Форум » Библиотека-7 » Плохая примета, СС/ГГ, Romance, R, макси. 16 глава. Обновление от 19 октября » Ответить

Плохая примета, СС/ГГ, Romance, R, макси. 16 глава. Обновление от 19 октября

Талина: Название: Плохая примета Автор: Талина Бета: Мирадора Рейтинг: R Пейринг: СС/ГГ Жанр: Romance Дисклаймер: Герои принадлежат Джоан Роулинг. Саммари: Считается, что разбить зеркало – это плохая примета. А уж если разбитое зеркало было не простым, а волшебным, тогда в вашей жизни могут произойти самые невероятные перемены. Все персонажи, вовлеченные в действия сексуального характера, являются совершеннолетними. Комментарии: 1. AU. Канон, соответственно, не учитывается. 2. Большое спасибо Loy Yver за оказанную помощь. :) Статус: в работе

Ответов - 210, стр: 1 2 3 4 5 6 7 All

Весы: Каакайя глава (довольно облизываясь) Талина Aloc пишет: И бедный Снейп... Зачем Косолапого-то ему всучили? Ну хоть кто-то отомстил Снейпу за издевательства над студентами

Germ: обещанная романтика сюда не влезла, но постараюсь найти для нее место в следующей главе я надеюсь только, что она не будет заключаться в избиении Снейпа за утаивание информации :) И вообще бедный Снейп - только от назойливого Поттера избавился так в замену получил бешенного кота :))

Талина: leeRA, Aloc, leeRA пишет: А это точно домовой эльф с утра позаботился о профессоре, или Гермиона решила поиграть в сестру милосердия? Нет, это Тинли одумался и начал выполнять свои прямые обязанности. leeRA пишет: Вот теперь можно со спокойной душой романсом заниматься, когда больше никто не мешает. Надо же было устранить все препятствия, а такие дела быстро не делаются! Aloc пишет: Зачем Косолапого-то ему всучили?.. Там же написано было: чтобы Гермиона не скучала. *Реплика в сторону: ну, и Снейп заодно тоже...*

Талина: Весы, Спасибо. Я рада, что тебе понравилось. Очень уж долго я над этой главой работала, поэтому особенно приятно, что ее оценили! Germ, Germ пишет: я надеюсь только, что она не будет заключаться в избиении Снейпа за утаивание информации :) Ну поколотит, конечно, немножко. Так, для профилактики, чтобы неповадно было.

Pixie: Талина Ура новой главе! :) Хотя на таком месте закончилось! Уже хочется продолжения. Я тоже рада, что Гермиона и Северус наконец остались вдвоем ;) Хотя мне их обоих жалко: Снейп еще после пыток не отошел, а у Гермионы переживания из-за родителей :( Но Северус должен тепло отнестись к Гермионе, правда? Ждем романтику! ;)

Талина: Pixie, Pixie пишет: Но Северус должен тепло отнестись к Гермионе, правда? Конечно, он же не зверь. *Только вот бы еще выяснить, родственница она ему или нет...*

Pixie: Талина Эх, я уже как-то подзабыла про страхи Северуса. Хотя к родственнице надо тоже хорошо относиться :) Так хочется, чтобы Снейп поскорее понял, что его отношениям с Гермионой ничего не мешает!

Germ: Ну поколотит, конечно, немножко. Так, для профилактики, чтобы неповадно было. вот так и знала, что без рукоприкладства не обойдется... но если это будет любя, то я не против

Lasselante: Ох, на самом интересном месте...... Бедная Гермиона Бедный Сев

Талина: Germ, Germ пишет: если это будет любя, то я не против Боюсь, что пока еще не совсем любя. Pixie, Pixie пишет: Так хочется, чтобы Снейп поскорее понял, что его отношениям с Гермионой ничего не мешает! Я обещала обойтись без мексиканского сериала, так что... Lasselante, Lasselante пишет: Бедная Гермиона Бедный Сев Что делать? Война еще официально не объявлена, но все понимают, что Последняя битва не за горами. В такое время тяжело всем. И тем не менее, жизнь продолжается.

Pixie: Талина Ура! Я и так была уверена, что сериала не будет, но все равно опасалась :) Теперь с еще большим нетерпением буду новую главку ждать :)))

DashAngel: Спасибо! Как всегда, оборвала на очень напряжённом моменте Умеешь ты держать интригу

Мадлен: Талина , спасибо, нетерпением жду следующую главу.

Талина: Pixie, DashAngel, Мадлен , Спасибо. Новая глава в процессе. Правда, когда этот процесс завершится... Что ж, буду стараться.

Бармалейка: Да-да... ждемс. А то на самом интересном! И как вам не стыдно???

Талина: Бармалейка, Бармалейка пишет: А то на самом интересном! И как вам не стыдно??? Да вот так и не стыдно. Мне было бы стыдно, если бы я заканчивала главы на чем-нибудь неинтересном, а так вот и не стыдно совсем.

Бармалейка: Нет, ну по крайней мере вы садист.... Мы тут сидим мучаемся, надеемся.... а вы.... еще и издеваетесь. Но всеравно надеюсь что вы не совсем законченая садистка и скоро предоставите нам продолжение.... а то уж очень интересно что будет дальше. вот.

leeRA: Бармалейка, Это не садизм, а просто авторский прием для подогрева читательского интереса. Очень популярен в использовании и столь же эффективен. Без него было бы неинтересно ждать новых глав. К тому же он помогает развивать терпение и смирение у читателей.*медитируя*

Талина: Бармалейка, Бармалейка пишет: надеюсь что вы не совсем законченая садистка и скоро предоставите нам продолжение... Да, пожалуйста, вот вам продолжение, чтоб не мучались! *Ворчливо.* leeRA, leeRA пишет: К тому же он помогает развивать терпение и смирение у читателей.*медитируя* Вот, хоть ты меня понимаешь! *Присоединясь к медитации*. В общем, вот новая глава. Я честно постаралась сделать ее романтичной, поэтому мне было бы очень интересно узнать, совпадают ли мои представления о романтике с представлениями моих дорогих и нежно мною любимых читателей.

Талина: Глава 15 Снейп отдал распоряжения Тинли и взмахом руки отпустил домового эльфа. Услышав за спиной полузадушенный всхлип, Мастер зелий резко обернулся и вздрогнул. Гермиона Грейнджер сжимала в дрожащих руках смятый «Пророк» и выглядела, как самое настоящее приведение: вместо лица бледная маска с расширенными от ужаса глазами и трясущимися губами. Снейп почувствовал, как похолодело у него в груди, там, где должно находиться сердце. И, кажется, оно у него действительно было. Профессор одним неуловимым движением пересек комнату и оказался рядом с впавшей в шоковое состояние девушкой. Мерлин, как он мог забыть про эту проклятую газету! - Мисс Грейнджер! Никакой реакции. Громче: - Мисс Грейнджер. После непродолжительной внутренней борьбы: - Гермиона! В ответ тишина и прерывистое тяжелое дыхание. Мерлин, да она же его просто не слышит! - Гермиона, - Снейп с силой сжал хрупкие плечи и несколько раз встряхнул безвольное тело. – Девочка, да очнись же ты! Пощечина заставила ее вздрогнуть и несколько раз моргнуть. Девушка подняла взгляд от смятого газетного листа, испуганно и беспомощно посмотрела на Снейпа. Не далее как утром он уже видел глубокие синие глаза с застывшим в них таким же затравленным выражением. Глаза Джейн Грейнджер, глаза человека, чей мир рухнул, словно карточный домик, походя задетый чьей-то небрежной рукой. Снейп снова вздрогнул. Однако предаваться воспоминаниям было некогда, нужно было что-то делать: как раз в этот миг газета выпала из разжавшихся пальцев, и Гермиона, всхлипнув, начала падать. Мастер зелий подхватил оказавшееся совсем легким тело и бережно опустил на диван, быстрым движением прикоснулся к бившейся у девушки на шее жилке: пульс был почти нормальным, так что он не сомневался в том, что мисс Грейнджер вскоре очнется. Однако сидеть сложа руки было не в его характере, и зельевар, бросив на Гермиону внимательный взгляд, стремительно вышел из комнаты. Отсутствовал он не больше минуты. В руках вернувшегося в гостиную Мастера зелий был небольшой пузырек из тонкого зеленоватого стекла. Он подошел к дивану, присел на корточки возле так и не очнувшейся Гермионы и, бережно убрав с ее лица прядь непослушных волос, откупорил пузырек и осторожно понюхал его содержимое. В нос ударил мерзкий запах, и Снейп раздраженно дернул головой, изо всех сил сдерживая порыв зажать нос пальцами. Что ж, это средство быстро приведет мисс Грейнджер в чувство. Снейп криво усмехнулся. Он поднес флакон к лицу девушки, приготовившись убрать из-под ее носа резко пахнущее зелье сразу после того, как она придет в себя. Как он и ожидал, буквально через несколько секунд ее веки затрепетали, и Гермиона, чихнув, широко раскрыла глаза. Снейп с тревогой посмотрел на нее, пытаясь определить, в каком она сейчас состоянии. - С возвращением, - негромко, даже без намека на язвительность, сказал он, плотно закрывая крышкой стеклянный флакон. Гермиона несколько минут смотрела на абсолютно невозмутимое лицо Мастера зелий, хмурясь и вспоминая, что же произошло. Вдруг глаза девушки расширились, руки непроизвольно сжались в кулаки, на лбу выступили мелкие капельки пота. «Вспомнила», - с замиранием сердца подумал Снейп, наблюдая за каждым ее движением. Несколько минут Гермиона лежала, медленно приходя в себя, потом, не сводя пристального взгляда с лица зельевара, медленно встала. Снейп так же пристально смотрел на нее, внутренне подобравшись в ожидании истерики. Однако девушка снова удивила его: она на мгновение прикрыла глаза, сделала несколько глубоких вдохов и, пошатываясь, пошла к выходу из гостиной. Все это в абсолютной тишине, не издав ни единого звука. Снейп поймал ее за руку уже в коридоре. - Куда это вы собрались, мисс Грейнджер? – ядовито поинтересовался Мастер зелий. Девушка возмущенно вырвала свою ладонь из его руки и, медленно подняв на Снейпа глаза, неестественно спокойно спросила: - Неужели вы не понимаете, что я должна вернуться? - Вернуться?! – Снейп задохнулся от негодования. (Только геройствующей гриффиндорки и не хватало ему для полного счастья!) – Да вы должны сидеть тут тише воды и ниже травы и не высовывать своего любопытного носа наружу ни на дюйм! Единственное место, куда вы действительно должны вернуться – это ваша спальня! - Отсиживаться здесь, когда все мои соседи, а может быть, и мои родители… Это… Это подло! - в глазах девушки предательски заблестели слезы, она осеклась и яростно замотала головой, словно желала вытрясти из нее все мрачные мысли. - Уйдите, - выкрикнула Гермиона, не осознавая, что подошла вплотную к Мастеру зелий и кричит практически ему в лицо. - Я не собираюсь никуда уходить, - медленно и тихо, отчего его голос зазвучал по-настоящему угрожающе, процедил Снейп. – А вот вы сейчас успокоитесь, вернетесь в свою комнату и будете тихо сидеть там. Читайте ваши книги и не облегчайте Пожирателям жизнь: они с ног сбились в поисках Поттера, ну и вас заодно тоже ищут, - поморщился Снейп. – Вы очень удачно выбрали себе друзей, мисс Грейнджер, ничего не скажешь! Один - тупица и разгильдяй, а другой словно магнитом притягивает неприятности. Ладно бы только к себе, так еще и к вам за компанию, - Мастер зелий мрачно посмотрел на Гермиону. - Да что вы вообще знаете о дружбе и о друзьях?! – потеряв самообладание, закричала она. - А что вы знаете обо мне, чтобы бросаться такими заявлениями?! О жизни я знаю куда больше вашего, глупая заносчивая девчонка! – рявкнул Снейп и скрестил руки на груди. Гермиона стиснула зубы и сделала попытку обойти зельевара, преграждавшего ей путь. - Вы никуда не пойдете, - Снейп снова схватил ее за руку и резко дернул на себя. Гермиона вскрикнула. Профессор с запоздалым сожалением понял, что, видимо, не рассчитал силы и причинил девушке боль, и уже подумывал о том, как бы загладить свою вину: все-таки состояние мисс Грейнджер нельзя было назвать адекватным, но в этот момент зельевар почувствовал, как ее маленький кулачок резко ударил его в грудь. Мысли о раскаянии сразу вылетели из его головы. Снейп схватил запястья Гермионы и свел их вместе, лишая ее возможности наносить удары. - Ну хватит, мисс Грейнджер! Вы доигрались! – прошипел Снейп и потащил упирающуюся девушку обратно в гостиную. - Пустите меня! Я должна уйти! – Гермиона извивалась в его руках. Вырваться из стального захвата Мастера зелий она ни за что бы не смогла, будь его руки в порядке. Когда она в очередной раз дернулась, Снейп, зашипев, на этот раз уже от боли, ослабил захват. Гермиона тут же вывернулась из его рук и, яростно сверкая глазами, снова ударила его в грудь. - Прекратите, - зельевар схватил ее за плечи и несколько раз хорошенько встряхнул. - Ну как же вы не понимаете? – тоскливо спросила Гермиона. По ее щекам текли слезы, но девушка даже не пыталась их вытереть; кажется, она даже не замечала того, что плачет. – Там же мама с папой, там все мои знакомые, люди, которых я помню… - девушка на мгновение запнулась и прикрыла глаза, - помнила с детства. Я должна вернуться. В этот момент Гермиона, как никогда, была похожа на ребенка, впервые приехавшего с родителями в большой город и потерявшегося в толпе: такая же испуганная и растерянная.

Талина: Снейп вздохнул и, тихонько подталкивая ее в спину, заставил вернуться в гостиную. Он усадил девушку на диван и осторожно опустился с ней рядом. Гермиона беззвучно плакала, обхватив себя за плечи и раскачиваясь вперед-назад. Снейп заметил, как зябко она ежится, и махнул палочкой в сторону камина. Аккуратно сложенные в нем сосновые поленья мгновенно занялись магическим огнем, весело потрескивая и источая тонкий хвойный аромат. - Мисс Грейнджер… Девушка никак не прореагировала: она продолжала плакать, уставившись в пространство невидящим взглядом. Снейп снова вздохнул и мысленно обозвал себя нехорошим словом, проклиная свою забывчивость. Резкам взмахом волшебной палочки он отправил в камин смятую газету, с каким-то иррациональным удовлетворением наблюдая за тем, как он съеживается и чернеет, превращаясь в пепел. Если бы он просмотрел эту треклятую статью и сжег «Пророк» еще утром, сейчас у него не было бы никаких проблем с впавшей в ступор Гермионой. Снейп поморщился и шикнул на появившегося с подносом Тинли. Домовый эльф бесшумно водрузил свою ношу на стол и с тихим хлопком исчез. Мастер зелий покосился на выпавшую из реальности девушку, досадливо покачал головой и направился к бару. После продолжительных поисков ему все же удалось найти непочатую бутылку Огденского Огневиски. Если он и дальше будет успокаиваться таким способом, то его запасы этого благородного напитка очень скоро подойдут к концу. Снейп хмыкнул и, плеснув в стакан изрядное количество янтарной жидкости, одним глотком опрокинул в себя неразбавленный виски и на мгновение задохнулся. Когда способность дышать вернулась к нему, Мастер зелий, прищурившись, некоторое время понаблюдал за девушкой, прислушиваясь к ее тихим всхлипам, потом перевел взгляд на бутылку Огневиски, с сомнением оглянулся на плачущую гриффиндорку и нахмурился. Еще через несколько минут он просто махнул на все рукой и направился к столу: с него хватит! Он больше не вынесет этого слезного потока. Снейп налил в чашку немного чая, снова, кстати, отдающего распаренным веником, и, больше не раздумывая над тем, правильно ли он поступает или нет, долил чашку Огневиски до самых краев. Надо во что бы то ни стало успокоить эту маленькую дурочку. Хотя, почему дурочку? Это он дурак! Надо было сразу сказать ей! - Мисс Грейнджер… Еще один судорожный всхлип. - Гермиона, ваши родители живы. Девушка подняла на него покрасневшие от слез глаза, прошептала: - Это правда? - Я вас когда-нибудь обманывал? – иронично изогнутая бровь. Робкая улыбка в уголках губ Гермионы была ему ответом. Потом какая-то тень снова прошла по ее лицу, и девушка опять погрузилась в мир своих невеселых дум. Интересно, с чего бы? Он же сообщил ей, что ее родители выжили. Ну и кто их поймет, этих женщин? Сейчас-то чего реветь? - Выпейте, - зельевар буквально втиснул ей в руки чашку и теперь с изумлением наблюдал, как девушка мелкими глотками пьет предложенный ей напиток. Нет, он бы понял, если бы это был чай, разбавленный Огневиски, но он-то принес ей Огневиски, разбавленный чаем, потому что незначительное количество безалкогольного компонента в этой чашке было очень уж незначительным. Похоже, она просто не чувствовала вкуса. Все же что-то продолжало беспокоить девушку, но она, конечно же, не скажет ему, что именно: кто он такой, чтобы Гермиона раскрывала перед ним свою душу? Правильно. Никто. Даже больше, чем просто никто: он невыносимый сальноволосый (ага, как же: студенты в этом определении были очень далеки от истины, но что с них, дураков, возьмешь!) слизеринский ублюдок (последнее утверждение тоже не являлось верным: его мать была порядочной женщиной!). Снейп хмыкнул. Ну не расскажет, и не надо: своих проблем хватает. Однако мысль о том, что девушка ему не доверяет, была почему-то неприятной. Тем временем, Гермиона, выпив почти все содержимое своей отнюдь немаленькой чашки, наконец очнулась и подняла на Снейпа удивленно распахнутые глаза: - Что это такое? – она поболтала в чашке остатки напитка и осторожно принюхалась, наморщив нос. - Раньше надо было спрашивать, - фыркнул Мастер зелий. – Мало ли, что бы я вам подсунул. Гермиона скептически фыркнула в ответ: - Вряд ли. Теперь она, кажется, действительно успокоилась и стала почти прежней Гермионой Грейнджер. Снейп почувствовал себя увереннее: такая Гермиона была ему знакома, и он знал, как следует себя вести с ней. - Это был Огневиски, - поймав ее удивленный взгляд, пояснил: - Вам нужно было успокоиться. Девушка на миг задумалась, потом серьезно кивнула и облизала пересохшие губы: - Да, нужно. - Ну, раз вы успокоились, тогда… - Обнимите меня, - вдруг попросила девушка, напряженно глядя себе под ноги и крепко сжимая в руках почти пустую чашку. Снейп ошарашенно моргнул, однако, быстро взял себя в руки и пожалел о своем опрометчивом решении предложить ей Огневиски. Он полный идиот: вполне естественно, что девушка, не пробовавшая ничего крепче сливочного пива, вместо того, чтобы просто успокоиться, банально опьянела. Проклятье, надо было принести успокаивающее зелье. Так тебе и надо, Северус! Чем ты думал, когда наливал ей лошадиную дозу своего любимого успокоительного? Ей бы и двух глотков хватило. Снейп скрипнул зубами: - Вы пьяны, - холодно сказал он, забирая из рук девушки чашку. Гермиона наконец подняла голову и, посмотрев ему прямо в глаза, тихо возразила: - Не настолько, чтобы делать глупости, профессор, - она выделила последнее слово. - Просто я чувствую себя так, словно, - девушка замялась, с трудом подбирая слова: слишком сложно было описать то, что она сейчас ощущала, - словно я оказалась в каком-то пустынном месте, где нет ни одного человеческого существа, где нет рассвета и ярких красок, где нет ни дня, ни ночи, где царит вечный сумрак, и никогда ничего не происходит, - Гермиона поежилась. – Сумрак и безмолвие на сотни миль вокруг и на всю оставшуюся жизнь, - прошептала она, невидяще глядя в пространство широко раскрытыми глазами. – Я просто не вынесу этого, я сойду с ума, - она сжала пальцами виски и зажмурилась. Через мгновение открыла глаза и заглянула Снейпу в лицо: - Пожалуйста, - дрожащим жалобным голосом, так не похожим на ее обычный уверенный тон. Зрачки расширены так, что глаза на побледневшем лице с полупрозрачной бледной кожей кажутся почти черными. Такие огромные бездонные глаза, и застывшая в них обреченность. Глаза взрослой женщины на невозможно юном лице. Сердце Снейпа пропустило несколько ударов, и он, проклиная себя за малодушие и так не вовремя проснувшееся сострадание (пусть кто-нибудь только посмеет сказать об этом вслух!), осторожно положил руки на ее плечи. Гермиона сдавленно всхлипнула и порывисто потянулась к Мастеру зелий, обнимая его за шею тоненькими руками и пряча лицо у него на груди. - Спасибо, - тихий благодарный шепот. Несколько минут тишины. - Знаете… И одновременно: - Мисс Грейнджер… - Гермиона, - не открывая глаз, попросила девушка. - Я не собираюсь… - Только сегодня, - и опять это жалобное: - Пожалуйста. «Мерлин, во что я ввязываюсь», - мимолетная мысль, а губы уже произносят: - Гермиона… - и с предупреждением в голосе: - Только я для вас не Северус, а профессор Снейп. - Хорошо, Не-Северус-А-Профессор-Снейп, - покладисто согласилась Гермиона и тихонько хихикнула. Он против воли улыбнулся и покачал головой. Хорошо, что ее глаза по-прежнему были закрыты, и она этого не увидела. - Знаете, - девушка вздохнула и тесно прижалась к зельевару, явно не отдавая себе в этом отчета, - я все никак не могу перестать думать о миссис Уиттингтон. Это наша соседка… - судорожный вздох, - была… Это ее дом, там в газете, - она со свистом втянула в себя воздух сквозь сжатые зубы и замолчала, собираясь с мыслями. Снейп, затаив дыхание, ждал. Почему-то ему казалось очень важным дать Гермионе возможность выговориться. - Когда я была маленькой, миссис Уиттингтон часто забирала меня к себе, она говорила, что молодым родителям иногда нужно отдыхать даже от любимых детей. И тогда мама с папой шли в гости к друзьям или в театр - мама заядлая театралка, - Снейп вздрогнул. Гермиона легонько водила пальцем по его груди так, словно рисовала замысловатые узоры. Почувствовав, как дернулся профессор, она убрала руку и виновато прошептала: - Простите. - Все в порядке… Гермиона. Продолжайте, - тихо-тихо, наклонившись к самому ее уху, попросил Снейп. Девушка снова расслабилась и, кивнув, заговорила: - И тогда я целый вечер играла с внуками миссис Уиттингтон, близнецами Оливером и Уильямом, они были на полгода старше меня и снисходительно называли «малявкой», представляете? – Гермиона издала тихий смешок и наконец открыла глаза. Лицо Снейпа ничего не выражало, он только сильнее прижал девушку к себе, и она продолжила: - Они были такими забавными, Олли и Вилли, а теперь их нет, - ее голос звучал неестественно спокойно, - Пожиратели убили не только моих друзей, они убили и часть меня самой, часть моего детства. Вы можете это понять. Я знаю, что можете, - тяжелый вздох. - Теперь все эти люди, которых я любила, а кого-то просто знала с самого детства, почти все они там, где никогда не бывает рассвета, там, куда нет дороги живым и откуда невозможно вернуться. А я, - Гермиона отняла голову от груди Снейпа и заглянула в его черные глаза, - а я - наполовину здесь, наполовину там… Простите. Снейп молчал, и только гулко стучала кровь в висках, и было почему-то зябко, хотя он сидел возле горящего камина, и ощущалась лишь пустота в душе, и холод где-то там, возле самого сердца, и больше ничего, кроме холода и пустоты, не было…

Талина: Гермиона сонно моргнула и снова закрыла глаза: видимо, алкоголь все-таки начал действовать, и девушка (Снейп не помнил, когда она успела перебраться к нему на колени) заерзала, поудобнее пристраивая голову на плечо зельевара. Мерлин знает почему, но это не было ему неприятно, хотя Мастер зелий и не любил, когда к нему прикасались посторонние люди. Может быть, ключевое слово тут «посторонние»? Он крепче прижал к себе тихонько посапывающую Гермиону и осторожно откинулся на спинку дивана, стараясь не делать резких движений и не будить уставшую девушку. Снейп понимал, что она потянулась к нему за утешением чисто инстинктивно, просто потому, что никого более подходящего для этого не оказалось рядом. Будь у нее выбор между ним и, скажем, Дамблдором, Снейп был уверен, что Гермиона выбрала бы директора. Зельевар не питал никаких иллюзий на свой счет и прекрасно понимал, что не подходит на роль исповедника. Но все же ему было приятно чувствовать ее хрупкие руки, обнимающие его за шею, ее тоненькое девичье тело, так доверчиво прижавшееся к нему во сне и легкое, теплое дыхание на его щеке. Не то чтобы ее доверие было для него жизненно необходимым, но все же в самом потаенном уголке его души пряталось что-то, тянущееся к другому человеку, к его душе и его свету, к тому, кто смог бы привнести радость и смысл в его, в общем-то, безрадостное и бессмысленное существование. И превратить это существование в жизнь. Снейп раздраженно повел плечами. Ему не нужно привыкать к этой девочке: она уйдет сразу же, как только отпадет необходимость в убежище, сразу после того, как закончится война. В этот момент он почти желал, чтобы эта война не заканчивалась никогда, и презирал себя за это. Презирал, но ничего не мог с собой поделать: ему просто захотелось жить. Самая потаенная часть его сущности проснулась от долгого сна и теперь нашептывала ему: ты не должен отпускать ее, ты должен сделать все, чтобы она захотела остаться. Снейп стиснул зубы: ни за что. Если эта девочка его кровная родственница, пусть даже самая дальняя, ему нельзя даже думать о ней. Он никогда не позволит себе прикоснуться к ней, если не будет уверен в том, что между ними нет родственной связи, только вот где взять эту уверенность? Негде. Он никогда не пожелает ей судьбы Эмили и других его родственников, ставших жертвами проклятия мстительного чернокнижника. И даже если этой девочке на жизненном пути суждено встретить подлеца, который приложит все усилия для того, чтобы сломать ей жизнь, Снейп этим подлецом не станет. В этом он был уверен. Гермиона пошевелилась во сне и прижалась к Мастеру зелий еще плотнее. В этом не было ничего эротичного, она просто инстинктивно искала у него защиты, но, Мерлин, почему его тело ТАК реагировало на ее близость?! Снейп стиснул зубы и поморщился, пытаясь отвлечься от ощущения гибкого девичьего тела в его объятиях. Она была так близко, что он смог уловить тонкий, едва слышный аромат ее кожи и волос. Они пахли прохладой и свежестью раннего летнего утра. Снейп осторожно встал и, стараясь не разбудить Гермиону, поднялся с ней на руках на второй этаж. Ему почему-то не хотелось, чтобы она провела остаток ночи в гостиной на диване. На сердце сурового зельевара становилось теплее, когда он думал о том, что у Гермионы Грейнджер есть СВОЯ собственная комната в его доме. Снейп бережно положил девушку на кровать и укрыл ее мягким теплым пледом, тем самым, которым когда-то укрыла его она в тот дождливый вечер, когда он, измученный, заснул прямо в кресле у камина. Легкая улыбка тронула губы мужчины, и он, в последний раз взглянув на спящую девушку, вышел из ее спальни, приказав домовому эльфу позвать его сразу же, как только Гермиона откроет глаза. Он спустился в гостиную и устроился в любимом кресле гриффиндорки. Волшебный огонь продолжал ярко гореть, с неиссякаемой энергией снова и снова набрасываясь на не прогоревшие до конца сосновые поленья. Снейп придвинулся поближе к огню и улыбнулся. Через несколько минут саднящая боль заставила его поморщиться и посмотреть на кисти рук. Увидев глубокие царапины, Мастер зелий удивленно приподнял бровь: он уже успел забыть и про вредного кота, и про собственные «боевые ранения». Он достал волшебную палочку и пробормотал заживляющее заклинание. Царапины сразу перестали болеть и превратились в тонкие, едва различимые шрамы, затянутые тонкой кожей. Снейп недовольно нахмурился. Он знал, что к утру шрамы полностью исчезнут, но все равно его это злило. Все-таки, кошки поистине магические животные: их царапины не брало даже универсальное заклинание, способное заживить самые серьезные раны. Кстати, надо бы выпустить это чудовище из клетки. Снейп поборол желание «забыть» про кота, по крайней мере, до утра, и, вздохнув, выбрался из уютного кресла. Почему-то ему казалось, что Гермиона, проснувшись и обнаружив рядом с собой этот меховой шар, обрадуется. Профессор вышел в холл и, скрестив руки на груди, некоторое время наблюдал за свернувшимся в клубок рыжим котом. Кот старательно делал вид, что спит, но изредка вздрагивающий кончик хвоста и напряженные уши подсказывали Мастеру зелий, что рыжая бестия притворяется. Он даже приблизительно знал, что случится после того, как он откроет клетку: с радостным мявом этот монстр бросится на него и начнет самозабвенно царапаться, хотя, может быть, Снейп зря так плохо о нем думает. Интересно, как же все-таки зовут этого кота? Надо будет спросить у его хозяйки. Снейп бесшумно приблизился к клетке: - Что, приятель, выжидаешь? Не выйдет, - волшебник быстро вытащил из рукава палочку и направил на «спящего» кота. – Petrificus Totalus! – кот дернулся и затих. - Вот так-то лучше, – Снейп открыл клетку и за шкирку вытащил неподвижно застывшее животное. – В следующий раз будешь вести себя прилично. Не понимаю, что нашла в тебе твоя хозяйка. Профессор, держа кота на вытянутых руках, снова поднялся на второй этаж и, дойдя до комнаты Гермионы Грейнджер, остановился. Немного поколебавшись, он все-таки осторожно приоткрыл дверь и, бросив на спящую девушку внимательный взгляд, выгрузил свою ношу в кресло. - Finite Incantatem! Кот пошевелился и, открыв круглые глаза, настороженно уставился на Снейпа. Увидев в руках человека опасный предмет, он счел за благо не демонстрировать ему свой зловредный нрав, к тому здесь была его любимая хозяйка, по которой он так соскучился. Косолапсус одарил Снейпа презрительным взглядом, спрыгнул с кресла и деловито направился к Гермионе. Запрыгнув на кровать, он подполз к девушке и, бесцеремонно устроившись у нее под боком, с видом собственного превосходства покосился на застывшего в дверях мужчину: вот, мол, смотри, что мне можно, а тебе нельзя. Гермиона, почувствовав рядом что-то теплое и пушистое, улыбнулась во сне и, не просыпаясь, обняла свое домашнее чудовище и прижала его к себе, зарываясь лицом в рыжую шерсть. Снейп отвел от взгляд от этой идиллической картины и, запоздало испугавшись, что девушка проснется и застанет его в своей комнате, неслышно выскользнул за дверь. Если бы только она не была его родственницей… Профессор нахмурился и, отогнав от себя все посторонние мысли, направился в лабораторию. За день он успел превосходно выспаться и сейчас мог позволить себе несколько часов потратить на восстановление рецепта этого треклятого зелья. Все-таки Дамблдор знал, на что давить, когда уговаривал его взяться за это гиблое дело: «Северус, мой мальчик, ты лучший зельевар Британии и один из лучших зельеваров мира, ты член Ордена Феникса и, в конце концов, английский волшебник из древнего магического рода. Ты же не хочешь, чтобы земля твоих предков оказалась под властью психически нездорового Тома Реддла?» Честно говоря, Снейпа так и подмывало сообщить старому волшебнику, что «земля его предков» - это практически весь мир, «благодаря» проклятию Эдвина Кеннистона. Кого только не было в его роду: и испанцы, и французы, и итальянцы, и даже, кажется, кто-то из его родственников в незапамятные времена женился на норвежке. Снейп не знал этого точно, но на одном из фамильных портретов действительно была изображена женщина с голубыми глазами и светлыми волосами, заплетенными в толстую длинную косу. Она постоянно краснела и путала английские слова со словами на каком-то незнакомом языке, так что поговорить с ней нормально не представлялось возможным, потому вопрос о происхождении этой красавицы оставался открытым, впрочем, Мастера зелий это никогда особо и не интересовало. Снейп приложил ключ-кольцо к двери лаборатории и, пробормотав пароль, вошел в темное, лишенное окон, помещение. Небрежным движением палочки он зажег свечи и принялся раскладывать на столе необходимые для работы инструменты. Вернулась боль, скручивающая мышцы в узлы. Это заставило мужчину вспомнить об обезболивающем зелье. Все-таки, хорошо, что он зельевар: под рукой всегда есть запас всего самого необходимого. Пара глотков зелья заставила боль уйти, а сведенные судорогой мышцы расслабиться. Снейп с тоской оглядел прорву баночек и флаконов с уже вычисленными составляющими «тайного оружия» Дамблдора и тяжело вздохнул. Мерлин, ну почему именно сейчас Белле приспичило искалечить ему руки?! Впрочем, профессор вынужден был признать, что такие вещи никогда не случаются вовремя. Он попытался отвлечься от неприятных воспоминаний, и незаметно его мысли вернулись к деятельной гриффиндорской всезнайке. Все же Мастер зелий признался себе в том, что ему нравится эта заносчивая заучка с умными карими глазищами. Да, именно что заучка. Она интересна ему прежде всего как эрудированный и целеустремленный человек, обещающий добиться больших высот на научном поприще. Только так он и будет ее воспринимать, твердо решил Снейп. И именно в этот момент, словно издеваясь, память подкинула ему воспоминание о тонком, едва уловимом аромате ее кожи и непослушных локонов, аромате лета и прохладного утреннего воздуха. И Снейп вдруг с удивлением понял, почему она никогда не могла справиться со своими кудрями: кажется, сам ветер заблудился в ее вечно растрепанных волосах.

snilek: Ура, я первая! Какое приятное продолжение, сразу хочеться поближе к своим любимым и сделать им что-нибудь приятное. А еще так жалко Гермиону за это ощущение утеряного детства... Автор, вы бесподобны, как всегда!

Талина: snilek, Что делать, всем нам рано или поздно приходится взрослеть. Большое вам спасибо!

Мышь Белая: snilek пишет: Автор, вы бесподобны, как всегда! Самое умное, что можно сделать в данный момент ,это присоединится к вашему высказыванию. Спасибо, Талина!

Germ: Какая прелесть! Вот Герм уже на коленях у Снейпа .... процес пошел. Уря!

Талина: Мышь Белая, И вам спасибо. За отзыв. Germ, Germ пишет: Вот Герм уже на коленях у Снейпа .... Да, уже. Но он для нее пока еще Не-Северус-А-Профессор-Снейп.

Весы: Талина как всегда великолепно Конечно жестоко так расставаться с детством, но блин, жизнь такая. Бедный Сева, как он вообще умудряется жить с такой не просто низкой, а вообще никакой самооценкой Талина пишет: но все же в самом потаенном уголке его души пряталось что-то, тянущееся к другому человеку, к его душе и его свету, к тому, кто смог бы привнести радость и смысл в его, в общем-то, безрадостное и бессмысленное существование такая безысходность и тоска в каждом слове, аж мурашки по спине. Талина пишет: На сердце сурового зельевара становилось теплее, когда он думал о том, что у Гермионы Грейнджер есть СВОЯ собственная комната в его доме. Дурак, жизнь была бы намного проще, если бы вас была общая комната. Даже кот это понял.

Талина: Весы, Спасибо за такой подробный отзыв. *Как ты меня рассмешила последней фразой! Про кота. * Весы пишет: Бедный Сева, как он вообще умудряется жить с такой не просто низкой, а вообще никакой самооценкой А он и не живет пока, он только существует. Но главное, что ему уже захотелось именно жить. О, да, про общую комнату ты верно подметила.

Pixie: Талина Мерлин Великий! Какая глава! Слезы наворачиваются! Как нежно, как трогательно... Вот она, долгожданная романтика! Но когда, когда не Снейп поймет, что Гермиона не его родственница! Все на него свалилось, бедного! Талина пишет: «земля его предков» - это практически весь мир, «благодаря» проклятию Эдвина Кеннистона. Так-так, инересно, что же это за проклятие такое, и кто проклял род Снейпов. Ты такой здоровский сюжет придумала - столько тайн! Талина пишет: кажется, сам ветер заблудился в ее вечно растрепанных волосах. Как красиво... Спасибо за главу!



полная версия страницы