Форум » Библиотека-7 » Во имя твое. ГП/ЛВ, ООС, AU, PG-15, слэш » Ответить

Во имя твое. ГП/ЛВ, ООС, AU, PG-15, слэш

Смертя: Во имя твое Название: Во имя твое Автор: Смертя Бета: Violet Гамма: Кошка Пейринг: ГП/ЛВ Тип: слэш Рейтинг: R Дисклеймер: все права и герои принадлежат Дж. К. Роулинг. Я не имею с этого никакой материальной выгоды. Саммари: Гарри Поттер думал, что после смерти Дамблдора Волдеморт нанесет решающий удар, но шли годы, а новых встреч с Темным Лордом у Гарри не было. Министерство замечательно сопротивлялось всем нападениям Пожирателей и, казалось, это будет продолжаться вечно. Но вот Гарри встречает странного человека, и привычная жизнь рушится в одно мгновение… История о том, как опасно разговаривать с незнакомцами. Предупреждение: немного ООС, AU Статус: завершен

Ответов - 10

Смертя: Глава 1 Когда я пришел в бар, он снова был там. Сидел, как обычно, за дальним столиком, почти полностью сливаясь с тенью, и только подбородок был виден из-под капюшона. Я бы многое отдал за то, чтобы увидеть его лицо. Но приходилось довольствоваться тем, что я мог говорить с ним… Он был как наркотик: приняв один раз, хочется снова и снова. - Привет, - я опустился на соседний стул. - Здравствуй, - тихий, спокойный голос уверенного в себе человека. И молчание. Я заказал себе сливочного пива, возле его же руки стояла чашка кофе. Как всегда. Я знал каждый жест, я мог по тонким, бледным губам определить его настроение… - Ты сегодня рано, - он редко первым начинал разговор, но сегодня, видимо, решил изменить своим правилам. - Меня уволили из Министерства. Он фыркнул, а потом серебристо рассмеялся. - Интересно, как? Не спрашиваю почему, это и так ясно. - Очень просто. Министр сам пришел ко мне, долго говорил о том, какой я молодец, как много делал для них, но они были ко мне несправедливы. Они не давали мне отдыха, а теперь они раскаиваются и дают мне время съездить куда-нибудь, заняться своими делами… В общем – тактично указали на дверь. Он медленно кивнул, капюшон качнулся: - И что будешь делать теперь? Я задумался. А действительно, что я буду делать? Война с Волдемортом еще не закончилась, хотя с момента смерти Дамблдора прошло уже около шести лет. Тогда мне казалось, что мир изменился. Хогвартс падет после первого же нападения Пожирателей, а я вместе с ним. МакГонаглл помогала мне изо всех сил, но теперь от нее зависела судьба слишком многих учеников, а не только меня. Но слишком большое количество родителей забрали своих детей из Хогвартса, некоторые даже предпочли уехать из Англии. Это было ударом. Уже не было надежды, что вот вернется директор Дамблдор, и сразу станет легче, все проблемы уйдут, покажутся малозначительными… Надежда… Ее я потерял уже давно. Как потерял и друзей. Рон и Гермиона изо всех сил старались помогать мне, но я слишком сильно хотел быть один, чтобы никто не грустил из-за меня. А поводов для печали было много. Я мрачнел с каждым годом все больше, замыкался в себе, порой даже срывался – начинал пить. Но они всегда вытягивали меня, мои друзья, мои единственные друзья. К сожалению, я видел, что им становится трудно со мной, они не знают, что мне говорить, мы много молчали, я просто смотрел в одну точку, Гермиона читала газеты, а Рон… Как бы то ни было, друзьям было лучше без меня. Хотя кого я пытаюсь обмануть! Это мне лучше без них. Я не могу смотреть на осуждающее лицо Рона и в печальные глаза Гермионы. Я не хочу, чтобы они страдали из-за меня. И не хочу просыпаться среди ночи с криком. Мне постоянно снятся кошмары, но в них нет тьмы и зла, мне не снится ни Волдеморт, ни родители, а друзья. И нет в этих снах ничего хорошего и светлого, я предаю своих друзей, они отворачиваются от меня… - Буду жить, - я пожал плечами, боясь, что могу расплакаться от безысходности. Он хмыкнул: - Глупый ты. Все то, что ты рассказывал мне в эти дни как-то не соответствует твоим сегодняшним словам. Тебе плохо, ты хочешь жить, но не знаешь, как это делать. - Наверное, мне стоит бросить вызов Волдеморту, - внезапно сказал я, - покончить со всем этим раз и навсегда. Он засмеялся злым смехом, который я слышал в первый раз, и отозвавшемся у меня где-то в позвоночнике: - Трижды глупец. Гарри, неужели ты всерьез считаешь, что ты сильнейшая угроза для Темного Лорда? Я не ответил, но, видимо, мое лицо было слишком красноречиво, потому, что Он добавил: - Гарри, подумай. Ты приходишь сюда, в этот бар, хотя не обязан это делать, разговариваешь со мной, не зная, кто я такой, ты рассказываешь мне то, что не можешь сказать своим друзьям… А сейчас ты заговорил о Волдеморте? Я почувствовал не только иронию в его голосе, но и что-то другое, новое… - Я уже много лет жду, - шепнул я, думая, что он не услышит. Но он услышал: - Нет. Никто из вас уже не ждет поединка. Вы как добро и зло, за вас сражаются другие, а вы сами устало наблюдаете, видя, что ваши планы извратили собственные слуги. - У меня нет слуг. - Есть, Гарри. Ты стал не просто врагом Волдеморта, Мальчиком-Который-Выжил, ты стал символом этой битвы, которой уже много лет, которая была задолго до тебя. Зло не может окончательно победить, но и абсолютного добра быть не может. В мире должно быть равновесие. Это были изначальные планы Волдеморта, но белые маги, такие, как твой драгоценный Дамблдор, объявили Лорда злом, убийцей, изгоем. А знаешь, что мог почувствовать юноша, который в этой жизни не видел добра, а теперь получал лишь зло? Он почувствовал отвращение ко всему доброму, милому, пушистому… Скажи, Гарри, ты никогда не задумывался о причинах Дамблдора ненавидеть Волдеморта? - Он его не ненавидел, - я знал, что в моих глазах плескался страх, но был не в силах спрятать чувства в глубину души. - Ненавидел, презирал, желал его смерти. Гарри, Дамблдор не просто так сражался с Темным Лордом всю свою жизнь. Он желал, чтобы маленький мальчик Том Риддл служил ему верой и правдой, ведь у мальчика были огромные способности. Но Том отказался, он не хотел быть обязанным кому бы то ни было. Планы Дамблдора были не по душе Тому. Волдеморт хорошо знал зелья, но недостаточно отлично. Он был хорош в трансфигурации, но лучше всего ему удавались заклинания. Он был хорошим человеком. Но он перестал им быть. Ему чужды какие-либо чувства. Он не испытывает даже ненависти, а особенно к тебе. Ему очень интересно, каким образом ты сумел убить его тогда, но это интерес исследователя, а не Темного Лорда. - Ты Пожиратель? – я сам не узнал свой голос, настолько он стал хриплым и злым. - Нет, я просто слишком хорошо знаю правду. Он чуть вздохнул, а затем добавил: - Уходи, Гарри. Зря я позволил тебе прийти сюда вновь. Уходи, больше ты меня не увидишь. Мое сердце упало куда-то в желудок: - Ты прогоняешь меня… Зачем? Почему? Он не ответил, а протянул руку к капюшону и сдвинул его так, что стало видно лицо. Я замер. - Великий Мерлин, нет! Передо мной сидел Волдеморт. Конечно, он не напоминал того нечеловека, каким я его запомнил, он стал другим. Темные короткие волосы, высокий лоб, аристократический нос, тонкие, кажущиеся бескровными, губы, и темные глаза. Передо мной сидел взрослый Том Риддл. - Вот почему, - произнес он, и я впервые за много недель увидел, как именно он говорил, - уходи. В его глазах зажегся мрачный огонь, они приобрели красноватый оттенок. Он опустил голову и повторил: - Уходи. Я встал, оказавшись близко от его тела, и видел, как он слегка вздрогнул. - Нет, - шепнул я, беря его за руку и… аппарируя к себе домой.

Malice Crash: Отпадно. Дальше!

Algine: Смертя пишет: Во имя твое, слэш, ООС Вы бы отделили как-нибудь заглавие фика от остальных данных, а то смешно становится. Смертя пишет: и только подбородок был виден из-под капюшона. Смертя пишет: Он был как наркотическое зелье, приняв один раз, хочется снова и снова. После зелья тут лучше поставить двоеточие. Смертя пишет: Я знал каждый его жест, я мог по его тонким, бледным губам определить его настроение… Количество "его" на предложение зашкаливает. Смертя пишет: заняться своими делами и т.д. В литературном тексте не употребляются такие сокращения. Смертя пишет: но на ней теперь была судьба слишком многих учеников Как-то не особо по-русски. Вам на поиски гаммы три дня.

Смертя: Исправила, кажется.

Смертя: Глава 2 Как только мы оказались в моей комнате, Волдеморт оттолкнул меня от себя так, что я упал, а сам отступил на шаг, качая головой. - Зачем ты это сделал? – спросил он. - Зачем ты разговаривал со мной? – я не мог встать, и теперь сидел на полу, глядя на него снизу вверх. Мне не было страшно. Он не ответил, его ноздри гневно раздувались, глаза лихорадочно блестели, он явно был зол. - Том, - я впервые сказал его имя. Он выпрямился, и я почти увидел, как дверь его разума захлопнулась. - Меня зовут лорд Волдеморт. Я просто смотрел на него. И тогда он вытащил палочку. Мое сердце забилось сильнее, я понимал, что не смогу сопротивляться ему. - Круцио. Боль взорвала мое тело, и я закричал. На меня уже не в первый раз накладывали Круцио, но никто из Пожирателей не мог сравниться со своим Лордом. Его заклинания имели самый разрушительный эффект. У меня на глазах выступили слезы. Боль стихала, уходила куда-то… Я поднял голову, посмотрел на Волдеморта. На его губах блуждала неопределенная улыбка, раньше это вызывало у меня злость и страх, сейчас же я не чувствовал ничего. Я встал, ощущая, что сейчас Лорд произнесет последнее для меня заклинание. Волдеморт поднял палочку, его рот искривился от непонятных мне чувств. Я сделал последний разделяющий нас шаг, глядя ему прямо в глаза, протянул руку… И тут я понял, что меня так удивляло – он чего-то боялся, сам этого не замечая. Я коснулся его лица кончиками пальцев, ощутив всю его непонятную боль, отчаяние. Положив ему ладонь на затылок, я притянул его к себе и коснулся своими губами его плотно сомкнутых губ. Усилив нажим, я заставил его рот раскрыться, поцелуй стал глубже, сильнее, на грани боли. Том закрыл глаза и вцепился в меня одной рукой, видимо, боясь упасть. В другой руке он все еще сжимал палочку, но я понимал, что это уже агония разума. Том дернулся, и мне пришлось его выпустить. Он поспешно отступил: - Зачем? Я ощутил, что по моему лицу расползается улыбка, достойная Малфоя, но никак не меня. - Том, останься. Он вздрогнул, покачал головой: - Ты сошел с ума, если просишь меня об этом. Я вновь подступил к нему, он попятился, но уперся в стену, поэтому я спокойно подошел к нему, одной рукой обхватил за талию, а второй провел по лицу, коснувшись шеи, а большим пальцем чуть тронув его нижнюю губу. - Ты сам сказал – Волдеморт уже не ненавидит меня. Думаю, твоим словам я могу довериться. Он уперся ладонью мне в грудь, пытаясь оттолкнуть. Я поцеловал его в ухо, прикусив мочку, затем начал целовать шею… Том вжался спиной в стену, запрокинул голову, тяжело дыша. Я хихикнул, с ужасом понимая, что я действительно сошел с ума, но это было слишком приятно, чтобы останавливаться. Я стянул с него плащ, с восторгом обнаружив на нем шелковую темно-синюю рубашку и черные брюки. Обычная магловская одежда, но ему она невероятно шла, так же, как и мне. Я вытащил рубашку из брюк, запустил под нее руки, обхватывая его за талию. Прохладный шелк вызывал почти боль своими холодными прикосновениями. Полустон, полувсхлип вырвался изо рта Тома, когда я расстегнул пуговицы рубашки и коснулся его сосков. Потом я опустился на колени, держась руками за ремень брюк, выцеловывая влажную дорожку на его животе. Внезапно Том взял меня одной рукой за подбородок, поднял голову, заставляя смотреть ему в глаза, а второй наставил на меня палочку: - Перестань… Я смотрел ему в глаза, понимая, что мои зрачки расползлись во всю радужку, но не от страха, а от другого чувства, чуждого Волдеморту, но не менее сильного – желания. - Том, останься. Волдеморт опустил палочку, с долей недоумения глядя на меня: - Зачем ты это делаешь? - Ты нужен мне. Он отрицательно качнул головой. - Хорошо, - покорно согласился я, вставая, (Том вздохнул), - придется делать по-другому. Я начал раздеваться, медленно расстегивая пуговицы мантии, затем стягивая свитер, потом принявшись за рубашку… На мои пальцы легла холодная ладонь. Том заворожено смотрел, как я раздеваюсь, но теперь остановил. - Зачем? – вновь спросил он. - Я чувствую тебя, как никого другого. Ты понимаешь меня лучше, чем мои друзья. Я хочу… тебя. Он усмехнулся, криво, неумело: - Ну, еще бы, чувствуешь… - он коснулся пальцами моего шрама, обрисовал его контуры. Меня словно пронзило молнией, я почувствовал острую боль, не схожую с болью от Круцио, но такую же сильную. И мне вовсе не хотелось ей сопротивляться, холодные пальцы моего врага снимали боль лучше, чем любые заклинания или зелья. Том сам притянул меня в поцелуй, видимо, что-то решив для себя. Он раздел меня быстро, но очень чувственно, я уже был готов к тому времени, когда он только-только расстегнул брюки. - Где ты всему этому научился? – шепнул я. - Быть Повелителем – это значит иметь множество преимуществ перед другими, - он потянул меня на кровать, совершенно не отвлекаясь от дела, - вопрос, где этому научился ты? Не думаю, что в Хогвартсе. - Быть Героем – это значит иметь множество преимуществ перед другими, - ехидно застонал я. (Собираясь хмыкнуть, но из-за того, что Том вытворял с моим телом, я даже ясно мыслить уже не мог, не то, что говорить.) Он засмеялся мне в шею, вызвав невероятные ощущения во всем теле. Я потом нас накрыло чувствами. И у меня, и у него полностью сорвало все мысленные щиты, выстраиваемые годами, затопив нас отчаянием, болью, застарелой ненавистью и… странной теплотой. Это нельзя было назвать любовью, привязанностью, нет, какая это может быть любовь, если мы долгое время хотели друг друга убить… Это было подобием единения душ. Мы словно стали единым целым. Его плоть во мне… Жестокость прорывалась в каждом его движении, но это я исполосовал ему спину ногтями, а не он мне… Мысли сменялись темнотой, темнота – мыслями. Под этой оболочкой скрывался мой старый кошмар, но мне было слишком хорошо с ним. Нас накрыло волной удовольствия, а потом наступила тишина. - Скажи, как тебе удалось, - я замялся, подбирая слова, - ну, выглядеть так… как раньше? Он лежал, глядя в потолок. - Я убивал. Много, очень много убивал. Я проводил эксперименты, я уродовал, чтобы потом возвращать красоту… Твоя кровь возродила меня к жизни, дала мне плоть. А кровь других – возвратила красоту. Почти полностью. Он встал, и я внезапно испугался, что он уйдет. Но он покопался в груде одежды, достал что-то из кармана брюк, протянул мне: - Будешь? Я отрицательно покачал головой. Он пожал плечами, взял палочку, произнес заклинание… Закурив, Том отложил палочку и задумчиво уставился в окно. - Том, - начал говорить я, - не уходи. - Зачем тебе это? Кроме того, что ты говорил мне раньше. Ты получил то, что хотел, зачем тебе еще что-то? Я действительно задумался. То, что он понимает меня, не служило достаточным поводом для того, чтобы затаскивать его в постель. Сама мысль о том, что я переспал с Волдемортом, могла вызвать отвращение у любого, но мне лично она не казалась такой ужасной. Я много говорил с ним в эти дни, я слышал его правду… - То, что ты говорил – правда? – решил я уточнить. - Да. - Почему ты говорил мне ее? - Правда за правду, - он сидел на другом конце кровати, прикрывшись одеялом, и его профиль четко вырисовывался на фоне окна, - я ничего не теряю. Мне даже лучше, если ты задумаешься о причинах, вовлекших тебя в эту войну. Дамблдор мертв, ты уже не слепая марионетка в его руках… Я хотел дать тебе повод для размышления. За мной идут многие, одержимые желанием иметь власть, богатство, место в обществе, уважение, пусть и замешенное на крови. Они убивают потому, что знают – не подчинение карается смертью. Твои друзья ошибались, говоря, что я чувствую лишь ненависть. Это не так. Я вообще ничего не чувствую. Те чувства, что есть у тебя, для меня роскошь, которую я не могу себе позволить. Мне не нужна любовь, а ты без нее не можешь… Я отдал все человеческое, что было во мне, и получил взамен невероятную силу… Я – наследник Салазара Слизерина. На одном из его пальцев мерцало в лунном свете старинное кольцо. Том, заметив мой взгляд, кивнул: - Да, это оно. Я забрал его из Хогвартса, это не составило труда. Мы некоторое время молчали. Он закурил еще одну сигарету, ароматный дым наполнил комнату… Том потянулся, чтобы стряхнуть пепел на пол, а не на кровать, и поморщился от боли. - Извини, - тут же сказал я, разглядывая уже начавшие подживать красные полосы на его спине. - Ничего, мне это даже нравится. Боль… Я причинял ее другим, и уже забыл, что значит – чувствовать ее самому. Спать не хотелось. Раньше я всегда засыпал, секс был лучшим лекарством от бессонницы, но сейчас я испытывал желание просто лежать, свернувшись клубочком, и смотреть, как Волдеморт сидит рядом. Я впитывал в себя все: его жесты, мимику, голос, взгляды, раньше – прикосновения, чтобы запомнить, так как чувствовал, что это не будет вечно. - Ты очень громко думаешь, - хмыкнул Том, покосившись на меня. Я почувствовал, как мои щеки вспыхнули. - Я забыл восстановить мысленные щиты… Он очень тяжело вздохнул: - Не волнуйся, я тоже, но зато я умею думать тихо, не так, как ты. - А когда-то… Ты… в моих мыслях, снах… - Знаю. Как тебя ни учили Мыслезащите, хоть ты и говоришь, что безнадежен, ты все-таки научился… Не думаю, что мне сейчас бы удалось проникнуть в твой разум. - Но, сейчас… - я думал, что краснеть дальше просто невозможно, но это оказалась не так. - Ну, ты бы еще о чем спросил! Ты же сам чувствовал, что ни я, ни ты не в силах сдержать себя… Между прочим – сам виноват. Я подполз к нему, положил голову ему на колени, отметив, что он удивился: - Еще раз прошу – не уходи… Он не ответил, но я почувствовал, что он напрягся. - Так, давай я кое-что сейчас тебе объясню. Меня даже передернуло от холодности его голоса. А он продолжал: - Ты – Гарри Поттер. Я – лорд Волдеморт. - Том Риддл, - прошептал я. - Нет, - он столкнул меня со своих коленей, встал, стал одеваться, - меня зовут Волдеморт. Я – убийца. Между прочим, я убил твоих родителей, если ты забыл. По моему приказу убили твоего обожаемого Сириуса, Дамблдора, и еще многих других. Я буду вновь продолжать дело Салазара Слизерина – уничтожать грязнокровок… Твоя подруга Гермиона Грейнджер, кажется, грязнокровка, да? Отлично, начну с нее. - Ты сам сын маггла! – выкрикнул я, чувствуя, что сейчас разрыдаюсь, я не хотел, чтобы он уходил. - Да, я презираю свою мать за то, что она пошла за каким-то магглом, который, кстати, потом ее бросил. Она опозорила свою семью, она предала свой род, но я исправлю это. Хочешь мне помешать? - Да! – я вскочил, обхватил его руками, шепча ему в рубашку, - не уходи, прошу, не уходи… Он оторвал меня от себя, с силой оттолкнул: - Нет, Гарри Поттер. Нет. Слезы потекли по моим щекам, я всхлипывал от отчаяния. Том некоторое время смотрел на меня, затем взял палочку, засунул ее в карман, а потом… развернулся и вышел из комнаты. Я опустился на пол, голова раскалывалась от боли, все тело сотрясала дрожь. Он ушел и никогда не вернется. Я свернулся на полу, прижав к себе его плащ, который он забыл у меня, и тихо плакал.

DarkShine: Мне определенно нравится этот фик... Я с нетерпением жду продолжения...

Смертя: Глава 3 Утром я проснулся от холода. Если бы я не лежал в обнимку с плащом Тома, я бы подумал, что мне это все приснилось. Я медленно встал, (все тело сильно болело), и отправился в ванну. Приняв душ, я пошел на кухню, мне хотелось кофе, пил я его не часто, а сейчас челюсть просто сводило от желания. Кухню заливало светом, я даже зажмурился, а когда открыл глаза, то подумал, что я все еще сплю. За столом сидел Том, возле его руки стояла чашка кофе, а перед ним лежала газета “Ежедневный пророк”. - Ты? – когда я сумел выдавить из себя хоть звук, меня хватило только на это слово. Он мрачно посмотрел на меня и ничего не ответил. Я заварил себе кофе, постоянно оборачиваясь и посматривая на Волдеморта. Тот же совершенно не обращал на меня внимания, полностью увлекшись газетой и сидя так, словно меня не существовало на моей собственной кухне. Я сел напротив Тома, не в силах оторвать от него взгляд. Том перевернул страницу, что-то прочитай, хмыкнул: - Слушай. “Сенсация! Вчера вечером наш корреспондент, выходя из бара, увидел Гарри Поттера, идущего по улице под руку с неизвестной женщиной. Кто это – старая подруга, или новая пассия? Всем известно, что Гарри Поттер самый завидный жених в магическом мире, за его руку борются единственные наследницы богатых и старинных магических семей. Много лет назад все, затаив дыхание, ожидали, что Гарри Поттер предложит руку и сердце Джинни Уизли, но этот роман очень быстро закончился. Кого же теперь предпочитает Гарри? Невысоких рыжеволосых девушек, а, может, блондинок, или брюнеток? Девушки, спешите завоевать сердце неприступного красавца, ведь, возможно, именно вы станете его женой!” Том фыркнул: - Ну, и с кем ты там под руку гулял? Я поморщился: - В начале статьи написано, что их корреспондент выходил из бара, значит – я мог гулять под руку как с девушкой, так и с фестралом. После бара еще и не такое привидится. - Было бы мило, если бы они написали, что видели тебя с Волдемортом. Эта фраза вызвала у меня непроизвольную улыбку: - Здесь они хотя бы не врали… Том кивнул, отложив газету. Мы молча смотрели друг на друга. Затем я спросил, когда молчание уж очень затянулось: - Ты остался? - А что, не заметно? Он говорил спокойно, без каких-либо чувств, но его глаза мерцали, выдавая его настроение. Я впервые видел веселящегося Волдеморта, и это зрелище меня настораживало. - Заметно, - согласился я, - но не понятно. Ты вчера очень серьезно решил уйти. Веселье из его глаз исчезло. - Давай заключим маленькое соглашение, - сказал он тем тоном, от которого меня всегда передергивало, а по ночам раньше снились кошмары, - я останусь с тобой, буду спать в твоей постели, а ты… не будешь сражаться ни против меня, ни против Пожирателей. В общем – уйдешь от дел. - Что ты вчера увидел в моем разуме? – внезапно испугался я. - Не важно, - он кривовато улыбнулся, - главное, что мне это дало много поводов для размышления. Не волнуйся, особых тайн я не узнал. Так, мелочи. А ты в моем? - Личности некоторых Пожирателей Смерти, и так, смазанные рисунки… Он кивнул, словно так и думал. - Так как насчет соглашения? - Я согласен. Том отхлебнул уже холодный кофе: - На что ты рассчитываешь, Гарри? - Что ты останешься со мной навсегда, - признался я. - Не понимаю, - он вздохнул, - зачем тебе это? - Мне с тобой хорошо. - А мне с тобой? – он иронично приподнял бровь. Я подошел к нему сзади, начал массировать ему плечи и шею: - А давай проверим! Он откинул голову назад, глядя на меня и улыбаясь своей холодной улыбкой. Я замер. Он действовал на меня, как удав на кролика. Том посадил меня к себе на колени: - Неужели тебе совсем не страшно? Я отрицательно помотал головой, целуя его в губы, потом в шею. Он засмеялся, прижимая меня к себе. - Неудивительно, что Джинни Уизли не смогла быть с тобой. Тут нужна выносливость, а она вырабатывается годами… Внезапно мой лоб пронзила острая боль, я вздрогнул. Том внимательно посмотрел на меня, потом кивнул: - Именно так… Тебе бы даже Метка не понадобилась, ты замечательно чувствуешь меня через шрам. Том дотронулся до пылающего шрама, мгновенно сняв боль. - Что ты им передал? – спросил я. - Чтобы они делали то, о чем я им говорил вчера. Не интересуйся этим, Гарри, мы ведь договорились… Я понял, что попал в ловушку. Я вырвался из его рук, встал и пошел в спальню. Когда я закрывал дверь кухни, то услышал издевательский смех Волдеморта. О, Мерлин, что я делаю? В спальне я рухнул на кровать лицом в подушку. Мысли метались, цепляясь друг за друга и подкидывая мне весьма рациональные решения проблемы. С трудом избавившись от идеи убить Тома сейчас же, я затолкал внезапно возникшее отвращение к самому себе в глубины души. На затылок опустилась твердая ладонь, слегка пошевелила волосы: - Гарри, не расстраивайся ты так. Я же не совсем монстр. Я повернулся, внимательно посмотрел на него. Он усмехнулся, и мое сердце растаяло. Нет, ну это кошмар какой-то! Я не могу на него ни злиться, ни обижаться… Враг. Мой враг. Мой… - Кстати, - он положил передо мной какую-то книгу, - почитай. Тебе должно понравиться. Затем он встал и вышел из комнаты. Я взялся за книгу. - “Основы и теории Темной Магии”. Замечательно. Открыв книгу, я начал читать. Витиеватое расшаркивание авторов (их было несколько, но они не указывали свои имена) немного настораживали, но первая же глава поразила меня до глубины души. Все было написано ясно, с немного нестандартным подходом к теме, но и без, скажем так, цензуры. Основы темной магии читались как легенды, а вот теория… Теория уже заставляла задуматься о последующей практике. Кстати, я никогда не думал, что Круцио сначала было настолько безобидным заклинанием! О Империо вообще молчу. А вот Авада как раз и создавалась как заклинание смерти. Я настолько зачитался, что не заметил, как наступило время обеда. Когда я это понял, то с сожалением встал с кровати, и только потом вспомнил, что в моем доме находится… хм… Том Риддл. И было бы немного небезопасно об этом забывать. Том сидел перед зеркалом, и, по-моему, разговаривал сам с собой. Я прислушался: - Ты должен понимать, зачем это все надо. - Да, мой Лорд, - ответило ему зеркало, из чего я заключил, что Том просто разговаривает с кем-то из Пожирателей таким вот необычным способом. - И ты, как никто другой, должен знать, почему я это делаю. - Я знаю, мой Лорд, но я ничего не могу теперь исправить. Поттера хоть и уволили, но он же не будет просто сидеть дома и читать газеты! Он будет действовать один. Возможно, создаст новый Орден, что-то вроде карающего отряда, и это будет гораздо действенней, чем весь аврорат Министерства. - Ты недооцениваешь Министерство, Люциус, - от этого имени я похолодел, неужели этот мерзавец вновь в фаворе у Волдеморта? – они вовсе не дураки. Поттер многое им показал, и доказал насчет меня. Они учились у него терпению, которое так необходимо, чтобы мешать мне. - Но, мой Лорд, - да, теперь я действительно узнал этот холодный, насмешливый голос Малфоя, - Поттер может нам помешать! И его нужно опасаться больше, чем Авроров. - Я знаю, но мальчишка нам не помешает. - Откуда такая уверенность, мой Лорд? - Ты мне не веришь? - Я знаю Поттера, господин. Волдеморт вздохнул: - Я тоже знаю. И пока вы там занимались ерундой вместо дела, я сумел нейтрализовать мальчишку, прежде чем Министерство опомнилось. - Хорошо, мой Лорд. Какие будут следующие указания? Волдеморт задумался, потом очень нехорошо усмехнулся: - Надо выждать день, пусть подтянут больше сил, соберут сильных магов, тогда мы ударим во всем незащищенным местам. Они поплатятся за свою глупость. - Все будет сделано, господин. Волдеморт кивнул, затем дотронулся палочкой до зеркала и сказал: - Входи, Гарри. Я вздрогнул, но вошел. - Услышал все, что хотел? – очень неприятный голос. Очень. - Не все. Но кое-что. Это был Люциус Малфой? - Разумеется. Я воспользовался твоим зеркалом, ничего страшного? - Ничего страшного? – закричал я, сжимая кулаки от злости, - да ты в своем уме? Ты, ты… воспользовался мной! Ненавижу… Он расхохотался: - Мальчишка, ты глупец, как и твои родители. Неужели вы все всерьез полагаете, что я могу исправиться, вступить на светлый путь, ведущий к спасению, если вы все будете меня любить, заботиться обо мне? Повторяю еще раз – я ничего не чувствую. Особенно такого глупого чувства как любовь. Не знаю, на что ты рассчитываешь, Поттер, но я могу тебе сказать только одно – я остался с тобой потому, что мне это было удобно. Я спал с тобой потому, что это было нужно, чтобы влиять на тебя, если не пытками, так желанием. Я бы все равно получил тебя, ведь ты сейчас слаб, но все устроилось еще лучше. Гораздо лучше, чем я мог подумать. Ты сам пришел ко мне. Я мог уйти, но это ты остановил меня. Ты сам. Неужели ты всерьез считал, что я стану милым и хорошим только потому, что трахнул тебя? Вероятно, ты забыл, кто я такой. Да, Поттер? Могу тебе напомнить. Я – лорд Волдеморт. Он достал палочку, направил на меня: - Хочешь поединка? Давай. Я выкрикнул ему в лицо: - Убивай! Ненавижу тебя, тварь… Он зашипел, затем отбросил палочку, схватил меня и впился губами в мои губы настолько сильно, что я был уверен – останутся синяки. Он содрал с меня одежду и вошел в меня здесь же, на столе. Все было грубо, больно, жестоко… Не было того ощущения страсти, что раньше, желание хотя и возникло, но было сметено той силой властности, возможности уничтожить, что горело сейчас в глазах Тома. Он показывал мне, что я ничего не смогу сделать. И я действительно не мог… Я пытался вырваться, но он был гораздо сильнее… Я только сейчас ощутил, что он такое. Не человек. В нем не осталось ничего, что могло бы доказать ему самому, что все может быть иначе… Я кричал от наслаждения, и видел мрачное торжество в глазах Тома. Я был в его власти.

Смертя: Глава 4 Он ушел, оставив меня одного. Но я знал, что даже если я закрою дверь, опечатаю ее заклинаниями, он все равно вернется. Я глупец, что раньше боялся его ухода. Он не покинет такое удобное для себя место. Он не даст мне возможности действовать против него. Том был прав, я действительно рассчитывал, что мое желание и страсть уничтожат в нем жестокость и боль. Но я ошибался. Его ничего не сможет изменить. И никто. Меня пугало то, как он действовал на меня. Я прекрасно знал, каким он был раньше, он сам говорил, что красивую внешность вернул себе только благодаря тому, что убивал. Но я хотел его всего: его улыбка, темные глаза, нежные губы… И это только самое начало. Разум, казалось, отказывал мне, когда он был рядом. Весь день я провел, читая книгу, которую он дал мне. И, когда раздался звонок в дверь, я не хотел идти открывать, хотя понимал, что ему дверь не преграда. Открыв дверь, я остолбенел: - Рон? - Гарри, привет. Он пожал мне руку и прошел в дом. - Рон, что ты тут делаешь? - Да так, - протянул друг, не глядя мне в глаза, - в гости зашел… Мы немного посидели, я сделал чай… - Рон, - не выдержал я странных взглядов, бросаемых на меня другом, - что-то случилось? - Гарри, - он наконец-то посмотрел на меня, - я вчера встретил Малфоя, он мне сказал… - Драко Малфоя? – уточнил я. - Да. Конечно его. Так вот, он мне сказал, что ты… в общем, что ты встречаешься с мужчинами. Я замер, сердце упало в пятки, а потом резко забилось в горле. В глазах потемнело. - Но я подумал, - продолжал друг, - что все это не правда, я ведь знаю, что ты встречался с Джинни, а когда-то хотел дружить и с Джоу Чанг… Вот Малфой наглец, правда? Он всегда тебе завидовал, вот теперь и хочет сделать из тебя… - Рон, - перебил я друга, - это правда. - Вот я и говорю, - вздохнул Рон, - что это все… Что?! Правда? - Да. Его зовут Том. Я… не знаю, где Малфой мог нас видеть. Мы не показывались на людях. Да и вообще, отношения у нас начались только вчера. Мне действительно было интересно, где это Малфой мог видеть, что я сплю с мужчинами. Единственным был Том. Я вообще до него и не подозревал о том, что смогу…Эээ… настолько близко общаться с мужчиной. - Гарри, - пораженно выдохнул Рон, - но как? - Я и сам не знаю, - я покачал головой, - честно. Это получилось как-то совершенно неожиданно. Я однажды встретился с ним в баре, мы много говорили… А вчера мы пришли сюда, и я… мы… - Не надо дальше рассказывать, - поморщился Рон, - я понял. Знаешь, Гарри, я тебя не осуждаю. Ты мой друг. И я очень хочу, чтобы ты остался мне другом, что бы ни случилось. Ты его любишь? - Не знаю. Возможно да. - А он тебя? В этот момент в комнату зашел Том. Я видел, что когда он заметил Рона, его глаза нехорошо сузились, но потом он просто расцвел в любезной улыбке. - Гарри, у тебя гости? - Да, - пробормотал я, - Рон – это Том, Том – мой друг Рон. - Очень приятно, Рон Уизли, я так много слышал о вас… Надеюсь, вы не в обиде на меня, что я украл у вас Гарри? - В каком плане? – мгновенно покраснел Рон. Том засмеялся, и от его смеха у меня мороз прошел по телу. - В обычном. Он ваш лучший друг, а теперь вы будете меньше проводить время вместе, ведь Гарри будет со мной… Я услышал в этой фразе издевку, ведь Том прекрасно знал – мы с Роном уже месяц не виделись… Только переписывались по совиной почте. - Ну, я не обижусь, - сказал Рон, - главное, чтобы Гарри было хорошо. - О, - проворковал Том таким тоном, от чего у меня мгновенно воспламенилась плоть ниже живота, - ему будет хорошо… Я сделаю для этого всё возможное и даже невозможное. Он прижался ко мне, запустив одну руку в волосы, а второй оглаживая воротник халата, слегка касаясь кожи кончиками пальцев. Я смотрел на Рона, избегая даже дышать в сторону Тома, чтобы не выдать свое состояние, хотя и подозревал, что это прекрасно видно. - Я, наверное, пойду, - встал Рон, не понимая, что если он уйдет, то я умру, - мне еще надо к Гермионе заехать, она просила привезти ей одну книгу… - До встречи, Рон, - промурлыкал Том, - надеюсь, что мы еще встретимся… - Да, конечно. Пока Гарри. Еще увидимся. Рон ушел, а я остался наедине с Волдемортом. Я попытался отстраниться, но Том крепко держал меня за волосы, вынуждая стоять смирно, вторая его рука продолжала блуждать по воротнику: - Что ты ему сказал? – голос, каким могла бы говорить ледяная статуя. - Ничего. Он дернул меня за волосы, оттягивая голову назад. - Что ты ему сказал? – руки обжигали холодом. - Что люблю тебя… - из моих глаз покатились слезы. И не только от боли. Том оттолкнул меня, презрительно бросив: - Я и не думал, что ты так легко сдашься. Ты слаб, Гарри Поттер. И совершенно не нужен мне. Ты не сможешь помешать моим планам. Я стоял, не в силах поверить, что сказал это. Я действительно любил его, но какой-то странной, болезненной, невероятной любовью, граничащей с безумием. Том закурил, открыв окно. Я помедлил, но потом все же подошел к нему сзади и уткнулся лицом в его спину, обхватив руками за талию. Он рассеянно накрыл мои руки ладонью: - Гарри, я тебя не понимаю. Я говорю тебе не первый раз, чтобы ты ни на что не рассчитывал, а ты… Ты приходишь снова и снова, почему? - Я люблю тебя, - прошептал я и заметил, что его пальцы вздрогнули. - Возможно, ты спутал любовь с желанием? Желание я еще могу понять… Я помотал головой, с упоением вдыхая его запах: - Тебя когда-нибудь любили, Том? - Нет. - Поэтому ты и не понимаешь… Мне ничего не нужно от тебя, Том. Я уже понял, что не смогу изменить тебя в сторону света и добра. Знаю, что ко мне ты ничего не чувствуешь, но мне нужно только одно – позволь мне любить тебя. Дай показать, что такое любовь. Он хмыкнул и ничего не ответил. Позже, когда мы лежали в кровати, я, уже засыпая, пробормотал: - Позволь мне любить тебя… И услышал в ответ: - Словно я могу тебе помешать. Луч солнца скользнул в комнату, пробежался по стене, затем вполз на кровать, ласково коснулся моего лица теплыми лапками… Я повернулся, глядя на мужчину, лежащего рядом со мной. Даже во сне его лицо было мрачным и настороженным. Я ощутил невероятное счастье от того, что проснулся рядом с любимым. Том открыл глаза: - Что-то случилось? - Нет, Том. Перестань все время волноваться, оглядываться, что-то подозревать… Здесь ты в безопасности. Забудь обо всем. - Не могу забыть. Да и не хочу. Он потянулся всем телом, сладко зажмурившись: - Замечательно… Я хоть выспался. - Том, ты уходишь? - Да, - он пожал плечами, - надо встретиться с Люциусом, пока он не начал действовать по своим планам. - Разве у него могут быть свои планы? - Могут. Они, конечно, совпадают с моими, но мне не нравится, когда кто-то отдает приказы от моего имени, хотя я ему этого не говорил делать. - Ты очень властный, - задумчиво протянул я. - И еще я собственник, - он усмехнулся, - так что не вздумай гулять с кем попало. - А откуда ты взял ту книгу? - Из библиотеки Малфоя. Там множество замечательных книг, которые раньше были у меня, а он взял их после того, как ты меня убил. - А почему их не забрали авроры? - А ты видел в книге хоть что-то запрещенное? Она писалась как теория. Книга объясняет многое из основных положений темной магии. Это просто необходимо для изучения Защиты от Темных Сил. - А ты можешь мне еще что-нибудь принести? - Конечно, могу. Я подберу тебе достойные книги. Как раз сегодня. Он оделся, посмотрел на меня: - Кстати, не вздумай ничего сообщать Министерству. Я кивнул, и он ушел. - Зануда, - буркнул я, натягивая одеяло на голову и собираясь спать дальше.

Бладжер: Спасибо, Уважаемый автор! ОООООчень интересный фик. Это ведь не конец, правда? 0_о Идея сама по себе потрясающая, да ещё в таком хорошем оформлении... В общем - вкуснятина. Ещё раз спасибо Вам.

Тальяска: как-то все очень глухо... в смысле обновлений. А сама идея очень и очень!!



полная версия страницы