набивая сумку детскими вещами. – Я боюсь, как бы у него сотрясения не было. Он проспал целый день, просыпался только чтоб поесть. Правда ел хорошо, и его не тошнило. Я купила маггловское детское питание, фруктовое пюре, мясное, еще он творожка немного поел… – Послушай, – рассеянно перебил ее Сириус, – мне надо лететь, а то мы доберемся до Литтл-Уингинга глубокой ночью. – Да, да, – засуетилась Андромеда. – Вот, я собрала кое-какую одежду. Это бывшие нимфадорины вещи, я как чувствовала, сохранила, и по ним не видно, что они девчачьи. Еще я сейчас памперс на него надену. Вдруг описается в дороге… А когда Гарри, сытый и сонный, одетый в ярко-красный непромокаемый комбинезон, был с комфортом размещен в коляске сириусовского мотоцикла, Энди резко втянула воздух, словно собиралась нырнуть, и спросила: – А может… может быть, можно оставить его у нас? У меня детей больше не будет, а Нимфадоре так хочется братика… – Это Дамблдору решать, – просипел Сириус, потому что голос к нему так до сих пор и не вернулся. – Я передам. – Да, конечно, – смущенно пробормотала Андромеда. – Спасибо тебе. Он был как зомби, когда летел. Не замечал бившего в лицо холодного ветра. Не думал. Не чувствовал. Не вспоминал. И только в конце пути, на улице, где его дожидались профессор Дамблдор и профессор Макгонагалл, Сириус вытащил из коляски мотоцикла заспанного ребенка в скользком маггловском комбинезоне, теплого и неожиданно тяжелого, и понял вдруг, что способность чувствовать снова к нему вернулась. И вот тогда его затрясло. Шесть лет спустя… В жизни Петуньи Дурсль были две пламенные страсти: страстная любовь к сыну и такая же страстная ненависть ко всему четвероногому, линяющему, галдящему и гадящему, одним словом – нарушающему порядок и чистоту. И вот теперь две этих страсти вели в ее душе борьбу не на жизнь, а на смерть. Гарри Поттер был, пожалуй, еще слишком мал, чтобы в полной мере оценить ее душевные терзания, но уже достаточно сообразителен, чтобы наблюдать за происходящим с веселым любопытством. Началось все с собаки. Огромный лохматый пес черной масти пробрался на детскую площадку именно в тот момент, когда Петунья отвлеклась, наблюдая за двором соседей. Когда же она обернулась к сынишке, ее кровиночка сидел на краю песочницы в обнимку с косматым чудовищем. Пес, надо отдать ему должное, проявлял чудеса дружелюбия, ластился к Дадли, энергично размахивал хвостом и ни разу не оскалил зубы, даже когда Дадли с силой потянул его за уши, чтобы противная псина смотрела на него, а не на Поттера. – Дадличек! – запричитала Петунья. – Отпусти его, Дадличек, вдруг он лишайный? Дадличек отпускать не желал. Впрочем, пес и не был похож на помоечных кабысдохов. Он выглядел упитанным и чистым, глаза блестели, шерсть лоснилась. Петунья мало что понимала в собаках, но пришла к выводу, что псина потерялась, и что ее хозяева – наверняка люди небедные. – Мама, я хочу собаку! – заявил Дадли тоном, не допускающим возражений. – Почему у Тима есть собака, а у меня нет? – Зайчик мой, солнышко! – воскликнула растерянная Петунья. – Мы поговорим с папой, он, может быть, согласится купить тебе щенка. А эта собачка чужая, скоро сюда придут ее хозяева и заберут ее. «И пускай штраф заплатят, – мысленно добавила она, – за то, что их псина по детской площадке разгуливает». – Я хочу эту собачку! – завопил Дадли, побагровев. – Я хочу! Хочу! Хочу! Хочу! В следующие несколько минут Гарри стал свидетелем феерического шоу, которое его кузен разыграл как по нотам. Дадли кричал, рыдал, топал ногами, размазывал по лицу слезы и сопли и кидался на землю, словно припадочный. Напрасно Петунья пыталась заключить его в объятия – Дадли вырывался у нее из рук и продолжал в том же духе. Пес наблюдал за происходящим с очень ироничным видом, приподняв одно ухо и как будто даже ухмыляясь, хотя Гарри сильно сомневался, что собаки умеют ухмыляться. Наконец Петунья уступила. – Ну хорошо, – с отвращением процедила она. – Мы возьмем эту псину с собой. Но если обнаружится ее хозяин… Дадли взвыл, словно автомобильная сирена. – Ладно! – горестно возопила Петунья. – Мышонок мой, ведь я же согласилась! Но если эта тварь начнет грызть обувь… Дадли набрал полную грудь воздуха, и Петунья сдалась окончательно. – Солнышко мое, все у тебя будет! Если хочешь песика, мы возьмем песика. Ну разве я тебе когда-нибудь в чем-то отказывала? Дадли самодовольно ухмыльнулся и покачал головой. – Вот видишь! Мама тебя любит, мама все для тебя сделает… Она подхватила сына на руки, расцеловала в вымазанные соплями щеки, а затем дала знак Гарри. Гарри встал и принялся собирать разноцветные машинки, которыми играл его кузен. Сам он во время прогулки лепил куличики с помощью одноразового пластикового стаканчика, потому что Дадли ни за что не позволил бы ему прикоснуться к своим игрушкам. До дому добрались без приключений. Дадли ехал в коляске, которую везла Петунья. Коляска была для него уже слишком мала, и ее оси угрожающе скрипели, но он категорически отказывался ходить на площадку пешком. Гарри плелся следом, неся в руках пакет с игрушками, а пес послушно трусил рядом, бросая на Гарри какие-то странные взгляды. Как будто присматривался, изучал. Гарри почувствовал себя неловко и отвернулся. Но самое интересное началось дома. Когда Петунья раздела Дадли и, как обычно, велела Гарри убрать всю верхнюю одежду в шкаф, пес выглядел так, как будто еле сдерживался, чтобы не зарычать. Когда за ужином Петунья поставила перед Дадли сладкий пудинг с шоколадным кремом, а Гарри сунула тарелку со вчерашней подгоревшей овсянкой, пес уже откровенно скалился. А позже, заглянув в чулан под лестницей, где жил Гарри, разразился яростным лаем. На лай прибежала Петунья. – Нет, это уже чересчур! – возмутилась она. – Если будешь так шуметь, гадкая псина, то оглянуться не успеешь, как снова окажешься на улице. Пес зарычал. Петунья попятилась. По лестнице вприпрыжку сбежал Дадли. – Мама, не выгоняй моего песика! – начал он. – Ты же мне обещала! – и осекся, увидев перед собой поднятую дыбом шерсть и оскаленные клыки. – Мам-ма, – дрожащим голосом произнес Дадли, а затем повернулся и бросился вверх по лестнице так же стремительно, как и спустился. А может, еще стремительнее. Петунья нащупала позади себя прислоненную к стене швабру и выставила ее вперед, словно копье. – Прочь! – прорычала она. – Убирайся прочь, презренная зверррюга! – Ррррр! – ответил пес тем же тоном, а затем повернулся к Гарри и гавкнул. Гарри почему-то показалось, что вместо обычного «Гав» он отчетливо услышал свое имя. – Гаррри, – повторил пес и мотнул головой в сторону входной двери, словно предлагая уйти вместе с ним. Гарри посмотрел на вооруженную шваброй Петунью, на испуганное лицо Дадли за перилами площадки второго этажа и согласно кивнул. Пес начал пятиться к выходу, и Гарри стал пятиться тоже. – Открой щеколду, – прошептала Петунья одними губами. К счастью, дверь не была заперта на замок. К счастью – потому что Гарри не умел еще его отпирать. Он толкнул обеими руками тяжелую створку двери, и пес сразу же выскользнул за порог и замер в ожидании на верхней ступеньке крыльца. Гарри шмыгнул следом. – А ты куда?! – рявкнула вслед Петунья, но Гарри даже не успел ответить, потому что пес вдруг поднялся на задние лапы, начал расти, расти – и превратился в человека! В высоченного парня с длинными, как у девчонки, темными волосами. Он сгреб Гарри в охапку, прижал к себе, вокруг все закружилось, мир исчез и появился снова, только теперь Гарри больше не стоял на крыльце своего дома, а сидел на траве у лесной тропинки и боролся с сильнейшим приступом тошноты. – Как ты? – донеслось сверху. Гарри поднял голову, чтобы взглянуть на человека-пса. Голова закружилась еще сильнее, и в следующую минуту его вытошнило всей съеденной за ужином кашей и, кажется, даже остатками обеда. – Ну прости, малыш, – виновато пробормотал человек-пес, сунув ему в руку стакан с водой. – С первой аппарацией всегда так. Гарри представить себе не мог, откуда тут можно было взять воду, ведь рядом не было ни колонки, ни киоска с прохладительными напитками, но после всего происшедшего глупо было удивляться такой мелочи. Он прополоскал рот, сделал пару глотков и вернул стакан псу, не забыв, как воспитанный мальчик, сказать спасибо. Человек-пес хмыкнул и швырнул стакан оземь, но вместо того чтоб разбиться, стеклянная посудина, не долетев до земли, превратилась в свернутый кульком лист лопуха. Гарри восхищенно ахнул. Человек-пес усмехнулся и протянул руку. – Ну что, идем? – Дядя, а вы не эээ… маньяк? – с опаской протянул Гарри. Учительница в школе, где учились они с Дадли, рассказывала однажды, что детишкам вроде них следует остерегаться маньяков. Гарри смутно представлял себе, кто такие эти самые маньяки, но в глубине души считал, что они вряд ли могут быть опаснее рассерженного дяди Вернона. Поэтому и особого страха не чувствовал. Только нарастающее удивление, ведь все, что с ним случилось за последние пару часов, было слишком уж похоже на начало волшебной сказки – из тех, которые дядя Вернон называл бессмысленной и вредной чушью. Человек-пес хмыкнул еще раз, затем почесал в затылке и, наконец, улыбнулся. При виде этой улыбки Гарри понял, что поверит каждому его слову, потому что нельзя не верить человеку, умеющему так улыбаться. – Нет, – сказал он, – я не маньяк, я твой крестный папа, и ты можешь звать меня Сириусом. Вот там, в конце этой дороги – школа, в которую ты однажды пойдешь учиться, и сейчас мы отправимся к директору этой школы и скажем ему, что ты больше не будешь жить у этих ужасных ма… людей. Ведь ты не хочешь к ним вернуться, верно? Гарри яростно замотал головой. – Тогда идем? – предложил человек-пес… Сириус и снова протянул руку. Гарри, помедлив буквально долю секунды, вцепился ему в ладонь. Помедлил, потому что не мог решить, какой вопрос задать первым. Выглядывающие из-за деревьев остроконечные шпили, на которые указал ему Сириус, казались очень далекими, и Гарри хотелось верить, что по пути он успеет получить хотя бы часть ответов на свои вопросы. * * * – Да, директор, вы просили меня не вмешиваться! И я не вмешивался столько лет! Я верил, что Гарри неплохо живется у приемных родителей, что вы присматриваете за ним, что вы контролируете ситуацию. Но неужели я не имел права хотя бы издали взглянуть на своего крестника, и неужели я обязан был бездействовать, когда увидел это безобразие?! – Ты мог хотя бы посоветоваться со мной, прежде чем забирать Гарри от дяди с тетей, – устало вздохнул Дамблдор. – С чего бы вдруг? – воскликнул Сириус. Он возбужденно расхаживал по кабинету, размахивая руками, как будто на него наложили заклинание, не позволяющее ни на секунду расслабиться. – Вы снова рассказали бы о том, как опасны для Гарри всеобщая любовь и слава и каким избалованным и испорченным он мог бы вырасти. – Выслушай меня, Сириус, – с преувеличенным терпением обратился к нему Дамблдор. – Ты прав, это всего лишь отговорка, а не истинная причина, вынудившая меня оставить Гарри у Дурслей. Хотя я и видел за свою жизнь немало примеров, когда избалованные с раннего детства люди шли на поводу у собственных эгоистичных желаний и это не доводило их до добра, но это далеко не главное. – А что же, по-вашему, главное? – ехидно поинтересовался Блэк. – Я считаю, что лорд Вольдеморт тогда, в Годриковой Лощине, не погиб окончательно. Сириус удивленно вскинул брови. – А как же он погиб? На время, что ли? – Можно и так сказать. – Альбус вернулся к своему столу, сел, положил перед собой сцепленные в замок руки и размеренным тоном продолжил: – У меня есть основания подозревать, что прежде чем напасть на Поттеров, он успел применить сильнейшее черное колдовство, способное защитить его от физической смерти. – Но это же… – Помолчи, Сириус, дай мне договорить. Этот ритуал мало кому известен, и не проси, чтобы я рассказал тебе о нем. Возможно, ты нашел бы кое-какую информацию, если бы тщательно порылся в своей фамильной библиотеке, но речь сейчас не об этом. Если мои подозрения обоснованны, то лорд Вольдеморт не умер, а просто развоплотился. Утратил связь между душой и телом. Но его душа осталась в нашем мире, и рано или поздно он найдет способ возродиться. Сириус уселся в кресло, стоящее перед столом Дамблдора, и весь обратился в слух. – Ты должен понимать, Сириус, что когда это произойдет… Заметь, я говорю не «если», а «когда»! Когда это случится, он попытается завершить начатое, и тогда Гарри Поттеру будет грозить серьезная опасность. – Ну тем более! Неужели его смогут защитить эти никчемные магглы?! Значит, Гарри должен жить среди волшебников, а еще лучше – в Хогвартсе, где Тот-кого-нельзя-называть ни за что до него не доберется! – Нет, Сириус. – Дамблдор снова вздохнул. – Гарри не сможет всю жизнь отсиживаться за стенами Хогвартса. И я позаботился о том, чтобы ему не пришлось этого делать. Самопожертвование Лили позволило мне наложить на него сильнейшее защитное заклинание, и теперь ни Вольдеморт, ни его приспешники не смогут отыскать Гарри вне Хогвартса и причинить ему вред. Заклинание перестанет действовать, когда мальчику исполнится семнадцать лет, но до тех пор ему нечего опасаться. Сириус попытался что-то сказать, но Дамблдор остановил его жестом. – К сожалению, чтобы заклинание не утратило силу, Гарри должен выполнить одно условие. Он обязан жить в доме своего кровного родственника или, по крайней мере, возвращаться в его дом раз в год, и считать этот дом своим. Только тогда защита будет действовать. – Но… Ну да, я же ему не кровный родственник, – разочарованно протянул Сириус. – И более того, родня Джеймса тоже не подойдет. Защита опирается на свойства материнской крови, и поэтому Гарри должен жить у родственников его матери. Альбус снова встал и подошел к окну, заложив руки за спину. Сириус, напротив, обмяк в кресле, словно вся бурлившая в нем энергия улетучилась, как воздух из воздушного шарика. – Родители Петуньи и Лили погибли в автокатастрофе, – тихо сказал Дамблдор. – У Гарри нет дедушки с бабушкой, нет двоюродных теток и дядей. Семья Петуньи – единственный вариант. Согласись, Сириус, условия, в которых живет человек, не так уж важны, если его жизнь под угрозой. Поэтому все, что нам остается – это вернуть Гарри в приемную семью и по мере возможности позаботиться о том, чтобы впредь Дурсли обеспечивали ему надлежащую заботу и уход, раз уж о любви с их стороны речь не идет. – Какая там любовь, – проворчал Сириус. – Но нет, профессор, это не выход! Мы должны найти ему других родственников. – Где же их взять? – невесело усмехнулся Альбус. – А вы искали?! – Сириус вскочил с кресла и в три широких шага преодолел расстояние до окна. – Или ухватились за самый очевидный вариант, решив, что этого достаточно? – Сириус, Сириус… – Дамблдор сокрушенно развел руками. – Гарри получил защиту, еду, одежду, крышу над головой. Арабелла Фигг все это время наблюдала за их домом, и я не слышал от нее ничего… – Я не знаю, что видела и куда смотрела Арабелла Фигг, – перебил его Сириус, – но эти магглы держали его в чулане и кормили объедками. Он был чем-то вроде прислуги при их обожаемом родном сыночке. Я даже не представляю, кого при таком раскладе вы собирались из него вырастить. Золушку?! Альбус хотел было возразить, но Блэк ему не позволил. – Да, да, я все понимаю! – продолжил он. – У вас куча дел, и вам было не до того. Ребенок пристроен и ладно. Но каким же я был идиотом, что раньше не поинтересовался, как ему там живется! Что верил вам, подчинился вашей просьбе не вмешиваться. Вы поэтому и попросили, да? Потому что знали, что как только я увижу эту семью, то сразу же заберу у них Гарри? – Я не всеведущ, Сириус, – почти шепотом произнес Дамблдор. – Я не знал о чулане, но ты прав в том, что поиск приемной семьи для Гарри был для меня всего лишь одной из множества проблем. Я решил, что она благополучно разрешена, и больше не думал о ней. – Это для вас Гарри – проблема! – запальчиво воскликнул Сириус. – А для меня – крестный сын. И я не позволю вам снова отдать его Дурслям. Если нужны родственники Лили, будем искать родственников Лили. Кого-нибудь да найдем. – Хорошо, я согласен с тобой. Сириус уставился на директора, разинув рот. – Ты думал, я буду против? – Альбус пожал плечами. – Иди, копайся в маггловских архивах. Пусть Гарри пока поживет в Хогвартсе. Я уверен, что Поппи прекрасно о нем позаботится. По крайней мере, откормит как следует. Джеймс в детстве тоже был маленьким и щуплым, но не настолько же! – Были бы мозги, – хмыкнул Сириус, – а мясо на костях нарастет. Дамблдор улыбнулся. – Я вижу, ты рад, но ты даже не представляешь, как много работы тебе предстоит. И когда будешь изучать родословную Эвансов, особое внимание удели женской линии. У магглов не принято пользоваться магией для установления отцовства. Сириус почесал в затылке. – Отлично. Тогда для начала поговорю с Ремом и Тедом Тонксом, пускай расскажут мне о маггловских архивах и как в них попасть. А как накопаю что-нибудь, сразу приду к вам. * * * В свой следующий приезд в Хогвартс Сириус первым делом отправился в лазарет. Поппи Помфри заявила, что Гарри еще слишком мал, чтобы поселить его к первокурсникам. – Большинству ребят будет неинтересно общаться с малышом в два раза их младше, и Гарри может почувствовать себя отверженным, – пояснила она. – И я бы не хотела, чтобы во время уроков ребенок был предоставлен самому себе. А здесь он все время будет у меня на глазах, и я позабочусь о том, чтобы ему не было одиноко. Но когда Сириус вошел в одну из пустующих палат, которую указала ему Поппи, Гарри был там совсем один. Он сидел на полу и старательно складывал некое подобие пирамиды из хрустальных флаконов всех форм и размеров. – Привет, – сказал Сириус и присел на корточки рядом с ним. Гарри поднял голову и широко улыбнулся. – Привет, дядя Сириус. – Что это ты строишь? – Астрономическую башню. Смотри, вот это будет шпиль. – Он протянул Сириусу бирюзового цвета бутылочку с длинным и узким горлышком. Тетя Поппи сказала, что потом ее перекрасит, чтобы башня выглядела как взаправду. – Она разрешает тебе играть с флаконами из-под лекарств? Гарри удивленно вскинул брови. – А разве нельзя? Она их заколдовала, чтобы они не бились, а еще они мытые, честно-честно. Ну, то есть, она их не мыла по-настоящему, а что-то такое сделала палочкой. Эва… Эви… – Эванеско, – подсказал Сириус. – Удалила все остатки содержимого. – Ну да… Кажется… – Гарри неуверенно кивнул. – И смотри, они, правда, не бьются. Он схватил круглую розовую баночку и с силой ударил ее об пол. Банка отскочила, просвистела возле сириусовского уха и поскакала по полу, словно мячик. Гарри весело рассмеялся. – А это вот – поле для квиддича, – пояснил он, ткнув пальцем в расстеленный на полу лист пергамента, по обе стороны от которого стояли две коробки: красная и желтая. – Вот хаффл-паская трибуна, а эта – гри-фи-дорская. – Ты успел побывать на квиддичном матче? – с улыбкой спросил Сириус. – Нет, – Гарри покачал головой. – Я был только на тре-ни-ровках. Матч будет в следующую субботу. Чарли обещал мне, что сегодня тоже сводит меня на тре-ни-ровку и даст полетать на метле. Я уже катался на метле с ним вместе. Одному мне он не разрешает. Говорит, что я еще слишком маленький. – Ну это как сказать! – фыркнул Сириус. – Я в твои годы уже сам летал. – Правда?! – Глаза Гарри заблестели. – А ты можешь попросить Чарли, чтобы он мне разрешил? Ну пожалуйста. – Полеты на метле – не такое уж безопасное занятие, – донесся с порога голос мадам Помфри. – Я думаю, будет лучше, если Сириус поговорит не с Чарли, а с нашим тренером по полетам. Она наверняка согласится дать тебе пару уроков. – Ура! – Гарри вскочил и радостно запрыгал по комнате. – Я вижу, ему тут нравится, – с улыбкой заметил Сириус, встав и повернувшись к ней. – Ну да. После жизни в чулане. Неудивительно, что Хогвартс кажется ему волшебной сказкой, – проворчала Поппи. Сириус отвел взгляд и решил сменить тему. – Это вы ему подарили? – спросил он, указав на высаженных в ряд на кровати трех плюшевых мишек, лохматого пса со свалявшейся шерстью и розового зайца. Поппи рассмеялась. – Нет, что ты! Это ему первоклассники натащили. Иногда, отправляясь в Хогвартс, дети берут из дома свою любимую игрушку. Ну и некоторые согласились подарить своих любимцев Гарри. – Значит, он нашел, с кем общаться? – уточнил Сириус. – О да! Девочки с Хаффлпаффа буквально шефство над ним взяли. Водят его в столовую, устраивают экскурсии по замку, игрушек вот надарили. А то, что он сейчас один, так это потому что уроки идут. И он прекрасно умеет сам себя развлекать. – Почему с Хаффлпаффа? – тихо спросил Сириус, ощутив странный укол ревности. Поппи пожала плечами. – Ну, как-то так получилось. Не все дети любят нянчиться с малышами, кто-то слишком занят учебой, кто-то считает это ниже своего достоинства, а хаффлпаффцы всегда готовы помочь. Гарри подскочил к Сириусу и потянул его за рукав. – А Кэти мне вчера сказала, что хочет такого же братика, как я! Она спросила: «Гарри, хочешь быть моим братом?» – И что же ты ей ответил? – поинтересовался Сириус, снова опустившись на корточки рядом с ним. – Я сказал, что хочу быть не ее братиком, а ее другом. Потому что брат у меня уже был, а друзей никогда не было. И знаешь что, Сириус? Знаешь, она согласилась! Что можно было на это ответить? Сириус понял, что ему безумно хочется обнять своего крестника, прижать к себе и уткнуться лицом в его лохматую макушку, чтобы спрятать неожиданно заслезившиеся глаза. Именно это он в следующую секунду и сделал. * * * – Результат нулевой! – с горечью объявил Сириус, швырнув на стол маггловскую общую тетрадь на пружинке. – Женская линия ничего не дала, придется искать по мужской. – Неужели все так безнадежно? – Альбус раскрыл тетрадь и окинул взглядом листы, исписанные крупным угловатым почерком. – Расскажи, что тебе удалось отыскать, а потом мы решим, как нам действовать дальше. Сириус пожал плечами. – Вот смотрите. Мать Лили. Соответственно, бабушка Гарри. Родилась в 1938 году в Манчестере. Погибла вместе с мужем в автомобильной аварии. Ни братьев, ни сестер у нее не было, так что двоюродных бабушек-дедушек по этой линии у Гарри нет. – Продолжай, – кивнул Дамблдор. – Дальше у нас прабабка. Родилась в Манчестере в 1910 году. У нее были брат и сестра. – Ну и? – Сестра умерла в тысяча девятьсот восемнадцатом от какой-то «испанки». – Так называемый испанский грипп, – пояснил Альбус. – Страшная была эпидемия. Даже волшебников не обошла стороной. – Брат погиб в тысяча девятьсот сороковом в воздушном бою над Ла-Маншем, – продолжил Сириус, не заглядывая в тетрадь. – Детей у него не было, так что троюродные бабушки-дедушки тоже отпадают. Прапрабабушка Гарри родилась в 1887 году в Годриковой Лощине. И тоже ни сестер, ни братьев. А дальше я уже не искал. – Почему? – Дамблдор вскинул голову. – Кое-что показалось сомнительным. – Сириус взял у него свои записи и пролистал до нужной страницы. – Ага, вот оно. Ее мать, Агата Хаггинс, никогда не была замужем. Отец ребенка в документах не указан, а ведь нравы тогда были строгими. – Ну и что? – рассеянно буркнул Альбус. – Я не понимаю, зачем было одинокой женщине в те времена рожать незаконнорожденного ребенка. Если у этой самой Агаты и была связь с мужчиной, то она наверняка должна была пить контрацептивное зелье. Я думаю, на самом деле она удочерила девочку и выдала ее за собственную дочь. – Прости, Сириус, но на уроках маггловедения ты явно считал ворон, – хмыкнул Альбус. – В те времена у магглов не было контрацептивных зелий, а их способы избавиться от нежелательной беременности настолько варварские, что могут привести женщину к бесплодию, а то и к смерти. – Как же они без контрацепции обходились? – изумленно выдохнул Сириус. Альбус фыркнул и поспешил направить разговор в более конструктивное русло. – Что еще тебе удалось выяснить про Агату? Сириус недоуменно пожал плечами. – Агата Хаггинс. Родилась в 1862 году в Годриковой Лощине. В восемнадцать лет уехала работать в Лондон. Служила горничной в доме некоего Ч.О. Милвертона. В 1887 году вернулась в Годрикову Лощину, а через восемь месяцев родила дочь. Отец ребенка неизвестен. Жила у тетки, хозяйки местной гостиницы. Сначала просто помогала ей обслуживать постояльцев, затем стала совладелицей. Но зачем я вам это рассказываю? Все равно эти сведения ничем нам не… – Помогут, – прошептал Альбус. Сириус поднял голову и застыл, наткнувшись на совершенно ошалевший взгляд директора. – К-как? – дрожащим голосом выдавил Дамблдор. – К-как называлась гостиница? – Где-то у меня записано… Ага! «Под шляпой». – «Под шляпой»? «Под шляпой»?! Как звали дочку Агаты? Прабабку Лили? Джоанна? Джозефина? – Джоди. – Вот теперь Сириус чувствовал себя окончательно сбитым с толку. – Родилась в 1887 году… – Да помню я, когда она родилась, помню! – Альбус всплеснул руками, стремительно прошелся из угла в угол, снова подошел к Сириусу, схватил его за отвороты куртки и прямо в лицо выпалил: – Я знаю, кто был отцом Джоди Хаггинс! И, более того, я знаю, к кому из родственников мы отправим Гарри Поттера! * * * Сириус уже и забыл, когда в последний раз аппарировал с чужой помощью. Вернее сказать, его аппарировали. Кажется, это было несколько лет назад, после дня рождения одной из сокурсниц. Он тогда нехило перебрал, и Рему пришлось тащить его домой на себе. К счастью, Сириус помнил об этом факте со слов все того же Рема. Зато сейчас он был трезв и мог в полной мере оценить все последствия совместной аппарации. Все-таки когда аппарируешь сам, побочные эффекты ощущаются не так ярко. Отдышавшись и подавив тошноту, Сириус обнаружил, что они с директором стоят у ствола огромной ивы, ветви которой ниспадают до земли, словно полог шатра. – Где мы? – растерянно спросил он. – В Риджентс-парке. Это бывшие охотничьи угодья английских королей, – тоном экскурсовода объявил Альбус, выходя из-под дерева на усыпанную листьями аллею. – Если идти вот по этой дорожке, попадем прямо на Бейкер-стрит. – А что мы забыли на Бейкер-стрит? – осторожно поинтересовался Сириус, пытаясь приноровиться к его размашистой походке. – Нам нужно в музей мадам Тюссо или в музей Шерлока Холмса? Это была всего лишь очень неудачная попытка сострить, но Альбус отреагировал на нее неожиданным образом. – Ты прав, мой мальчик! – весело воскликнул он. – Шерлок Холмс – вот человек, который нас крайне интересует. Но нет, в музей мы не пойдем, – добавил он, с улыбкой поглядывая на Сириуса. – Зачем нам фальшивый дом Холмса, когда есть настоящий? – Какой еще настоящий? – Сириус чувствовал, что эти загадки уже начинают ему приедаться. – Холмс – выдуманный персонаж, и поэтому его настоящего дома нет и быть не может. – Ты так в этом уверен? – Альбус указал пальцем на краснеющую у выхода из парка телефонную будку. – А я сейчас собираюсь поговорить с человеком, который… вернее, которая… была лично и довольно близко знакома с мистером Шерлоком Холмсом. Если Сириус не застыл на месте, как соляной столп, а продолжал идти, то только благодаря силе инерции. – Не так близко, как ты мог подумать, – рассмеялся Альбус, глядя на его вытянувшееся лицо. – Но она подавала ему чай и стелила постель. – Сколько же в таком случае ей лет? – Дай посчитаю. Что-то около ста шестидесяти. Чуть больше, я думаю, но мы можем спросить. Миссис Хадсон – далеко не кокетка и не станет скрывать от нас свой истинный возраст. В ее паспорте, конечно, стоит другая дата рождения, да и фамилия отличается, но сам понимаешь, когда тебе под двести, а выглядишь ты самое большее на шестьдесят, проще завести себе новые документы, чем объяснять любопытным секрет своей молодости. – Вы хотите сказать, что миссис Хадсон жива до сих пор?! – Сириус в буквальном смысле не верил своим ушам. У него даже возникло желание ущипнуть себя за руку, чтобы проснуться. – Именно это я хочу тебе сказать, – серьезно подтвердил Альбус Дамблдор. – И говорю. Только ты мне не веришь. Он подмигнул Сириусу и нырнул в телефонную будку. Кусок разговора, который услышал Сириус, ситуацию не прояснил. – Дом-музей Холмса? – кричал Альбус в трубку. Как это свойственно людям, нечасто общающимся по телефону, он был уверен, что чем громче станет говорить, тем лучше ему будет слышно. – Здравствуйте, мисс. Будьте так любезны, попросите к телефону миссис Хантер. Да, да, привет, Марта. Ты все молодеешь? А как же, заметно по голосу! Да, я сейчас на выходе из Ридженс-парка. С одним молодым человеком. Нет. Нет, Марта, это не Гарри. Да, я тебя понимаю. Но если я все правильно понял, ты увидишь его очень скоро. Я тоже рад, Марта, ты не представляешь, как я рад. Да, многое надо обговорить. Когда? О, прекрасно! «Где-нибудь с полчаса» мы, конечно, сможем подождать. Мы будем в парке у пруда. Я даже захватил горбушку, чтобы кормить уток. Конечно же, не забыл. До встречи. Из будки он вышел, сияя, как солнышко. Сириус невольно улыбнулся. – Все хорошо? – Лучше и быть не может! – объявил Дамблдор. – Мы прибыли очень вовремя. У Марты вот-вот закончится рабочий день, и она подойдет к нам. Она работает в музее, разыгрывает роль миссис Хадсон для любопытных туристов. Не правда ли, у старушки своеобразное чувство юмора? – Не намного своеобразнее, чем у вас, – хмыкнул Сириус. Альбус окинул его пристальным взглядом и энергично зашагал по алее в обратном направлении. Сириус рванул за ним. Чтобы не отставать, ему время от времени приходилось пускаться трусцой. – Но вы мне, наконец, скажете, кто такой этот родственник, которому мы отдадим Гарри, и при чем тут все-таки миссис Хадсон? – задыхаясь, спросил он на бегу. Дамблдор остановился и повернулся к нему. Сириус с удивлением обнаружил, что от его былой веселости не осталось и следа. – Ну что ж, сейчас, пожалуй, самый подходящий момент. Я и сам родом из Годриковой Лощины. Судя по твоему изумленному лицу, тебе трудно представить, что я когда-то был молодым. Но это факт. В начале века мне было около двадцати, я покинул родной поселок и был уверен, что никогда в него не вернусь. Они снова двинулись по алее в ту сторону, где вдалеке мерцала водная гладь, но теперь Альбус шел так медленно, как будто двигался в воде и ему с каждым шагом приходилось преодолевать ее сопротивление. – Я приехал в Лощину на годовщину гибели… одного близкого родственника. Я не мог остановиться в доме своих родителей по причине, не имеющей отношения к нашему разговору, и мне пришлось заночевать в гостинице. Так получилось, что я разговорился с женщиной, которая принесла мне ужин. Я был в очень подавленном настроении, настолько подавленном, что задумывался о самоубийстве. Молчи, Сириус, не сбивай меня с мысли, а то я не смогу закончить. Возможно, эта женщина меня спасла. Ее звали Агатой, она была намного меня старше… Сейчас я вспоминаю ее как женщину довольно пожилую, но возможно, у нас с ней не такая большая разница в возрасте, как мне показалось тогда. У нее была дочь-подросток, которую я видел краем глаза на следующий день. Очаровательное существо. Зеленоглазая и в конопушках, но при этом с темными волосами, несомненно, унаследованными от отца. Сама Агата была рыжей и такой веснушчатой, что ее лицо напоминало яйцо ржанки. Признаюсь честно, когда я впервые встретил Лили, то долго пытался вспомнить, у кого же раньше я мог видеть такой удивительный цвет глаз. Теперь понятно, что она унаследовала их от прапрабабки. Альбус задумался на минуту, словно пытаясь поймать ускользнувшую мысль. Сириус ждал, не дыша. – Так вот. Мы с ней разговорились, и я излил ей душу. Не буду пересказывать весь наш разговор, тебе это не нужно, но в конце Агата рассказала мне о себе. Она работала в Лондоне в доме очень богатого человека. Он был добр с ней, щедро платил, и она искренне его оплакивала, когда зимой 1887 года он пал жертвой неизвестного убийцы. Так получилось, что незадолго до этого прискорбного события Агата начала встречаться с молодым человеком, лудильщиком по имени Эскот. Он приходил к ней по ночам, и Агата начала запирать собаку, чтобы ничто не мешало их свиданиям. А потом двое неизвестных в масках проникли ночью в дом и застрелили почтенного Чарльза Огастеса Милвертона. После той ночи лудильщик Эскот исчез из ее жизни навсегда. – Он был наводчиком? – догадался Сириус. – Он был сыщиком, – в тон ему ответил Дамблдор. – Но Агата этого не знала. Я-то думал, раз тебе известно о Шерлоке Холмсе, значит, т

Hufflepuff House: Осмотреться как следует ему не дали. Радушная хозяйка тут же потащила их на второй этаж, и Сириус опомниться не успел, как оказался посреди гостиной в глубоком и удобном кресле и с чашкой горячего чая в руках. – Вы ведь наверняка успели проголодаться? – спросила миссис Хадсон. – Спасибо, я пообедал в Хогвартсе, но от твоего угощения не откажусь, – вежливо кивнул Дамблдор. – Я тоже, – торопливо добавил Сириус и в животе у него заурчало. – Сейчас разогрею обед. Как только Марта исчезла за дверью, Альбус Дамблдор повернулся к Сириусу. – Ты хотел что-то спросить? – Ага. Как мы отправим Гарри в прошлое? И, главное, как мы потом его оттуда заберем? И почему миссис Хадсон не стареет? И откуда она знает вас и Гарри? И что это она сказала про зуд в ладонях? – Наверное, будет лучше, если я начну с последнего вопроса, – задумчиво произнес Дамблдор. – Сядь поудобнее, рассказ будет длинным. Тебе известно, по каким критериям Шляпа распределяет учеников при поступлении в Хогвартс? – Но всё ведь очень просто, – пожал плечами Сириус. – Умные идут в Рейвенкло, храбрые – в Гриффиндор, хитрые и пронырливые – в Слизерин, а все остальные… – Да, – печально сказал Альбус. – «Все остальные». Мы привыкли говорить о качествах хаффлпаффцев через отрицание. Не блещут умом, потому что иначе они учились бы в Рейвенкло, не храбрецы, потому что иначе они учились бы в Гриффиндоре, бесхитростные… Ну, эту характеристику можно счесть и положительной. С некоторой натяжкой, конечно. В отличие от первых двух… Он помолчал. Сириус нетерпеливо заерзал в кресле. – Наверное, будет лучше, если я начну свой рассказ с Хельги Хаффлпафф. Она, несомненно, была выдающейся волшебницей. Как и остальные Основатели, впрочем. И она действительно готова была учить всех без исключения студентов, даже магглорожденных крестьянских детей, которые и не мечтали о том, чтобы стать рыцарями, сражающимися со злом, или книжниками, переписывающими в подвалах монастырей старинные манускрипты, или «серыми кардиналами» при дворах герцогов и королей. Все, что умели эти дети – это работать на земле и любить землю, на которой работают. И Хельга попыталась привить им те качества, которые ценила сама. В первую очередь, это способность к эмпатии, способность воспринимать чужую боль как свою собственную, поэтому среди хаффлпаффцев так много целителей и учителей. И во вторую очередь, трудолюбие. Не просто трудолюбие, а искреннюю увлеченность выбранным делом, способность отдаваться любимому занятию до конца, работать не за страх или за награду, а ради того счастья, которое приносит тебе твоя работа. К сожалению, Сириус, такие качества у большинства людей не в чести. И ты не представляешь, сколько детишек, сидя под Распределяющей Шляпой, лихорадочно бормочут: «Только не в Хаффлпафф, только не в Хаффлпафф!» – Угу, репутация у факультета аховая, – фыркнул Сириус. – Было у отца три сына, двое умных, а третий в Хаффлпафф поступил. – Вот именно! – согласился с ним Дамблдор. – А знаешь, что самое любопытное? Если бы я попытался описать хаффлпаффцев через отрицание, я бы сказал, что им не хватает вовсе не храбрости или ума. На самом деле, Сириус, они могут быть не менее храбрыми, чем гриффиндорцы, и не менее умными, чем рейвенкловцы, но чего они на самом деле лишены, так это эгоизма! – И это главный критерий отбора? – засомневался Сириус. – Не совсем, ведь Шляпа учитывает и желания ребенка. Но представь себе, Сириус, что на церемонии Распределения один ребенок говорит Шляпе: «Я хочу стать великим ученым», второй говорит: «Я хочу стать великим боевым магом», а третий: «Я хочу стать великим политиком». На какие факультеты в итоге попадут эти дети? – Ну, наверное, первый попадет в Рейвенкло, второй – в Гриффиндор, а третий – в Слизерин. – Скорее всего, да. Ну а если один говорит: «Я хочу стать политиком», а второй: «Я хочу сделать жизнь людей лучше». – Первый – в Слизерин, второй… не знаю. В Хаффлпафф? – Возможно, – усмехнулся директор. – А может, и нет. А теперь представь себе ситуацию, когда два ребенка мечтали изменить жизнь людей к лучшему, но один впоследствии пошел в большую политику и постепенно, распробовав вкус власти, растерял все свои идеалы, а второй после окончания школы поехал в Индию, чтобы строить там приюты для прокаженных? – Тогда второй наверняка хаффлпаффец, – засмеялся Сириус. – Вот именно! – воскликнул Альбус. – И знаешь, что, дорогой? Первый из этих двух детишек мог учиться на любом факультете, но только не в Хаффлпаффе! – Потому что Шляпа видит тех, кто способен отказаться от своих идеалов? – Потому что она видит тех детей, у которых стремление помогать другим людям является самой сутью, стержнем личности. Человек может разочароваться в собственных идеалах, но изменить свою суть – никогда! – О чем это вы говорите? – спросила Марта, протискиваясь в дверь с огромным подносом, на котором исходила паром пузатая фарфоровая супница. – О церемонии Распределения, – ответил Сириус, а Альбус тем временем вскочил и начал составлять с подноса глубокие тарелки. Сириусу стало неловко, потому что с одной стороны тоже надо было помочь, а с другой – он не привык проявлять инициативу в гостях. Но когда он начал подниматься с кресла, Марта улыбнулась ему: – Сиди, сиди. И она, конечно, была права, потому что и без его неуклюжего вмешательства стол оказался накрыт в мгновение ока. – Директор попытался объяснить мне, о каком зуде в ладонях вы говорили, миссис Хадсон, – пояснил Сириус. – А потом разговор куда-то не туда свернул. – Туда свернул, – возразил ему Альбус. – Именно туда, потому что дальше речь должна пойти о дарах Хельги. Марта кивнула. – Я поняла, мистер Блэк, что вас интересует. Есть легенда о том, что Хельга Хаффлпафф наделила своих детей, а их у нее было много, и своих любимых учеников особыми способностями. И все мы, хаффлпаффцы, в какой-то степени эти способности унаследовали. Я не совсем согласна с этой версией, потому что если я, например, магглорожденная, то от кого я могла это унаследовать? Ведь среди моих предков не было волшебников. – Но ты же не знаешь свою родословную до десятого колена, – заметил Дамблдор. – Наверняка где-то какой-то волшебник и затесался. – А что за способности? – поинтересовался Сириус с набитым ртом. Он был очень голоден, и поэтому тарелку овощного супа проглотил, не заметив, но зато пастушья запеканка с бараньим фаршем на второе доставила ему просто бездну удовольствия. – Я думаю, – серьезно сказал Дамблдор, – что Хельгу Хаффлпафф огорчало то, как относятся к ее ученикам. Подумай сам, Сириус, если человек не умеет интриговать и бороться за место под солнцем, если результат своей работы для него важнее, чем награда, которую он мог бы за эту работу получить, как люди называют этого человека? В лучшем случае бессребреником, в худшем – простофилей. – Хаффлпаффцем они его называют, – проворчала Марта, – и послушай, Альбус, уж я разбираюсь в этом немного лучше тебя. Дары Хельги – это не награда и не компенсация за моральный ущерб. Это обязательство, которое нам приходится выполнять. Ведь вы уже поняли, мистер Блэк, что я училась в Хаффлпаффе, – обратилась она к Сириусу. – И вам наверняка известно, что хаффлпаффца всегда можно опознать по одному явному признаку: у него всегда очень коротко острижены ногти. – Угу, – буркнул Сириус, призадумавшись. Среди его знакомых было мало хаффлпаффцев, и ему как-то в голову не приходило обращать внимание на их руки. А Нимфадора, пожалуй, еще слишком мала, чтобы увлекаться всякими там маникюрами. Хотя… – Первый и самый распространенный из даров Хельги – продолжила Марта, – это тот самый пресловутый «зуд в ладонях». Зуд, который вынуждает нас совершать странные, необъяснимые поступки, часто себе во вред, которые, впрочем, могут помочь другим людям. – Например? – Например, сегодня очень рано утром я проснулась от такого вот зуда. Встала, наготовила еды, а потом помчалась на работу. Это, конечно, один из самых приятных примеров, потому что если бы не мой дар, мне сейчас нечем было бы вас накормить. А теперь представьте себе ситуацию, когда вы идете по улице с зарплатой в кошельке, и у вас вдруг возникает нестерпимое желание бросить свой кошелек в ближайшую урну. И руки зудят до невозможности. – А если не бросить? – Да ничего особенно не случится. Ну походите день-два с расцарапанными в кровь ладонями. Беда в том, что любая способность, если ею не пользоваться, рано или поздно отмирает. И еще. Я не знаю, почему у меня вдруг возникло желание выбросить кошелек. Может быть, какой-то нищий потом подобрал его, купил себе еды и не умер с голоду. Но я ведь об этом уже никогда не узнаю. И спасибо мне за это никто не скажет. Понимаете? Но я-то точно уверена, что мой идиотский поступок на самом деле не был идиотским, потому что кому-то помог. – Да уж, – Сириус почесал в затылке. – А я бы свой кошелек не выбросил. Наверное. – Поэтому ты и не в Хаффлпаффе, – засмеялся Дамблдор. Сириус обиженно замолчал. – Да ладно, – Марта похлопала его по руке. – Он же шутит. Гриффиндорцы тоже славные ребята. – А откуда вы знаете, что я гриффиндорец? – Дедуктивный метод, – гордо ответила Марта. – Если я вижу чистокровного волшебника в маггловской «косухе», сразу делаю вывод, что он из Гриффиндора. Сириус хмыкнул, а потом не вытерпел и спросил: – А как же ваше бессмертие? Это тоже дар Хельги? – Какое бессмертие? – Марта взглянула на него с недоумением. – Но ведь вы… не стареете, так? И вам на самом деле сто шестьдесят лет? Это что, значит, некоторые особо одаренные хаффлпаффцы могут жить вечно? – Альбус, что ты ему наговорил? – Она с негодующим видом повернулась к Дамблдору. – Зачем ты мальчику голову заморочил? – Во-первых, он уже не мальчик, – явно развлекаясь, протянул Дамблдор. – А во-вторых, про бессмертие я даже не упоминал. Я сказал, что тебе сто шестьдесят лет, но это ведь правда? – Сто шестьдесят два, – поправила его Марта. – И я, слава Мерлину, не бессмертна. Истинного бессмертия не существует. – Вообще-то есть способы его добиться, – задумчиво сказал Дамблдор. – Но достигается оно такими методами, что негоже вспоминать о них в приличном доме. – И это чистейшая правда. Но что касается вашего вопроса, мистер Блэк, я вовсе не бессмертна. Этот дар называется не бессмертием, а долгожительством. – Нехилое такое долгожительство. – Да, пожалуй, – неожиданно согласилась Марта. – Но если вы думаете, что жить столько, сколько живу я, легко и весело, то вы несколько заблуждаетесь. Весело, по-вашему, пережить своих детей, своих внуков? Прийти на похороны к старшей дочери и обнаружить, что тебя там принимают за твою же собственную внучку, потому что твоя младшая дочь выглядит так, будто годится тебе в матери? Нянчить чужих детей, зная, что они вырастут, а ты не изменишься, и рано или поздно тебе придется просто уйти из их жизни, потому что они заподозрят неладное и начнут задавать вопросы? Терять друзей? Терять таких друзей, которые знают о твоем даре, которым ты можешь доверить все? Они стареют и умирают, а ты остаешься… Нет, мистер Блэк, если бы я могла выбирать, то предпочла бы сейчас лежать на кладбище рядом с моим Джеком, но меня не спросили. – Но вы же можете… – начал Сириус и осекся, потому что понял, что несет совершенно бестактную ерунду и что на самом деле ему надо умолкнуть и извиниться. То есть, сначала извиниться, а потом умолкнуть. – Нет, не могу, – отрезала Марта. – Потому что сначала я была нужна мистеру Холмсу, а теперь буду нужна Гарри. Но я очень надеюсь, что когда Гарри победит того, кого должен победить, я освобожусь от своей миссии и снова начну стареть. – Марта Хадсон – хранительница, – мрачно сказал Дамблдор. – И она не умрет до тех пор, пока ее миссия не будет окончена. – И много таких… нестареющих? – невольно вырвалось у Сириуса. – Единицы, – вздохнула Марта. – Это ведь самый редкий дар. И я никогда не думала, что окажусь в их числе. – Ты, наверное, слышал о людях, которые прожили необычайно долгую жизнь и до последнего дня сохранили способность трудиться? – снова вмешался Дамблдор. – Но есть и другие, которые меняют документы, берут себе новые имена, поэтому об их невероятном долгожительстве никто особенно и не знает. Все эти люди несут в себе дар Хельги. Они живут и сохраняют молодость и силы, пока продолжают работать, пока выполняют свою особую миссию. Пока то дело, которым они занимаются, продолжает оставаться главным делом в их жизни. Одного такого человека, кстати, ты давно знаешь. Ты же виделся сегодня с мадам Помфри? Ты не поверишь, но эта женщина когда-то мазала мне йодом разбитые коленки. Помнишь, как она выглядела, когда ты только пришел учиться? – Ну… примерно так же, как сейчас, – растерянно пробормотал Сириус. – А ведь с тех пор прошло пятнадцать лет. И ты не задумывался о том, что за это время она должна была измениться? – Нет, как-то в голову не пришло. – Сириус почесал в затылке. – А в чем заключается ее миссия? – В том, чтобы никто из детишек, упавших с метлы во время квиддичного матча или взорвавших котел в кабинете зельеварения, не погиб и не остался искалеченным на всю жизнь. А еще – чтобы было чуть меньше падений и чуть меньше взорванных котлов. Она хранит детей Хогвартса. Ее возможности не безграничны, но то, что она делает для учеников, поистине бесценно, и она будет жить и работать в Хогвартсе до тех пор, пока ей не найдется достойная смена. А еще у меня есть очень сильное подозрение, что Николя Фламель с супругой живут так долго вовсе не благодаря эликсиру, полученному из философского камня, а просто потому, что их научные исследования имеют для мироздания особую ценность. – Потрясающе! – воскликнул Сириус. – Но, драный Мерлин, если бы детишки знали, что у хаффлов есть шанс жить почти вечно, они бы валом валили на их факультет! – Ох, Сириус, ты так ничего и не понял. – Дамблдор с усмешкой откинулся на спинку кресла. – Ребенок, мечтающий жить «почти вечно», никогда не попадет в Хаффлпафф, сколько бы он Шляпу не упрашивал. – Понятно. – Сириус кивнул. – Надеюсь, вы не станете стирать мне память, когда мы выйдем отсюда? – Нет, – фыркнул Дамблдор. – Я удовольствуюсь обещанием хранить наш разговор в тайне. – Спасибо, – серьезно сказал Сириус и повернулся к Марте: – Простите, миссис Хадсон, если я был бестактен и обидел вас. – Ну что вы, мистер Блэк, я вовсе не обижена. И давайте, наконец, поговорим о Гарри. Где он сейчас? – В Хогвартсе. И знаешь, Марта, я бы предпочел сначала выслушать твой рассказ. – Ну да, наверное, ты прав. Но понимаешь, я соскучилась. Я же не видела его столько лет! – Сколько?! – встрял Сириус, забыв о своем намерении быть вежливым и корректным. – Когда это вы умудрились с ним познакомиться? Марта с улыбкой повернулась к нему. – Впервые я увидела Гарри Поттера утром 13 ноября 1886 года. Я подошла к своему бельевому шкафу, открыла дверцу и увидела внутри спящего семилетнего мальчика. – Э, – сказал Сириус. Альбус расхохотался. – Вот поэтому я предлагаю, чтобы Марта рассказала нам всю эту историю с начала и до конца. Иначе мы все равно ничего не поймем. Хотя должен признаться, что кое-какие подробности мне известны. – Еще бы! Ведь это ты помогал мне разобраться в устройстве этого проклятого шкафа! И так ничего и не выяснил. – У магглов есть прекрасное определение для таких вот устройств. «Черный ящик». Он действует, но мы никогда не узнаем, что там у него внутри. Но главное – это то, что он действует. – Вообще-то «черные ящики» – это такие звукозаписывающие штуки в маггловских самолетах, – пробормотал Сириус. – Но вы продолжайте, продолжайте, не обращайте на меня внимания. – Хорошо, – вздохнула Марта, – я продолжу и расскажу все по порядку. А вы, пожалуйста, постарайтесь не вмешиваться и не перебивать. – Постараемся! – торжественно пообещал Дамблдор. А Сириус просто кивнул. Рассказ Марты Как вы уже знаете, я магглорожденная волшебница и училась в Хаффлпаффе. Должна признаться, все те знания, которые я получила в Хогвартсе, мне практически не пригодились. Сразу после окончания школы я вышла замуж за человека, которого любила с детства. Он был магглом, и мне удалось скрыть от него свои колдовские способности. Он был уверен, что я в течение семи лет училась в обычном закрытом пансионе. Сейчас я думаю, что он все знал или, по крайней мере, догадывался, но молчал, подыгрывая мне. Может быть, я была неправа, но когда у меня родились дети, я решила, что мое решение жить как обычная маггла было совершенно правильным. Обе мои девочки оказались сквибами, и я не представляю, каково бы им пришлось, если бы они росли в волшебном мире или на грани двух миров и с раннего детства чувствовали себя обделенными. Где-то в середине семидесятых мой муж очень тяжело заболел. Он держал швейную мастерскую, и с этого времени мне пришлось взять на себя и уход за мужем, и управление мастерской. К счастью, мне удалось удачно выдать замуж обеих моих дочерей, и они уже жили отдельно от нас. Муж умер в 1880 году. Мне было пятьдесят пять лет, я была еще относительно здорова и полна сил, но мне казалось, что моя жизнь кончена. Я продала мастерскую и собиралась переехать к младшей дочери, чтобы помогать ей с детьми, но тут на меня неожиданно свалилось наследство. Я уже говорила вам, что родилась в семье магглов и у меня нет родственников в волшебном мире. Я заподозрила подвох сразу же, как только увидела стучащую в окно сову. Но стряпчий из Косого переулка сумел убедить меня, что все правильно и законно и что я действительно прихожусь троюродной племянницей покойной Антигоне Снорк, которая оставила мне после смерти дом, предназначенный для сдачи в наем, и старинный шкаф, который я обязана сохранить. Именно такие условия и были указаны в завещании: я непременно должна была сдать этот дом и не имела права избавиться от шкафа. Я пожелала увидеться с близкими родственниками покойной. Мне дали адрес. Это оказалось древнее, но крайне обедневшее семейство. Все, как один, хаффлпаффцы. Деньги от сдачи в наем хорошего четырехэтажного дома явно не были бы для них лишними. Я сказала, что готова отказаться от своей доли в их пользу, но они в один голос уверяли меня, что не примут такой жертвы и что я просто обязана уважить волю покойницы и вступить в права наследства. Я заметила, что они все почесывают ладони, и не стала спорить. Но поверите или нет, все последующие годы я половину полученной арендной платы отправляла семейству Снорков. Итак, я стала владелицей дома. У меня были деньги, вырученные от продажи мастерской, и я потратила их на ремонт и смену обстановки. Всю старую мебель я, естественно, выбросила, кроме шкафа, указанного в завещании. Ту комнату, в которой он стоял, я решила оставить для себя, и стала складывать в этот шкаф одеяла и постельное белье. Наконец, в начале 1881 года я дала в газете следующее объявление: «КОМНАТЫ меблированные, 221б, Бейкер-стрит, Портман-сквер, для одного или двух джентльменов. Гостиная с одной или двумя спальнями, хорошая кухня. Обращаться на месте к М. Хадсон». Вы уже знаете, кем были мои постояльцы. И вот что я хочу сказать – за последние семьдесят лет я пересмотрела великое множество фильмов и театральных постановок про мистера Холмса и доктора Уотсона. Я видела многих «Холмсов» – от Уильяма Джилетта до Джереми Бретта, и я до сих пор не могу понять, почему в театре и кино Холмса играют такие пожилые актеры. Пятидесятилетние, великий Мерлин! В свои пятьдесят мистер Холмс уже решил отойти от дел и уехал в Суссекс. А когда я увидела его впервые, ему было где-то около двадцати пяти. Его друг, доктор Уотсон, был чуть старше, но не намного. Мистера Холмса я поначалу приняла за студента – медика или химика, и очень долго не могла понять, чем же он занимается на самом деле. Он привез с собой целую груду лабораторной посуды: всякие колбы, пробирки, и руки у него были вечно в пятнах от реактивов, в каких-то порезах, царапинах. Он был, как ртуть… Нет, как вода. То совсем тихий, то бурный и порывистый. И, конечно, он не был «думающей машиной», как поначалу описывал его доктор. Напротив, он был чрезвычайно раним, чрезвычайно чувствителен к любым проявлениям несправедливости. А образы «холодного мыслителя» и «думающей машины» были нужны ему как маски, чтобы спрятать за ними свою уязвимость. Он был, без сомнения, гением. Вам известно, что именно его разработки легли в основу современной криминалистики? Но это не главное. Главное то, что к нему приезжали и приходили люди не только со всего Лондона, но и со всей Англии. Приходили в надежде отыскать ответы на свои вопросы или добиться справедливости. И мистер Холмс помогал всем, он относился как к равному к каждому человеку, к какому бы сословию этот человек ни относился. И каждому мог посочувствовать. Вы не представляете, как я жалею, что в его жилах не было ни капли волшебной крови и что последний из даров Хельги достался мне, а не ему. – Это его вы должны были оберегать? – тихо спросил Сириус. – Он и был вашей миссией? – По-видимому, да. Он был гением, а гении, как известно, мало приспособлены к обычной земной жизни. Он отчаянно нуждался в том, чтобы кто-то мог его выслушать, чтобы кто-то заботился о нем, сопереживал, кормил, окружал теплом и уютом. Поэтому судьба послала ему двух хранителей – доктора Уотсона и меня. Нет-нет! – усмехнулась Марта при виде удивленных лиц Сириуса и Альбуса. – Доктор Уотсон был таким же магглом, как мистер Холмс, и никаким сверхъестественным даром не обладал. Но он тоже искренне любил мистера Холмса и мог дать ему то, что не могла дать я. – А когда вы поняли?.. Ну, то есть… – Как только мистер Холмс и доктор Уотсон въехали в мой дом, я начала замечать, что мои магические силы растут. К тому времени я не пользовалась палочкой вот уже почти сорок лет, но чтобы заметить прибывающую магию, палочка была не нужна. Я видела, как стакан, упавший со стола, на миг зависает в воздухе, а затем опускается на пол целым и невредимым. Я видела, как кастрюли сами очищаются от грязи, стоит лишь прикоснуться к ним губкой. Это были мелочи, но постепенно они складывались в целостную картину. Я была словно окружена коконом из магической энергии, и эта энергия помогала мне во всем, какую бы работу я ни делала, пусть даже самую простую. Постепенно этот кокон разрастался, и я начала воспринимать его как огромную паутину, сетью наброшенную на город. Я могла чувствовать, где находятся мистер Холмс и его друг, я могла ощутить угрожающую им опасность и отвести ее – сделать так, чтобы пуля пролетела мимо, а нож в руке убийцы дрогнул в самый важный момент. А еще я обнаружила, что у меня перестали появляться новые морщины и седые волосы. Правда, это я заметила совсем не сразу. – А Гарри? – не вытерпел Сириус. – Когда к вам попал Гарри? – Осенью 1886 года, как я уже говорила. Я нашла его спящим в шкафу, и он не помнил, как оказался внутри. Говорил, что они с дядей Сириусом рано утром шли к кому-то в гости, а потом он устал и дядя Сириус взял его на руки. А проснулся он уже здесь. Я так думаю, мистер Блэк, мальчик заснул у вас на руках и вы сонного положили его в шкаф. С ним было письмо. Написанное моим же почерком. В письме говорилось, что Гарри должен жить в моем доме до достижения одиннадцати лет, а затем он поступит в Хогвартс и будет возвращаться сюда на летние каникулы. Из разговоров с мальчиком я поняла, что он – круглый сирота, и после смерти родителей воспитывался у родственников, которые его обижали. Гарри уже знал, что он волшебник и что будет учиться в Хогвартсе. Мы с ним договорились, что он не станет никому рассказывать о волшебном мире, и что я выдам его за своего внука. Как я поняла, приемные родители запрещали ему любые упоминания о магии, и он в свои семь лет прекрасно умел держать язык за зубами. Гарри был удивительным ребенком. Мне до сих пор не верится, что после такого воспитания он смог сохранить в себе столько доверия к людям. Он был таким доброжелательным, таким открытым и очень-очень любопытным. – Вы знали, что он прапраправнук Шерлока Холмса? – Нет, не совсем, – Марта покачала головой. – Я знала, что Гарри – какой-то его дальний родственник. Так было сказано в письме. Я была уверена, что у мистера Холмса нет детей. – В то время их у него и не было, – кивнул Дамблдор. – И я догадалась, что на Гарри наложено защитное заклинание. Я знала о существовании таких заклинаний, хотя столкнулась с ним впервые. Единственное, что меня смутило – это когда Гарри вернулся сюда летом 1891 года, после своего первого курса в Хогвартсе. Я знала, что Гарри обязан хотя бы раз в год возвращаться в дом своих родственников. Но Холмса в это время здесь не было, он считался погибшим. Как вы знаете, в мае этого года состоялась его знаменитая «дуэль» на Рейхенбахе. – Ты сказала «считался погибшим»? Ты сама, Марта, верила в его смерть? – уточнил Альбус. – Я не знала, во что верить. Мне казалось, что он не мог умереть, но он был слишком далеко, чтобы я смогла его «почувствовать». Но Гарри тогда объяснил мне, что защитное заклинание будет действовать до тех пор, пока этот дом остается домом Шерлока Холмса. Я не стала искать других постояльцев, сохранила все вещи мистера Холмса и ухаживала за ними в его отсутствие, как если бы он мог в любую минуту вернуться. И он вернулся. А Гарри, как мне кажется, знал, что Холмс не погиб. – Еще бы! Небось, как только он снова оказался в нашем времени, так сразу кинулся в библиотеку за Конан-Дойлем. – Да, кстати, о рассказах. Когда доктор Уотсон начал писать отчеты об их с мистером Холмсом совместных приключениях, я попросила его, чтобы он нигде не упоминал имени Гарри. Просто на всякий случай. – А Гарри тоже участвовал в их расследованиях?! – воскликнул Сириус. – Миссис Хадсон, пожалуйста, отправьте в прошлое и меня тоже! Я очень вас прошу! Марта и Даблдор дружно расхохотались. – Мистер Блэк, если Гарри я могла выдать за своего внука, то за кого, по-вашему, мне следует выдать вас? Сириус закашлялся и покраснел. – На самом деле Гарри ходил в школу и играл со своими друзьями, как все обычные дети, – спокойно пояснила Марта. – Если он и выполнял какие-то поручения мистера Холмса, то самые незначительные, вроде отправки телеграмм или поиска изрезанной газетной статьи в окрестных гостиницах. Единственный раз, когда я была действительно зла на Холмса – это тот случай в Девоншире. Подумать только – взять девятилетнего мальчика с собой на болота! И мистер Холмс мог сколько угодно клясться, что Гарри там ничто не угрожало, что он жил в деревне, а на болота только относил еду, но я была так рассержена на этого чертова гения, что готова была задушить его голыми руками! – Марта взглянула на свои руки и сокрушенно подытожила: – Естественно, не задушила. Но мистер Холмс, как мне кажется, стал после этой ссоры гораздо осмотрительнее. – Но вы же наверняка могли уберечь от опасности их обоих, – с сомнением заметил Сириус. – В Лондоне – да. Но Девоншир – это слишком уж далеко. – А как вообще твои постояльцы относились к Гарри? – поинтересовался Дамблдор. – Хорошо относились, – уверенно ответила Марта. – То есть, сначала я, конечно, предупреждала Гарри, чтобы он поменьше попадался им на глаза. Сами понимаете, если вы заняты серьезным делом, а в доме вдруг появляется чужой маленький ребенок и путается у вас под ногами, мало кто из мужчин способен сразу проникнуться к нему отцовской любовью. Но Гарри рос, становился серьезнее и сообразительнее, и постепенно они начали общаться. Играли в шахматы по вечерам, мистер Холмс показывал ему свои опыты. Конечно, я предупреждала Гарри, чтобы он поменьше навязывался, да и сам он видел, когда ему рады, а когда лучше уйти и не мешать. Когда Гарри был уже подростком и приезжал на каникулы, Холмс учил его фехтовать и стрелять из револьвера. А еще они ездили в поместье к другу Холмса, сэру Реджинальду Месгрейву, чтобы кататься верхом. Я знаю, что Гарри был счастлив здесь, на Бейкер-стрит, потому что он продолжал возвращаться сюда каждый год, даже после своего совершеннолетия, и навещал мистера Холмса в Суссексе на его пасеке. Он возвращался в этот дом и после смерти Холмса – раз в год, хотя бы на неделю. Но потом перестал. – Почему? – резко спросил Сириус. – С ним что-нибудь случилось? – Я думаю, – ответила Марта, – случилось не с ним, а со мной. Конечно, дар Хельги сослужил мне хорошую службу. Взять хотя бы тот случай с немецким шпионом в четырнадцатом году. Мне было почти девяносто. Если бы не дар, я была бы старой развалиной и вряд ли смогла бы помочь мистеру Холмсу. Но я была уверена, что после его смерти снова начну стареть. – Ты думала, что твоя миссия окончена, Марта? Но если бы ты умерла, кто бы переправлял Гарри из настоящего в прошлое и обратно? – Я ведь не знала, что только я и могу управлять этим шкафом. А когда узнала… – А как вы узнали? – снова вмешался Сириус. – Когда Гарри очередным летом не приехал меня навестить, я решила выяснить, не случилось ли чего с моим чудесным шкафом. И я обратилась за помощью к относительно молодому, но уже прославленному волшебнику. К Альбусу Дамблдору. – Опа! – воскликнул Сириус, изумленно уставившись на директора. – Мир тесен, да? – Волшебный мир – это одна большая деревня, – со смехом согласился Дамблдор. – Как мне удалось выяснить, шкаф действовал, но действовал очень своеобразно. Во-первых, это был аналог так называемых исчезательных шкафов, но он перемещал людей и вещи не в пространстве, а во времени. Во-вторых, он использовал принцип имприттинга… – То есть? – То есть, где-нибудь через пару дней, а может быть, и завтра, мы приведем сюда Гарри Поттера, и Марта, уже зная, как работает этот шкаф, отправит мальчика в прошлое на сто один год. – Почему именно на сто один? – А посчитай сам. Сейчас на дворе восемьдесят седьмой, так? Тысяча девятьсот. А Марта обнаружила Гарри в этом шкафу в тысяча восемьсот восемьдесят шестом. Значит, она должна отправить его в прошлое точно на сто один год, и ни больше, ни меньше. В этот самый момент шкаф запомнит и эту волшебницу, и эту дату. Теперь, никто другой не сможет воспользоваться этим шкафом, и никто другой не сможет указать иной временной промежуток – ни в прошлом, ни в настоящем, ни в будущем. – Никогда-никогда? – Возможно, когда Марта умрет, найдется другой волшебник, который сможет перенастроить этот шкаф на себя и задать иной шаг перехода. Не делай таких испуганных глаз, Сириус, все мы смертны, и всех нас когда-нибудь не станет. – Старики обязаны уходить, – согласилась Марта. – Чтобы освобождать место для молодых. – А что было дальше? – Сириус решил сменить тему. – Дальше? В сороковом, когда начались немецкие бомбардировки, я спрятала дом под «Фиделиусом». Я больше его не сдавала – для меня этот дом был прежде всего домом Холмса, а затем – домом Гарри, куда мальчик рано или поздно должен возвратиться. Он будет жить здесь, мистер Блэк, когда станет взрослым, и здесь станет растить своих детей, а до тех пор дом нужно было сберечь. Сама я все эти годы работала – нянькой, экономкой, поварихой – делала то, что умела. А когда на Бейкер-стрит открылся музей Холмса, пошла туда смотрительницей. И ждала, когда же наконец, ко мне придут и скажут, что я должна отправить в прошлое одного маленького мальчика. – Он проживет там четыре года – с семи до одиннадцати, а потом? Вернется в это же время, но уже одиннадцатилетним? Или как? – Сириус, ты невнимательно слушаешь, – серьезно сказал Дамблдор. – Шкаф действует со строго определенным шагом в сто один год. Гарри проживет в прошлом четыре года и вернется сюда летом тысяча девятьсот девяносто первого, чтобы отправиться в школу. – Значит, мы не увидим его целых четыре года? – Они пролетят незаметно, Сириус, – Марта наклонилась к нему и сочувственно сжала его руку. – Ты будешь нужен ему, не сомневайся. Он сможет жить у тебя на рождественских и пасхальных каникулах, ты сможешь навещать его в школе. И ты ведь сделал для него самое главное, Сириус, ты изменил к лучшему его судьбу. – А когда мы отправим его в прошлое? Уже завтра? – Давайте, отложим до воскресенья, – с улыбкой предложил Дамблдор. – Пусть ребенок увидит в субботу свой первый квиддичный матч. * * * В своей книге «Загадка Риддла» Рита Скитер приводит текст письма, которое первокурсник Гарри Поттер написал в декабре 1991 года своему прапрапрадедушке, мистеру Шерлоку Холмсу. «Дорогие дядя Шерлок и дядя Джон! Простите, что не писал вам так долго. У меня все хорошо. Сейчас у нас рождественские каникулы. Но я все еще в школе, потому что лежу в лазарете. Мадам Помфри (это наш колдомедик) пообещала мне, что я скоро выздоровлю выздоровлею вылечусь. Вы только не волнуйтесь, пожалуйста! И бабушке Марте скажите, чтобы она за меня не волновалась. Просто мы с друзьями ловили Вольдеморта. И у нас получилось! Он сидел в голове у нашего профессора Квиррелла (он ведет у нас защиту от темных сил). Вольдеморт хотел, чтобы профессор Квиррелл украл для него философский камень. Профессор один раз уже попытался его украсть, на Хеллоуин, я писал вам об этом в прошлом письме. Сначала у нас была версия, что на самом деле украсть хотел профессор Снейп, который ведет зельеварение. О нем я тоже вам писал. Он еще спрашивал меня об аконите, и я рассказал ему, как по состоянию трупа можно определить, что жертву отравили, и еще рассказал о восточном яде бик, и по-моему, он меня после этого даже немного зауважал. Так вот, он тогда пытался помешать Квирреллу, и его покусал Пушок. Это наш цербер, который охранял камень. И у него три головы! Но мы придумали, как заманить Квиррелла в ловушку. Гермиона спросила у него на последнем уроке перед каникулами, правда ли, что цербера можно усыпить музыкой. А потом мы стали следить за Квирреллом, чтобы проверить, полезет он мимо Пушка за камнем или нет. И он полез, а мы шли за ним следом и следили, а потом Гермиона вернулась и привела профессора Дамблдора, а профессор Квиррелл напал на меня, но оказалось, что ему больно до меня дотронуться (это не он сам напал, это его Вольдеморт, у него в голове, заставил). Но он все-таки успел меня ранить, и поэтому я попал в лазарет. А профессор Дамблдор выгнал Вольдеморта из головы у профессора Квиррелла, и теперь профессор Квиррелл тоже лежит в лазарете, только в другой палате, и мадам Помфри говорит, что он вылечится и даже больше не будет заикаться. А когда она меня выпишет, я хочу остаться в школе, потому что тут сейчас Рон и Гермиона (они не поехали домой на каникулы, потому что хотели помочь мне расставить ловушку на Квирелла, то есть, на Вольдеморта). Но поехать в гости к дяде Сириусу я тоже хочу. Может быть, он разрешит мне, чтобы я взял с собой Рона и Гермиону? А после каникул мы будем искать Тайную комнату. Все говорят, что это просто легенда, но я не верю, что это легенда. К тому же у нас в замке живет привидение девочки, которую убило чудище из Тайной комнаты. Я допросил привидение (даже два раза!) и осмотрел место преступления, и теперь у меня есть версия, которую я хочу проверить! Только я сейчас вам об этом не напишу, потому что это секрет. А еще с нас сняли много баллов за нарушение дисциплины, но еще больше добавили за то, что мы поймали Вольдеморта! Я очень сильно скучаю по вам обоим. До встречи летом. Искренне ваш, Гарри Поттер» * * * И ведь они в самом деле нашли Тайную комнату той же весной. Но это была уже совсем другая история. Конец

FelixLakrima: Замечательно. Просто замечательно. отличная идея с вмешательством во время :) Очень очень понравилось описание Хаффлпафской сути. Если судить по клипу и этому фику - в Вашей команде все продумано. :) Вы как настоящие хаффлпафцы вместе работаете, чтобы донести до читателя свое видение факультета :) Hufflepuff House пишет: В первую очередь, это способность к эмпатии, способность воспринимать чужую боль как свою собственную, поэтому среди хаффлпаффцев так много целителей и учителей. И во вторую очередь, трудолюбие. Не просто трудолюбие, а искреннюю увлеченность выбранным делом, способность отдаваться любимому занятию до конца, работать не за страх или за награду, а ради того счастья, которое приносит тебе твоя работа. Ох! Как хорошо написано :) Какие вы молодцы, что так описали факультет. И как здорово, что у факультета есть своя "тайна". То, что их всех объединяет. И эти "зудящие ладони" - серьезная база для факльтетского единства. Hufflepuff House пишет: Марта Хадсон – хранительница, – мрачно сказал Дамблдор. – И она не умрет до тех пор, пока ее миссия не будет окончена. – И много таких… нестареющих? – невольно вырвалось у Сириуса. – Единицы, – вздохнула Марта. – Это ведь самый редкий дар. И я никогда не думала, что окажусь в их числе.Hufflepuff House пишет: И ведь они в самом деле нашли Тайную комнату той же весной. Но это была уже совсем другая история. Женщина, живущая долго-долго и выполняющая миссию. многозначительное "Хм" :) Я вот не могу угадать автора (хотя именно этого автора угадать мне особенно хочется:), Но буду ждать до конца Стартов. :) " Замечательный язык, идея и сюжет. На самом деле, поставила бы 20/20, но нельзя. Поэтому: 10/10 :)

бурная вода: Браво! Немного запуталась поначалу в бабушках/прабабушках маглах и волшебниках, но это потому, что у меня плохая память на имена. Чудесная АУшка. И великолепная идея с Хранителями. Очень хаффлпафская. Спасибо!

Рыжая Элен: Здорово. Общая концепция факультета - того самого духа - великолепна. (чуть путаная генеалогия . немножко.) И клип у вас замечательный, и фик тоже!

Истеричный профессор: Очень понравилось! Браво! Не смотря даже на то, что рассказ Марты можно было бы наверное порасцветить чуть более интересными фактами и описаниями. Но это имхо имхастое. Отдельно спасибо за Ридженс парк, Бейкер-стрит и чудесного, всплескиевающего руками Альбуса Дамблдора))))))) 10/10

Полётчица: Хорошо, да )) 8 8

Tay: Любопытная история! И чудесное изложение сущности хаффлпавцев. А то за них и вправду было немного обидно :) Но вот, мне показалось, или дядя Шерлок и дядя Джон не знали и не должны были знать о волшебниках, в частности, о миммис Хадсон и Гарри? Тогда откуда это письмо Гарри, где он рассказывает о своих приключениях в магической школе? Причем, не первое, судя по всему. Как-то не стыкуется. 9 8 На дайри с 30.10.07: http://www.diary.ru/member/?598809

llyd: Я допросил привидение (даже два раза!) и осмотрел место преступления, и теперь у меня есть версия, которую я хочу проверить! Фик вкусный. Дети Марты, вы молодцы. 10 10

KatrinMort: Автор, о минусах: я каюсь, что буду пристрастна, но я их не вижу. Они должны быть, но я даже не хочу их искать. Потому что это замечательный фик. 1. О-ооочень многое сказано про Хаффлпафф. И это многое сказано хорошо и хорошо весьма. Мне было очень интересно читать про то, какие они - хаффлпаффцы. 2. Неожиданный ход с Шерлоком Холмсом. Элегантно. ИМХО. Потому что вот эти все потомки Мерлинов, Артуров, Дамблдоров и Гриндевальдов изрядно поднадоели. (Ну и таки да, я поклонник Холмса). 3. Шкаф. Ой. Дигори. Ой-ой-ой... Твари взяли одного Льюиса, вы намекнули на второго. У меня сегодня прямо праздник какой-то. 4. Ну вот есть, есть альтернативные версии истории, которые мне нравятся, и Ваша - одна из них. 5. Снейп "зауважавший" Гарри - это сильно ))) 10/10 простите, что немногословно, но я хвалить не умею совсем.

Alix: 10 10

taiverin: Интересно, укуренно. Много рассуждения про Хаффлпафф, но самого Хаффлпаффа за этой интересностью и укуренностью не видно. Как и клип - слишком теоретический подход к вопросу. Раскрытие темы - 8 Впечатление - 7

kos: Это прекрасно. Дар Хельги, и вообще главная черта факультета - отсутствие эгоизма… блеск! Миссис Хадсон хороша до невозможности: – А откуда вы знаете, что я гриффиндорец? – Дедуктивный метод, – гордо ответила Марта. – Если я вижу чистокровного волшебника в маггловской «косухе», сразу делаю вывод, что он из Гриффиндора. И очень меня радует, что все авторы так любят Сириуса! 10 10

katerson: Браво! Замечательные замысел и воплощение! 10 10

Hufflepuff House: FelixLakrima Огромное спасибо за такой замечательный отзыв! И еще за то, что он был первым. Знаете, так страшно выложить фик и ждать, что же про него скажут читатели. Дождаться первого отзыва, с трепетом открыть его и обнаружить столько хороших слов - это было настоящее чудо! FelixLakrima пишет: Женщина, живущая долго-долго и выполняющая миссию. многозначительное "Хм" :) Братьев Стругацких мы честно упомянули в шапке. Хотя на самом деле нас вдохновляло ВбП бурная вода Спасибо Рыжая Элен пишет: чуть путаная генеалогия . немножко Ой. Мы вовсе не хотели запутать читателей, просто так получилось Истеричный профессор пишет: Не смотря даже на то, что рассказ Марты можно было бы наверное порасцветить чуть более интересными фактами и описаниями. Мы не хотели слишком сильно его растягивать, чтобы не потерять темп Полётчица Спасибо Tay пишет: мне показалось, или дядя Шерлок и дядя Джон не знали и не должны были знать о волшебниках, в частности, о миссис Хадсон и Гарри? Не должны были знать, конечно. Но неужели Вы думаете, что после нескольких лет жизни под одной крышей Шерлок Холмс не догадался бы о том, что миссис Хадсон - не совсем обычная женщина? И круг общения Гарри вовсе не ограничивался обитателями дома на Бейкер-стрит. Он ходил в начальную школу, у него были друзья, и, конечно, ему приходилось рассказывать им заранее придуманную легенду о том, что он внук миссис Хадсон. Но Холмс рано или поздно должен был всё узнать, на то он и Холмс llyd Спасибо KatrinMort пишет: Ну и таки да, я поклонник Холмса Очень приятно. Мы тоже И спасибо за замечательный отзыв! Alix Спасибо taiverin пишет: Как и клип - слишком теоретический подход к вопросу. Может быть. Но мы честно старались. Спасибо kos пишет: меня радует, что все авторы так любят Сириуса! У нас сложное отношение к Сириусу, но мы искренне желаем ему в этой аушной вселенной счастья и долгих лет жизни. katerson Спасибо

miloshevich: Замечательно! Очень радует единство команды в описании своего факультета. И кроссовер элегантный получился (что-то мне подсказывает, что я должна бы угадать автора). Идея с "зудящими ладонями" мне не очень понравилась, но, тем не менее 10 10 Отдельное спасибо за каноничного Сириуса!

СЮРприз: Hufflepuff House Когда руки зачесались. то нужно бурно 10/10

FelixLakrima: Hufflepuff House Ага! Отдельное спасибо за женщину с миссией :) Мне очень очень хотелось прочитать такую историю. На самом деле, Вы молодцы. Вы здорово решили проблему без хроноворотов. И действительно впустили нас в "гостинную" Хаффлпаффа, которую Роулинг от нас скрыла. Единственную кстати из всех. Мы ведь про этот факультет практически ничего из канона и не знали. И я правда считаю, что "зудящие ладони" объединяют получше, чем чистота крови или борьба за идеалы или ясный ум. Потому что как показано в примере с домом = выигрывают от этого все, в том числе человечество. :) Болею за вас!

Levian N.: Хороший фик, но такое чувство, что если первая половина писалась более медленно и вдумчиво, то на второй проскакали галопом по европам, а конец и вовсе слегка скомкан. Имхо, конечно. И про Хаффлпафф получилось больше теоретически и как будто по обязанности, чтобы как-то упомянуть факультет. Теория выше всяких похвал, практика - несколько неубедительна. 8 8

KiSa_cool: не знаю что сказать, очень симпотишно.... 9 8

Hufflepuff House: miloshevich спасибо за прекрасный отзыв! СЮРприз Спасибо FelixLakrima пишет: Потому что как показано в примере с домом = выигрывают от этого все, в том числе человечество. :) Да, так и должно быть FelixLakrima пишет: Отдельное спасибо за женщину с миссией :) Levian N. пишет: Теория выше всяких похвал, практика - несколько неубедительна. Возможно. Но мы попытались сделать все, что в наших силах. Спасибо. KiSa_cool Спасибо

Daria: Интересная АУ, да! Темп кое-где неровный, но это просто сюжет такой премудрый, что то же самое можно было бы изложить длиииным-предлинным романом с цитатами из оригиналов, рассуждениями, ловлей преступников, слешем ШХ/ДУ и тп... Но зачем, когда и так хорошо? 10/9

Toma: Хаффлпаффцы, я вас люблю! Вы замечательные 10/10

Луммокс: Сириус рульный. Дамблдор вообще замечательный, как он по телефону разговаривал)))))) 10 10 Разумеется. Ваш клип меня вообще ввел в состояние эйфории.

kassara: В первую очередь, это способность к эмпатии, способность воспринимать чужую боль как свою собственную, поэтому среди хаффлпаффцев так много целителей и учителей. И во вторую очередь, трудолюбие. Не просто трудолюбие, а искреннюю увлеченность выбранным делом, способность отдаваться любимому занятию до конца, работать не за страх или за награду, а ради того счастья, которое приносит тебе твоя работа. По-моему, чудесно раскрыта сущность хаффлпафцев! Браво! 10/10

ele: А Гарри перестал возвращаться, потому что миссис Хадсон в реальном времени умерла? Влюбилась в факультет. Вот они какие, оказывается, замечательные. 10 10

Hufflepuff House: Daria пишет: то же самое можно было бы изложить длиииным-предлинным романом с цитатами из оригиналов, рассуждениями, ловлей преступников, слешем ШХ/ДУ и тп... Ну, в общем, да. Но согласитесь, было бы жестоко выкладывать на конкурс макси размером с первый том "Войны и мира" . Мы решили пожалеть своих читателей. Спасибо Toma Спасибо. Мы тоже вас любим Луммокс пишет: Дамблдор вообще замечательный, как он по телефону разговаривал)))))) Мы очень любим Дамблдора Хотя он и не учился в Хаффлпаффе kassara Спасибо ele пишет: Влюбилась в факультет. Спасибо, нам очень приятно ele пишет: А Гарри перестал возвращаться, потому что миссис Хадсон в реальном времени умерла? Да, после того, как Гарри стал совершеннолетним и уже не обязан был возвращаться в прошлое, она снова начала стареть. Но она ведь и не хотела жить вечно.

Римроуз: Здорово получилось =))) Очень понравилсь хаффлпаффца всегда можно опознать по одному явному признаку: у него всегда очень коротко острижены ногти. Тогда я - хаффлпафка

alexi: У меня тоже ладони иногда чешутся: левая к деньгам, а правая - здороваться буду Замечательный фик, спасибо за него большое!

АнтареS: Здорово. Так приятно, что вы любите свой факультет (это видно) и раскрываете его сущность перед читателями. Интересный ход - кроссовер с Холмсом. Однако, темп всё-таки неровный... Очень понравилась первая половина фика, она была весёлой))) Вторая... немножко теоретическая. Но для мини - хорошо. 10/8

gloriaskott: 10 9

DashAngel: 9/9

Terrini: 9/10

Карта: 1) 10 2) 10

Aidan Kirwan: 10/9 Новый замечательный фик замечательной команды!

Algine: Вижу я, откуда у текста ноги растут Хорошо получилось. )

Lady Nym: Мне начало показалось чуточку затянутым, но ии написано шикарно и кроссовер чудесный вышел и - что для меня важно - фик очень светлый и добрый! Спасибо

Toriya: 1) 10 2) 9

кыся: 10 10

ikarushka: Hufflepuff House Сначала испугалась объема и кроссовера с Холмсом тоже. Зря. Потому что читается легко и интересно 8) Не понравились: Длинные объяснения Дамблдора и Хадсон про Хаффлпафф очень выбиваются из основного темпа фика. Мессидж о Хаффлпаффе как о черепахе, держащей землю, мне не близок. Да и слишком пафосна идея для этого факультета, имхо. Hufflepuff House пишет: Он еще спрашивал меня об аконите, и я рассказал ему, как по состоянию трупа можно определить, что жертву отравили, и еще рассказал о восточном яде бик, и по-моему, он меня после этого даже немного зауважал. Гы!

dakiny: 8 7

elenmt: 9/8

Ul: Очень по хаффлпафски. 10 /10

JeSy: 9 10 Загадка Риддла Дивно звучит на английском до сих пор не могу понять, почему в театре и кино Холмса играют такие пожилые актеры. Пятидесятилетние, великий Мерлин! В свои пятьдесят мистер Холмс уже решил отойти от дел и уехал в Суссекс. Вот скоро и увидим Холмса молодого) Подумать только – взять девятилетнего мальчика с собой на болота! Замечательная находка И ложка дёгтя шли за ним следом и следили Понимаю, что ребёнок пишет, но всё же..:) 3. Шкаф. Ой. Дигори Вааай... Точно-точно, чёрт побери!

drop: 10 8 Регистрация на АБ http://hp-fiction.borda.ru/?32-drop 25.01.09

FelixLakrima: Hufflepuff House – Потрясающе! – воскликнул Сириус. – Но, драный Мерлин, если бы детишки знали, что у хаффлов есть шанс жить почти вечно, они бы валом валили на их факультет! – Ох, Сириус, ты так ничего и не понял. – Дамблдор с усмешкой откинулся на спинку кресла. – Ребенок, мечтающий жить «почти вечно», никогда не попадет в Хаффлпафф, сколько бы он Шляпу не упрашивал. Диалог Сириуса Павловича Блэка и Альбуса Бааловича Дамбльдора. Радует неимоврено! Просто неимоверно!

Hufflepuff House: Всем огромнейшее спасибо за отзывы и высокие оценки! Римроуз пишет: Тогда я - хаффлпафка Добро пожаловать в клуб! alexi пишет: левая к деньгам, а правая - здороваться буду АнтареS пишет: Так приятно, что вы любите свой факультет (это видно) Спасибо! Конечно, мы любим свой факультет, поэтому за него и играем ikarushka пишет: Потому что читается легко и интересно Спасибо, мы старались JeSy пишет: Дивно звучит на английском Так и было задумано JeSy пишет: Замечательная находка На самом деле миссис Хадсон немного ошиблась, и Гаррику было не девять, а десять лет. И кульминационную сцену с убийством собачки он пропустил, потому что накануне днем Холмс посадил его в поезд и отправил в Лондон. Но блин, очень хочется написать вбоквелл о том, как Гарри сбежал с поезда и пошел смотреть, как Холмс собачку ловить будет. Жалко только, что к Хаффлпаффу это уже никаким боком не относится JeSy пишет: Понимаю, что ребёнок пишет, но всё же..:) Вы не поверите, но это было сделано специально FelixLakrima пишет: Радует неимоврено! Просто неимоверно! gloriaskott, DashAngel, Terrini, Карта, Aidan Kirwan, Algine, Lady Nym, Toriya, кыся, dakiny, elenmt, Ul, drop, огромное, огромное спасибо

KiSa_cool: Hufflepuff House пишет: Но блин, очень хочется написать вбоквелл о том, как Гарри сбежал с поезда и пошел смотреть, как Холмс собачку ловить будет. а вы потом после стартов.... бедем все ждать!!!

JeSy: Но блин, очень хочется написать вбоквелл о том, как Гарри сбежал с поезда и пошел смотреть, как Холмс собачку ловить будет. Жалко только, что к Хаффлпаффу это уже никаким боком не относится ну может как-нибудь завернёте...

Итиль: Очень теплый фик. Замечательная находка относительно практической реализации "плетения нитей". 10 10 Единственное но: Evanesco убирает предметы и существа, созданные магическим путем, т.е. тех же птичек, которых вызывала Гермиона или змею. Для того, чтобы очистить флаконы колдомедик должна была использовать что-то бытовое-очищающее - Scourgify или Tergeo.

assidi: Трава колосистая! Обоснуй горько плачет и бритва Оккама просится в дело. Но почему-то понравилось :) 10 9

reader: Очень мне ваш фик понравился! Читать было одно удовольствие 10/10

Melany: 8/8

SWLT: Понравилось. Немного медлительно, но не слишком. Скорей - размеренно. 10/9. Hufflepuff House Вы очень любите и уважаете свой факультет, это видно. И смогли донести, что необходимы не только воины, хитрые и изворотливые деятели да холодные мыслители, но и усердные и неутомимые работники, без которых не смогут ни воины, ни политики. Без земли никуда. Спасибо.

yana: Фик очень понравился! 10 10 на АБ с 11.10.08

Puding: 10 10 Понравилось! Как почитатель Холмса, люблю кроссоверы с ним и ГП. Жаль, это такая редкость... Немного смущает обилие материала в тексте; хватило бы на полноценное макси, а тут получилось крупным помолом по самым важным пунктам. Такое откровение о сущности факультета, а проскакивает в разговоре как бы между прочим! Притом, что действия Сириуса в начале описаны очень подробно. Но не хочу критиковать, потому что какие бы недостатки не нашлись, а текст всё равно не только понравился, но и запомнился! Джен для меня мало изученный жанр, но думаю не ошибусь, если скажу, что это один из лучших фиков в подобном жанре нашего фэндома. Спасибо!

xenya : Браво, Хаффлпафф! Кроссовер чудесный получился! 10/10

Mileanna: Немного выносит концепция факультета как "соли земли", чуть пафосно получается...и объяснения про Хаффлпафф вкупе с Шерлоком кажутся кусочками из разных плоскостей. Но с другой стороны - очень необычно, ярко и интересно. И Сириус хороший, да) 9/9

Hufflepuff House: KiSa_cool, JeSy пишет: ну может как-нибудь завернёте... Если эта чудо-трава нас не отпустит, то может быть, и получится написать Итиль пишет: Evanesco убирает предметы и существа, созданные магическим путем Ой, большое спасибо! Но теперь, наверное, уже поздно исправлять? К тому же мы не знаем, что за зелья хранились в тех флаконах. Может, их обычное тергео не берет? assidi пишет: Трава колосистая! Мы заныкали остатки травы Лонгботтома с прошлых стартов SWLT пишет: Вы очень любите и уважаете свой факультет Это правда. Спасибо Puding пишет: Джен для меня мало изученный жанр, но думаю не ошибусь, если скажу, что это один из лучших фиков в подобном жанре нашего фэндома Хороших дженов очень много. Правда! Mileanna пишет: очень необычно, ярко и интересно. И Сириус хороший, да) Спасибо )) Сириус - очень яркий персонаж, про него интересно писать И про Холмса тоже reader, Melany, yana, xenya, огромное спасибо за отзывы и оценки!

Puding: Hufflepuff House пишет: Хороших дженов очень много. Даже и не сомневаюсь! Но ваш — один из лучших.

Мыш: 10/9 Очень понравилось!

Сова: Браво! Лучшее что я читала. 10 10 если зачтут, то 100/100

zanuda: Интересная задумка, очаровательное название. ИМХО, затянуто. Как тут уже многие писали, собственно хаффлпаффская часть выглядит слишком теоретически; действующие персонажи - Сириус и Дамблдор. Кроме того, АУ, конечно, АУ, но Холмс, соблазняющий горничную, за которой он ухаживал "в интересах дела", - это совершенно запредельно. 9 7

Hufflepuff House: Мыш, Сова, огромное спасибо за такую высокую оценку Puding пишет: ваш — один из лучших Ой, Вы прямо нас в краску вогнали Спасибо zanuda пишет: Холмс, соблазняющий горничную, за которой он ухаживал "в интересах дела", - это совершенно запредельно Во-первых, спасибо за оценки. Во-вторых, нам очень жаль, если мы опорочили в Ваших глазах светлый образ мистера Холмса, но против канона, как говорится, не попрешь. Цитата: "Дом охраняет злющая собака, спущенная с цепи. Но я в последние два вечера приходил к Агате поздно, и она стала запирать ее". (Артур Конан Дойл. "Конец Чарльза Огастеса Милвертона". Перевод с англ. под редакцией М. Литвиновой) Неужели Вы думаете, что взрослый мужчина ходил по ночам к взрослой женщине (на которой, кстати, обещал жениться) для совместного чтения Библии?

zanuda: Hufflepuff House В Викторианскую эпоху обещание жениться не практически не извиняло добрачной связи. "Поздно" - это не значит ночью, в Вашей же цитате сказано "последние два вечера". Вы можете хихикать по поводу "светлого образа", но во все времена есть вещи, которые люди с минимальными претензиями на порядочность просто не делают.

Hufflepuff House: zanuda Еще раз просим прощения за то, что опорочили светлый образ

Dita: 10/7

lady Gremlin: Команда Хаффлпаф, я вас люблю! 1) 10 2) 10 Давно не читала ничего настолько трогательного и светлого. И свой факультет вы представили замечательно. Читала со счастливой улыбкой до ушей. Уволокла фик в коллекцию, буду рекомендовать его друзьям и наверняка еще не раз перечитаю.

Злая Ёлка: Ощущение несколько двойственное. Основная сюжетная линия, пожалуй, привлекательная. Во всяком случае - неожиданная, что уже само по себе приятно. Радует целый букет идей (то, что некоторые пересекаются с аналогичными из других произведений ничуть не умаляет их ценности - органично включить чужую идею в текст ничуть не проще, чем измыслить свою). "Чешущиеся ладони" - это мне показалось несколько слишком прямолинейным "овеществлением метафоры", но сама по себе мысль о бескорыстии как основном критерии отбора - хороша, как и мысли о способности делать что-то по наитию, не получая иногда даже морального удовлетворения от содеянного (ввиду неизвестности результата). Образ Сириуса получился в целом симпатичным, Дамблдора - каноничным, миссис Хадсон... ну, чуть-чуть суховатым, пожалуй. И несправедливо, что в ряду "Шерлоков Холмсов" не упомянут "лучший Холмс всех времён и народов" (по версии англичан, между прочим!) Ливанов. Текст в целом мне показался то ли несколько растянутым, то ли наоборот, сильно подрезанным. Сириус, который был полностью оправдан (то бишь не в Азкобане, не в бегах и не скрывается) и при этом за шесть лет ни разу не забежал взглянуть на крестника требует лучшего обоснуя, чем простое "я на вас понадеялся". И сильно испортило впечатление финальное "Письмо Гарри" - на мой вкус оно натянутое и вообще лишнее. И, кстати, я напрочь не поняла, почему оно приводится в книге, названной "Загадка Риддла". В целом определю, пожалуй, так: "Не моё, но где-то рядом" zanuda, добрачные (равно как и внебрачные) связи существовали в любую эпоху. Викторианскую в том числе. И даже не всегда по инициативе мужчины, если уж вас так смущает моральный облик мистера Холмса.

red_up: спасибо. 10 9

Hufflepuff House: Dita, lady Gremlin, red_up, огромное спасибо за отзывы и высокие оценки! Злая Ёлка пишет: Сириус, который был полностью оправдан (то бишь не в Азкобане, не в бегах и не скрывается) и при этом за шесть лет ни разу не забежал взглянуть на крестника требует лучшего обоснуя, чем простое "я на вас понадеялся". Да, это действительно скользкий момент, и даже странно, что о нем никто не спросил раньше. Сириус не просто понадеялся на Альбуса, он не навещал Гарри потому, что Альбус его об этом попросил. Нужно ли объяснять причины такой просьбы? Если Вы хотите, автор расскажет Вам о своем видении ситуации и мотивов всех действующих лиц. Хотите? Злая Ёлка пишет: "Письмо Гарри" - на мой вкус оно натянутое и вообще лишнее. И, кстати, я напрочь не поняла, почему оно приводится в книге, названной "Загадка Риддла". "Загадка Риддла" - это книга, описывающая жизнь Тома Риддла до его окончательной смерти. Естественно, в ней рассмотрены и обстоятельства его первого развоплощения, и все последующие события, включая неудачную попытку похищения Философского камня. Письмо Гарри приведено в ней в качестве свидетельства очевидца. И большое спасибо за такой подробный разбор

ikarushka: 10 8 Hufflepuff House

lady Gremlin: Hufflepuff House пишет: Сириус не просто понадеялся на Альбуса, он не навещал Гарри потому, что Альбус его об этом попросил. Нужно ли объяснять причины такой просьбы? Если Вы хотите, автор расскажет Вам о своем видении ситуации и мотивов всех действующих лиц. Хотите? Если там есть что-то более подробно, то можно и мне это рассказать? Я знаю, что любопытство зло, но ничего не могу с собой поделать.

Злая Ёлка: Hufflepuff House пишет: автор расскажет Вам о своем видении ситуации и мотивов всех действующих лиц. Хотите? Очень хочу. Причём не только из любопытства, но и из сугубо эгоистических соображений (если покажется убедительно, воспоьзуюсь при случае. Если, конечно, автор не против)

Hufflepuff House: ikarushka Спасибо за высокие оценки! lady Gremlin, Злая Ёлка, отлично, тогда попытаюсь ответить Во-первых, я хочу сказать, что я не разделяю концепцию «Дамбигада», который специально организовал для Гарри несчастное детство ради Большой Игры, Великой Интриги или Далеко Идущих Планов. Когда Дамблдор отдал Гарри Дурслям, он преследовал основную цель – защитить ребенка от опасности (об этом в фике подробно сказано), и дополнительную цель – уберечь хрупкую детскую психику от «бремени славы». Насчет славы, я думаю, подробно разъяснять не требуется: в магическом мире есть и своя пресса, и свои папарацци, мы в своем маггловском мире знаем кучу примеров изломанных судеб знаменитых людей, и, естественно, Альбус думал о том, как бы уберечь Гарри от пристального внимания с одной стороны и возможной «звездной болезни» - с другой. И тут семья Дурслей в качестве опекунов подходила как нельзя лучше, именно потому, что они были магглами. Если бы Петунья относилась к Гарри по-человечески, он жил бы как самый обыкновенный ребенок, ничего не зная о Вольдеморте, о возможной опасности, о славе Мальчика-Который-Выжил, и получил бы по крайней мере десять лет нормального, беззаботного, ничем не омраченного детства. Это в идеале. Почему Альбус рассчитывал, что Петунья будет относиться к Гарри по-человечески? Да очень просто – сам он очень ценит семейные узы. Даже если он в молодости считал Ариану обузой, потому что она мешала его честолюбивым планам, он все равно любил ее и считал себя обязанным заботиться о ней. Ее смерть и последующая ссора с братом стали величайшей трагедией в жизни Альбуса. Его боггарт – труп Арианы, его заветная мечта – вновь оказаться в кругу семьи. Вряд ли при таком отношении к своей покойной сестре он мог ожидать от Петуньи, что она будет жестоко обращаться со своим племянником, единственным оставшимся в живых кровным родственником. Петунья могла завидовать Лили при жизни, но вероятно Альбус был уверен, что после гибели Лили Петунья пересмотрела свое отношение к ней. Знал ли Альбус о том, как Гарри жилось у Дурслей? Думаю, нет. Он приставил Арабеллу Фигг присматривать за домом Дурслей, и вполне вероятно, что ничего особенно вопиющего она просто не замечала. Я думаю, Петунья не такая дура, чтобы афишировать свое отношение к племяннику на людях. В противном случае те же соседи, за которыми она, согласно канону, любила шпионить, давно уже стукнули бы на нее в социальную службу. Наверняка она пыталась создать себе репутацию добросердечной женщины, которая взяла на себе заботу о бедном сиротке. При этом сам Гарри никому не жаловался на плохое обращение (даже если бы нашелся человек, который попытался бы вызвать его на откровенность, это просто не в характере Гарри), он не ходил по улице со следами побоев и даже не выглядел оборванцем, как это ни парадоксально. Да, он донашивал старую одежду Дадли, но если вспомнить, что для своего сыночка Дурсли денег не жалели, и что обычно дети вырастают из своих вещей, не успев их сносить, то можно сделать вывод, что Гарри хоть и носил одежду не по размеру, но это была качественная и дорогая одежда. Так что со стороны все могло выглядеть очень даже пристойно. Что мы имеем в итоге? Ребенок устроен. Он в безопасности, одет/обут/накормлен, и плюс к этому ничего не знает ни о своей славе, ни о Вольдеморте, потому что узнать об этом ему просто неоткуда: мало того, что его родственники – магглы, так они еще магофобы ) Проблема в том, что в эту благостную картину ну никак не вписывается крестный-волшебник. Конечно, можно попросить Сириуса, чтобы он, встречаясь с Гарри, был очень осторожен и ничего не рассказывал о волшебном мире, но всерьез рассчитывать на Сириусовскую осторожность… гы Вероятно, поэтому Альбус решил, что проще будет запретить Сириусу общаться с мальчиком, пока тот не подрастет и не получит письмо из Хогвартса. Конечно, прямым текстом запретить он не может – все-таки Сириус ребенку не чужой, а крестный папа, но попросить по-хорошему и подобрать убедительные доводы можно вполне. Понятное дело, что в этой вселенной Сириусу была уготована та роль, которую в каноне выполнил Хагрид – когда Гарри получил бы письмо из Хогвартса, именно Сириус должен был стать для него первым другом и проводником в волшебном мире. Теперь второй важный момент – почему Сириус согласился не общаться со своим крестником в ближайшие десять лет. Ну, во-первых, он безоговорочно доверяет Дамблдору, и у него нет причин сомневаться в решениях Альбуса: если Альбус считает, что мальчику лучше пока не знать о волшебном мире, то, наверное, он считает правильно. Во-вторых, в этом мире у Сириуса будет несколько иное отношение к Гарри, чем в каноне. В каноне Сириус, вышедший из Азкабана – это человек, который потерял все. Гарри для него – смысл жизни, свет в окошке, сын погибшего лучшего друга, и не просто сын, а продолжение, практически двойник Джеймса. В мире, где Сириус избежал Азкабана, его чувства к Гарри не будут такими острыми и такими болезненными. Конечно, гибель Лили и Джеймса – это трагедия, но даже после такой страшной трагедии жизнь продолжается: у Сириуса есть работа, есть Орден, есть друзья, наверняка есть какое-то романтическое увлечение; и если в каноне он после возвращения из Азкабана живет ради Гарри, то в этом мире ему и помимо Гарри есть ради чего жить. И очень важный, на мой взгляд, момент: я верю, что в этом мире Сириус рано или поздно полюбит Гарри как родного сына, но отцовская любовь не возникает вдруг и сразу – она не могла возникнуть в один миг, когда Сириус забрал Гарри из Годриковой Лощины. Даже у биологических отцов любовь к детям обычно возникает медленно и постепенно, и чем старше делается ребенок, тем интереснее папе с ним общаться и играть, и тем крепче становится привязанность между ними. А когда Сириус забирает Гарри из Годриковой Лощины, Гарри немногим больше года: он недавно научился ходить, он еще не разговаривает, и вряд ли он приучен к горшку – даже если бы Сириус и считал, что как крестный отец, он обязан взять заботу о малыше на себя, эта перспектива наверняка показалась бы ему пугающей. Он просто не умеет ухаживать за маленькими детьми и не знает, как это делается. Парадокс - если бы Сириусу пришлось защищать Гарри с палочкой в руках, он бы дрался за него до последней капли крови, я в этом не сомневаюсь. Но мысль о том, чтобы поменять обкаканный памперс, вполне возможно, привела бы его в ужас. ))) Поэтому Сириус и не против того, чтобы отдать Гарри родственникам – с его точки зрения, Петунья сможет позаботиться о ребенке лучше, чем позаботился бы он сам, потому что уход за маленькими детьми – это явно не та сфера, где он чувствует себя уверенно. И, как я уже говорила выше, он соглашается с Альбусом в том, что Гарри лучше пока ничего не знать о волшебном мире, потому что доверяет мнению Альбуса, и потому что Альбус сумел его убедить. Я думаю, что если бы Дурсли обращались с Гарри, как с родным, все прошло бы по плану. Гарри спокойно прожил бы у Дурслей до одиннадцати лет, потом получил бы письмо из Хогвартса, и тогда появился бы Сириус, рассказал бы о волшебном мире, свозил в Лондон в Косую Аллею, чтобы купить все нужное для школы. А пока этот момент не наступил, Сириус мог время от времени появляться у дома Дурслей в собачьем обличье и наблюдать, как Петунья гуляет с детьми и как растет Гарри. Я думаю, что Сириус появлялся и наблюдал, может быть, не слишком часто, но наблюдал и до поры до времени не замечал ничего подозрительного. А потом заметил и решил проникнуть в дом, чтобы посмотреть на ситуацию изнутри. Именно это «проникновение» мы и видим в фике.

Злая Ёлка: Hufflepuff House, спасибо за подробные объяснения! Я, правда, несколько иного мнения об умении Сириуса при необходимости держать язык за зубами, да и Гарьку он в ту ночь отнюдь не первый раз в жизни видит - бывал же в гостях и наверняка не слишком редко. Но вашу точку зрения вполне принимаю, хотя было бы на мой злобный взгляд лучше, если бы он парой фраз присутствовал в фике (скажем, в виде упоминания о том, что Гарри и раньше видел эту собачку, но тогда она близко не подходила... или как-то так, не знаю). Но это уже так, придирки

Hufflepuff House: Злая Ёлка пишет: Я, правда, несколько иного мнения об умении Сириуса при необходимости держать язык за зубами Ну, тут каждый видит своего Сириуса, да )) Я лично считаю его достаточно безответственным товарищем ))) Конечно, он может проявить чудеса выдержки в критической ситуации, но я не думаю, что в обычной обстановке он способен постоянно себя контролировать, чтобы не сболтнуть лишнего ))) Злая Ёлка пишет: Гарьку он в ту ночь отнюдь не первый раз в жизни видит - бывал же в гостях и наверняка не слишком редко Бывал, конечно, но мой опыт показывает, что когда ребенок маленький (год и меньше), то гости его практически и не видят. Мама уложила детку спать и сидит трепется с гостями. Детка заплакала, мама пошла успокаивать. Вмешательство гостей минимально ))))) Злая Ёлка пишет: было бы на мой злобный взгляд лучше, если бы он парой фраз присутствовал в фике (скажем, в виде упоминания о том, что Гарри и раньше видел эту собачку, но тогда она близко не подходила... или как-то так, не знаю Да, это Вы правы, конечно. Или, например, когда Петунья размышляет о том, что собака ухоженная и явно не бездомная, она могла бы заодно вспомнить, что встречала эту собаку и раньше. )) Но теперь уже поздно боржоми пить) Огромное спасибо! Это такое удовольствие - поговорить о собственном креативе!

Nuttsy: по моему скромному имхо, вы лучшие во втором задании. Спасибо. Действительно начинаешь смотреть на Хаффлпафф по-другому. 10/10

vlad: 10-10

Злая Ёлка: Hufflepuff House пишет: мой опыт показывает, что когда ребенок маленький (год и меньше), то гости его практически и не видят. Эх, разный у нас опыт! В нашей семье практикуется радостное спихивание дитя на свежие руки, бо когда спит от него и так отдохнуть можно, а вот когда бодрствует... Ну, надо, правда, учесть, что мы как-то все не прочь потетешкаться. (простите за оффтоп, к слову пришлось) Hufflepuff House пишет: Но теперь уже поздно боржоми пить) Ну, почему же? Такой многообещающий текст грех оставлять только в конкурсной выкладке.

Рыжая Элен: 10/8 Вот не знаю кому как, а мне идея подсказывающих зудящих ладоней не очень как-то. Имхо, хаффлпафцы и без подсказки способны на такие вещи.

Hufflepuff House: Nuttsy, vlad, огромное спасибо за такую высокую оценку! Рыжая Элен пишет: мне идея подсказывающих зудящих ладоней не очень как-то. Имхо, хаффлпафцы и без подсказки способны на такие вещи. Конечно, способны. Но несмотря на это, нам (в смысле, игрокам нашей команды) такая идея показалась по крайней мере интересной. Это и "маркер", отличающий своих, и возможность повлиять на судьбы мира. И в то же время зудящие ладошки - это всего лишь подсказка, а не принуждение. Послушаться этой подсказки или нет - зависит от человека Злая Ёлка пишет: Эх, разный у нас опыт! Ну это правильно - люди все разные, и подход к воспитанию тоже )) Наверное, я просто переношу на персонажей своих собственных тараканов. У меня до того, как я сама родила, была почти чайлдфришная психология - я с большой опаской относилась к маленьким детям, потому что совершенно не представляла себе, как с ними общаться. И боюсь, что я подсознательно приписываю такую же психологию всем бездетным людям, особенно мужчинам. То есть, я считаю, что человеку обязательно нужно какое-то время, чтобы осознать себя родителем и полюбить ребенка. Умом я понимаю, что это не аксиома, и у всех всё по-разному, но другой вариант мне просто трудно представить. Вот представить себе женщину, уже имеющую детей, которая видит маленького мальчика, сразу к нему привязывается и тут же готова его усыновить (как миссис Хадсон или Андромеда в моем фике) - это легко. А вот представить себе в этой же роли бездетного мужчину не могу никак. С моей точки зрения, ему надо долго раскачиваться, прежде чем он войдет в роль отца )))) Злая Ёлка пишет: Такой многообещающий текст грех оставлять только в конкурсной выкладке. Просто я имела в виду, что раз текст уже выложен на форуме и оценки за него проставлены, было бы некрасиво задним числом что-то в него добавлять. А вот когда я соберусь выкладывать его в архивы, тогда, конечно, можно будет внести еще какие-то правки

Злая Ёлка: Hufflepuff House пишет: Наверное, я просто переношу на персонажей своих собственных тараканов. Ну, все мы так поступаем в той или иной степени, куда же денешься-то?

Злая Ёлка: 10 8 (но в надежде на дальнейшую доработку, материал богатый)

kaiman: Hufflepuff House пишет: Сириус в своей «косухе» и джинсах и Дамблдор в любимой лиловой мантии слишком уж выделялись на фоне консервативного наряда миссис Хадсон. Лучше б они выделялись на фоне миссис Хадсон в консервативном наряде. Или их одежда выделялась бы на фоне одежды миссис Хадсон. Очень симпатичный фик. Кроссоверы и вообще редкость, а хорошие кроссоверы редкость вдвойне. Словом, я восхищён. Очень понравились все эти скачки во времени. Неординарная идея о даре Хельги Хаффлпафф хороша. http://www.diary.ru/~anton-kaiman/ 10/10

Лис: 10 7

бурная вода: 10 9

Anarda: 8 7

StephenFry: Большое спасибо! 10/9

Lady Nym: Отзыв уже писала, теперь ставлю оценки 10 9

Зелёный чай: Обожаю такие сказки. Прочитала на одном дыхании. – Дедуктивный метод, – гордо ответила Марта. – Если я вижу чистокровного волшебника в маггловской «косухе», сразу делаю вывод, что он из Гриффиндора. Он еще спрашивал меня об аконите, и я рассказал ему, как по состоянию трупа можно определить, что жертву отравили, и еще рассказал о восточном яде бик, и по-моему, он меня после этого даже немного зауважал. 9 9

tirzaka: 10/6

Eva: 10 9

Душечка: kaiman пишет: Словом, я восхищён. Очень понравились все эти скачки во времени. Неординарная идея о даре Хельги Хаффлпафф хороша Спасибо ) Скачки во времени я сама обожаю и вставляю их везде, где только можно, а вот идея даров Хельги принадлежит не мне, а Мег. kaiman пишет: Кроссоверы и вообще редкость А я на прошлые Старты тоже кроссовер писала. "Черный пес Баскервилей". Не читали? )) Злая Ёлка пишет: но в надежде на дальнейшую доработку Ой, с этим тяжело. Я обычно уже написанные фики даже перечитывать не могу, не то что дорабатывать Спасибо за высокие оценки! Зелёный чай пишет: Обожаю такие сказки. Прочитала на одном дыхании. Спасибо, мне очень приятно Лис, бурная вода, Anarda, StephenFry, Lady Nym, tirzaka, Eva, спасибо!

menthol_blond: как же я люблю этот текст :)))

Душечка: menthol_blond Спасибо!



полная версия страницы