Форум » Архив "Весёлые старты" 2010 1-8 » ВС 5: "Спасти дракона", СС, ГП, ДжП младший, G, мини, драма » Ответить

ВС 5: "Спасти дракона", СС, ГП, ДжП младший, G, мини, драма

ГПСС: Авторский фик, тема: "Sensus veris – чувство весны" Название: Спасти дракона Автор: Toma Бета: owlwing Вычитка и советы: Ikarushka Иллюстрации к фику: коллаж, автор – how Герои: СС, ГП, ДжП младший; джен Рейтинг: G Жанр: драма Саммари: Иногда, чтобы спасти, нужно просто поверить. Примечания: 1. Фанфик написан на «Веселые старты - 3» 2. АУ 6 и 7 книги, смерть персонажей, спасшихся от канона, и спасение тех, кто в каноне не выжил. Дисклаймер: Вселенная «Гарри Поттера» принадлежит Роулинг, но только у нас Северус Снейп находит общий язык с Джеймсом Поттером. Арт к фику: Автор: ГПСС Техника: Фотошоп

Ответов - 100, стр: 1 2 3 4 All

ГПСС: Северус говорит, что Джеймс вечно сует нос, куда не следует. Присказка про нос – одна из его любимых. Когда Джеймс был совсем маленьким, Северус часто рассказывал, что проказливые эльфы заколдовывают любопытных детей и нос их становится похож на длинный баклажан. Но Джеймс не верил, смеялся и отвечал, что не делает ничего дурного. Просто ему все интересно. Вот и сейчас хочется послушать, о чем говорят Северус и худая старая дама, навестившая их сегодня. Они стоят на пороге дома, обоих хорошо видно из окна детской. Джеймс забирается на широкий подоконник, стараясь не свалить горшок с кактусом, тянет на себя тяжелую раму. Та повинуется неохотно, с ворчливым скрипом: ее не открывали с осени. Но все же поддается, и в комнату врываются запахи прелой травы и прошедшего утром дождя. Игрушечный маленький дракон, которого подарила гостья, садится на плечо нового хозяина, заинтересованно выглядывает в сад. Даже выпускает от радости крохотную струйку настоящего огня и хлопает перепончатыми крыльями. – Тсс, не шуми, – предупреждает его Джеймс, прислушиваясь к тихому разговору. – Все же чрезмерное уединение не на пользу мальчику, – говорит дама. – Я не прячу Джеймса. Ты могла убедиться, Минерва. Его часто навещают родственники, – отвечает Северус. – Не прячешь. Видит Мерлин, я ни в чем тебя не обвиняю. Но все же подумай над моим предложением. Не дело ребенку жить в глуши, вдали от других детей-магов. Да и ты еще не старый человек, чтобы хоронить себя здесь… – Я не вернусь в Хогвартс. По крайней мере, пока. Хогвартс! Школа магии, о которой с пеленок знает каждый английский волшебник. Там учились папа и мама, а Северус их учил, он сам рассказывал много раз. И старая дама оттуда. Наверное, учительница. Профессор, как их там называют. Джеймс высовывается из окна сильнее, чтобы не пропустить ни слова из разговора. И, конечно, задевает коленом злополучный цветочный горшок. Тот опрокидывается, пролетает в нескольких дюймах от остроконечной шляпы дамы и разбивается о плиты садовой дорожки. Гостья испуганно охает, Северус вскидывает голову: – Джеймс! Немедленно слезь с подоконника! Я сейчас поднимусь. Прости, Минерва, это маленькое чудовище нельзя оставить ни на минуту. Когда Северус говорит таким тоном, лучше послушаться. Джеймс сползает на пол, садится на кушетку, даже руки на коленях складывает. Дракон опасливо выглядывает из-за его спины. Дверь в комнату распахивается. – Что ты вытворяешь, Джеймс Поттер? – спрашивает Северус. Подходит к окну, захлопывает раму, закрывает на шпингалет. – Ничего. – Разумеется, ничего. Ты всего лишь мог: во-первых, выпасть со второго этажа, во-вторых, покалечить человека. Полагаешь, этого мало? – Я просто хотел послушать. Скажи, тетя Минерва, она из Хогвартса? – Да, из Хогвартса, – говорит Северус уже спокойнее. – И она звала нас в гости? – Звала. – Мы поедем? – Нет. Не сейчас. – Почему? – Потому что еще рано. – А когда будет не рано? – Через четыре года. Тебе исполнится одиннадцать. «Тогда я, возможно, соглашусь вести зельеварение», – думает Северус, усаживаясь рядом с Джеймсом. Машинально протягивает ладонь к дракончику, тот принюхивается к подушечкам пальцев. Смешно переступая крохотными лапами, устраивается меж большим и указательным, складывает крылья. Должно быть, ему нравится запах зелий. – Он тебя признал, – со знанием дела говорит Джеймс. – Скажи, мой папа победил такого? – Нет, другого. Это китайский огненный шар. А Гарри сражался с венгерской хвосторогой. – Она опаснее? – Намного. У нее на голове рога, на хвосте шипы, и пламя она испускает дальше, чем другие драконы. Вечером я найду книгу и покажу тебе. – Лучше сейчас! – Нет, сейчас мы пойдем за молоком. – Ура! – Джеймс вскакивает, вспугивая задремавшую игрушку. – Идем скорее! Сколько энергии в этом ребенке! В мирных бы целях… – Оденься теплее, – говорит Северус, выходя из комнаты. – Я велю Динки принести тебе свитер и шарф. На улице сильный ветер. Домовиха появилась у них еще в старом доме, в тупике Прядильщиков, спустя месяц после того, как Северус забрал к себе Джеймса. Вдруг обнаружилась на кухне, стала готовить, стирать, следить за порядком. Откуда взялась, сказать не могла. Просто завелась, как заводятся мыши за стеной или ласточки под крышей. Она переехала с хозяевами в деревенский дом, который Северус купил взамен старого. На улице ветрено и прохладно. Солнце лишь время от времени показывается из-за быстро летящих по небу густых облаков. Впрочем, дождя, по всем приметам, быть не должно. Пахнет распускающимися почками, издалека тянет дымом – наверное, жгут прошлогодние листья и сухую траву. Март. Джеймс скатывается с крыльца, на ходу заматывая шарф. Кажется, он вообще не умеет передвигаться спокойно, только носиться как угорелый. Северус запечатывает дверь заклинанием и берет мальчика за руку. Так надежнее. – Мы к тете Глэдис? – спрашивает Джеймс. – Хочешь к ней? Это далеко. – Пусть. Они никогда не гуляют без цели. Собирают травы для зелий, ходят за парным молоком или отправляются в супермаркет у дороги. – Скажи, а дракон, которого победил папа, был очень злой? – Джеймс никак не успокоится. После подарка Минервы, похоже, несколько суток придется выслушивать болтовню о драконах. – Любой разозлится, если его привезут в чужую страну и выставят для забавы. – Ты ведь сам говорил: там было что-то вроде рыцарского турнира. Как в той книжке, которую ты мне читал в прошлом году. – Именно. Варварский обычай. – Какой? – Ну… дикий. Жестокий. – Но папа должен был участвовать в турнире? У него же не было выхода? – Конечно, не было. Его выбрал Кубок. Странные существа – дети. Могут слушать одни и те же рассказы сотни, да что там, тысячи раз. – Скажи, он не поранил дракона? Ведь нет? – Джеймс смотрит на Северуса с надеждой. – Нет. Гарри просто выхватил у него из-под носа золотое яйцо и улетел. – Здорово! – улыбается Джеймс. – Скажи, а мама это видела? – Разумеется, видела. Там был весь Хогвартс. К тому же твоя мама за Гарри бега… они дружили с детства. – Она была красивая? – Джеймс видел множество колдографий, но ему нужно подтверждение из уст Северуса. – Красивая? Да, наверное. Рыжая… *** Бракосочетание Поттера и Джиневры Уизли, с точки зрения Северуса, было вопиющей глупостью. Как и все военные свадьбы: лихорадочные, чрезмерно веселые. Молодежь торопилась успеть как можно больше, не размышляя о последствиях и не планируя дальнейшей жизни. Зачем думать о будущем, когда его может и не быть? Когда каждую неделю приходят сообщения о нападениях на жилища магов, не подчинившихся новой власти. Когда волшебники погибают в схватках или исчезают бесследно. Лови момент, живи сейчас. Завтра будет поздно. – Обзаводясь семьей, вы даете Темному Лорду дополнительные козыри, – сказал Северус Поттеру. Полчаса назад тот объявил о предстоящем бракосочетании в штабе Ордена Феникса, и Северуса тошнило от умильных физиономий, радостных воплей и счастливого женского визга. Поттер зло сверкнул на него глазищами: – Почему это? – Человека легко зацепить, используя самых близких. Если что-то будет угрожать вашей жене, приползете к Темному Лорду сами, как миленький. – Я много думал об этом. И решил не отказываться от нормальной жизни. – Вы? Думали? – Представьте себе. Я сумею защитить тех, кого люблю! – А может быть, захотелось в тихое семейное гнездышко? Укрыться под женскими юбками, пока другие сражаются с вашим именем на устах? – Вам этого не понять, Снейп! Вам же никто не нужен. И вы никому не нужны. Не представляю женщину, которая согласилась бы… – Не продолжайте, мистер Поттер. Основную мысль я уловил, обмен любезностями состоялся. «Может быть, девчонка беременна?» – думал Северус. Но Джеймс родился спустя одиннадцать месяцев после свадьбы. *** – Да, красивая, – удовлетворенно подтвердил Джеймс. – Особенно на тех колдографиях. Ну, когда они женились. Как фея. Ты ведь был там? – Был. – Тебе понравилось? – Ничего. Только очень шумно. – Это плохо? – Наверное, хорошо. У твоих родителей было много друзей. Все хотели их поздравить. *** На свадьбу идти пришлось. Нужно же было охранять нетрезвых идиотов, которые неминуемо забудут об осторожности. Северус слишком хорошо помнил бракосочетание Билла и Флер и приуроченное к нему нападение Упивающихся. В кармане у него лежала фляжка с оборотным зельем: присутствие директора Хогвартса на празднике у «нежелательного лица номер один» показалось бы, мягко говоря, странным. Джиневра утопала в ворохе белого шелка и кружев. Ее огненно-рыжие волосы украшала диадема с бриллиантами. «Единственная драгоценность в роду Уизли», – тайком шептались кумушки. Поттер в парадной мантии и неизменных глупых очках, сосредоточенно-серьезный, как все женихи, топтался возле невесты. Он то и дело отвечал на рукопожатия, подставлял щеку для поцелуев и время от времени беспомощно оглядывался на шафера. Рональд Уизли был то преувеличенно весел, то впадал в мрачную задумчивость. По слухам, он предложил Грейнджер сыграть свадьбу одновременно с Поттером, но та решительно отказалась. Гости, съехавшиеся, кажется, со всей Британии, пили вино, выкрикивали бесчисленные пожелания молодым, много и неуклюже танцевали. Какая-то немолодая женщина с ярко-алыми толстыми губами попыталась заигрывать с Северусом. Он не оценил порыва, и дама удалилась, обозвав его занудой. – Курица! – прошипел он ей вслед. – Вы не слишком любезны с прекрасным полом, сэр, – Поттер, уже основательно набравшийся, смотрел на него и слегка посмеивался. – Это вы ее подослали? – Ни в коем случае. Она, должно быть, пала жертвой вашего обаяния. Вы же сейчас не в своем облике, слава Мерлину. – Прекратите паясничать! – пребывание в теле коротышки средних лет казалось отвратительным. – Хорошо-хорошо! – Поттер взял с парящего неподалеку подноса два бокала шампанского. – Давайте лучше выпьем, сэр. Неужели вы не хотите меня поздравить с самым счастливым днем в жизни? – Мои соболезнования, – пробурчал Северус, удаляясь прочь от нетрезвого жениха. Слишком велик был соблазн наградить его ослиными ушами или обезьяньим хвостом. *** – Ой, смотри! – Джеймс выдернул ладонь из руки Северуса. Бросился к небольшому пролеску, вдоль которого они шли, принялся срывать желтые цветы. – Это первоцветы. Они полезные. Не рви их без нужды. – Ага, больше не буду! – Джеймс сунул букетик в карман свитера. – Скажи, а ведь папа еще раз сталкивался с драконом? На котором они с дядей Роном и тетей Герми улетели из банка? – Ты преуспел в семейной истории. – А ты видел этого дракона? – Нет, они отпустили его на волю. Дракон был старый, почти слепой и целую вечность провел в подземелье. *** В то время Поттер, Грейнджер и Уизли вечно где-то пропадали. Считалось, что троица выполняет тайное задание Дамблдора. Северус лишь смутно догадывался о наказе покойного хогвартского директора. По-видимому, Поттер должен был отыскать и уничтожить какие-то связанные с Волдемортом артефакты. В Ордене к миссии гриффиндорского трио относились с благоговением и ни о чем Поттера не спрашивали. Северус же откровенно злился: неизвестность раздражала. К тому же он категорически не верил в успех трех самоуверенных юнцов. История с ограблением «Гринготтса» окончательно вывела его из себя. Об этом событии заговорили прежде, чем явились сами герои. Грязные, усталые и глупо счастливые своей победой. Подробностей не рассказывали, Северус понял только, что они наложили Империус не нескольких служащих и улетели из банка на драконе. – И для какой цели потребовалось столько идиотских действий? – поинтересовался он у Поттера, как только переступил порог дома на площади Гриммо. – Об этом я не могу вам сказать, – поджал губы Поттер. – Отчего же? – Вы знаете. – Я знаю. Знаю, что Альбус, на наше несчастье, поручил сложную и важную задачу безответственным, наглым и бесцеремонным соплякам. Вы хоть представляете, что могло случиться, если бы вас обнаружили? – Но ведь обошлось! – Это не ваше личное дело! – заорал на него Северус. – Расскажите обо всем Ордену и вытворяйте, что хотите! Суйтесь в пасть драконам, хоть к Темному Лорду в гости ступайте! – Не смейте мне приказывать! – процедил Поттер сквозь зубы. Его подбородок подрагивал от сдерживаемой злости, щеки пылали румянцем ненависти. – А то что? – поинтересовался Северус. Чужая ярость действовала на него успокаивающе. – А то я не посмотрю, что вы якобы на нашей стороне! – Даже так?! – Северус поднял бровь. – Ну же, договаривайте. Вы не поверили воспоминаниям Альбуса, которые я предъявил Ордену? – Откуда мне знать, может быть, вы обманули директора? Он вообще был склонен видеть лучшее в людях! Даже спустя месяцы Северус помнил наслаждение, которое испытал, отвесив Поттеру звонкую пощечину. Ощущение полной свободы, когда размахнулся и от всей души ударил по наглой, самоуверенной поттеровской физиономии. Потом тот, конечно, тоже бросился на него, совсем как крестный несколько лет назад. Их разняли… *** – А в сказках обычно убивают драконов. Или хотя бы побеждают, – говорит Джеймс. – Они там всегда злые. У них когти, чешуя, огонь изо рта. – Потому и злые, что их все время хотят или победить, или убить. Обрастешь тут чешуей. – Но они же стерегут принцесс. Или золото. – Чужих принцесс и чужое золото. Какой-то злой волшебник посадил на цепь несчастного дракона, чтобы его… принцессу стерег. А на бедолагу ко всему прочему идиот принц нападает. – Значит, дракона самого надо спасать? – Не мешало бы. Только ведь у него когти, чешуя и огонь изо рта. Кому придет в голову волноваться о таком? – Так что же делать? – когда Джеймс задумывается, меж бровей у него залегает маленькая складка. – Знаешь, не обязательно специально идти выручать дракона, – говорит Северус. – Главное – спасая, скажем, принцессу, поверить в то, что он не кровожадное чудовище, а живое существо, которому, между прочим, тоже плохо в рабстве. Тогда он сам все цепи оборвет, подземелье разрушит и унесет тебя вместе с принцессой. – Значит, папа поверил? – Наверное. – И спас дракона? – Да. Он вообще всех спасал. *** Поттеровское стремление спасти абсолютно всех привело к провалу Северуса как шпиона. Сопляк наконец-то добился своего – угодил в серьезную переделку. Троица, наплевав на решение Ордена, отправилась выручать Луну Лавгуд и ее отца, которых якобы держали под арестом в собственном доме. Разумеется, все оказалось ловушкой, как и предполагал Северус. Луны в доме Ксено Лавгуда не оказалось. Зато он сам, едва завидев у калитки Поттера с товарищами, сообщил об этом Упивающимся. Несчастный был готов на все ради дочери, несколько дней назад брошенной в подземелья Малфой-менора. Хорошо еще, что в самый последний момент Грейнджер догадалась о предательстве и отправила в Орден Патронуса с сообщением. Если бы у Северуса нашлось несколько минут для того, чтобы спуститься за оборотным зельем, его бы и дальше считали преданным слугой Темного Лорда. Но времени не было, нужно было выручать Поттера. И он, откликнувшись на призыв Шеклболта, вместе с другими орденцами бросился к дому бывшего редактора «Придиры». Троицу отбили, но о возвращении Северуса в Хогвартс или ставку Волдеморта отныне не могло быть и речи. Пришлось вместо замка возвращаться в ненавистный дом Блэков. – Своим безответственным, идиотским поступком Поттер, Уизли и Грейнджер свели на нет усилия Альбуса Дамблдора, – говорил Северус спустя несколько часов на собрании Ордена. – Теперь директором Хогвартса назначат кого-нибудь вроде Кэрроу. И мы ничего не узнаем о планах Темного Лорда. – Как будто раньше много знали, – пробурчал Поттер, теребя дужку разбившихся очков. – Про Луну вы ничего не сказали, между прочим. – Молчать, неблагодарный мальчишка! Вы ослушались приказа, наплевали на решение Ордена. Вам безразлично все, кроме мгновенных прихотей! – Тише, Северус, – вмешался Люпин. – Ребята неправы, но и ты держи себя в руках. – Защищаешь их? – Не хочу, чтобы собрание превращалось в свару. – Северус во многом прав, – покачала головой Тонкс. – Гарри, ты бы хоть о жене и будущем ребенке подумал. Джиневра была на восьмом месяце. – Мы виноваты в том, что ослушались, – сказала Грейнджер. – И просим прощения. Но вам, профессор Снейп, незачем было аппарировать к Лавгуду. Ваше место в Хогвартсе. – Позвольте мне самому решать, как поступать в той или иной ситуации, мисс Грейнджер. – И этот человек рассуждает о дисциплине, – хмыкнул Уизли. – Во многом виноват я, – нахмурился Шеклболт. На его виске кровоточила царапина, оставленная прошедшим по касательной заклинанием. – Зря отправил Снейпу Патронуса. Но сейчас уже ничего не изменить. Так что давайте перестанем обвинять друг друга. Нам еще жить в этом доме. Всем вместе, – взглянул он на Северуса. *** – Расскажи еще про то время, пожалуйста, – просит Джеймс. Они идут мимо автозаправочной станции. Джеймс с вожделением поглядывает на расположившийся возле нее магазинчик. Здесь всегда торгуют свежими и очень вкусными, хоть и маггловскими, сладостями. – Зайдем? – спрашивает он с надеждой. – Не сегодня. Ты с утра объелся шоколадными лягушками. Их принесла Минерва. Три коробки. Теперь Джеймс не успокоится, пока не съест все, а потом придется варить зелье от крапивницы. – Ничего не объелся! – Много сладкого есть вредно. О чем ты хочешь услышать? – Ну… Ты говорил про свадьбу. Расскажи про другие праздники. – Шла война. Не до праздников было. – И даже мой день рождения не отмечали? – хмурится Джеймс. – Конечно, отмечали! – говорит Северус.

ГПСС: Джеймсу исполнилось четыре месяца, когда Упивающиеся напали на Нору. Днем, чего ожидали меньше всего. Ни жена Поттера, ни его тесть с тещей не успели спастись. Поговаривали, что операцией руководил сам Волдеморт. Это было похоже на правду: слишком уж легко оказались взломаны тщательно наведенные защитные чары. Маленький Джеймс спасся чудом, как и гостившая в Норе Тонкс. Она в момент нападения ушла прогуляться с собственным сыном и ребенком Джинни. Убийство родных стало личным вызовом Избранному, и Магическая Британия замерла в почти священном ужасе. Поттер не разговаривал ни с кем пару дней. Друзей словно не замечал, не слышал слов утешения. Окидывал говорящего равнодушным взглядом и уходил в свою комнату. В то время они уже кочевали по разным уголкам Британии: в Лондоне стало небезопасно. Утром третьего дня Северус, не церемонясь, открыл дверь Алохоморой, остановился над скорчившимся на узкой кровати мальчишкой. – Что вам нужно? – глухо спросил Поттер. – Узнать, сколько времени вы собираетесь жалеть себя. Пока другие рискуют жизнью. – Что же вы за сволочь такая! – Я просто говорю, что думаю. Поттер сел, приложил ладонь ко лбу, подслеповато сощурился. – Болит голова? – Неужели сочувствуете? – Ни в коей мере. Просто ваши головные боли опасны. И не только для вас. – Ну да, – покачал он головой. – О чем вы там еще думаете? Выкладывайте. Скажите, что я своими руками убил жену. Потому что из-за меня вы потеряли доверие Волдеморта и не узнали о готовящемся нападении. – Это сказали вы, Поттер. Не я. – Но вы согласны? – Даже если согласен, что с того? Ничего не изменить. – Вы так легко об этом говорите... – Какая разница? Я говорю правду. Все уже случилось, и вам придется жить с этим. Жить с виной. Не вы первый, не вы последний. – Северус Снейп много об этом знает, не так ли? Жестоко, но даже сейчас хотелось запустить в него каким-нибудь болезненным заклинанием. Особенно сейчас. – Знаю. Иначе не говорил бы. – А если я не захочу с этим жить? – А вы не имеете права. Ваша жизнь вам не принадлежит, Поттер. По несчастливой случайности вы избраны судьбой и людьми. Будьте добры соответствовать. *** – Что мне дарил папа? – спрашивает Джеймс. – Не знаю. Наверное, какие-то игрушки. – Почему «наверное»? – Потому что он был на войне. – А ты? – Я тоже. – Вместе с папой? – Да, с ним. *** Весенний дождь энергично барабанил по крыше ветхого дома, в котором они остановились на этот раз. Поттер, укутанный в прозрачный дождевик, зашел в крохотную кухню, помотал головой. С растрепанных волос полетели мелкие брызги, и Северус отложил тетрадь, где делал записи, брезгливо поморщился: – Осторожнее! – Я проделал канавки во дворе. Нас заливает. Вскипятил заклинанием воду в кружке, опустил в нее пакетик заварки, уселся напротив. – Что, Поттер, некуда деваться? – поинтересовался Снейп. – Ваша с Уизли комната опять занята? Бурный роман Рональда и Грейнджер ни для кого не был секретом. – Я рад за них. Поттер помолчал, поднес кружку ко рту, сделал маленький глоток. – Почему в вас столько ненависти, Снейп? – Считаете, в вас ее меньше? – Надеюсь. – Не обольщайтесь сверх меры. Врагов вы ненавидите самозабвенно, сладко, разжигая в себе остывающую злость. Возненавидите и друзей. У вас впереди много времени. – Как, наверное, ужасен мир, в котором вы существуете. Вечные слизеринские подземелья. – Они лучше, чем розовые замки, которые неизбежно рушатся. – Пусть. Но они все-таки были. Об этом помнишь и живешь воспоминаниями. *** – Папа храбро воевал? – Да, очень. – Почему же он погиб? Джеймс задает этот вопрос не впервые, но Северусу вновь и вновь становится неуютно под пытливым взглядом карих глаз. Мальчик как-то подозрительно щурится. Надо бы проверить зрение – все же наследственность… – Потому что кто-то должен жертвовать собой ради других, – отвечает Северус. – Что делать? – Ну, иногда надо отдать свою жизнь, чтобы другие были счастливы. *** Они стояли над думосбором – плечо к плечу. У стен Хогвартса бушевало сражение. Ночное небо в прямоугольнике окна то и дело прорезали красные и зеленые вспышки заклинаний, слышались звуки борьбы – крики и удары. Где-то в левом крыле раздался глухой взрыв и вслед за ним грохот осыпающихся камней. По-видимому, нападавшим удалось разрушить стену. Северус держал на ладони маленькую склянку. Ту, что незадолго до гибели отдал ему Дамблдор с наказом передать Гарри, когда придет решающий момент и Волдеморт, опасаясь за свою змею, окружит ее магической защитой. Как обстоят дела со змеей, Северус, по известным причинам, знать не мог, но последние времена точно наступили. – Снейп, – Поттер судорожно сглотнул, завороженно глядя на блестящее в свете плавающих свечей стекло. – Давайте… Давайте вместе. Северус не стал спрашивать, почему именно он. Инстинктивно ощущал правоту Поттера. Поэтому молча открыл склянку и вылил ее содержимое в каменную чашу. *** Прошло не более четверти часа, а кажется – целая жизнь. Они молча смотрели в переливающуюся серебром жидкость, словно не до конца вынырнув из чужих воспоминаний. Северус слышал частое дыхание Поттера, казалось, слышал и его сердцебиение, видел пылающее внутренним огнем лицо. Некстати вспомнилось, что какой-то маггловский военачальник древних времен отбирал воинов простым и верным способом: говорил человеку, что того вскоре казнят, и смотрел, покраснеет он или побледнеет. Тех, кто краснел, брал в войско: значит, храбрец. Поттер точно прошел бы испытание… – Это безумие, – сказал Северус. Он отчаянно и малодушно жалел, что узнал обо всем, окунулся в мутный поток жестокой и подлой правды. О хоркруксах, о природе связи Поттера с Темным Лордом. И о себе самом. – Это безумие, – повторил он. – Никто не вправе требовать такого от человека. – Никто и не требует, – отозвался Поттер. – Это просто надо сделать. – Дать себя убить?! – Вы же слышали. Вместе с последним хоркруксом развоплотится Волдеморт. Я пойду к нему после того, как ребята уничтожат змею. – Они не сумеют. – Сумеют, – Поттер едва заметно улыбнулся. Несмотря на то что глаза под стеклами очков блестели от слез, улыбка вышла мягкой, лучистой. – Они сумеют. Только не говорите им. Пожалуйста. – Я не верю в это. Альбус не мог, – Северус помотал головой, словно отгоняя кошмарный сон. Впрочем, происходившее им и было. Только проснуться он не надеялся. – Не мог просто отправить тебя на смерть. – У него не было другого выхода. Да ладно. Это война. Я мог погибнуть час назад в Адском пламени или от чьей-нибудь Авады. Так хоть буду знать, что не бессмысленно. – Не время для философии, Поттер! – оборвал его Снейп. В горле отчего-то першило. – Никуда вы не пойдете. – Куда я денусь? Не надо, Снейп. Вы всегда были честны, и сейчас не успокаивайте совесть фальшивыми уговорами. Ведь знаете: иначе нельзя. – Подумайте хотя бы о сыне. Поттер глубоко вдохнул, на миг отвернулся. Потом посмотрел спокойно, как будто был уже не здесь. В другом мире. И эта отстраненность сказала больше, чем любые слова. – О нем я как раз и думаю. Хочу, чтобы он жил в мире, где не правит эта безносая сволочь. А позаботишься о Джеймсе ты, Снейп. – Почему я?! Есть Уизли, Грейнджер. – Я даже не знаю, где они, останутся ли в живых после сегодняшнего. И не уверен, что с исчезновением Волдеморта кончится война. А ты выживешь. Сумеешь уберечь моего сына. В любые времена. – Потому что я скользкая слизеринская гадина? – горьковато усмехнулся Северус. – Потому что ты – это ты. – Ты же всегда считал, что я тебя ненавижу? – А маму любил, – Поттер кивнул на думосбор. – И охранял меня. Здорово охранял, правда. Лучше бы я узнал раньше, но чего уж теперь. А если ненавидишь, тоже неплохо. Значит, к моему сыну отнесешься нормально. – Поттер… – Я сейчас останусь один. Хорошо? – он часто заморгал, стянул с носа очки, не стесняясь, вытер глаза. – Ненадолго. Уходя, Северус как за спасительный якорь цеплялся за мысль, что в страшных словах Дамблдора есть то, чего они знать не могут. Поттера не убила первая Авада и не убьет вторая. В прошлый раз его защитила любовь матери. В этот сработает магия самопожертвования или что-то в этом роде. И только после горьких известий понял, что чуда произойти не могло. Жертва должна быть принесена всерьез, только тогда она жертва. Надо отдать, прежде чем получить. По-другому бывает только в сказках. Про разговор о судьбе маленького Джеймса Северус почти забыл. Посчитал его следствием потрясения, которое в последние часы жизни испытал Гарри. Вспомнил только на следующий день после похорон, когда важный гоблин принес завещание. Написанное неровным, знакомым по контрольным и эссе почерком, на первом попавшемся пергаменте, но, несомненно, подлинное. Северус Снейп назначался опекуном несовершеннолетнего Джеймса Поттера. Если сам того пожелает. *** – А без этого никак нельзя? Без того, чтобы отдать жизнь? – не отступается Джеймс. Что за напасть! – Иногда нельзя, – говорит Северус и указывает на обнесенный аккуратным забором чистенький, будто с открытки, дом. – Смотри, мы пришли. Беги, постучись к тете Глэдис. *** Джеймса он забрал на следующий день. – Надеюсь, ты понимаешь, что делаешь, Северус, – сказала Тонкс. Она воспитывала мальчика со дня гибели Джинни. – Это не игрушка, которою можно вернуть обратно, если надоест или не оправдает ожиданий. – Я похож на человека, который считает жизнь забавой? – Нет. Ты всегда серьезно относился к обязанностям. Даже чересчур серьезно. И все-таки я сомневаюсь. Что скажет Ремус, когда придет в себя? Что я ему скажу? – тяжело раненный Люпин уже несколько дней лежал без сознания в госпитале Мунго. – Что у тебя не было другого выхода. Даже Визенгамот не может оспорить завещание мага. – Знаешь, Снейп! – Тонкс уперлась кулачками в худые бока, и ее сероватые, мышиного оттенка волосы запылали пурпуром. – Я бы все равно не отдала тебе Джейми, и плевать мне на Визенгамот! Но не хочу противиться воле Гарри. Уверена, он знал, зачем так поступает. «Хотел бы я сам это знать», – подумал Северус. Возможно, завещание Поттера было мгновенным порывом. Реакцией на известие о грядущей судьбе, откликом на историю с Лили. Историю любви, вины, раскаяния и расплаты, которую зачем-то вытащил на свет Альбус. Может быть, спустя несколько часов Гарри изменил бы решение. Но все произошло так, как произошло, и Северус не собирался идти на попятную. *** Сложнее было выдержать атаку семейства Уизли. В глубине души Северус понимал обоснованность притязаний Рональда и Билла, желавших воспитывать племянника. – Вы не справитесь с таким маленьким ребенком, – говорил рассудительный Билл. – С теми, что постарше, не очень-то справлялись, если говорить честно. К тому же малыш должен расти в семье. Отдайте Джеймса нам с Флер. Так будет лучше. Вам в первую очередь. – Он чем-то опоил Гарри или заставил его написать завещание под Империусом! – возмущался Рон. – Во-первых, мистер Уизли, любое завещание мага в обязательном порядке проверяется на подлинность намерений. Во-вторых, подумайте сами, зачем мне отнимать у вас племянника? – Так отдайте его! – Нет. – Почему? – устало спрашивал Билл. В прежние времена Северус не преминул бы сказать что-нибудь о дремлющей ликантропии одного и умственной неполноценности второго, но сейчас отвечал просто: – Поттер, находясь в здравом уме и твердой памяти, поручил сына мне. Значит, воспитать Джеймса должен я. – Не уверен, что Гарри был в здравом уме, когда выдумал такое, – сквозь зубы цедил Рон. Конец препирательствам положила Грейнджер. Вернее, новоявленная миссис Уизли. В один из дней пришла вместе с мужем, мрачным, но на удивление молчаливым, сказала твердо: – Мы больше не станем надоедать вам просьбами вернуть Джеймса, профессор. Из уважения к последней воле Гарри. Мы верим в то, что он сделал правильный выбор. Но, надеемся, вы тоже пойдете нам навстречу и разрешите навещать мальчика. – Я, кажется, никогда не был против, – ответил Северус холодно. Но невозмутимость сохранить не удалось. Заскучавший во время разговора взрослых Джеймс решил пролететь между ними на игрушечной метле – но не рассчитал траекторию и врезался опекуну в спину. Удар вышел ощутимым. Северус не удержал равновесия, пошатнулся, схватившись за спинку кресла, и тут же обернулся, сгреб в охапку счастливо хохочущего озорника. Когда он вновь посмотрел на гостей, Грейнджер улыбалась во весь рот, и даже Рональд едва сдерживал смех. *** – Добрый день, Северус! – круглолицая женщина лет шестидесяти, чем-то неуловимо походящая на Молли Уизли, спускается с крыльца, вытирая руки о чистый передник. – Привет, Джеймс! Как твои дела? – Хорошо! Мне сегодня подарили дракона. – Игрушечного, – вставляет Северус. – Здравствуйте, Глэдис. – Он летает! – говорит Джеймс. – У Мэгги тоже есть летающий вертолет. Северус, вам как всегда? – Да, две бутылки козьего. У мужа тетушки Глэдис небольшая ферма. – Минуту, – она уже открывает дверь в дом, но ее окликает Джеймс: – Тетя Глэдис, а где Мэгги? – Хочешь повидать подружку? – улыбается фермерша. – Сейчас позову. – А я-то думал, для чего мы сегодня отправились в такую даль? – невозмутимо говорит Северус. Джеймс смотрит на него, смешно насупив брови, но не выдерживает и прыскает в кулак. Из дома выбегает темноволосая девчушка лет восьми в наброшенной поверх джинсового сарафана куртке. – Привет, Джейми! Здорово, что ты пришел! – она быстро чмокает Джеймса в щеку, и он заливается румянцем. Но девочка, кажется, не замечает смущения приятеля и энергично тащит его в сторону: – Идем, что покажу! – Подожди! – Джеймс неловко вытаскивает из кармана слегка помятый желтый букетик, протягивает Мэгги. – Держи! По дороге сорвал. – Спасибо! – теперь розовеют щеки девочки. – О, первоцветы! – замечает Глэдис, протягивая Северусу бутылки. Молоко у нее не в пластиковой таре и не в картонных пакетах, как у большинства продавцов, а в стеклянных бутылях, по старинке. – Мама называла их волшебными цветами. Говорила, что в бутонах укрываются от непогоды маленькие феи и старички-гномы. – Сказки! – фыркает Мэгги, но все-таки заглядывает в один цветок. – Пойдем же, Джеймс! Дети отбегают в сторону, к стволу старой сливы, раскинувшей ветви до самого дома. Мэгги достает из кармана какие-то камни, показывает Джеймсу, что-то увлеченно тараторит. – Хороший у вас мальчик, – говорит Глэдис. – Давно хотела спросить: он ваш сын? – Не совсем, – отвечает Северус. – О некоторых вещах не слишком приятно говорить, верно? Мы с мужем тоже воспитываем внучку. Как говорила мама, что Бог пошлет… – Мэгги – сообразительная девочка. Вам с ней повезло. – Не то слово! Она наш свет в окошке. Вот ведь как, – Глэдис кивает на увлеченных разговором детей. – Вроде и хлопот с ними много, и забот, и ночей бессонных. А все равно хорошо, будто новую жизнь проживаешь. В собственную весну возвращаешься. Не представляю, что было бы со мной и Эдом, если бы не она… «Я тоже не представляю», – думает Северус, глядя на встрепанный затылок Джеймса. Конец

Alefiko: Дождалась ..... (вбухивая в чай сахару, предвкушая удовольствие) Все бросаю, вас читаю, кто грузился - молодец, Хоть на час все геморроям полный наступил (******запикано).

littledoctor: 10/10

menthol_blond: Какая хорошая история. По хорошему горькая. спасибо вам

Algermen: здорово! просто здорово 10/10 – Знаешь, не обязательно специально идти выручать дракона, – говорит Северус. – Главное – спасая, скажем, принцессу, поверить в то, что он не кровожадное чудовище, а живое существо, которому, между прочим, тоже плохо в рабстве. Тогда он сам все цепи оборвет, подземелье разрушит и унесет тебя вместе с принцессой. – Значит, папа поверил? – Наверное. – И спас дракона? – Да. Он вообще всех спасал.

Rio-Rita: Чувства весны не ощутила, вообще забыла о названии темы, для меня она трансформировалась в «жизнь продолжается » Сам рассказ очень понравился, военная драма, рассказанная с душевной теплотой ко всем персонажам. Арт очень понравился - вот он как раз дает это чувство весны, раннее весеннее утро, или теплый пасмурный весенний день. 9/10

Веточка_Сирени: Очень трогательная история, пронимает ) И арт душевный. Так затягивает, что прямо ощущаешь себя внутри картинки ) Спасибо, авторам!

Alefiko: Печаль, слезы навернулись.... Весна не обязана быть безрассудно радостной. «Я тоже не представляю», я присоединяюсь к сказанному. Весна всегда приносит что-то новое. Новый Снейп - почему нет? Дедушка Сева очарователен. 10/10

Antidote: И все же весна, и жизнь продолжается... 10/10

ГПСС: littledoctor menthol_blond Rio-Rita , весна, как обновление и прощение, и как надежда :) Algermen Веточка_Сирени Alefiko пишет: Весна всегда приносит что-то новое да, именно:) Antidote , спасибо большое вам за отзывы и оценки!

мышь-медуница: 9/9

kos: Замечательно! 10/10

Grissom: очень и очень) спасибо) 10/10

Лис: 7 6

ГПСС: мышь-медуница kos Grissom Лис , большущее спасибо!

Меланжа: 10/10

Sine: и правда, как после дождя весной. хорошо

ГПСС: Меланжа Sine спасибо вам!

Alix: Хорошо :) 10 10

Mrs N: http://www.hogwartsnet.ru/mfanf/member.php?l=0&id=54937 зима Апплодисменты.Громкие и продолжительные. 10/10

Lesta-X: автор, я заплакала. это самый лучший фик из выложенных. спасибо. 10/10

Now-or-Never: Замечательный фик и замечательный арт!!! Снейп заслужил весну-хоть и такую горькую... Кажется, я знаю автора)))

Snensa: Красивый язык, лего читается. Печальная история, но весна - она бывает и такая... Коллаж душевный. Хочется смотреть и смотреть! Спасибо автору и коллажисту! 10 10

kasmunaut: Я тут тоже не могу насмотреться на коллаж, он прямо пахнет у вас!!! А историю хочется перечитывать и цитировать!

Веточка_Сирени: 10/9 до чего у вас все-таки удачный тандем с артером получился

ГПСС: Alix Mrs N Lesta-X Now-or-Never Snensa kasmunaut Веточка_Сирени , спасибо вам!!! За добрые слова и оценки! Арт просто удивительный!

Mary1712: 10/10 Снейп - дракон, которого спас Гарри. Спасибо за такой интересный новый мир

xelen: В арте люди летят, а не идут. Наверное, они оба драконы :) 10/9 впечатление общее оч. хорошее, такая история могла бы быть.

Abigail.: ГПСС, восхитительно! Браво, автор) Спасибо за такую чудесную проникновенную историю. За детали, живой язык, такого искреннего настоящего Джеймса и Северуса-дракона, и чувство весны... За всё. Это, действительно, великолепно 10/10. Однозначно!



полная версия страницы