Форум » Большой зал » "Одинокие вместе". PG-13, АУ, макси. Глава 5 (от 17.03.2010). ГП, ЛВ, БЛ, СС... » Ответить

"Одинокие вместе". PG-13, АУ, макси. Глава 5 (от 17.03.2010). ГП, ЛВ, БЛ, СС...

Elenika: Одинокие вместе. Автор: ElenIka. Контактная информация: Дневник http://www.liveinternet.ru/users/3511333/ Бета: нет Рейтинг: PG-13 Пейринг: ГП, ЛВ, БЛ, СС и другие. Жанр: Общий /AU Отказ: Ни на что не претендую, все принадлежит тому, кому принадлежит. Саммари: Почему никто не задумывался о том, что, если сердце замерзло, его еще можно растопить? Почему смелости и любви на это хватило только у маленького ребенка? Что будет, когда встретятся два одиночества? Все умеют любить, но отнюдь не все этой любви достойны… Комментарии: Фанфик, в котором Волдеморт усыновил Гарри. Чем-то он напоминает "Тьма внутри", но Гарри Волдеморта не предает и не собирается.

Ответов - 35, стр: 1 2 All

Elenika: Пролог - Нет… Молодая женщина с тяжелыми рыжими волосами прижала к груди маленький сверток, заботливо перевязанный красной лентой. Из вороха кружев и одеял любопытно смотрели на мир теплые карие глаза. - Нет, слышите? Этого не может быть… - Лили, девочка моя, - старик с длинной седой бородой и крючковатым носом скорбно покачал головой. – Ты должна принять это. Саманта – единственная, кто может победить Вольдеморта, и она сделает это. - Ей ведь всего один год, - вмешался в разговор мужчина с растрепанными черными волосами и живыми зелеными глазами. – Это какая-то ошибка, Дамблдор. - Джеймс, - старик тяжело вздохнул. – Я был бы рад, если бы мы и вправду совершили ошибку, но это не так. Из глаз женщины потекли слезы. - Лили, Джеймс... Любовь – ваша любовь к дочери, любовь Гарри к сестре, любовь Сириуса и остальных – все это - великая сила, и она защитит Сэм. ГЛАВА 1. - Из всех моих Пожирателей ты преданна мне больше всех, Белла. Высокий человек, с ног до головы закутанный в черный плащ, сидит на высоком троне. Его лица не видно, но одних только слов, произнесенных этим тихим, властным голосом, достаточно, чтобы любой человек потерял голову от страха. Однако именно за эти слова любой приближенный Темного Лорда продал бы душу. Беллатриса Лейстрендж – не исключение. Женщина, склонившаяся в глубоком поклоне, целует подол плаща своего господина, дрожа от счастья и гордости, что именно она удостоилась великой чести. - Мой лорд… Ее голос дрожит сильнее, чем руки, а в глазах полыхает огонь. Женщина выпрямляется, и капюшон слетает с ее головы – локоны густых темных волос рассыпаются по плечам – но Беллатриса не обращает на это внимания. Она старается выразить свою признательность, свою благодарность, однако голос подводит ее, срываясь; и все, что ей остается – повторять: - Мой лорд… спасибо, мой лорд… Перед глазами все плывет, а сердце стучит где-то в горле; и насмешливый голос Темного Лорда доносится, как сквозь вату. - Ну же, Белла, я говорил это не для того, чтобы ты теряла сознание от счастья. Усилием воли женщина сбрасывает наваждение и порывисто целует руку, которая небрежно лежит на резном подлокотнике. - Простите, мой Лорд. Это большая честь для меня. - Белла… - теперь голос Лорда звучит серьезно, и женщина напряженно вслушивается в каждое слово. – Я доверяю тебе так, как не могу доверять больше никому, и надеюсь, что ты оправдаешь мое доверие. - Конечно, мой Лорд. - Я хочу посвятить тебя в мою тайну… - Лорд Вольдеморт делает паузу. – У меня есть наследник. Беллатриса впервые идет по коридорам, ведущим в личные комнаты Темного Лорда - до этого сюда не ступала нога ни одного человека, кроме Лорда и его… наследника. Женщина до сих пор не может поверить в это – но вот она стоит перед массивной дверью, вот поворачивает ручку и делает шаг вперед… Комната, в которой они находились, была огромной. Все вокруг пестрело серебристым, серым и зеленым – в лучших традициях Слизерина. На полу лежал пушистый ковер с глубоким ворсом, у камина стояли мягкий диван и пара кресел, у огромного окна с видом на озеро расположился письменный стол; а еще по всей комнате лежали, стояли и даже летали игрушки. На кровати – огромной, роскошной кровати с тяжелым балдахином – сидел мальчик. На вид ему было около пяти лет, худой, почти прозрачный - он будто светился изнутри. У мальчика было удивительно красивое лицо – черты истинного аристократа и будущего повелителя удивительно сочетались с невинной, чистой красотой. Вокруг кровати, причитая и изредка ударяясь головой о стену, бегал домовой эльф, но мальчик не обращал на него внимания - зеленые глаза миндалевидной формы с интересом смотрели на вошедших. - Отец, - мальчик засветился от радости и – как был, в пижаме - соскочил на пол. Маленький вихрь пронесся мимо Беллы, и она с удивлением увидела, что мальчик крепко обнимает Темного Лорда. - Гарри, - недовольно процедил тот сквозь зубы, отвечая на объятья, и мальчик счастливо рассмеялся. – Это Беллатриса Лейстрендж, самая преданная среди моих Пожирателей. Когда через час Лорд Вольдеморт заглянул в комнату Гарри, его взгляду открылась необычная картина – наверное, он был первым и последним человеком, которому суждено было увидеть такое… Белла – самая опасная и жестокая женщина за последнее столетие - с глазами, завязанными зеленым шарфом, вытянув вперед руки, бегала по комнате, а Гарри – маленький мальчик (Лорд Вольдеморт вспомнил, что именно таких детей Беллатриса очень любила убивать на глазах у их родителей), смеясь, убегал от нее, хлопая в ладоши. - Что здесь происходит? – насмешливо поинтересовался Темный Лорд. - Милорд, - Белла тут же стянула повязку с глаз и упала на колени. – Простите, милорд, мы увлеклись, и… - Встань, Белла, - вкрадчиво посоветовал Вольдеморт. Пожирательница смерти, дрожа, поднялась на ноги, и только Гарри, уверенный, что отец вовсе не сердится, спокойно стоял у стены, скрестив руки на груди и слегка улыбаясь. - Ты можешь приходить иногда к Гарри, - неожиданно сказал Вольдеморт. – Ему не хватает общения, и... я думаю, ты могла бы заниматься с ним, не так ли? Он хотел сказать что-то еще, но поймал взгляд зеленых глаз и осекся. - Конечно, мой Лорд. Спасибо… - Пойдем, Белла, я хотел бы обсудить с тобой несколько вопросов, - Темный Лорд направился к двери, но на пороге обернулся к мальчику. – Гарри, переодевайся и завтракай, я буду ждать тебя в кабинете. - Пока, Белла, - помахал вслед женщине Гарри. - До свидания, милорд. Гарри слегка скривился на такое обращение, но ничего не сказал, поймав укоризненный взгляд Темного Лорда. - Белла, я хотел бы, чтобы ты систематически занималась с Гарри. Он очень силен, как духовно, так и магически, поэтому для него это не составит большого труда…. Никто из Пожирателей не знает, что у меня есть наследник… - Вы будете говорить им это, милорд? - Не раньше, чем через десять лет, Белла.… Не хочу, чтобы слухи дошли до Дамблдора – никогда нельзя знать наперед, кто может быть предателем. - Вы думаете, что?... - Да, Белла, я подозреваю, что среди нас есть предатель. - Но… - Белла. - Простите, милорд. - Гарри не хватает матери, и я хочу … Я не заставляю тебя, но все же.… Чтобы ты постаралась заменить ему ее… - Конечно, мой Лорд. Это огромная честь для меня, я… Я благодарю вас за доверие. - Не стоит, Белла. - Позвольте спросить, милорд?.. - Да? - А кто… родители мальчика? - Его звали Гарри Поттер. - Он сын Поттеров? Тех самых, чья дочь… - Да, тех самых, чья девчонка якобы способно победить меня. - Это пророчество – чепуха, милорд. Вы – самый великий волшебник. - Спасибо, Белла. Гарри напоминает мне меня самого…. Его родители посветили все свое время той девчонке, Саманте, и совсем забыли про мальчика. Глупцы. - Они не будут искать его, милорд? - Они считают, что он мертв. Я на их глазах запустил в Гарри Аваду Кедавру. - Но он ведь жив?!.. Милорд. - Да, он выжил, и именно это заставило меня заинтересоваться мальчиком. У него на лбу остался шрам в виде молнии… - Ложись спать, Гарри. Маленький мальчик в уютной пижаме стоял у окна и напряженно вглядывался в темноту, упрямо скрестив руки на груди. Рядом с ним на корточках сидела красивая женщина с тяжелыми черными волосами. - Нет. - Гарри, - она ласково обняла мальчика за плечи. – Он скоро вернется, вот увидишь, и обязательно рассердится, что ты еще не спишь. - Я все равно не засну. А вдруг с ним что-то случилось, Белла? - С Темным Лордом не могло ничего случиться, Гарри. Он самый великий волшебник на свете. - Правда? - Правда. - А почему его до сих пор нет? - Наверное, у него возникли какие-то дела. - Какие? - Я не знаю, Гарри… - Вот видишь, Белла. Никто не знает, где он.… А вдруг его кто-то обидел? - Кто мог меня обидеть? На пороге комнаты появился высокий мужчина, и Гарри неуверенно посмотрел на него. - С тобой все в порядке? - Конечно, со мной все в порядке, глупый мальчишка. Почему ты еще не спишь? - Я волновался, - признался Гарри, подбегая и крепко обнимая Вольдеморта. - Не надо за меня волноваться, Гарри. - Милорд, - Беллатриса упала на колени, и Гарри поморщился. - Вставай, Белла. Давайте выпьем чаю… - Чаю?! – в два голоса воскликнули Темный Лорд и Пожирательница смерти. - Чаю, - улыбнулся Гарри. - Вставайте, хозяин Гарри. - Тинки… - застонал Гарри, зарываясь лицом в подушки. - Хозяин сказать Тинки будить маленького хозяина. Вставайте, иначе сэр ругать Тинки. Тинки плохой, Тинки не выполнить приказ… - Я встаю, Тинки, встаю, - недовольно пообещал Гарри. - Принеси мне завтрак. - Хозяин сказать, что вы будете завтракать в маленькой гостиной. Там стоять елка и подарки. - Сегодня Рождество! – подскочил Гарри над кроватью. – Тинки, - крикнул он, кидаясь в ванную, - приготовь мою парадную зеленую мантию. - У вас пять парадных зеленых мантии, хозяин… - растерянно пробормотал эльф, держа в руках охапку одежды, но Гарри, не глядя, вытащил оттуда одну, спешно надел ее и выскочил из комнаты. - С Рождеством! – воскликнул Гарри, появляясь на пороге маленькой гостиной. - С Рождеством, Гарри, - улыбнулась Белла. Вольдеморт приподнял бровь, когда Гарри поцеловал в щеку его и Беллатрису, но мальчик уже сидел под елкой и разворачивал подарки. - Люциус подарил мне метлу! – радостно воскликнул Гарри. Люциус был вторым человеком среди Пожирателей, который знал о существовании мальчика. - Убью Люциуса, - пообещал Вольдеморт, с тоской представляя, сколько вещей перебьет Гарри, пока будет изучать подарок. Мальчик только скептически хмыкнул и отложил метлу в сторону. - Это было первое Рождество, на которое мне подарили столько подарков, - довольно сообщил Гарри, сидя на диване между отцом и Беллой и вгрызаясь в булочку с маком. – Обычно все дарили подарки Сэм, а про меня забывали. Глаза Темного Лорда загорелись мстительным огнем, когда он представил, какие пытки он применит к Поттерам, попадись они ему в руки; а Белла крепко обняла Гарри. - Мне уже семь лет, папа, - улыбнулся Гарри после очередной тренировки. Вольдеморт, шипя сквозь зубы, обрабатывал противоожоговой мазью руку. - Тебе больно? Прости, я не хотел… - огорчился Гарри, но на его лице тут же снова расцвела задорная улыбка. - Все в порядке, Гарри. Что там насчет твоего возраста? - Мне уже семь лет, и я хочу изучать зелья… Темный Лорд выглядел озадаченным. - Мы с Беллой и Люциусом занимаемся с тобой заклинаниями, но я боюсь, что на зелья у нас времени не хватит. - Я знаю, - фыркнул Гарри. – Поэтому я хочу, чтобы твой зельевар - Снейп, верно? – позанимался со мной. - Откуда ты знаешь про Снейпа? - Нагини показала мне потайной проход в зал Собраний… - И? - А там есть ма-аленькая дырочка… - Пригрел змею на груди, - вздохнул Темный Лорд. – И многое ты видел? Гарри закусил губу, сдерживая улыбку. - Понятно… - Так что насчет Снейпа? – осторожно спросил Гарри пару минут спустя. - Ничего, - отрезал Вольдеморт. - Ну, пожалуйста! - Нет, я сказал. Гарри обиженно отвернулся. - И не дуйся. Ты ничего этим не добьешься. Гарри молчал. - Пойдем, Гарри. Гарри!.. Хорошо, хорошо, получишь ты своего Снейпа. Мальчик просиял и кинулся отцу на шею. В зале Собраний или Тронном зале, как называли его между собой Пожиратели, царил полумрак. - Северус, - раздался вкрадчивый голос Тёмного Лорда. Снейп поклонился. - Ты заставил меня ждать… - Простите, милорд. Северус Снейп настороженно обвёл взглядом зал. Кроме него и Темного Лорда в помещении не было ни одного Пожирателя смерти – Снейп заволновался. Зачем он так срочно понадобился Лорду Вольдеморту? Внезапно Снейп заметил фигуру, одетую в черный плащ, которая небрежно опиралась о трон Темного Лорда. Хотя ее лица не было видно из-за капюшона, мужчина с уверенностью мог бы сказать, что это ребенок – кто еще мог бы быть такого роста? - Зачем вы вызвали меня, милорд? – осторожно спросил Северус. - Круцио, - прошипел Волдеморт, и Снейп упал на пол, закусив губу, чтобы сдержать крик. Ребенок даже не шелохнулся. - Я позволил тебе говорить, Северус? - Простите, милорд. – Снейп поднялся на ноги, невольно вздрогнув, когда мимо него проползла огромная змея. - Глупый человек, он боится меня, - пошипела Нагайна, обвиваясь вокруг трона. Губы Тёмного Лорда скривились в холодной усмешке. - Он ведь не знает, что ты совсем не злая, - усмехнулся Гарри. - Я не злая?, - обиженно прошипела Нагайна. - Ты хочешь сказать, что я добрая? Очевидно, для нее это было огромным оскорблением, потому что Гарри тут же исправился: - Я не это имел в виду. Не обижайся, Нагини. - И почему ты все время называешь меня этим глупым прозвищем? - пробурчала змея, но было видно, что она уже не сердится. - Закончили? - хмуро поинтересовался Темный Лорд. - Вы хотите, чтобы Снейп умер от страха раньше, чем вы приступите занятиям? - Хорошая идея, - хором восхитились Гарри с Нагайной и захихикали. Губы Вольдеморта тронула улыбка. Снейп всегда боялся Нагайну – любимицу Лорда, и еле отучил себя вздрагивать, когда Вольдеморт говорил на змеином языке; но когда фигурка у трона издала зловещее шипение, он невольно дернулся. Да кто, черт побери, этот ребенок? - Северус, у меня есть задание для тебя, - Волдеморт сразу перешёл к делу. - Я всегда готов служить вам, милорд, - ответил Снейп. Глаза Тёмного Лорда потемнели, и он внимательно посмотрел в лицо зельевару. - Посмотрим, как ты справишься, Северус, - прошипел он. - Если мне не понравиться твоя работа - ты будешь жалеть о том, что появился на свет. Мужчина нервно сглотнул, но тут же поспешно кивнул. - Я не подведу вас, милорд. Фигурка у трона сделала шаг вперед, и Тёмный Лорд положил руку ей на плечо. – Это мой сын и наследник, Гарри, и с этого дня он будет учиться у тебя зельеварению. Медленно, как в замедленной съемке, капюшон слетел с головы ребенка, и Снейп увидел, что его лицо закрыто черной полумаской. В прорезях виднелись яркие зеленые глаза.

Alces333: Очень даже хорошо. Я так понимаю, что это написано по мотивам "Тьма внутри"? Шапки к фику нет, понять сложно, если ошибаюсь, то прошу прощения.

Algine: Elenika http://fanfiction.borda.ru/?1-0-0-00009648-000-0-0-1239389730 Прочитайте правила и оформите тему по ним, пожалуйста.

Elenika: Alces333. Да, некоторое сходство есть Но оно, мне кажется, состоит только в том, что Гарри - сын ЛВ, его называют Темным Принцем (очень это название понравилось) и он пойдет в Хогвартс Сюжет другой, планы другие, объединения с родителями не предвидится. Algine Вроде бы исправила все, как полагается)

Elenika: Глава 2 - Я почту за честь учить вашего наследника, мой Лорд, - Снейп склонился в глубоком поклоне, не отрывая взгляда от мальчишки. Он никогда даже не слышал о том, что у Темного Лорда есть наследник. Сын?.. Подумать только…. - Любой мой Пожиратель, Северус, счел бы за честь хотя бы знать о том, что у меня есть сын, - в тихом шепоте Волдеморта послышалась угроза. - Тем не менее никто, повторяю - никто, Северус, не должен узнать об этом. - Я понимаю, милорд. Неужели его в чем-то подозревают? - Хорошо, что ты это понимаешь, Северус... Ты дашь мне Непреложный Обет. Это не было вопросом, это было приказом; и Снейп нервно сглотнул. Вот это уже не игры – это могло стоить ему жизни, и Северус не знал, готов ли он так рисковать. Впрочем, похоже, особого выбора ему не предоставят – или клятва, или… Что бывает с теми, кто не оправдывал ожиданий Темного Лорда, Северус помнил отлично – и повторять их ошибки не обирался. Он осознал, что пауза затянулась, и склонил голову в полупоклоне: - Хорошо, милорд. Глаза Наследника за черной полумаской блеснули торжеством, которое, впрочем, вскоре сменилось на ледяное равнодушие. С этим же равнодушием он наблюдал, как Снейп встает на колени, как переплетенные руки обвивают разноцветные лучи… Назад пути не было. Покажи ему твою лабораторию, - посоветовал Волдеморт, направляясь к дверям. – После ваших занятий мы продолжим тренировку. Наследник слабо застонал. - Изверг… Снейп замер. Никто никогда не говорил такое самому могущественному Темному Лорду столетия, и алхимику вовсе не хотелось видеть, как на его глазах пытают семилетнего мальчишку. Волдеморт вытащил палочку, взмахнул ей.… Северус невольно зажмурился и услышал… громкий смех. Он приоткрыл один глаз. Потом второй… Увиденное заставило его остолбенеть – Наследник, явно попавший под чары щекотки, укоризненно смотрел на Темного Лорда и звонко хохотал. - Возможно, - просто согласился Темный Лорд, взметнув плащом. В следующую секунду его уже не было в зале. Северус уже хотел было снять чары, когда Наследник Темного Лорда напрягся, сдерживая смех, провел перед собой рукой и пробормотал: - Фините Инкантум. В следующую секунду его окутало легкое голубое сияние, и вот он уже расслабленно откинулся на стену, поправляя маску. Снейп замер – он никогда не видел, чтобы ребенок колдовал в таком возрасте. Да это заклинание его ученики в Хогвартсе и на втором курсе правильно выговорить не могли! А уж чтобы кто-то колдовал без палочки… Он знал только двоих людей, способных на такой трюк – Дамблдора и Волдеморта. Но даже Дамблдор делал это только в самом крайнем случае. - Вот сволочь, - язвительно хмыкнул Наследник тем временем. – И вечно последнее слово остается за ним… Северус в который раз за сегодняшний день превратился в соляной столб. Он никогда не позволил бы себе даже подумать такое о Лорде – всегда слишком велика была боязнь, что об этом узнают. - А вы и не думайте, - вдруг посоветовал Наследник. - Чт... – Снейп понял, что мальчик фактически ответил на его мысли. – Откуда вы?!.. Наследник Темного Лорда мягко, насмешливо улыбался, пока Снейп поспешно проверял свои блоки – они были на месте. Подумать только, почти не повреждены! Алхимик почти восхищался мальчишкой – никто еще не мог просто пробиться в его сознание, даже Дамблдор. Даже Волдеморт. А уж заглянуть туда так, что он, Северус Снейп, даже не заметил этого!.. Почти – потому что Наследник только что доказал, что Снейп не был таким уж хорошим оклюментом, каким он всегда себя считал – и Снейпу это открытие не нравилось. - Как вам это удалось? – резко спросил он, возводя новые блоки – самые прочные, на какие был способен. Судя по всему, Наследник вздернул бровь – за маской этого почти не было заметно. - Нет ничего невозможного, - невозмутимо ответил он. Несмотря на это, в его голосе послышалась издевка. - Как вы это сделали?!! – закричал Снейп, потеряв самообладание. И тут же понял, что впредь будет всегда следить за собой, и никогда, никогда больше он не повысит голос на Наследника – потому что ему стало страшно. Страшно до дрожи, до ужаса. Просто по-человечески страшно. Зеленые глаза мальчишки покрылись корочкой льда; подернулись темной дымкой, в глубине которой блестели холодные кристаллики – а потом он посмотрел Снейпу прямо в глаза. Почему-то именно сейчас зельевар не ожидал атаки на свои мысли. А зря. Резкий, болезненный толчок в его сознание – и все блоки рухнули. Лавина образов, мыслей, чувств обрушилась на него, погребая под собой.… И наступила темнота. - Энервейт, - было первое, что он услышал. Первым, что он увидел, были зеленые глаза, блестевшие в прорезях черной маски. Поняв, что Снейп очнулся, Наследник ровно заметил: - Я немного не рассчитал силу. «Немного?!» – захотелось возмутиться Северусу, но он благоразумно промолчал. - Тем не менее, Северус, - зельевар вздрогнул, настолько похоже произносили его имя Темный Лорд и его Наследник, - выясняются интересные вещи, не так ли? Что ты скрываешь от моего отц… от Темного Лорда? - Я ничего не скрываю, милорд, - спокойно произнес Снейп, вставая на ноги. Он заметил, что мальчишка слегка скривился от такого обращения. - Не лгите мне, - холодно сказал Наследник, и Снейп отметил, что он постоянно переходит с «ты» на «вы», будто не зная, как к нему обращаться. Все-таки Наслед…. Додумать эту мысль ему не дали – мальчик раздраженно воскликнул: - И ради Бога, перестаньте звать меня «Наследником». Признаться, раздражает. - Я только думаю так, - мрачно огрызнулся зельевар. - Это одно и тоже. Вы слишком громко думаете. Северус вздохнул – это была его, его коронная фраза. И никто не говорил так ему, это он, признанный мастер леглименции, всегда кривил губы и выплевывал: «Вы слишком громко думаете, мистер…». - И как же мне думать о вас, милорд? – как можно учтивее осведомился он. Наслед… - мальчишка, мальчишка, черт побери(!) – усмехнулся. - Меня называют Темным принцем. Северус Снейп был зельеваром уже много лет. Он повидал много хороших, очень хороших, отличный и даже превосходных лабораторий; он держал в руках редкие, удивительно редкие и невероятно редкие ингредиенты. Поступив на службу к Лорду, он первым делом осмотрел свою новую лабораторию, и остался в восхищении – в столь совершенных лабораториях он еще не бывал. Однако то место, куда привел его Темный принц, сразило алхимика наповал. Там было новейшее оборудование, самые лучшие, самые удобные котлы, весы и инструменты. Одни только такие пестики для размельчения паучьих лапок, какие были у Наследника, стоили пятьдесят галеонов штука. За одной дверью находилась комната – огромная, почти такая же, как и сама лаборатория – забитая под завязку ингредиентами – обычными, редкими, и настолько редкими, что их практически невозможно было достать. Десять граммов яда василиска стоили в Лютном переулке около тысячи галеонов, однако Снейп насчитал не меньше десятка литровых бутылей этого яду. Немыслимо! Вторая дверь вела в небольшую библиотеку – она содержала бесчисленное множество учебников и книг по зельеварению, среди которых половина существовала, дай Бог, если в десяти экземплярах. Заметив среди них несколько, принадлежавших перу Салазара Слизерина, Северус ахнул и тут же оказался около них…. - Теперь нужно добавить пять граммов кожи лесного двурога… Северус Снейп опустил глаза и увидел, что зелье мальчика приобрело приятный сиреневый оттенок. Темный принц поражал его с каждой минутой все больше и больше – это зелье в Хогвартсе проходили на седьмом курсе, и только самым лучшим ученикам удавалось сварить его правильно. - Добавил, - отчитался Наследник, как ни в чем не бывало, убавляя огонь под котлом – словно это не он только что в очередной раз сделал невозможное. - Милорд, - осторожно затронул алхимик интересующую его тему, - вы занимались зельями раньше? Темный принц закатил глаза. - Гарри. - Что, простите? - Меня зовут Гарри, и, когда рядом нет моего отца и других Пожирателей, вы вполне можете называть меня так. - Но… - Или это оте… Темный Лорд приказал вам так обращаться ко мне? - Нет, но… - Вот и отлично, - ухмыльнулся Наследник Темного Лорда. И фыркнул. - Да не смотрите вы на меня так, Северус, я не картина. От необходимости отвечать Снейпа избавило то, что дверь лаборатории распахнулась, громко ударившись о стену, и в помещение вбежала темноволосая красивая женщина в черном плаще. - Гарри, - она кинулась к Темному принцу, - я везде тебя ищу. Ты мог бы хотя бы предупредить меня или эльфов, что будешь здесь?! И почему на тебе маска? Я… Челюсть зельевара отпала уже в который раз, потому что он узнал в женщине Беллатрису Лейстрендж – самую жестокую женщину среди Пожирателей смерти. Да как ее можно было подпустить к ребенку, когда людям вообще опасно находиться ближе, чем в радиусе десятка метров от нее?! Хотя, конечно, кому же еще знать о сыне Темного Лорда, как не самой верной его последовательнице? - Все в порядке, Белла, - Темный принц обезоруживающе улыбнулся. – Прости, я не подумал, что ты будешь волноваться. - Ты никогда об этом не думаешь, - фыркнула Беллатриса. – А мы с твоим отцом потом должны искать тебя по всем окрестност…. К Снейпу вернулся дар речи как раз в тот момент, когда Лейстрендж развернулась и увидела его. - Северус?!! - Беллатриса?! - Что он здесь делает? – спросила Белла у Гарри, который с интересом исследователя наблюдал за ними. - Мы… - Мы занимались зельями, Беллатриса, - язвительно ухмыльнулся Снейп. – Но в твою, хм… светлую голову это, конечно же, не пришло. Действительно, что можно делать в лаборатории?.. – он картинно пожал плечами. - Отец попросил его позаниматься со мной зельями, - Темный принц одним только взглядом заставил Северуса замолчать – видимо, не хотел видеть, как с его обожаемой «Беллой» разговаривают в таком тоне. Попросил, как же… - Да, попросил, - железным тоном отчеканил мальчишка. – А вы согласились. Снейп со стоном уронил голову на руки. - Скажите, мне теперь думать тоже не разрешается, да? – хмуро вопросил он, бросая на Темного принца и Беллатрису тоскливый взгляд. Последняя неожиданно рассмеялась – не расхохоталась тем жутким, безумным смехом, от которого волосы вставали дыбом – а залилась веселым, искренним смехом. - Ужасно, правда? – почти по дружески спросила она у Снейпа, отсмеявшись. – Когда мы только познакомились, и Лорд начал обучать его оклюменции и леглименции, он освоил ее так хорошо, что автоматически слышал наши мысли. Все. - А сейчас? – безнадежно поинтересовался алхимик. - Сейчас он может это контролировать, и залазить в чужие головы только по желанию. Но вот если он захочет сделать это – берегись… - Это я уже понял, - Снейп возвел глаза к потолку, и пробурчал еще что-то, напоминающее «Избалованный мальчишка». Прошло два года. - Гарри! - с невинной улыбкой воскликнула Саманта, увидев, как старший брат заходит на кухню. Теплые карие глаза трехлетней девочки светились восторгом. Гарри не знал, почему, но родители всегда любили Сэм больше, чем его самого. Он был старше всего на один год, всегда убирал за собой игрушки, старался помогать родителям… Саманта же раскидывала вещи и игрушки по всему дому, капризничала и била посуду… В течение дня родители ругали Гарри за выбросы стихийной магии, кормили и укладывали спать – все это занимало примерно полчаса. Сэм читали сказки, играли с ней, хвалили – весь день, и так дни напролет. Саманта легко могла разбить сервиз, который подарили Лили и Джеймсу на свадьбу, а потом сказать: «Это сделал Гарри», - и родители ругали сына, потому что «…ведь Сэм не может врать!» и «Как тебе не стыдно, Гарри, обвинять сестру?»… Саманту родители всегда брали с собой, когда уезжали на море, а Гарри отвозили на неделю к маминой сестре – тете Петунье. Мама всегда говорила при этом: «Ты же понимаешь, что Саманте грозит огромная опасность, бедняжке нужен отдых. А за двумя детьми мы не уследим...», и Гарри кивал, сдерживая слезы. У тети Петуньи было не так уж плохо – она не любила его так сильно, как своего сына, но жалела; покупала мороженое, читала книжку перед сном, не давала Дадли – кузену Гарри – обижать его, и всегда кричала маме что-то про то, что Лили рожала двоих детей и теперь не может посвящать свою жизнь только одному. На прощание она обнимала Гарри и взъерошивала ему волосы, а когда Гарри нечайно поджег шторы в гостиной, мама ничего об этом не узнала… но все это Гарри променял бы на один только день на море с мамой и папой. - Доброе утро, Сэм, - ответил Гарри вежливо, опасаясь, что сестра задумала что-нибудь еще, но Саманта, похоже, была настроена сегодня вполне мирно. - Гарри! – донесся до детей крик. – Не забивай Саманте голову своими глупостями! - Я только поздоро… - начал оправдываться мальчик, чувствуя, как в глазах закипают слезы, но Лили, уже вошедшая на кухню, отвесила ему легкий подзатыльник. - Ты все время отвлекаешь бедняжку Саманту на всякую чепуху! - Но… Лили возвела глаза к потолку. - И почему ты вечно споришь со мной, Гарри? Иди лучше, прополи грядку с пионами, она заросла сорняками, а у меня нет ни минутки. - Но я еще не позавтракал, мама, и… - Гарри, неужели так сложно сделать то, чего я от тебя прошу? – глаза Лили наполнились слезами. – Почему Саманта никогда не спорит со мной, а ты... Ради Бога, не будь таким черствым! Я же не прошу слишком многого!.. Гарри! Гарри стремглав выбежал из кухни, вытирая глаза рукавом. Ну почему, почему мама и папа не любят его?! Гарри подскочил над кроватью – сон был таким реальным, что мальчик на миг поверил, что ему снова четыре года, что он снова живет с теми родителями… Что он опять никому не нужен. - Успокойся, - сказал мальчик сам себе, и глубоко вдохнул воздух. – Мне девять лет. Девять, а не четыре. Меня любит папа. Меня любит Белла. Это они – мои родители, они, а не те, и никто не сможет разлучить нас. За окном безмятежно светила луна. Окно было приоткрыто, и ласковый летный ветерок колыхал зеленые занавески. Гарри застонал и сжал голову ладонями – он жил здесь уже четыре года, и за последние три ни разу не вспомнил о Поттерах. Однако стоило присниться этому сну, и воспоминания стали накатывать, как волны на берег. Гарри сидел под окном прямо на земле, опираясь спиной на холодную стену. Его совсем не было видно из-за высокой клумбы с цветами, и мальчик надеялся, что ему удастся посидеть в одиночестве хоть немного – к маме и папе пришли гости, а это подразумевало то, что Саманту опять будут громко хвалить, а в конце печально добавят: «Жаль только, что Гарри на сестру совсем не похож…». Пока, правда, про Сэм никто не говорил - взрослые таинственным шепотом обсуждали какую-то птицу - или павлина, или феникса, или вообще индюка – Гарри услышал это краем уха, когда проходил мимо гостиной, но зайти внутрь не решился. - Какая красавица! – донес до Гарри ветер чей-то восхищенный возглас. – Саманта, детка, расскажи тете стишок… - и Гарри понял, что гости закончили секретничать. Теперь из дома доносились веселые голоса родителей, смех Сэм и обрывки историй, которые так любил рассказывать дядя Сириус… Дядя Сириус был единственным человеком, который относился к Гарри хорошо; и мальчик любил его даже больше, чем папу. Гораздо больше, чем папу – признавался он себе иногда, краснея от стыда из-за своей неблагодарности. На тумбочке у Гарри стояла колдография в рамке – улыбающийся зеленоглазый мальчик, смеясь, разворачивает подарки, а красивый черноволосый мужчина – дядя Сириус, конечно – сидит рядом на корточках и ерошит мальчику волосы. Эта колдография была сделана на четвертый День Рождения Гарри. Тогда дядя Сириус не забыл про него – напротив, он забрал крестника к себе на весь день и организовал такую вечеринку, какие устраивали разве что Саманте. Размышления Гарри прервали громкие хлопки, и прямо на ведущей к крыльцу дорожке появились люди, которые тут же направились в дом. Они были одеты в черные плащи с капюшонами и белые маски, и напомнили Гарри иллюстрации из книжки про злых волшебников… - Господи! Джеймс, хватай Сэм и беги! Мама.… Кричала его мама, Лили, и Гарри вскочил на ноги, чтобы броситься бежать к ней, когда вдруг заметил, что не все люди зашли в дом – один человек остался стоять в саду, лениво вращая в пальцах волшебную палочку. Высокий человек с красными глазами. Гарри упал лицом в подушки. Черт, черт, черт! Почему, ну почему он вспоминает это?! Того наивного маленького мальчика, который любил Поттеров и отчаянно надеялся, что когда-нибудь они тоже его полюбят, больше нет. Он вырос, и, несмотря на то, что глубоко в душе всегда понимал, что не хочет на Гриффиндор, только недавно стал если не Слизеринцем, то кем-то, на него похожим. Раньше Гарри думал, что отец будет против, если он попадет не в Слизерин, так же, как и Поттеры были бы против, если бы он попал не в Гриффиндор – и только потом понял, что отец уважает его выбор, и будет гордиться им всегда. Отец.… Все знали его, как Темного Лорда – жестокого, бессердечного – но только Гарри и, пожалуй, Белла, видели и другую его сторону. Он тоже умел любить. Отец всегда прощал Гарри все проделки и проказы – и называл их именно проделками и проказами, а не «выкрутасами» и «ужасными поступками, недостойными нашего ребенка», «сделанными со злым умыслом». Он никогда не забывал ни про один праздник, всегда ища даже самые незначительные поводы, чтобы подарить мальчику подарки. Тот день, который в семье Поттеров (хотя Гарри был уверен, что там про него уже давно забыли), возможно, запомнили, как день смерти Гарри Поттера, Гарри с отцом праздновали, как день, в который они обрели семью. Если у Поттеров Гарри жил в небольшой комнатке, в которой было все самое необходимое, но и только – то здесь все было в точности наоборот. Гарри тяжело вздохнул, но потом вдруг радостно улыбнулся – может быть, Волдеморт и хотел убить его, но он ведь передумал… значит, Гарри чем-то понравился ему, ведь так? Может, здесь, в этом доме, его будут любить больше, чем в том? Ободренный такими мыслями, Гарри с интересом принялся оглядывать по сторонам. Комната, в которой он находился, была огромной. Гораздо, гораздо больше той, что была у Гарри раньше. Все вокруг было серебристым, серым и зеленым – и эти цвета были гораздо лучше тех, что преобладали у мальчика в той, старой комнате – вульгарного красного и золотого. На полу лежал пушистый ковер с глубоким ворсом, у камина - у него теперь был свой камин(!) – стояли мягкий диван и пара кресел, у огромного окна с видом на озеро расположился новенький письменный стол, а еще по всей комнате лежали, стояли и даже летали игрушки. От восторга Гарри захлопал в ладоши, а потом вспомнил, что нужно поблагодарить Темного Лорда, и чуть не выскочил из комнаты в трусах – но вовремя спохватился. В шкафу он нашел столько мантий, что разбежались глаза, но потом все же выбрал одну – темно зеленую, которая очень, как показалось мальчику, шла к его глазам. - Красавчик, - подмигнуло мальчику зеркало, и в этот момент кто-то за его спиной насмешливо произнес: - Неплохой выбор. В зеркале отразился высокий человек, и вместо ответа Гарри развернулся и крепко обнял его с радостным возгласом: - Спасибо! Вольдеморт опешил. Никто никогда не обнимал его, никто – за всю его жизнь, и это объятие задело в душе Темного Лорда какую-то струну. - У меня никогда не было такой комнаты! – восхищался Гарри, и Вольдеморту почему-то был приятен его наивный восторг. - Ты же не думал, что я поселю своего наследника в чулан? – приподнял он бровь, и Гарри вдруг застыл с широко распахнутыми глазами. - Наследника? – переспросил он. – Наследника? Это значит, ребенка? Сына, да? Темный Лорд кивнул, не понимая, к чему клонит мальчишка, а Гарри продолжал: - Значит, ты мой отец? И я могу называть тебя папой? Вольдеморт вздрогнул – раньше слово папа навевало воспоминания о его отце – магле Томе. - Можешь… - нехотя согласился он, и Гарри тут же повторил, словно пробуя это слово на вкус: - Папа… - и вдруг снова обнял его. – Спасибо, папа! Гарри слабо улыбнулся – каким же ребенком он все-таки был тогда! Волдеморт подарил Гарри детство – то детство, которого у него никогда не было. Узнав, что Гарри ни разу не был на море, и даже плавать не умеет, он, видимо, вспомнил о чем-то из своего детства – потому что резко помрачнел и ушел в кабинет. А на следующий день уже вручил Гарри тонкий серебреный браслет с тремя зелеными драгоценными камнями. Браслет оказался порталом, настроенным на самого Гарри – камень слева перемещал его домой – в замок, где они жили. Камень справа – на виллу – отец купил им виллу во Франции – роскошный особняк на берегу моря. Камень посередине перемещал Гарри обратно. Например, если он был в Косом переулке и перемещался оттуда домой порталом – то, нажав на средний камень, он вновь оказывался в Косом переулке. Гарри Поттер – маленький мальчик, нелюбимый родителями - трагически погиб четыре года назад. Гарри Реддл – мальчик, о котором не знал почти никто – был самым любимым, самым счастливым ребенком на свете.

Elenika: Глава 3 Лили вздохнула и отложила очередную стопку работ. Вот уже четыре года назад - тогда, когда Саманта как раз должна была поступить в Хогвартс, Дамблдор предложил Джеймсу преподавать в Хогвартсе Защиту от темных искусств – то, о чем он всегда мечтал. Конечно, Джеймс согласился, и Лили загрустила – дочь и сын уедут, и они с Дариной почти год будут одни. Однако в Хогвартсе нашлось местечко и для нее – молодую женщину, специалиста по иероглифам и рунолога с радостью пригласили вести Древние руны, и теперь каждый день Лили проверяла сотни работ. Да, преподавание оказалось не таким уж легким делом… Лили бросила взгляд за окно – туда, где толпы детей, весело переговариваясь, шли в Хогсмид. Экзамены уже закончились, и уже завтра все должны были разъехаться по домам – поэтому немногие отказали себе в удовольствии последней прогулки. Ее глаза на миг скользнули по колдографиям в рамках и остановились на них – всегда, устав от тяжелых будней, женщина любовалась родными лицами. В живую Джеймса она видела не редко, но не сказать, чтобы часто – уроки и Орден Феникса отнимали очень много времени – и Лили даже всерьез подумывала как-то раз: а не уйти ли ей из Ордена? Зато по вечерам, когда Лили, Джеймс, Саманта и Дарина собирались за столом в апартаментах Лили и Джеймса, Лили Поттер чувствовала себя по-настоящему счастливой. Только одно омрачало ее счастье – Гарри. Ее сын, он так и остался в ее памяти грустным маленьким мальчиком, хотя она часто пыталась представить, каким бы он стал, не умри он в тот день. Лили сжала кулаки так, что ногти больно впились в ладонь – но она не обратила на это внимания. Когда Гарри появился на свет, Лили почувствовала такую всепоглощающую любовь, какую не чувствовала еще никогда – и пообещала себе, что ее сын будет самым счастливым ребенком на свете. А потом, через год, родилась Саманта – и Лили забыла о своем обещании. Она ужасно боялась за Сэм, которая, согласна пророчеству, могла победить Волдеморта – и потому все свои силы бросила на то, чтобы сделать жизнь бедной девочки хоть на каплю, хоть на йоту – лучше. Гарри, ее сынок – он так любил их, ее и Джеймса, а они – подумать только – забывали праздновать его Дни рождения. Она так виновата перед ним… По щекам Лили заструились слезы. Дарина однажды нашла в ящике Лили колдографию Гарри и долго выпытывала – кто это и откуда. Дарина… Она родилась через семь месяцев после смерти Гарри – и, когда закончится лето, будет поступать в Хогвартс на первый курс. Саманта пойдет на четвертый курс, а Гарри - на пятый. Пошел бы. Если бы был жив. Лили вскочила с места и бросилась в свои комнаты – туда, где ее уже десять минут дожидалась Дарина. Почувствовав, что отец в ярости, Гарри тут же направился к нему. Из-за шрама, который остался на лбу у Гарри после смертельного проклятия отца, они были очень тесно связанны – и могли чувствовать сильные эмоции друг-друга. Все тайные ходы в замке Гарри знал отлично, и потому оказался у дверей зала Собраний уже через пару минут. Надев полумаску, Гарри толкнул дверь. Волдеморт сидел на троне. Перед ним стояли Пожиратели смерти, многие из которых были ранены. Заметив Гарри, они тут же склонились в глубоких поклонах. Год назад Темный Лорд представил Гарри своим Пожирателям, и с тех пор они боялись его почти так же сильно, как и его отца. - Что случилось, Гарри? - спросил Волдеморт. Гарри приподнял бровь, быстрым шагом пересекая зал. Пожиратели смерти расступались перед ним. - Пришел посмотреть, из-за чего ты в такой ярости. Должен же я знать, почему моя голова чуть не взорвалась. Темный Лорд убил бы любого, кто посмел бы говорить с ним в таком тоне, но на Гарри это правило не распространялось. Вместо ответа он холодно приказал: - Эйвери, расскажи-ка нам еще раз все то, что ты только что сказал. Высокий Пожиратель выступил вперед и поклонился Гарри. - Мой Принц, в пункте назначения нас поджидала засада. Так как нас было десять человек – мы не ожидали, что возникнут какие-то трудности – а авроров в три раза больше, некоторых из нас схватили. Мы ничего не смогли сделать… - Кого? – нетерпеливо спросил Гарри. Эйвери съежился. - Нотта, Рабастана Лейстренджа и… Беллатрису. В следующий миг все, как один, Пожиратели отшатнулись – прямо из ладони Темного принца вырвался огромный гудящий столб пламени и ударился в противоположную стену. Замок содрогнулся. Небрежным взмахом руки Волдеморт затушил пламя и неожиданно мягко сказал: - Возьми себя в руки. - Где они сейчас? – холодно процедил Гарри. Он остыл за одну секунду - и сейчас обдумывал какой-то план. - Их отвезут в Азкабан, - пробормотал Эйвери. – Или уже отвезли, мой Принц. - Ты уже готовишь нападение на Азкабан, так? – Гарри посмотрел на отца, и Темный Лорд увидел в его глазах фанатичную решимость. - Мы пойдем за ними завтра утром. - Я пойду с тобой. - Нет! - Да. Пора уже этому миру узнать о том, что значит гнев Темного принца. Мой гнев. - Наш гнев, - поправил его Темный Лорд. – И потом, о тебе еще никто не знает. - Значит, узнают, - отрезал Гарри. Азкабан встретил незваных гостей неприветливо. На небе занимался рассвет, и на его фоне огромная неприступная башня выглядела особенно мрачно. На берег накатывали пенистые волны, которые изредка почти доставали до Пожирателей смерти, но те не обращали на это никакого внимания – с палочками наизготовку они ждали своего повелителя. Пожиратели слышали, как суетилась за неприступными стенами охрана Азкабана – конечно, их заметили – но все так же молча стояли. Они появились одновременно – две высокие фигуры, навевающие страх на каждого. Наследник по-прежнему был в маске, и его зеленые глаза в ее прорезях горели гневом. Тем не менее, внешне он оставался совершенно спокоен – только нехорошо усмехался, и Пожиратели смерти, знавшие Темного принца уже год, поежились от этой усмешки. - Сдайтесь, и останетесь живы, - магически усиленный голос Темного Лорда разнесся над островом. – Мы не пощадим никого, кто встанет у нас на пути. Я даю вам пять минут. Он замолчал, но эхо его голоса все еще гремело неподалеку. Спустя пять минут все оставалось, как и было – ворота были закрыты. - Что ж, - холодно сказал Гарри. – Они сделали свой выбор. Они с Волдемортом одновременно подняли палочки. Два луча ударили в двери, защищенные множеством заклятий, и ворота рассыпались пеплом, как обычные деревяшки. Темный Лорд и его Наследник первыми ступили в образовавшийся проем. В них тут же полетело около двадцати разноцветных лучей, но Лорд просто выставил вперед руку, и они погасли. Один взмах палочкой, и всех нападающих смело на землю воздушной струей. - Разберитесь с ними, - приказал Гарри назад, и, краем глаза следя за разворачивающейся битвой, знаком приказал большинству внутреннего круга следовать за ними. Двери Азкабана поддались так же легко, как и ворота. В исступленной, дикой ярости Гарри сжигал дементоров сотнями, даже не вынимая палочки. Пути Темного Лорда и Темного Принца вскоре разделились – для Гарри важно было спасти только женщину, заменившую ему мать, а его отец собирался забрать и остальных своих сторонников. Беллатриса Лейстрендж – самая опасная преступница – сидела в особо охраняемой камере, и Гарри почти не удивился, когда обнаружил, что там находится засада. Джеймс поежился – несмотря на то, что рядом прогуливалось сразу два аврорских патронуса, неприятное ощущение, вызванное близостью дементоров, не пропадало. Конечно, патронусы защищали авроров от воздействия стражей Азкабана, позволяя сохранять трезвый рассудок, но вот убрать холодок в груди Джеймса им было не по силам. Они сидели в засаде всю ночь, и сейчас, когда рассвет золотил верхушки деревьев, росших на том берегу, Джеймсу, как никогда, хотелось размяться. Вчера, когда отряду авроров, который в большинстве своем состоял из членов Ордена Феникса, удалось схватить Беллатрису Лейстрендж, за которой они гонялись без малого двадцать лет, они не поверили своей удаче. Всех пойманных Пожирателей смерти тут же отвезли в Азкабан – дожидаться суда – а возле их камер устроили засады. Альбус Дамблдор и Корнелиус Фадж впервые в жизни сошлись во мнениях – Темный Лорд обязательно попробует освободить своих самых преданных сторонников и пошлет за ними. У этой камеры авроров было семеро. Джеймс, его лучший друг – Сириус Блэк, Кингсли Бруствер и ещё четверо авроров, не входящих в Орден, с которыми Джеймс, тем не менее, был неплохо знаком. Беллатриса Лейстрендж, никак не защищенная от воздействия дементоров, сначала кричала, не переставая, а потом сжалась в комок и стала что-то бормотать. Изредка Джеймс различал: - Не трогайте его, только не его.… Вдруг сторожи и охранники засуетились и забегали, и Джеймс напрягся – сонливость как рукой сняло. - Что случилось?! – окрикнул он пробегавшего мимо, дрожавшего, как в лихорадке, человека – начальника стражи. - По… пожиратели… м-много… огромная толп-па… стоят и жж-жждут чег-го-то… Авроры встрепенулись, доставая палочки, и как раз в этот момент переходы и коридоры Азкабана заполнил страшный голос. Казалось, будто он исходит сразу ото всех стен. - Сдайтесь, и останетесь живы. Мы не пощадим никого, кто встанет у нас на пути. Я даю вам пять минут. - Тот-кого-нельзя-называть, - в благовейном страхе прошептал один из авроров. - Мы не выживем, - выплюнул Кингсли. – Кто бы мог подумать, что он придет за ними сам?.. Джеймс и Сириус мрачно посмотрели друг на друга. Джеймс вспомнил Лили – она ждет его дома, а он больше никогда не увидит ни ее, ни Саманту, ни Дарину… Прошло ровно пять минут, а потом раздался жуткий грохот, и с улицы донеслись звуки сражения. - Прячемся, - решительно скомандовал Джеймс. – Будем драться до последнего. Патронусы погасли, но дементоры, к счастью, в большинстве своем переместились туда, где шло основное сражение. Наконец, послышались шаги. Авроры замерли за углом. В щель между камнями Джеймс увидел около пяти-семи Пожирателей смерти. Их возглавлял юноша. Одетый во всё черное, с черной же полумаской на лице, он быстро и почти бесшумно шел в сторону камеры Лейстрендж. Джеймс опешил. Незнакомец был совсем юным, в этом не было сомнений. Но в его фигуре, движениях было что-то, что смутило Джеймса Поттера, заслуженного аврора и члена Ордена Феникса… Авроры переглянулись – судя по всему, Тот-кого-нельзя-называть направился за остальными Пожирателями, чьи камеры находились в другом месте, а Лейстрендж поручили этому мальчишке. Значит, у них есть шанс… Вот только непонятно, почему все слуги Темного Лорда слушаются его. Вот и сейчас – он взмахнул рукой, и они застыли, как вкопанные. Юноша двинулся к камере. Повинуясь взмаху его палочки, решетка осыпалась пылью, и он беспрепятственно вошел внутрь. Беллатриса Лейстрендж подняла глаза и, увидев вошедшего, слабо улыбнулась. - Ты пришел за мной, Темный Принц. Джеймс взглянул на напряженного Сириуса. «Принц? А это что еще значит? Звучит, почти как «Темный Лорд», - невольно подумал Джеймс. – Интересно…». - Белла, я бы никогда не бросил тебя, ты же знаешь, - Темный Принц мягко улыбнулся, поднимая Лейстрендж на ноги, и внезапно порывисто обнял ее. – Белла, как же ты меня напугала, Белла. К удивлению Джеймса, Беллатриса Лейстрендж так же крепко обняла его в ответ. - Темный Лорд хоть знает, что ты здесь? - Конечно, - хмыкнул юноша. - Это он руководит операцией. Ты очень важна для него, ты же знаешь, и потом – Темный Лорд не оставляет своих сторонников. Беллатриса пошатнулась, и юноша, ругнувшись, взмахнул палочкой. Камеру залил серебреный свет, и прекрасный, телесный патронус феникс загородил Пожирательницу смерти собой. - Спасибо, Принц, - усмехнулась Лейстрендж. – А ты все продолжаешь защищать меня. - Ты вырастила меня, Белла, - Темный Принц подал ей руку. – Пойдем, отец не любит ждать. Они уже почти достигли группы Пожирателей смерти. Момент был подходящий, и Джеймс подал сигнал. Авроры одновременно прошептали «Ступефай», и все Пожиратели смерти, не ожидавшие нападения, упали на пол. Джеймс первым выскочил из засады – он был уверен, что они, семеро человек, легко справятся с мальчишкой – Беллатриса без палочки была для них не помехой. Темный Принц, однако, даже не был удивлен, словно ожидал нечто подобное. Он ухмыльнулся: - Семеро авроров простив одного мальчишки и одной безоружной? Джеймс слегка поморщился, и, давя в корне укоры совести, выкрикнул режущее заклятье. Одновременно с этим в мальчишку полетело сразу несколько лучей. Темный Принц не сделал ничего – только фыркнул, лениво вращая в пальцах палочку – но лучи погасли, столкнувшись с неизвестным щитом. Только один из них – тот, что отправил Джеймс, летел прямо в Лейстрендж. Джеймс видел все, как в замедленной съемке – вот Беллатриса Лейстрендж, которая не видит луч, медленно поворачивается, вот глаза Темного Принца в прорезях черной полумаски – в полумраке Джеймс так и не смог определить их цвет – в ужасе расширяются… Дальнейших действий мальчишки не ожидал никто – он кинул Беллатрисе свою палочку, оставаясь безоружным, и женщина тут же окружила себя щитом, словно у них с Темным Принцем заранее был такой договор. Луч погас. Мальчишка расслабленно выдохнул и откинулся на стену, словно это не он стоял под прицелом семи палочек. - Сдавайтесь, - приказал Кингсли. – Вам не уйти. Темный Принц и Лейстрендж обменялись одинаковыми ухмылками, и Джеймсу на миг показалось, что они все глубоко ошибаются, но… но что может сделать одна Пожирательница смерти, пусть даже Лейстрендж, семи аврорам? - Кто тебя… задержал вчера? – растягивая слова, лениво поинтересовался Темный Принц, словно они были здесь одни. - Я, - Кингсли Бруствер сделал шаг вперед. – И собираюсь сделать это еще раз. - Боюсь вас разочаровать, - с издевкой сообщил Темный Принц, - но у вас ничего не выйдет. В следующий момент неведомая сила откинула всех авроров назад и впечатала в пол, и только Бруствер остался стоять, решительно вскинув палочку. - Экспелиармиус, - небрежно махнул рукой юноша, и Джеймс, скованный магическими путами и безуспешно пробующий пошевелиться, невольно почувствовал уважение и… страх. Кто такой этот Темный Принц, если он так легко пользуется беспалочковой магией? Кингсли не ожидал ничего подобного со стороны безоружного юноши. Его взгляд был устремлен на Беллатрису Лейстрендж – утомленную, с чужой палочкой в руке – и все еще смертельно опасную, и потому он не успел среагировать. Палочка выскочила из его руки. - Ай-яй-яй… - Темный Принц покачал головой. – Значит, мы можем ловить Пожирателей смерти, только когда у нас численный перевес, так? И это наши доблестные, честные, справедливые (каждое слово он выплевывал, как нечто мерзкое) авроры.… А чем вы отличаетесь от нас? Бруствер заметно побледнел, но держался с достоинством. - Тем, что авроры, в отличии от вас не используют Непростительные заклятия. - Ах, да, я и забыл об этом… - покачал головой Темный Принц. – Тогда, позвольте, мы оправдаем нашу репутацию? И почти прошептал: - Круцио… Кингсли упал, не сдержав стона. Его тело билось в конвульсиях, а из закушенной губы сочилась кровь. - Больно? Тогда вы понимаете, как больно вчера было мне, когда Белла не пришла домой.… Даже, поверьте, гораздо, гораздо больнее. Вот у вас есть семья? Ах, да, вы же не можете ответить… - он отвел палочку. – Так у вас есть семья? Дети? - Есть, - выдавил из себя Кингсли. Он тяжело дышал, и даже не делал попытки подняться. - Отлично.… Тогда мы это исправим – возможно, тогда вы меня все же поймете, - в тихом шепоте послышалась угроза. - Нет, - Кингсли вскочил на ноги и бросился на него. – Нет, ты не посмеешь… - Я? – Темный Принц расхохотался. Один взмах его руки, и Бруствер отлетел к сырой стене и сполз по ней. – Я не посмею?! Я – сын Лорда Волдеморта? Джеймс почувствовал, что ему не хватает воздуха. Этот мальчик – сын Того-кого-нельзя-называть? Беллатриса тем временем привела в чувство семерых Пожирателей смерти, которые до этого грудой лежали у дальней стены, и вернула палочку Темному Принцу. Члены внутреннего круга поднялись, сверкая глазами – и сделали было несколько шагов по направлению к аврорам, все так же безуспешно боровшимся с заклятием – но Темный принц повелительно крикнул: - Нет. Темный Лорд не любит ждать, а мы и так уже испытываем его терпение. Никто не издал даже звука протеста. Молча поклонившись, Пожиратели скрылись за поворотом. Последними ушли Беллатриса Лейстрендж и Темный Принц, который напоследок кинул на Джеймса пристальный взгляд.

JXG: Мне очень нравится)) Elenika вы молодец, продолжайте в том же духе и все будет чики-пуки)) P.S. А когда будет новая глава?

Elenika: Спасибо большое))))

Elenika: Глава 4 Зайдя к отцу в кабинет следующим утром, Гарри обнаружил на его столе стопку газет и журналов. Сверху лежал свежий выпуск «Ежедневного пророка», и Гарри поспешно развернул его и пробежал глазами. «ПОБЕГ ИЗ АЗКАБАНА! ВЧЕРА ТРОЕ САМЫХ ОПАСНЫХ ПОСЛЕДОВАТЕЛЕЙ ТОГО-КОГО-НЕЛЬЗЯ-НАЗЫВАТЬ СОВЕРШИЛИ ПОБЕГ ИЗ НЕПРИСТУПНОГО РАНЕЕ АЗКАБАНА - ТОТ-КОГО-НЕЛЬЗЯ-НАЗЫВАТЬ И ЕГО СЫН ЛИЧНО ПРИШЛИ ЗА НИМИ. В СРАЖЕНИИ С ОХРАНОЙ АЗКАБАНА ПОГИБЛО ОКОЛО СТА ЧЕЛОВЕК – СРЕДИ НИХ НЕТ НИ ОДНОГО ПОЖИРАТЕЛЯ СМЕРТИ». Тут же была напечатана фотография – на ней парень в черной полумаске одним взмахом палочки легко укладывал на землю без малого тридцать человек. Гарри ухмыльнулся. Остальные заголовки не отличались разнообразие – «СЫН ТЕМНОГО ЛОРДА», «ТЕМНЫЙ ПРИНЦ – МИФ ИЛИ РЕАЛЬНОСТЬ», «КТО СКРЫВАЕТСЯ ПОД МАСКОЙ ИЛИ СЫН ТОГО-КОГО-НЕЛЬЗЯ-НАЗЫВАТЬ», «МЕСТЬ ТЕМНОГО ПРИНЦА» и так далее… - Любуешься? – поинтересовался Волдеморт, незаметно подходя сзади. - Любуюсь. - Сейчас главное, чтобы в Хогвартсе тебя никто не узнал. - Отец, - фыркнул Гарри, - я поеду в школу через два месяца. За это время про меня уже забудут, и потом – кому придет в голову, что Анри Малфой, кузен Драко Малфоя – и есть тот самый Темный Принц? В крайнем случае, у меня есть это - он закатал рукав рубашки - запястье обхватывал тонкий изящный серебреный браслет. – Исчезну, и дело с концом. Меня может узнать Северус – скажу больше, я уверен, что он меня узнает – но он связан Непреложным обетом, и потому меня не выдаст. А вот на его помощь я вполне смогу рассчитывать. Кажется, его слова немного успокоили Темного Лорда. - Теперь нужно сделать так, чтобы Драко Малфой не слишком-то удивлялся, что у него есть кузен – если этот мальчишка спутает нам все карты, я лично убью его. - Все в порядке, - Гарри улыбнулся. – Люциус уже рассказал Драко, что скоро к ним приедет родственник, который хочет закончить свое обучение в Хогвартсе. Нарцисса в курсе плана, и поэтому никаких проблем не должно возникнуть - я просто поживу у них последнюю неделю августа, и все. - И все-таки я не понимаю, зачем тебе так нужно поехать в эту школу, - Темный Лорд вздохнул. Он волновался за сына – все-таки, одно дело – их замок, и совсем, совсем другое – территория Альбуса Дамблдора. - Эй! – шутливо возмутился Гарри. – Все учились там – Северус, Белла, даже ты! Так почему мне нельзя?.. Все будет хорошо, - мягко добавил он. – Папа. Экстренное собрание Ордена Феникса было в самом разгаре – Дамблдор только что закончил рассказывать о том, какие опасности поджидают мирное население, если Темный Принц будет возглавлять все нападения – и поинтересовался у окружающих, какие у них есть идеи относительно Наследника Волдеморта. Сейчас орденовцы шумно строили предположения и догадки – слишком свежо было в их памяти лицо Кингсли Бруствера, который сейчас лежал в Святом Мунго, в отделе последствий проклятий – и больше всего боялся, что Темный Принц выполнит свою угрозу. Вся его семья была перевезена в надежное место, но.… Ведь это же Темный Принц. - А я вот не понимаю, - голос Джеймса Поттера перекрыл шум толпы. – Почему Снейп ничего не говорил нам об этом самом Темном Принце? Все взгляды тут же обратились на Северуса Снейпа, который презрительно скривился. - И, правда, Северус, - Дамблдор ласково посмотрел на учителя зелий из-за очков-половинок, и Снейп скривился еще больше. – Почему ты не рассказывал нам о том, что у Волдеморта, - большинство орденовцев дружно вздрогнуло, - есть сын? - Потому, Альбус, - как можно ядовитей отозвался Снейп, - что Темный Лорд, вопреки вашему мнению, не дурак, и очень заботится о сохранности… - он хотел сказать «Гарри», но горло сдавило, перекрыв доступ воздуха к легким, и алхимик около минуты безуспешно хрипел, пытаясь сделать вдох. Наконец ему это удалось. Члены ордена Феникса глядели на него с тревогой, Дамблдор, кажется, постарел лет на десять. - Северус, мальчик мой, - он покачал головой. – Волдеморт заставил тебя дать Непреложный Обет? Снейп кивнул. - Я не могу ничего сказать о Наследнике, - бросил он отрывисто, потирая горло. – Не потому что не хочу, Альбус. У меня не было выбора. Теперь на него смотрели с сочувствием все – даже Поттер с Блэком, и Северус нахмурился. В глубине души он был даже рад, что дал тогда Непреложный обет - потому что именно к Темному Принцу – наследнику Темного Лорда, тому, кого боялись почти все Пожиратели… и в то же время обычному мальчишке – он привязался. Гарри сидел в саду у фонтана, поглаживая по чешуйчатому боку огромную змею, лениво греющуюся на солнышке. Рядом с ним лежала маска – на всякий случай, мало ли, вдруг кто-нибудь из Пожирателей будет проходить мимо. - Когда ты уедешь? - встревоженно прошипела змея, и Гарри улыбнулся. - Только через два месяца, Нагини, - он готов был поклясться, что Нагайна поморщилась, услышав свое прозвище, почти как Северус. - Я буду скучать по тебе, маленький хозяин, - сообщила Нагайна пристыжено, словно это было что-то неприличное, и Гарри в порыве чувств ласково обнял ее. - Я по тебе тоже, - пообещал он. Так их и нашел Северус – хрупкого паренька, который вцепился в огромную ядовитую змею двумя руками, как в самое дорогое, что у него было. - Кх… - он кашлянул, и Гарри подскочил, спешно надевая маску, и только потом повернулся к нему. - Здравствуйте, мой Принц, - Снейп поклонился и Гарри поморщился. - Северу-ус! - Здравствуй, Гарри. - Уже лучше, - Гарри заметно повеселел и похлопал по траве рядом с собой. – Садись. Снейп приподнял бровь, и Гарри закатил глаза. Взмахнув рукой, он небрежно наколдовал скамейку и поднялся с травы, присаживаясь на нее. - Все еще не могу привыкнуть, что ты так легко колдуешь без палочки, - признался Снейп, садясь радом с ним и настороженно косясь на Нагайну. - Привыкай, - посоветовал Гарри с ухмылкой. – Как прошло собрание ордена Феникса? Снейп напрягся, понимая, что Темный Принц вполне может залезть к нему в голову и выяснить все интересующие его вопросы – и Гарри ухмыльнулся еще шире. - Да успокойся ты, Северус, - хмыкнул он. – Я хочу просто по человечески с тобой поговорить – можно? - Можно, - язвительно согласился Снейп, и Гарри не менее язвительно ответил: - Спасибо за разрешение. Несколько минут они сидели и молчали. - И зачем ты так напугал Кингсли Бруствера? - укоризненно спросил Снейп. - Бедняга лежит в больнице и до ужаса боится, что с его семьей что-нибудь случится. - И боится он не зря, - глубокомысленно сказал Гарри, задумавшись о чем-то своем. - Ты же не?.. - Почему? – изумился Гарри и признался. - Я сам еще не решил. Но должен же, в конце-концов, быть наглядный пример для тех глупцов, которые решат позлить меня и напасть на Беллу. Передай этому ордену при встрече, - голос Темного Принца вдруг стал ледяным, - если с ней что-то случится, то я убью и того, кто это сделал, и семью этого Бруствера – и они сами будут виноваты. Снейп не нашелся, что ответить. Семнадцатое июля. «ОЧЕРЕДНОЕ НАПАДЕНИЕ НА МАГЛОВСКУЮ ДЕРЕВЕНЬКУ». «ПОЖИРАТЕЛИ СМЕРТИ СОЖГЛИ ДЕРЕВНЮ ДОТЛА. ПОГИБЛО БОЛЕЕ ДВУХСОТ ЧЕЛОВЕК». «В НАПАДЕНИИ НА МАГЛОВСКУЮ ДЕРЕВНЮ ТЕМНЫЙ ПРИНЦ НЕ УЧАСТВОВАЛ. Восемнадцатое июля. «КТО ТАКОЙ ТЕМНЫЙ ПРИНЦ И ПОЧЕМУ ОН ПОЯВИЛСЯ ТОЛЬКО НЕДАВНО?». «ПОЧЕМУ ТЕМНЫЙ ПРИНЦ УЧАСТВОВАЛ ТОЛЬКО В ОДНОМ НАПАДЕНИИ?». «ИНТЕРВЬЮ С ДЖЕЙМСОМ ПОТТЕРОМ: Я ВИДЕЛ ТЕМНОГО ПРИНЦА». Двадцатое июля. «САМАНТА ПОТТЕР – СУДЬБАМИ ПРОРОЧЕСТВ». «САМАНТА ПОТТЕР, СПЕЦИАЛЬНОЕ ИНТЕРВЬЮ». «САМАНТА ПОТТЕР: ЧТО Я ДУМАЮ О ТЕМНОМ ПРИНЦЕ». Двадцать шестое июля. «АЛЬБУС ДАМБЛДОР: ТЕМНЫЙ ПРИНЦ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО СУЩЕСТВУЕТ». «МЕРЫ БЕЗОПАСНОСТИ – ОН МОЖЕТ ОКАЗАТЬСЯ КЕМ УГОДНО». «ЧТО ЕЩЕ МЫ МОЖЕМ ЖДАТЬ ОТ ТЕМНОГО ПРИНЦА?»

JXG: А когда будет продолжение? Жду с нетерпением)

Elenika: Глава 5 Сквозь сон Гарри почувствовал, как по его волосам ласково проводит чья-то рука, и краем сознания услышал, как родной женский голос тихо спросил: - Может, не надо его сейчас будить? Мальчик вчера поздно лег спать. - Ну конечно! – громким шепотом возмутился кто-то. – Мы так дол… Гарри со стоном зарылся головой под подушку. Женщина, которую Гарри опознал как Беллу, что-то сердито прошипела своему собеседнику, и подушка оказалась безжалостно изъята у своего владельца. - Гарри… - Белла взъерошила ему волосы. – Пора вставать. Возмущенно сверкая глазами, Гарри сел на кровати – и широко ухмыльнулся – потому что все люди, которые до этого безмолвно стояли вокруг его кровати, хором запели: - Happy birthday to you!!!... Наверное, никто никогда и нигде не видел Беллатрису Лейстрендж, Люциуса Малфоя, Нарциссу Малфой, Северуса Снейпа и Нагайну, хором поющих «Happy birthday!». Гарри заметил, что… нет, не Пожиратели – его друзья – встали от Нагайны подальше, но прогнать не решились. Когда они закончили, Гарри от души расхохотался. - Видела бы вас Рита Скитер – она бы сошла с ума от радости, строча статью – Пожиратели смерти и змея Темного Лорда спели дуэтом. - Это не дуэт, - возмутилась Нарцисса, - это… Гарри в примиряющем жесте поднял руки. - Спасибо большое всем, мне действительно очень приятно, - поблагодарил он, отметив краем глаза, что Северус внимательно разглядывает его лицо – тот впервые видел Темного Принца без маски. «Пусть смотрит, - решил Гарри. – Нерушимая клятва не даст ему сказать никому ни слова…». После завтрака, когда Гарри распаковал все подарки, они со Снейпом прогуливались по саду, тогда как в замке велись приготовления к празднику – на обед должны были прибыть все Пожиратели смерти. - Ты напоминаешь мне кого-то, - задумчиво сказал Снейп, не отводя глаз от лица Темного Принца. – Кого-то очень знакомого… - Темного Лорда? – с усмешкой предположил Гарри. - Не только, - серьезно ответил Северус, глядя ему прямо в глаза, и неожиданно спросил, - А он твой родной отец? - А ты догадлив, Северус, - протянул Гарри, лениво растягивая слова. – Смотря, с какой стороны посмотреть. - Ты понимаешь, о чем я. - Нет, - просто ответил Гарри. – Он не мой биологический отец, если ты об этом. Знаешь, я был не слишком-то нужен своим родителям. Он говорил абсолютно равнодушно, словно давно смирился с этим – принял, как аксиому – но под конец злость все равно сверкнула в его глазах. - Я любил их, Северус – так сильно, как только может любить маленький ребенок – и делал все, все, Северус, что они говорят. Я день ото дня слышал, какая я бездарность, и насколько лучше, чем я, С… Он чуть было не сказал «Сэм» - и осекся, но Снейп заметил задержку. - Кто? – тихо спросил он. – Кого они считали лучше, чем ты? - Это неважно, - глухо ответил Гарри. – Просто имя чужого для меня человека… Он помолчал немного, собираясь с мыслями. - И? – осторожно осведомился алхимик. - И? А дальше все просто. Мы встретились с отц… Темным Лордом, и я напомнил ему его самого в детстве.… Там была еще одна история, - Гарри вспомнил об отскочившей от него Аваде Кедавре, - но тебе ее знать не следует. - Ты любишь его? - А ты как думаешь? – вопросом на вопрос ответил Гарри. – Конечно, люблю. Отец не тот, кто вырастил, отец – это тот, кто воспитал, Северус. Тем более, он провел обряд принятия в род, и я, хоть и остался похожим на своих… тех… родителей, но.… Как бы тебе объяснить? Допустим, у меня изменились слегка черты лица, фигура… скажу тебе по секрету, - Гарри заговорщицки усмехнулся, - отец всегда был удивительно красив. - А сейчас он… - Северус вспомнил, что никогда толком не видел лицо Темного Лорда – только красные глаза. По всей вероятности, Темный Лорд наложил на себя отвлекающее заклинание. - Я знаю твоих биологических родителей? - Возможно… - уклончиво согласился Гарри. - А они.… Ах, да – почему ты рассказал мне все это? Гарри пожал плечами. - Нерушимая клятва, - спокойно напомнил он. – Ты никому ничего не сможешь рассказать. Знай себе на здоровье. Я думаю, ты можешь меня понять… - бросив эту загадочную фразу, он развернулся и ушел в дом. - За моего сына и Наследника – Темного Принца, - произнес Волдеморт тост, и Пожиратели хором подхватили: - За Темного Принца… Виновник торжества изящно отхлебнул из бокала и очаровательно ухмыльнулся собравшимся. - За Темного Принца! – с новой силой взревели Пожиратели. Гарри боялись, но в большинстве своем уважали. Почти все слуги Темного Лорда были преданы и ему. Вино текло по венам, на губах гуляла шальная улыбка, и Гарри захотелось развлечься. Он вскочил на стул, привлекая к себе внимание. Тут же воцарилась тишина. - Господа Пожиратели, - Гарри поправил маску. – Последнее нападение было совершено нами около полумесяца назад.… Нельзя позволять нашему уважаемому министру расслабляться. Предлагаю… - он выдержал торжественную паузу. – Развлечься! Лорд Волдеморт удивленно приподнял бровь. «ЭКСТРЕННЫЙ ВЫПУСК ЕЖЕДНЕВНОГО ПРОРОКА. ИНТЕРВЬЮ С ТЕМНЫМ ПРИНЦЕМ. Вчера вечером в редакцию Ежедневного пророка ворвалась толпа Пожирателей смерти. Они направились прямиком в кабинет специального корреспондента Риты Скитер, пытая и оглушая всех, кто попадался им на пути. Погибло около трех человек. - Обезоружив меня, - говорит Скитер. – Они пропустили вперед Его – сына Того-кого-нельзя-называть. Темного Принца, если вам будет угодно. Признаться, мое сердце ушло в пятки – но Он был довольно вежлив, обаятелен, я бы сказала.… И, да, красив – этого не отнять, хоть его лицо и было закрыто полумаской. Он сказал, что у них сегодня праздник, и они хотели бы разделить его со мной – на этой фразе все Пожиратели смерти рассмеялись – и дать мне интервью…(СМОТРИ ИНТЕРВЬЮ НА СТР.2)». - Это невыносимо, Альбус, - Аластор Грюм расхаживал по кабинету директора Хогвартса, заложив руки за спину. – Этот Темный Принц абсолютно непредсказуем – я уверен, что Пожиратели смерти не сами придумали вот это, - он с отвращением потряс газетой. - Интервью, подумать только! - Полно тебе, Аластор, - Дамблдор блеснул голубыми глазами за очками-половинками. – Меня тоже не устраивает сложившаяся ситуация – этого Темного Принца никто даже не видел, и он теоретически может оказаться кем угодно… – он задумчиво поглаживал Фоукса по голове. – Что скажешь, Северус? - Я видел его лицо, - хмуро произнес Северус Снейп. - И что? – Грюм тут же оказался около него. – На кого он похож? Сколько ему лет? Да что ты молчишь, Мерлиновы подштанники?! Снейп изогнул бровь. - Я, Аластор, - сказал он презрительно, - знаю о Темном Принце многое… - он задумался, припоминая что-то. – Даже очень многое. Он вчера разговаривал со мной и рассказал о… - он закашлялся, схватившись за горло. – Но, как видите, клятва не дает мне сказать даже этого. - Осталось меньше месяца до начала учебного года, - тихо сказала молчавшая до этого Миневра Макгонагал. – Здесь, в Хогвартсе, ученики будут в безопасности? Она смотрела только на Снейпа, и тот неохотно произнес: - Да, Миневра. Я думаю, что в Хогвартсе ученикам ничто не грозит… - В этом году, друзья мои, - Альбус Дамблдор оживился, - к нам в Хогвартс на пятый курс поступает Анри Малфой. Да-да, это французский родственник Малфоев. Я полагаю, что Люциус Малфой сделает все, чтобы его племянник стал Пожирателем смерти, и наша задача – этого не допустить. - Я не думаю, Альбус, - фыркнул Снейп, - что Темный Лорд вербует пятнадцатилетних мальчишек – в противном случае, Драко давно стал бы Пожирателем смерти – для Люциуса это была бы большая честь. - Я тоже думаю, - неожиданно поддержала Снейпа Макгонагал, - что Северус прав. Мальчик только-только приехал в Англию, еще не ознакомился с политической ситуацией. Он должен осмотреться и прийти в себя – тем более, возможно, он приезжает всего на несколько лет. Тот-кого-нельзя-называть, мне кажется, не станет делать Пожирателем смерти того, кто не внушает ему особого доверия. Нельзя обижать мальчика своим подозрением… Они и не знали, что «мальчик» Анри Малфой, который был известен некоторым лицам как Гарри Реддл и Темный Принц, как раз в эту минуту подходил к воротам Малфой-мэнора. - Добро пожаловать в Малфой-мэнор, мой Принц, - Люциус услужливо распахнул перед Темным Принцем ворота. - Люциус, - прошипел тот сквозь зубы. – Веди себя так, чтобы твой сын, эльфы и все, кому мы попадемся на глаза, не усомнились в том, что я твой племянник. - Хорошо, мой Принц, - так же тихо согласился Люциус. Они не спеша шли по дорожке к дому, а домовые эльфы несли за ними чемоданы Гарри. - Papa, - на крыльце стоял парень со светлыми, как у Люциуса, волосами, которые трепал летний ветерок. На его губах застыла неискренняя вежливая улыбка – но в глазах горело предвкушение напополам с интересом… Драко весь день был сам не свой – сегодня к нему должен был приехать кузен – родственник, брат, пусть и двоюродный, и парень не мог разобраться в своих чувствах. С одной стороны, Драко всегда мечтал иметь если не брата, то друга, с которым можно поговорить на любую тему – и просто поболтать, и обсудить учителей, и поделиться проблемами… Кребб и Гойл отпадали сразу – и из ровесников Драко оставались Нотт и Забини. С Ноттом отношения не сложились – слишком вспыльчивый, резкий и завистливый, он не мог и не хотел иметь никого рядом. Забини.… Да, они были приятелями, но не больше – и доверять красивому, ухоженному, надменному и холодному аристократу свои проблемы и тревоги не мог уже Драко. С другой стороны – Драко не хотел делить ни с кем внимание отца и матери – а они, казалось, ожидали племянника с нетерпением. К тому же, кузен мог оказаться таким, как Кребб и Гойл - или умным, но завистливым… Или – капризным, вздорным… или… На этой стадии Драко помотал головой и решил – будь, что будет. Эльфы мелькали по всему дому, готовили еду, комнату – Драко безумно удивился, когда узнал, что для Анри освободили спальню, превосходящую спальню Драко по размерам чуть ли не в два раза. Мать – холеная, сдержанная, всегда спокойная женщина сегодня бегала по поместью, придерживая руками пышные юбки платья. Всеобщее волнение вскоре овладело и парнем, и он ежеминутно выглядывал в окно – но видел лишь ухоженный сад и пустую дорожку. Когда в его комнате раздался хлопок, и Добби сообщил: - Приехали, молодой хозяин, сэр, - Драко тут же выскочил из комнаты. Совершенно не аристократично съехав по перилам и сбив с ног одного из многочисленных эльфов, Драко выбежал на крыльцо и затормозил, одергивая рубашку – а потом просто стоял и ждал, глядя прямо перед собой. Ветер трепал его волосы. - Papa, - Драко вежливо кивнул отцу и во все глаза уставился на Анри, удерживая на лице привычную светскую улыбку. Анри Малфой так же молча смотрел на него. Красивый. Волосы уложены в модную прическу – так, что кажется, будто они слегка растрепаны – и темные пряди спадают на глаза. Темно-зеленые глаза, длинные ресницы, четко очерченные губы, высокие скулы, аристократичные черты лица и обаятельная улыбка – и протянутая рука. - Анри… - Драко… - начали они представляться одновременно, и хором закончили: - …Малфой! – и рассмеялись. Люциус внимательно переводил взгляд с одного на другого. - Нарцисса, - Анри наколдовал букет орхидей прямо из воздуха легким взмахом палочки, и вручил его ей. Нарцисса искренне улыбнулась – так, как никогда не улыбалась раньше обычным цветам - и неуверенно обняла его. - Спасибо, Анри – это мои любимые, - она подмигнула ему. – И как ты только угадал? Люциус ухмыльнулся, а Анри с усмешкой ответил: - Это теперь вроде как моя обязанность, Нарцисса, - и тихо добавил, но Драко услышал, - я всегда считал тебя своей тетей. Теперь Нарцисса казалась растроганной и польщенной одновременно, и Драко задумался – а был ли здесь какой-нибудь подвох? Мама явно поняла это в каком-то своем смысле – но, быть может, это ему просто кажется… Эй! - На каникулах нельзя колдовать! – завопил Драко мысль, которая только что пришла в его голову. – Почему ты так спокойно пользуешься палочкой?! Драко показалось, что Люциус напрягся, но Анри непринужденно ответил: - В фамильных поместьях, вроде твоих, стоит столько кровной и просто мощной защиты, что в них спокойно можно пользоваться палочкой и несовершеннолетним, - он ухмыльнулся, с интересом исследователя наблюдая за тем, как Драко медленно поворачивается к отцу. - И я узнаю об этом только сейчас? – изогнул он бровь. Люциус невозмутимо кивнул. Возмущенный до глубины души Драко выхватил палочку из заднего кармана джинс и направил ее на салфетку, поспешно схваченную им со стола. - Трансфигурориа. Это было одно из самых простых среди себе подобных, но на самом деле довольно сложное заклинание трансфигурации – силой мысли. Им ты мог превратить предмет во что угодно, а не вспоминать специальное заклинание для трансфигурации, например, в ложку или вилку. Под его взглядом салфетка поменяла цвет, форму... и вскоре с руки Драко поспешно взлетела небольшая белая бабочка. Счастливый, что не придется ждать возможности пользоваться магией еще месяц, Драко ограничился тем, что обиженно покосился на родителей и демонстративно скрестил руки на груди. Анри фыркнул. - Ты не очень похож на меня, - задумчиво сообщил Драко Анри за обедом.- И на моего отца тоже. - А ты хотел, чтобы я был блондином с серыми глазами и лицом - а-ля я Малфой на прогулке? – он очень похоже скопировал выражение лица, с которым Люциус обычно смотрел на маглорожденных, и на губах Драко появился намек на улыбку. – Я очень похож на отца и мать… - продолжил тем временем Анри. Люциус со звоном уронил вилку. - Прошу прощения, - ровно ответил он, заметив, что все смотрят на него. – Как ты относишься к жареной индейке, Анри? - Очень даже неплохо, - Анри опустил взгляд в стакан с апельсиновым соком, хмыкнул и взмахнул палочкой, после чего цвет напитка из оранжевого стал темно-бордовым. - Вино? – слегка удивился Драко. – Сделай мне тоже, если не слож… - Нет, - резко оборвал его Люциус. – Мой сын будет пить вино только по праздникам вплоть до своего совершеннолетия, - более мягко добавил он. - А почему тогда Анри можно? – это прозвучало слегка по-детски, но Драко ничего не смог с собой поделать. - Анри – это Анри, - туманно ответил отец. – Мальчики, вы поедете завтра в Косой переулок? Обед закончился мирно, но, только вечером, уже лежа в своей кровати, Драко вспомнил, что Анри так и не рассказал о своих родителях. В ушах все еще звучала фраза отца: «Анри – это Анри», - и Драко невольно подумал – а вдруг отец сказал эту фразу всерьез, а не в шутку? А вдруг она значила гораздо больше, чем Драко показалось вначале?.. Анри Малфой. Богатый, красивый, уверенный в себе – он держался лучше, чем Люциус – с каким-то непередаваемым изяществом и достоинством. В его взгляде проступало легкое снисхождение, и читалась беззлобная насмешка – словно он знал что-то такое, о чем было неведомо окружающим. Казалось, Анри твердо уверен – стоит ему сказать хоть слово, и все преклонят перед ним колени… Люциус – тот самый Люциус, который мог только приказывать и никогда не поддавался ни на какие уговоры - не пробовал даже возражать ему – и легко согласился и на то, что Анри ляжет спать, во сколько ему вздумается, и на то, чтобы вскоре его познакомили с крестным Драко – после рассказов блондина о Снейпе, Анри не на шутку заинтересовался им. - Ты идешь? – Анри потянул Драко за руку. Он был одет просто и со вкусом - в черные джинсы и такую же рубашку с коротким рукавом. Запястье обвивал тонкий серебряный браслет, а на ногах красовались ботинки из кожи питона – увидев которые, Драко присвистнул. - Сбираешься произвести впечатление? – ухмыльнулся Драко, скрывая легкую зависть. - На кого? – искренне удивился Анри и тоже ухмыльнулся. – В отличие от тебя, мне нет в этом особой необходимости…. На меня и так все вешаются. И, пока Драко придумывал достойный ответ, он без лишних слов впихнул его в камин и четко проговорил: - Косой переулок.

JXG: Elenika Достойное продолжение) О_оу, у меня кажется зависимость от этого фика.

Elenika: Спасибо большое)) Очень приятно))

Shines: Начало сего творения напоминает мне много разных фиков.Все и не вспомню.Но многие из них либо заброшены(или крайне редко обновляются),либо нечитабельны.Здесь пока ничего из выше перечисленного не увидела,и надеюсь не увижу.Меня заинтриговало.Только вот,на мой взгляд,суховато в смысле эмоций.Описания бы проникновенней и было бы шикарно.Задумка не плоха,надеюсь со временем сюжет будет развиваться неожиданно, и фик будет все больше походить на самостоятельное произведение не подверженное "штампам".И если это произойдет,то фик запомнится.Жду продолжения,желаю удачи и вдохновения))

Elenika: Глава 6 Гарри вышел из камина, все так же цепко держа Драко за руку. Чтобы не упасть, ему пришлось отпустить блондина и схватиться рукой за стенку, в результате чего упал уже Драко. Вскочив на ноги и поправляя прическу – сегодня он почему-то зализал волосы назад – Драко разъяренно посмотрел прямо в зеленые глаза. - Ронять меня было обязательно? – прошипел он, напоминая Гарри Нагини. - Боюсь, что в данной ситуации – да, - усмехнулся Гарри. – Здравствуй, Люциус. - Почему вы так задержались, Анри? – поинтересовался Люциус, когда они шли к выходу из магазина, в котором оказались после перемещения по каминной сети. - Один…эм… - Гарри оценивающе смерил Драко взглядом, - блондинистый нарцисс с час крутился перед зеркалом. - Это я - нарцисс?! – Драко задохнулся от возмущения. - Значит то, что ты крутился перед зеркалом час, ты не отрицаешь? – приподнял бровь Гарри. Люциус подавил смешок – Темный Принц всегда оставался эталоном. Всего. И нахальства - и наглости, если придется, и самокритичности – и самоуверенности, и чистого обаяния, бьющей в глаза красоты, ума и находчивости, и умения иногда пошутить – а иногда и опустить человека, смешав его с грязью… Ангел под маской Темного Принца или Темный Принц под маской ангела? Раньше Гарри никогда не был в Косом переулке так открыто – в те редкие дни, когда отец, волнуясь о его безопасности, позволял ему отправиться туда, Гарри приходилось надевать черный плащ с капюшоном, надежно скрывающим лицо – и торопливо покупать нужное. Иногда он просто выпивал оборотное зелье или накладывал маскирующие чары, но всегда был шанс, что его разоблачат. А сейчас он вышагивал по мощенной булыжником извилистой улице на совершенно законных основаниях – красивый молодой француз Анри Малфой – и ему даже не приходилось менять внешность (спасибо отцу за принятие в род Слизерин). Ярко светило солнце, отражаясь в котлах, выставленных перед ближайшим к ним магазином. «Котлы. Все размеры. Медь, бронза, олово, серебро. Самопомешивающиеся и разборные» - гласила висевшая над ним табличка, и Гарри презрительно скривился, вспомнив свою лабораторию и сравнив ее с ассортиментом «Котлов». Люциус понимающе хмыкнул. Из мрачного на вид магазина доносилось тихое уханье, рычание и шипение, но Гарри отрицательно покачал головой в ответ на предложение сходить в «Волшебный зверинец». Письма можно отправлять и школьной совой, а в магазине Гарри обязательно не удержится и купит себе змею – и объясняй потом в школе, почему ты везешь с собой удава и каким образом научился говорить на парселанге. Неподалеку несколько мальчишек прижались носами к огромной витрине, разглядывая выставленные в ней метлы. Драко посмотрел на Молнию – экстра с вожделением, и Гарри ухмыльнулся. Его метла была сделана на заказ тем самым мастером, который изобрел Молнию и Нимбус, и существовала в единичном экземпляре. В Гринготс Малфои заходить не стали, целеустремленно направляясь в магазин «Мадам Малкин. Одежда на все случаи жизни». Конечно, Гарри не собирался покупать и носить простые черные мантии – но вот несколько «безумно дорогих мантий» - как выразился Драко, «истинно слизеринских тряпок» - как с усмешкой поправил его Гарри – они прикупить могли. - Почему «истинно слизеринских»? – удивился Драко. - Потому, дорогой мой друг, - заунывным голосом сообщил Гарри. – Что ни один нормальный человек кроме слизеринцев не станет выкидывать такие деньги на одежду. Видишь ли, - продолжил он жалостливо, - бедняги вроде вот этого рыжего, который идет сейчас передо мной, боюсь, не зарабатывают столько денег, сколько стоит самая простая моя мантия, и за год… Драко и Гарри расхохотались - и рыжий паренек, который шел перед ними под руку с растрепанной девушкой с густыми коричневыми волосами, и прекрасно слышал их последние фразы - резко обернулся. Его уши заалели и Гарри, подметивший это, подавил порыв рассмеяться еще громче. Вместо этого он успокоился огромным усилием, и его лицо стало абсолютно равнодушным. - Иди-ка ты отсюда, хорек, - с угрозой выплюнул рыжий Драко в лицо. Его спутница с интересом разглядывала Гарри, успокаивающе шепча что-то своему другу. - Это?.. – приподнял бровь Гарри. - Уизли, - любезно пояснил Люциус Малфой. – Рональд Уизли и его грязнокровная подружка Гермиона Грейнджер. Рон Уизли посмотрел на аристократа волком. - Уи-изли, - протянул Гарри в любимой манере Драко. – Интере-есно.… Только мне казалось, что это чистокровная семья, не так ли? – он осмотрел Рона с ног до головы, задержав взгляд на залатанных на много раз джинсах. - Предатели крови, - хмыкнул Драко. – Семья, в которой больше детей, чем они могут себе позволить, - с убийственной насмешкой добавил он. – Семь, если не ошибаюсь. - Закрой свою грязную пасть! – рявкнул Рон, сжимая кулаки. Он порывался броситься на Драко, но Гермиона повисла у него на руке, шепча: - Не надо, Рон, не связывайся. Они этого не стоят. - И это - чистокровный английский аристократ? – презрительно поинтересовался Гарри. – Да если это убогое… существо, которое так разговаривает с одним из верхушки английской аристократии – и сам аристократ, тогда я – верблюд. - А ты и есть верблюд, - Рон с ненавистью посмотрел на него. – Двугорбый. - Какие мы умные, - ахнул Гарри в издевательском восхищении. – Это ты о тех верблюдах, которых маглы называют Camelus bactrianus - вид млекопитающих из семейства верблюдовых? Распространён в Азии как домашнее животное для перевозки грузов, однако его дикие популяции крайне малочисленны и состоят под угрозой. В некоторых систематиках диких бактрианов выделяют в отдельный вид — Camelus ferus, не так ли? – рыжий парень слушал его с открытым ртом. – Или о тех, что разводят маги – домианах? Я, конечно, имею в виду тех, чья окраска шерсти варьирует от песочно-серой до тёмно-коричневой, а самые длинные волосы находятся на передней и задней сторонах… Тех, которые отличаются от маггловских верблюдов среди прочего тем, что их шерсть светлее и тоньше, а телосложение более стройное и горбы более острые. Домианы имеют также множество магических свойств, больше тридцати, если не ошибаюсь, а их шерсть используется в высших зельях. Его речь впечатлила, кажется, даже Драко и Люциуса, а Уизли и вовсе стоял, хлопая глазами. Зато Гермиона Грейнджер – девушка, которую пару минут назад назвали грязнокровкой – не только удивилась, но и, кажется, всерьез заинтересовалась Гарри. - Откуда ты все это знаешь? – уважительно спросила она. – Я знала только о десяти магических свойствах, и об острых горбах слышу впервые. Рон Уизли закатил глаза и пробормотал что-то вроде: «Начинается». - Грейнджер – заучка и зубрилка, - пренебрежительно фыркнул Драко. – И может заговорить до смерти даже профессоров. Он вытянул руку вверх и, смешно подпрыгивая на месте, пропищал: - Спросите меня, профессор Снейп! Судя по всему, Драко сделал это очень похоже, потому что щеки Гермионы Грейнджер залила краска, и она тихо произнесла: - Я не с тобой разговариваю, Малфой. Гарри показалось, что она готова заплакать, но ее глаза оставались сухими. - Извинись сейчас же! – прорычал Рон. - И не подумаю, - небрежно сообщил Драко, засовывая руки в карманы. – Отец, Анри, пойдемте, мы и так тратим на этих уже двадцать минут. - Драко, - Гарри укоризненно покачал головой. – Это же девушка… Ты ведешь себя не в соответствии с гордым званием джентльмена. Драко, кажется, понял, что он что-то задумал, но Гермиона смотрела на Гарри во все глаза. Гриффиндорцы – Гарри даже не сомневался, что перед ним стояли именно они – оказались удивительно наивными. - Леди, - Гарри взял маленькую ладошку Гермионы в свои руки и поднес ее к губам. – Простите моего невежественного кузена – он сам не ведал, что творил… - вид полыхающего от злости и ревности Уизли доставлял Гарри почти эстетическое наслаждение. – Я уверен, что он уже раскаивается где-то глубоко… очень глубоко… очень-очень глубоко, - Гермиона улыбнулась, - в том, что сказал. - Мне хочется вам верить, мистер… - Малфой, миледи, - Гарри представлял собой образец учтивости и обаяния. Румянец вновь вернулся на щеки девушки – кажется, никто никогда не оказывал ей такого внимания. – Двоюродный брат вот этого несчастья, - небрежный кивок в сторону Драко. – Анри Малфой к вашем услугам. В этом году я поступлю в Хогвартс и буду счастлив учиться в одной школе с вами. Гарри сорвал с ближайшей клумбы лилию – красивый, хрупкий цветок он держал так бережно, будто это были все сокровища мира. - Это вам, - он протянул руку с цветком разомлевшей улыбающейся девушке, и, когда их пальцы почти соприкоснулись, добавил, - мисс… грязнокровка. Гарри резко разжал руку, и лилия упала на землю. Все произошло всего за одну секунду. Красивый, обаятельный парень с доброй открытой улыбкой и теплыми глазами исчез в одно мгновенье – и превратился в не менее красивого и обаятельного надменного аристократа с холодными омутами глаз и – презрительной усмешкой. Улыбка сползла с лица Гермионы, и девушка неверяще смотрела в красивое холодное лицо. Гарри бессердечно рассмеялся, и Драко, глядя на него с бескрайним уважением, рассмеялся тоже. Даже Люциус не сдержал полуулыбки. Это была любимая забава Гарри – очаровать человека, а потом обрезать ему все крылья – но, к его чести, Темный Принц делал так не часто – обычно он просто выбирал одну жертву, и повторял это с ней много-много раз – и никогда - с близкими людьми. Гермиона смотрела вслед удаляющимся Малфоям. Анри, уходя, пристально взглянул на нее, и – когда она, поспешно вытирая с щек дорожки слез, подумала, что вот сейчас он извинится, и они… - безжалостно наступил на хрупкую лилию. Драко, Люциусу и Анри уже не было никакого дела до девушки – они давно зашли в магазин, и дверь захлопнулась за ними – но Гермиона продолжала все так же смотреть им вслед, беззвучно шепча что-то. Теплые руки Рона бережно обнимали ее за плечи, а по щекам все так же текли соленые ручейки. Наконец девушка позволила себя увести. Такой красивый, обаятельный и обходительный… Такой жестокий… Удивительно талантливый актер… Самое страшное – это то, что, если он подойдет к ней так еще раз, она не найдет в себе сил не поверить ему. Анри. Анри Малфой. Безжалостная бессовестная сволочь… *** Улица опустела. На мощеной булыжником мостовой одиноко лежал растоптанный цветок, чья красота и хрупкость когда-то так восхищали случайных прохожих.

JXG: Elenika Прелесть какая) Вы хорошо пишете, грамотно и интересно) Хочу пожелать вам вдохновения и удачи)

JXG: А когда будет продолжение?!

Elenika: Глава 7 - Это было превосходно, мой П… - Люциус осекся под предупреждающим взглядом Темного Принца. - Племянник, - поспешно закончил он, ухмыляясь. - С каких пор ты зовешь Анри так официально? – удивился Драко. - С тех самых пор, когда он показал себя действительно моим племянником в данной ситуации. Я думаю, его мать бы гордилась бы им. Не хочешь написать ей? Гарри нахмурился. Он скучал по Белле и по отцу, по Нагайне, по своей комнате в замке, и Люциус так некстати напомнил ему о них. Он не ответил, только задумчиво провел пальцем по слегка запотевшему стеклу. За его спиной мадам Малкин – приземистая улыбающаяся волшебница, одетая в розовато-лиловые одежды – суетилась вокруг Драко, который говорил очень устало, специально растягивая слова: - Можно еще посмотреть вон ту… Нет, не эту убогую тряпку, а выше, да, да, эту… Что это такое? Почему она… да, вот здесь… Нет, мне не нравится, давайте следующую… Гора мантий, которые уже отобрали Гарри и Драко, высилась неподалеку, но Драко все никак не мог успокоиться. Наконец они все же расплатились и вышли на улицу – и Гарри с мрачным удовлетворением увидел растоптанный цветок на мостовой. Гермионы Грейнджер и Рона Уизли видно не было – конечно, они наверняка уже ушли куда-то далеко-далеко... От него подальше. Гарри усмехнулся. Люциус сказал им зайти за учебниками в магазин «Флориш и Блотс», а сам свернул в Лютный переулок, чувствуя спиной завистливый взгляд сына и насмешливый – Темного Принца. Драко обиженно отвернулся, когда отец скрылся за углом. - Вот вечно он уходит в Лютный переулок один. - Ты хочешь туда? – Анри приподнял бровь. - Конечно, - задумчиво сказал Драко. – Отец брал меня с собой всего несколько раз, и я почти ничего не успел разглядеть. - Там нет ничего интересного, - пренебрежительно фыркнул Анри. – Даже наоборот – есть, но то, что может быть интересно посетителям Лютного переулка, тебя не заинтересует точно. - С чего ты взял? – выпалил Драко, заводясь. - Ты просто не сможешь оценить эти товары по достоинству. Они не для детей, - спокойно пояснил кузен, окидывая прохожих цепким взглядом холодных глаз. - А ты – сможешь? – язвительно поинтересовался Драко, запоздало понимая, что ему лучше было бы промолчать. Однако он не остановился. – Конечно, куда нам, сирым и обездоленным понимать все тонкости… - он осекся, потому что тот самый взгляд остановился на его лице, и Драко стало страшно. На миг ему показалось, что Анри сейчас убьет его – просто взмахнет палочкой и произнесет «Авада кедавра». Будто услышав его мысли и найдя их смешными, Анри вдруг усмехнулся, и Драко облегченно выдохнул. - Смогу, - просто ответил Анри. Он отвернулся и стремительным шагом двинулся к «Флориш и Блотс», похоже, ни капли не сомневаясь, что Драко направится за ним. Вспомнив холодные зеленые глаза, Драко поежился и поспешил следом. - Молодой хозяин приехал! Молодой хозяин приехал! – Тинки так крепко обхватил ноги Гарри чуть повыше колен, что тому пришлось схватиться за стену, чтобы не упасть. - Конечно, я приехал, Тинки, - парень слегка улыбнулся. – Скажи об этом моему отцу. - Хорошо, хозяин Гарри, - эльф исчез с тихим хлопком, и Темный Принц поспешно надел маску, услышав чьи-то шаги. В следующую секунду его сбили с ног с радостным криком: - Гарри! Самая опасная и жестокая Пожирательница смерти обнимала его двумя руками, словно боясь, что он куда-нибудь исчезнет. В ее темных, почти черных глазах горело пламя – не тот фанатичный огонь, который возникал там во время битвы, а огонь любви и нежности. - Я тоже рад тебя видеть, Белла, - Гарри, смеясь, обнял Беллатрису в ответ, чувствуя стук ее сердца совсем рядом. - Ты как? Драко не обижал тебя? Не зазнавался? Он поверил в двоюродного брата Анри? Тебе приготовили хорошую комнату? Ты хорошо ел? Не пил много сливочного пива? Ложился спать вовремя?.. Вопросы посыпались, как из рога изобилия, и Гарри рассмеялся еще веселее, вставая и подавая руку Беллатрисе Лейстрендж, женщине, заменившей ему мать. - Я в порядке, Белла. Мы не дети в песочнице, чтобы обижать друг-друга. Да, Драко поверил, нет, не зазнавался…. Комнату мне выделили нормальную, я питался хорошо, - скороговоркой ответил он на все вопросы. – Прекрати играть в мамочку, Белла, мне уже пятнадцать лет. - Мальчишки, - Беллатриса закатила глаза, оттряхивая юбку. – Темный Лорд ждет тебя в тронном зале, там через полчаса будет проходить собрание, поэтому поторопись. Она так поспешно скрылась за углом, что Гарри не успел ее остановить – ему оставалось только размышлять над тем, не обидел ли он ее своей последней фразой. Гарри, напротив, было приятно подобное внимание, хотя оно иногда и раздражало – и он вовсе не хотел, чтобы Белла обижалась на него. Решив, что попросит прощения еще до начала собрания, Гарри приободрился и, насвистывая бодрый мотивчик, направился вперед по коридору. Арки и переходы, лестницы и ступеньки были такими родными и знакомыми, что тот, кого называли Темным Принцем, мог перечислить каждую царапинку, каждый камушек. На высоких окнах слегка колыхались от ветра занавески, солнце отражалось от зеркал и драгоценных камней и металлов. Теплое, незнакомое ранее чувство, закралось в сердце Гарри – он почувствовал, что вернулся домой. В то место, которое он никогда не покидал дольше, чем на пять-шесть часов, туда, куда рвалось его сердце из роскошного поместья Малфоев. - Империо. Зеленый луч настиг Гарри так неожиданно, что он не успел увернуться. Волна эйфории, полного расслабления затопила его сознание, расслабляя мышцы и подавляя волю. Перед глазами поплыли разноцветные круги, и реальность отодвинулась на задний план. Гарри замер на месте. Ему хватило всего секунды, чтобы сбросить с себя заклятие подвластия – Гарри, после определенных усилий, мог побороть даже империус своего отца – а это заклинание накладывал кто-то, кто был слабее и неопытнее его в тысячи раз. Парень, однако, остался стоять, не двигая не одним мускулом – нужно было посмотреть, какой дурак додумался напасть на Темного Принца, и какие цели он преследует. - Вот видишь, как все просто, - коротко хохотнул грубый мужской голос. – Этот Принц даже не заметил нас. - Ты уверен, Дайкли, что нам ничего не будет за это? – встревоженно спросил у первого голоса второй. - Роджер, - в голосе Дайкли появились нотки неудовольствия. – Принц в нашей власти, и мы можем приказать ему что угодно. Никто ничего не заметит, Роджи, - Дайкли мечтательно вздохнул, - а мы вмиг поднимемся из рядовых Пожирателей во внутренний круг, и… - Боюсь, вы ошибаетесь, - шелковистый, вкрадчивый голос заставил их замереть. – Но тем, кто нападает на меня, обычно остается только одно… - Темный Принц развернулся к Пожирателям смерти лицом, понижая голос до угрожающего шепота. – Приготовиться к долгой и мучительной кончине. Пожирателей, как с усмешкой отметил Гарри, было всего двое – Роджер, темноволосый невысокий парень с царапиной на скуле, и Дайкли – молодой мужчина, чьи русые пряди волос спадали ему на глаза, а руку оплетал белый уродливый рубец. - Но ты был под империусом! – вскричал Дайкли, наставив на Темного Принца руку с волшебной палочкой, на что тот только скрестил руки на груди. Вся его поза выражала абсолютную уверенность в том, что ему ничего не грозит – опасный, обманчиво спокойный с виду хищник – он излучал волны мощи и злости. - Неужели ты думаешь, Дайкли, - Гарри посмотрел на Пожирателя насмешливо, - что мне, сыну Лорда Волдеморта, стоит такого уж большого труда скинуть с себя империус? Ответа он не ждал – и это было понятно – но впечатленный Роджер вдруг упал на колени, целуя край мантии Гарри. - Простите, мой Принц… Это все он, я тут ни причем, клянусь, ни причем! Его трясло так, что стучали зубы. - Глупец, - взревел Дайкли. На его виске бешено билась жилка, а на щеках ходили желваки. Предательство товарища, казалось, придало ему сил и решительности, и он выпустил в Темного Принца залп проклятий. Гарри не двинулся с места, все так же снисходительно улыбаясь. Один взмах его руки, и разноцветные лучи потухли, а Дайкли отлетел к стене и сполз по ней с неприятным хрустом. Роджер смотрел на Темного Принца со смесью страха и восхищения. - Это, Роджер, - тихо и отчетливо проговорил Темный Принц, - ты будешь объяснять моему отцу. Лорд Волдеморт сидел на троне, когда дверь в зал распахнулась – и в нее вплыли два связанных веревками тела. - Что за?.. – рявкнул он, и тут же получил ответ на этот вопрос, потому что в помещение ступил тот, кого Темный Лорд не видел уже целых два дня. Два удивительно скучных и тоскливых дня, надо признать. - Гарри? Сын и наследник Темного Лорда искренне улыбнулся ему, а потом сделал то, чего никогда не делал в присутствии посторонних – крепко обнял. - Что это такое? – Волдеморт кивнул на связных Пожирателей смерти, посылая Гарри недовольный взгляд. - О, - Темный Принц фыркнул, - не волнуйся, отец, эти двое все равно умрут через пару минут, и не останется ни одного живого свидетеля того, что великого и ужасного Темного Лорда Волдеморта, - тут Гарри позволил себе насмешливо ухмыльнуться, - кто-то обнимает. - И почему они должны умереть? – приподнял бровь Волдеморт. – Ты хочешь сказать, что левитировал сюда этих двоих, чтобы продемонстрировать им это и после убить их на законных основаниях? Дайкли и Роджер смотрели на Темного Лорда и Темного принца со священным трепетом. - Я хочу сказать, - Гарри наколдовал себе удобное кресло и с небрежным изяществом опустился в него, - что ты вряд ли оставишь в живых тех людей, которые наложили империус на твоего сына, чтобы попасть во внутренний круг… -ЧТО?!! – Волдеморт вскочил на ноги, и двое Пожирателей постарались слиться по цвету с покрытием пола. – Авада ке… - Успокойся, отец, - Темный Принц зловеще усмехнулся. – Я думаю, они не будут против того, чтобы дождаться собрания и понести заслуженное наказание. Я жив и здоров, и, кажется, ты хотел задать мне пару сотен вопросов по поводу того, как я провел эти два дня… Когда Внутренний круг Темного Лорда, почтительно кланяясь, входил в зал собраний, взгляды всех Пожирателей смерти невольно направлялись в угол. Там, связанные магическими путами, лежали двое рядовых Пожирателей, и затравленно оглядывались по сторонам. Одного из них – молодого паренька, который обычно сверкал улыбкой – била крупная дрожь, второй – мрачный мужчина с окровавленным лицом – изредка судорожно вдыхал воздух сквозь плотно сжатые зубы. На этом странности не заканчивались – рядом с троном Темного Лорда стояло роскошное удобное кресло, на котором вольготно расположился юноша в черной полумаске – Темный Принц, который, как поговаривали, сейчас был занят выполнением какого-то особо важного и секретного задания. Принц сидел(!). Конечно, приближенные Лорда Волдеморта уже давно привыкли, что наследник их повелителя никогда не кланяется ему, спокойно может прервать собрание или сказать то, на что в присутствии Темного Лорда ни у кого в здравом уме язык бы не повернулся.… Но теперь становилось понятно, что, возможно, Темный Принц позволяет себе вести себя так, как ведет себя любой ребенок в присутствии родителей. - Сегодня, - Темный Лорд, наконец, обратил внимание на своих сторонников, - двое из вас, тех, кто, как я надеялся, сохранил верность и преданность мне и моему сыну. Двое рядовых Пожирателей смерти осмелились напасть на Г… Темного Принца. - Ты в порядке? – Беллатриса Лейстрендж, ахнув, бросилась к Принцу, но наткнулась на взгляд красных глаз и замерла, опустив голову. – То есть, вы в порядке, мой Принц? Прошу простить меня за дерзость. Кто-то посмотрел на нее со злорадством, кто-то – с сочувствием – всем было известно, что гнев Лорда Волдеморта губителен для того, на кого он направлен. Того, кто не только прервал Лорда, но и осмелился на подобное фамильярство в присутствии посторонних по отношению к его сыну, ожидало несколько не очень приятных часов, однако… Однако Темный Принц поспешно встал на ноги, кинув в сторону своего отца странный взгляд, отвел Беллатрису в сторону и стал тихо беседовать с ней о чем-то. По мере разговора женщина все сильнее сжимала руки в кулаки, и смотрела на людей на полу глазами, полными ненависти. На конце ее палочки засветился зеленый огонек, но Темный Принц отрицательно качнул головой. - Они попытались, - голос Темного Лорда опустился до зловещего шепота, - наложить на моего сына Империо… Вот теперь ахнули уже все, прожигая Дайкли и Роджера взглядами. Люциус взглядом обещал им мучительную смерть, и даже Северус Снейп угрожающе сощурил глаза. - Конечно, - тут Лорд презрительно фыркнул, - им ничего не удалось, но они, те, кто хотел таким образом попасть во Внутренний круг, будут жестоко наказаны. Я полагаю, все понимают, что их смерть должна быть долгой и мучительной?

JXG: Глава просто восхитительна! Спасибо! Хочу продолжения))

JXG: А где продолжение?

Zn: Прекрасное произведение, очень понравилось) Прочитала на одном дыхании) Надеюсь, вы не забросили фанфик и продолжение будет??? С нетерпением жду проду

ангел- одиночка: Фик очччень интересний. 8-)... Автор, я вас просто обожаю. С нетерпением жду проду.

ларгусия: фанфик замечательный, но где же продолжение.

Elenika: Глава 8. Драко наблюдал за Анри до конца августа, и каждый день приносил парню новые сюрпризы. Анри был богат – он жил явно не на деньги Люциуса – и тратил золотые галеоны с изяществом человека, который не просто купается в роскоши – но даже не представляет, что что-то может быть по-другому. Если у Драко был определенный лимит, превышать который он не мог – то его кузен о такой мелочи, как презренный металл, просто не задумывался. Анри был красив – его внешность была результатом смешения нескольких аристократических родов и щедрого Божьего дара, а неуемное обаяние било ключом. Он мог улыбаться и шутить целыми днями, совершать необдуманные – но не менее веселые от этого поступки – например, перелазить через забор, спасаясь от хмурого магла, из сада которого они с Драко украли по яблоку.… А мог ходить с ледяной усмешкой, отбивая охоту подходить к себе ближе, чем на несколько метров. За то, что они с Анри вытворяли, нарушая запреты Люциуса и заставляя чету Малфоев изрядно поволноваться, Люциус наказал бы Драко так, что тот и думать забыл бы про «сомнительные забавы», однако… Однако так было раньше, а сейчас, стоило Анри сказать что-то вроде: «Мне так захотелось, и точка», - и Люциус Малфой замолкал на полуслове, а Нарцисса клала руку ему на плечо. Анри исчезал из Малфой-мэнора почти каждый день с завидной регулярностью, иногда не возвращаясь даже на ночь – но Люциус делал вид, что так и должно быть, а Драко слишком дорожил той шаткой дружбой, которая была между ним и двоюродным братом, чтобы задавать неуместные вопросы. Анри и Люциус частенько запирались в кабинете и… - и никто не знал, что они там делали, потому что те заклятия, которые были наложены на помещение, не смогли обойти даже домовые эльфы. Анри улыбался так превосходственно, что иногда это раздражало, а иногда – пугало – потому что ноги Драко тут же сгибались так, будто он собирается встать на колени. Однажды Драко и вовсе нашел в его спальне стопку фотографий. С одной из них улыбались и махали Беллатриса Лейстрендж, Рудольфус, Люциус и кто-то еще, Драко незнакомый; на второй Гарри смотрел прямо в объектив, а на его плече лежала рука высокого, властного волшебника в черном плаще, чей взгляд внушил Драко дрожь, а на третьей… Третью фотографию он не разглядел, потому что вдруг послышались шаги, и Драко, размышляя, откуда Анри знает Беллу и всех остальных, поспешил положить карточки на место и принять самый безобидный вид, на который был способен. - Веди себя хорошо, - говорила Нарцисса ласково, обнимая сына на прощание. При этом на ее лице была гримаса легкого отвращения – на вокзале Кингс-кросс толпилось слишком много народу, чтобы семья хоть на секунду могла забыть о том, что они не одни. - Учись лучше всех, - прохладно пожелал Люциус, но в его глазах мелькнула гордость за сына. - Хорошо, maman, papa, - Драко слегка поклонился. Гарри кивнул: - Люциус, Нар… - поезд издал тревожный гудок, - …цисса, - Темный Принц запрыгнул на ступеньку. - Мы будем писать обо всем, - пообещал Драко с усмешкой. - Ну… - Гарри фыркнул. - Возможно…. – Драко сделал вид, что задумался. - Почти обо всем, - пообещали они хором. - Или… - Только о том… - Что не допустит того… - Чтобы весь умиротворяющий бальзам… - В Малфой-мэнор… - Закончился… В последнее время они приобрели привычку заканчивать фразы друг за друга тогда, когда необходимо было обставить сцену наиболее эффектно. - Но передайте моему отцу, - Гарри заговорщицки понизил голос. - Что от Хогвартса останутся… - Одни руины… - Возможно, - торопливо прибавил Драко. - На сто один процент. Они ухмыльнулись фирменными слизеринскими усмешками, замечая направленные на них любопытствующие взгляды. - Вперед в Хогвартс! - провозгласил Драко. - Бедный старый Хогвартс… - сокрушенно покачал Гарри головой. Как раз в этот момент поезд тронулся, и они, помахав чете Малфоев на прощание, отправились на поиски купе. - В этом году у нас будет преподавать Защиту от Темных искусств чиновница из Министерства, - сказал Драко, распахивая дверь очередного купе. К счастью, там оказалось пусто. - Я знаю, - пожал Гарри плечами. – Амбридж, кажется. Ты чего, Люциус же нам обоим рассказывал. - Да я помню, - отмахнулся Драко. – Как ты думаешь, кому она будет покровительствовать? Слизерину или Гриффиндору? - Ты как ребенок, - Гарри ухмыльнулся, с комфортом устраиваясь на полке. Он разулся и вытянул ноги на два сиденья, и Драко ничего не оставалось, кроме как сесть напротив. – С учетом того, что министерство не в ладах с Дамблдором, скорее всего – Слизерину. Ведь именно на Гриффиндоре учатся его любимчики. - Тем более что Золотая девочка попала на Гриффиндор, - фыркнул приободренный Драко. – Да, ты прав. - Золотая девочка? – Гарри приподнял бровь в легком недоумении. - Поттер, - усмехнулся Драко. Гарри дернулся, но это осталось незамеченным. – Саманта Поттер учится на четвертом курсе, а ее родители преподают Защиту и Древние руны. - Но если Защиту будет вести Амбридж… - протянул Гарри недоуменно. - О, они поделят курсы между собой. Или чередоваться будут, - Драко ухмыльнулся. – Здорово, что этого Джеймса Поттера, у которого в любимчиках ходит весь Гриффиндор, хоть кто-то поставит на место. Терпеть его не могу. Говорят, что у него есть еще одна дочь – Дарина Поттер, куда бы деться, - он закатил глаза. – Ну и имечко для дочери выбрали. Так вот, эта Дарина поступит на первый курс как раз в этом году. - И мне до этого какое дело? – лениво осведомился Гарри. Он уже успел справиться с собой. Саманту он помнил и теплых чувств к ней не питал, а вот то, что у него есть вторая сестра – это было для парня интересным открытием. Хотя, зная Поттеров, он сомневался, что Дарина вызовет в нем хоть какие-то теплые чувства. От необходимости отвечать Драко избавила дверь купе, которая отъехала в сторону. В следующий момент его губы растянулись в чем-то, напоминающем улыбку. - Драко, мы ищем тебя по всему поезду. Заглянули даже в купе Поттер, Уизли и Грейнджер, - презрительно произнес надменный голос. - Действительно, надорвались, - так же презрительно перебил его голос, еще более надменный и холодный. - Не нервничай, Блейз, - Драко усмехнулся и жестом предложил брюнету с синими глазами сесть рядом с ним. – Крэбб, Гойл, заходите. Анри, успокойся. Двое парней, на взгляд Гарри напоминающих бочки с салом, протиснулись в их купе, притворив за собой дверь. Третий парень – ухоженный и самоуверенный, красивый – с усмешкой присел рядом с Драко. Несмотря на его тон, было видно, что он рад видеть блондина, и Гарри изучал его с некой долей интереса во взгляде. - Анри, это Блейз Забини, Винсент Крэбб и Грегори Гойл. Блейз, Винс и Грег – это мой кузен Анри Малфой, приехал в Англию в этом году. Он будет учиться с нами на одном курсе. Предупреждаю сразу, Анри, у Блейза итальянские корни, и он очень этим гордится. - Очень приятно, - Блейз протянул Гарри руку. - Взаимно, - Гарри пожал протянутую ладонь. – Драко рассказывал о вас. Губы итальянца дрогнули в усмешке. - Представляю, что он о нас рассказывал. - Не представляешь, - огорчил его Гарри. - Ты не хочешь подвинуться? – Блейз окинул Крэбба и Гойла, все еще стоявших на ногах, долгим взглядом. - Не очень, - признался Гарри лениво. – Постоят. Крэбб и Гойл не решились ничего сказать, а Драко с трудом подавил улыбку. - Ладно, садитесь, - сжалился Гарри через несколько минут, вставая на ноги. – А мы, пожалуй, продолжим ежегодную традицию Драко и сходим в купе Грейнджер и Уизли. - И Поттер, - напомнил Блейз, усмехаясь. - С Поттер я еще не знаком. - А с Грейнджер и Уизли? - О… - ответил за Гарри Драко. – Это было так красиво, - он мечтательно закатил глаза. – Вернемся, расскажем. И он исчез в коридоре вслед за кузеном. Рон Уизли и Гермиона Грейнджер обнаружились в пятом по счету купе в компании трех девочек. Одна из них, как понял Гарри, и была Дариной – и он задержал на ней взгляд на несколько секунд дольше, чем на остальных. Невысокая, изящная, чертами она была, насколько Гарри мог судить, похожа как на Лили Поттер, так и на Джеймса. Глаза ее были зелеными, а волосы хоть и имели черный цвет, но лежали послушно – волосок к волоску. Дарина смотрела на парней дружелюбно, а вот все остальные - и рыжеволосая девчонка, похожая на Рона Уизли – скорее всего, его сестра, и Саманта Поттер – Гарри поморщился, окидывая ее взглядом, и Рон с Гермионой – все они уже были знакомы с Драко и знали, что его визит не сулит ничего хорошего. - В чем дело? - недружелюбно спросила Саманта, пристально глядя в глаза Драко. – И кого это ты с собой притащил в этот раз? Очередной слизняк? Рон Уизли издал короткий смешок. - Повежливей, Поттер, иначе будешь наказана, - Драко, будто невзначай, дотронулся до груди, на которой сверкал значок старосты. Такие же значки Гарри увидел и на Уизли и Грейнджер. – А что насчет моего спутника, я думаю, Уизел и грязнокровка смогут его представить. Вопросительные взгляды девушек обратились на долговязого Рона и побледневшую Гермиону – она наверняка вспомнила прошлую встречу - но Гарри легко завладел вниманием всех людей, здесь находившихся. - Меня зовут Анри, - он обаятельно улыбнулся. – Анри Малфой. И чтобы у некоторых особо одаренных, - он одарил Рона красноречивым взглядом, - черт, и людей не могу сказать, - он сделал задумчивое выражение лица, и щеки Драко порозовели от сдерживаемого смеха. – Ладно, пропустим. Итак, чтобы у некоторых не возникло теорий о том, что я незаконнорожденный брат Драко и прочей чепухи, так и быть, скажу сразу: я его кузен. - Убирайся отсюда! – вдруг выкрикнула сестра Рона, глядя на бледную Гермиону, закусившую губу. - Джинни, - резко осадила ее Дарина. – Они не сделали нам ничего плохого. Ее теплые зеленые глаза пылали жаждой справедливости и интересом – кажется, новые знакомые ее заинтересовали. - Сегодня еще не сде… - начала Саманта. - Сегодня еще не сделали, но обязательно сделаем, - перебил ее Гарри. – Так? Саманта слегка покраснела. - А ты хочешь сказать – нет? - А откуда тебе, дорогая, - Гарри сделал шаг вперед, и Саманта невольно отступила назад, – знать, что я хочу сказать? Вот мисс Грейнджер, допустим, может подтвердить, что я абсолютно безобиден. Не так ли, Гермиона? – он взял девушку с коричневыми волосами за руку, и она дернулась. - Отпусти меня. - Я хочу извиниться, Гермиона, - Гарри смотрел ей прямо в глаза, улыбаясь улыбкой, перед которой не устоял еще никто. Его рука с зажатой в ней палочкой автоматически выписала в воздухе привычный жест, и Гарри протянул девушке появившийся из воздуха букет роз. Огненно-алые, бархатные бутоны, которых было около двадцати пяти, притянули к себе взгляды всех людей, находившихся в купе, и Гермиона осторожно прижала букет к себе. - Я… - Гермиона робко улыбнулась, а на губах Дарины расцвела довольная улыбка, означавшая: «я так и знала». – Спасибо. Она залилась краской, и побагровевший от злости и ревности Рон Уизли крикнул: - Не верь ему, Гермиона! На него посмотрели недоуменно все, даже Саманта и Джинни, но рыжий мальчик воскликнул с еще большим жаром: - Ты опять наступишь на те же грабли, слышишь? Он же слизеринец! - Он еще не был распределен ни на один факультет, - возразила Джинни с жаром. – Нельзя судить о человеке по его родственникам! - Она права, Рон, - поддержала подругу Саманта. Гермиона не обратила на их реплики никакого внимания. - Мне еще никогда не дарили такую красоту, Анри, - она смотрела в его глаза заворожено. – Спасибо еще раз. - Не стоит, - Гарри медленно поднял руку в воздух и так же медленно дотронулся до ее щеки. – Это такая малость из того, что я мог бы подарить тебе, - его рука вдруг резко вздернула ее подбородок вверх, а потом Гарри несильно дернул за волнистую прядь волос. – Резинку, например. Последняя фраза прозвучала холодно и презрительно, а на губах Гарри теперь играла его любимая едкая усмешка. Следующий взмах его палочки заставил цветы в руках Гермионы рассыпаться пылью, оставив только один – как в насмешку – который выпал из ее безвольно опустившихся рук. Гарри направился к двери, оттолкнув Саманту плечом. То место, где его рубашка соприкоснулась с ее футболкой, он брезгливо оттряхнул. Драко открыл дверь купе, и Гарри шагнул в коридор вслед за ним, но напоследок обернулся. - Послушай доброго совета – причешись, - усмехнулся он Гермионе в лицо. – Мисс грязнокровка. И дверь купе громко захлопнулась. Только в коридоре, когда они шли в свое купе, Драко позволил себе тихо рассмеяться, а Гарри пустил на лицо довольную, даже умиротворенную усмешку. - Наивные гриффиндорцы, - слегка пожал он плечами. - А ведь Уизел в кои-то веки был пра… Звонкий голосок перебил Драко: - Зачем ты это сделал? Гарри медленно обернулся. Прямо на него смотрели удивительные зеленые глаза, совсем не похожие на его. Такие глаза он видел в зеркале, когда ему было три–четыре года, не больше – наивные и беспечные. Вероятно, Дарину их родители полюбили больше, чем старшего сына. - Катись отсюда! – процедил Драко, но Гарри жестом остановил его. - Дарина, верно? Девочка кивнула, и Гарри посмотрел на нее в упор. - Какая тебе разница? – его голос прозвучал ровно. - Мне есть разница, Анри, - Драко поморщился, когда она произнесла имя его кузена, и прорычал: - Закрой свой рот, Поттер, пока он у тебя еще есть. - Уймись, Драко, - резко оборвал его Гарри, и Драко обиженно отвернулся в сторону. – Вдруг маленькая мисс Поттер попадет на наш славный факультет? - С чего ты взял, что будешь учиться на Слизерине? – Дарина смотрела на Гарри внимательно, и он почувствовал, что проникается симпатией к ней. Она даже не воскликнула так, как воскликнули бы остальные Поттеры или Уизли… «Я не попаду в Слизерин»! – а ведь она могла бы так сказать. Возможно, из всей этой семейки, которую Гарри люто ненавидел, его младшая сестра все же оказалась логичной? - О, девочка, я могу попасть только на Слизерин, - Гарри послал Драко, который забыл про обиду и теперь недоуменно – с какой стати Анри разговаривает с этой девчонкой – смотрел на него, короткую усмешку. – Даже не из-за того, что я кичусь своей чистокровностью или чем-то подобным. Я просто обладаю всеми чертами, что требуются для того, чтобы оказаться там, хотя, возможно, у меня присутствуют и другие. - Почему ты разговариваешь со мной? - взгляд Дарины стал пытливым. - Захотел. Или ты мне нравишься. - Конечно, - Дарина засмеялась. – Великому Малфою нравится Дарина Поттер, ага. - Тогда так: ты нравишься мне больше, чем все те гриффиндорцы, которых мы только что имели счастье лицезреть. - В это я верю больше. - Ты можешь попасть как на Слизерин, так и на Гриффиндор, - слабо улыбнулся Гарри. Дарина не ответила на его улыбку. - Зачем ты так поступил с Гермионой? - Потому что мне это нравится, ясно?! – Гарри разозлился внезапно даже для самого себя. – Потому что я обожаю так поступать, потому что у меня врожденный талант смешивать людей с грязью, потому что я наслаждаюсь тем, что люди, которых я презираю, плачут благодаря мне! Потому что люди делают так, как хочу я, чувствуют то, что хочу я – а я упиваюсь этим, - он ухмыльнулся, успокаиваясь. – Потому что я могу сорвать раздражение таким образом на том, кто попался мне под руку, потому что это, как минимум, хорошая проверка для моего самолюбия и моего мастерства. Этих причин достаточно? Дарина молча кивнула, не отрывая от него глаз. - Чудесно, - Гарри развернулся и направился вперед по коридору, бросив ей холодное: - До свидания, мисс Поттер. Мы заболтались. До Дарины донесся голос Драко Малфоя: - Какого черта ты вообще говорил с ней? И резкий ответ, полный сарказма: - Влюбился. Глава 9. Вестибюль был ярко освещен факелами, и шаги учеников по щенному каменными плитами полу отдавались в нем эхом. Все двигались направо, к двустворчатой двери, которая вела, как сообщил Драко, в Большой зал. Предстоял пир по случаю начала учебного года. Внезапно процессия прервалась – точнее, ее прервали. Высокая черноволосая женщина в изумрудно-зеленых одеждах с очень строгим лицом и поджатыми губами медленно обвела взглядом учеников. Она безошибочно нашла в толпе Гарри и жестом велела ему подойти. - Меня зовут профессор Макгонагал, мистер Малфой. Вам необходимо будет пройти распределение. Следуйте за мной. Гарри послушно двинулся за ней, и вскоре уже вошел в Большой зал, замыкая шеренгу первокурсников. Ученики рассаживались за четыре длинных стола, вверху простирался беззвездный черный потолок, неотличимый от неба, которое можно было видеть сквозь высокие окна. Вдоль столов в воздухе плавали свечи, освещая серебристых призраков, сновавших по залу, и учеников. Все взгляды тут же обратились на него, однако Гарри равнодушно рассматривал стол профессоров. Его глаза остановились на человеке с длинной седой бородой – Альбусе Дамблдоре, и Гарри поймал ответный взгляд. Он смотрел в голубые глаза за очками-половинками спокойно и открыто, но внутри, за маской показного равнодушия, кипела буря – именно этот человек столько лет портил жизнь его отцу. Он заплатит за это. Гарри отвел глаза только тогда, когда профессор Макгонагалл объявила: - В этом году к нам на пятый курс поступает Анри Малфой – двоюродный брат Драко Малфоя. Начнем распределение. Первым именем, как Гарри и ожидал, оказалось его – и он плавно дошел до старой табуретки и опустился на нее. Ветхая Шляпа закрыла его глаза. - Интересно, - раздался в его голове тихий голосок. – Ты – самая интересная личность из тех, кого я встречала. Ты потомок Салазара Слизерина, мальчик. «Без мальчиков», - холодно подумал Гарри. - Да, сына того, кого боится весь мир, вряд ли можно назвать мальчиком. О, нет, я никому не расскажу об этом, не волнуйся…. «Иначе превратишься в горстку пепла». - На меня наложено слишком много чар, чтобы меня можно было так легко уничтожить, - казалось, этот разговор забавлял Шляпу. «Потомок Салазара Слизерина и сын Темного Лорда сможет взломать их, не так ли?». - Возможно, - теперь голос звучал испуганнее. – Но ты же не станешь этого делать? «Ради интереса». - Потомок Слизерина разрушит его творение? «Мое призвание – разрушать». - Ты сам выбрал его, мальч… Темный Принц. «Здесь я известен, как Анри Малфой. Что насчет факультета?». - Тебя определять туда, куда подходишь ты или туда, куда ты хочешь? «Я полагаю, что это одно и то же». - Ты прав. СЛИЗЕРИН! Гарри снял Шляпу с головы, осторожно положил ее на табуретку, а затем направился к столу, который аплодировал громче всех. Парень опустился на скамейку рядом с Драко. - Шляпа долго думала, - заметил тот. - Мы разговаривали, - коротко пояснил Гарри, глядя на преподавательский стол. Рядом с Дамблдором сидела пухлая и приземистая женщина в пушистой розовой кофточке. - Амбридж, - прокомментировал Драко. – рядом с ней профессор Флитвик, дальше место Макгонагалл, затем Снейпа. Гарри и сам уже увидел Снейпа – тот сверлил его изумленным, даже испуганным взглядом – возможно, думал о том, что понадобилось Темному Принцу в Хогвартсе, и его мысли не были радужными. - И что он на тебя так смотрит? – удивился Драко, но Гарри уже не слышал его – он во все глаза смотрел на женщину, которая сидела с другой стороны от директора. Рыжеволосая, с зелеными глазами, она что-то оживленно доказывала мужчине с черными растрепанными волосами. Его родители… <i>«Биологические родители»</i>, - поправил себя Гарри, и в этот момент его внимание привлекли слова: - Поттер, Дарина. В зале зашептались. Гарри наблюдал, как Дарина идет к табуретке и надевает Шляпу, как сидит, вцепившись руками в края табуретки, и… - ГРИФФИНДОР! Гарри горько улыбнулся – конечно, куда же еще могла попасть дочь Поттеров? Он потряс головой, выбрасывая из нее все мысли об этой семейке, а Дарина тем временем села за стол красно-золотых рядом с Самантой Поттер. Дамблдор поднялся на ноги. Гарри почти не слушал его речь, все свое внимание он переключил на Драко и Блейза, которые оживленно спорили о чем-то. - …бе говорю, твой брат побьет все рекорды по завоеванию женских сердец, - Блейз изящно откусил от крохотной булочки с кунжутом. - На первых местах все равно будем мы, - ухмыльнулся Драко, но его улыбка померкла, когда он окинул Анри взглядом с головы до ног. – Эй, Анри, ты же не будешь участвовать в конкурсе? - В конкурсе? – заинтересовался Гарри. - Ну… Ежегодно в Слизерине проводится конкурс на титул Серебряного Принца Хогвартса. Грубо говоря, победителем в нем является тот, кто влюбит в себя как можно больше девушек. Результат будет объявлен после голосования и подсчета валентинок – то есть, в феврале. Ты же не будешь в нем участвовать, верно? – с надеждой закончил он. Гарри тихо рассмеялся, превращая сок в своем стакане из тыквенного в апельсиновый. Он с радостью превратил бы его и в вино, но Гарри сомневался, что правилами Хогвартса ученикам разрешено пить алкогольные напитки, особенно в Большом зале в присутствии учителей. - Я… подумаю, - ответил он мягко. Странным образом разговор о конкурсе поднял ему настроение – еще его отец принимал в нем участие и победил, и Гарри не хотелось отставать от Темного Лорда. – Скорее всего… буду, - он ухмыльнулся, заметив разочарование на лицах Драко и Блейза. Во время речи Амбридж Гарри, закусив губу, подавлял желание рассмеяться - Министерство Магии нашло неплохой способ вмешаться в дела Хогвартса, вот только Гарри сомневался, что Амбридж с ее серебристыми смешками продержится здесь долго. Наконец Амбридж замолчала, и раздались редкие аплодисменты – в основном со стороны преподавательского стола и стола Слизерина – а вслед за этим Драко поспешно поднялся на ноги. - Нам нужно проводить первокурсников, Панси! – воскликнул он. Панси Паркинсон, которая увлеченно рассказывала о чем-то безупречной блондинке Дафне Гринграсс, только отмахнулась от него. - Паркинсон, - тон Драко стал угрожающим. – Тебе настолько противен твой значок старосты, что ты хочешь лишиться его в первый же день? Я это устрою, - пообещал он, и Панси мрачно глянула на него из-за завесы темных волос. - Дра-а-ко, - с обидой протянула она. – Отведи их сам, тебе же не трудно… Гарри зажал Драко рот ладонью, пресекая попытку сказать девушке что-то резкое, и, игнорирую его возмущенный взгляд и неразборчивые ругательства, улыбнулся Панси. - Не волнуйтесь, мадмуазель, мне не трудно помочь такой красивой девушке и выполнить эту тяжелую работу за вас. Панси покраснела, отвечая на его улыбку, а ее подружка захихикала. - Конкурс название Серебряного Принца Хогвартса, Драко, конкурс, - прошептал он блондину на ухо, и тот побагровел от возмущения. Гарри убрал свою ладонь от его рта, и блондин мрачно крикнул: - Первокурсники! - Всех детей распугаешь, - покачал Гарри головой, сдерживая смех. – Первокурсники, все сюда. Всю дорогу до подземелий он тихо смеялся, бросая на Драко короткие взгляды, и постепенно заразил своим весельем первокурсников. Подземелья впервые за много лет оглашались звонким смехом, и даже угрюмое привидение Кровавый барон не сдержал усмешки при виде процессии. В Слизеринской гостиной Гарри увидел Снейпа – тот стоял, оперевшись на каминную доску, и встрепенулся, заметив Гарри. - Мистер Малфой, - сказал он резко. – Пройдемте со мной, нам нужно поговорить, - он практически схватил Гарри за руку чуть повыше локтя и потащил за собой. Как только они отошли от гостиной на достаточное расстояние, Гарри вырвал руку. - Что ты себе позволяешь, Северус? – холодно спросил он. - Что ты делаешь в Хогвартсе, Гарри? – спросил Снейп встревоженно, напряженно вглядываясь парню в лицо. Он будто бы не услышал вопрос, а может, и вправду не услышал. - Во-первых, не здесь, Северус, - в голосе Гарри ясно можно было услышать угрожающие нотки. – Пройдем в твой кабинет. Во-вторых, ты никому об этом не расскажешь, понял? О том, кто я. Ни-ко-му, - произнес он по слогам. – Нерушимая клятва тебе, конечно, не позволит, но я хочу быть уверен. - Гарри… - Не кричи мое имя на весь Хогвартс, - прошипел Гарри сквозь зубы. – Ты хочешь все испортить? Он успокоился только тогда, когда они вошли в мрачный кабинет, и Гарри лично наложил на него с десяток отвлекающих и заглушающих чар. - Вот теперь я тебя слушаю. - Гарри… - Снейп схватил его за плечи. – Что он задумал? Что задумал темный Лорд? Он хочет убить Дамблдора, да? Захватить Хогвартс? - Он мечтает об этом уже лет тридцать-сорок, если не больше, Северус, - Гарри издал тихий смешок. – Успокойся. Успокойся, я сказал! – рявкнул он, усаживая Снейпа в кресло. – Мне захотелось поехать в Хогвартс. Все здесь учились – ты, Белла, оте… Темный Лорд! – воскликнул он с обидой. – И только я, черт побери, вынужден был учиться дома. Мы все продумали идеально, не подкопаешься. Драко ни о чем не знает. Если тебя это успокоит – отц… Темному Лорду самому не хотелось меня сюда отпускать. - Ты клянешься, что в Хогвартсе ничего не произойдет с твоим участием? Ничего масштабного? – Снейп перевел на него пытливый взгляд. - Если тебя это успокоит – клянусь, - Гарри усмехнулся. - И слава Богу, - Снейп, кажется, успокоился. – Я должен тебя предупредить – у Поттер, старшей Поттер – Саманты, я имею в виду – есть карта, которую называют Картой мародеров. Ее создателями были Джеймс Поттер, Сириус Блэк, Ремус Люпин и Питер Питегрю, который и именовали себя мародерами. На этой карте, Гарри, отображаются все люди, что есть в замке, под своими настоящими именами. Я добуду ее завтра с утра и принесу тебе. Будем надеяться, что сегодня она не будет ее изучать. - Украдешь? – ухмыльнулся Гарри. - У тебя есть другие варианты? – Снейп, кажется, разозлился. - Нет, спасибо, Северус. Я ценю твою заботу, правда. - Еще у той же самой Поттер есть мантия невидимка, которая перешла в ее владения не без, - Снейп поморщился, - все того же Поттера-старшего. Но мантию я присвоить не могу, ровно как не могу и отобрать ее легально – это очень ценная вещь. - Все нормально, Северус, - Гарри бросил на серебряный браслет с изумрудами задумчивый взгляд. – На этот браслет наложено некоторое количество чар, и среди них есть те, благодаря которым я вижу сквозь мантии-невидимки. - Отлично. Пойдем, я провожу тебя до гостиной. - Не нужно, - Гарри фыркнул. – Я сам дойду. Спокойной ночи, Северус… Дверь со скрипом захлопнулась за ним. - Спокойной ночи, Гарри. Первым уроком на следующий день были сдвоенные зелья с Гриффиндором. Снейп дал задание сварить Умиротворяющий бальзам – зелье, которое Гарри готовил идеально с семи лет – и Гарри позволил себе усмехнуться, глядя на обеспокоенное лицо мальчика, который сел за одну парту с Грейнджер и Уизли. -Ингредиенты и способ приготовления, - Снейп взмахнул волшебной палочкой, - написаны на доске. (Они тотчас там появились.) Все, что вам необходимо, - он опять взмахнул палочкой, - находится в шкафу. (Дверца шкафа распахнулась.) В вашем распоряжении полтора часа. Приступайте. Помешивая состав, Гарри совершил определенное число движений по часовой стрелке, а затем уменьшил температуру огня под котлом и добавил последний ингредиент, когда Снейп объявил: - До конца урока осталось десять минут. От вашего зелья сейчас должен идти легкий серебристый пар. Пар над котлом у Гарри был того цвета, что нужно, и он откинулся на спинку стула. Драко тоже сварил зелье правильно, как и – Гарри скривился – Грейнджер, но вот котел Рона Уизли испускал зеленоватые искры, и это приподняло настроение парню до отметки «неплохо». - Уизли, что это, по-вашему, такое? Слизеринцы подняли головы от котлов и прислушались. - Умиротворяющий бальзам, - выдавил из себя Рон. - Скажите мне, Уизли, - мягко сказал Снейп, - вы читать умеете? Драко засмеялся. - Умею, - буркнул рыжий, крепко стиснув волшебную палочку. - Тогда прочтите, пожалуйста, третий пункт инструкции. Рон Уизли посмотрел на доску, и его лицо приобрело унылое выражение. - Вы сделали все, что написано в третьем пункте, Уизли? Гарри усмехался вместе со всеми Слизеринцами. - Нет. - Простите, я не расслышал, - Снейп ухмыльнулся. – Но ваша работа, в любом случае, не стоит выеденного яйца. Эванеско. Приготовленное Уизли зелье исчезло, и Снейп потерял к нему всякий интерес. Он объявил домашнее задание, собрал колбы с образцами и отпустил учеников. Направляясь к выходу, Гарри слышал, как Уизли бурчит что-то обидное про Снейпа и всех Слизеринцев вместе взятых. Следующим уроком были Древние Руны. Гарри и Драко заняли предпоследнюю парту – на последнюю сели Блейз Забини и Теодор Нотт – и вытащил из сумки учебник. Он знал Древние руны неплохо и пошел на этот предмет только потому, что у него был выбор между ним и Прорицаниями. - Успокаиваемся, - Лили Поттер вошла в класс, и разговоры стихли. Точнее, они стихли на несколько секунд, а затем слизеринцы продолжили разговаривать, как ни в чем не бывало. - Минус десять баллов со Слизерина, - спокойно произнесла женщина. Слизеринцы недовольно зароптали, но вскоре в кабинете все же воцарилась тишина. - Тема нашего урока – руна… Дальнейшие ее слова Гарри не слышал – он уставился в окно, за которым лил дождь, и углубился в свои мысли. После урока, когда последние ученики выходили из кабинета, Лили произнесла: - Мистер Малфой, Анри, задержитесь, пожалуйста. Гарри закатил глаза, но остановился у преподавательского стола, сделав Драко знак идти без него. Друг – Гарри привык считать его им – послал ему тревожный взгляд, прикрывая за собой дверь. - Анри, - Лили посмотрела ему в глаза. – У тебя что-то произошло? - С чего вы взяли? – нагло спросил Гарри. Он не собирался быть вежливым – присутствие Лили отнимало у него душевное спокойствие. Особенно, когда она стояла так близко. - Ты не слушал меня на уроке, Анри, - женщина вздохнула. – И выглядел очень печально. Гарри усмехнулся при слове «печально». - Мне было неинтересно, - отрезал он. – А то, что я не прыгал от радости, как идиот, когда у меня что-то получалось – Слизеринцы тем и отличаются от Пуффендуйцев и Гриффиндорцев. - Зачем же ты пошел на этот предмет, Анри? - Лили пропустила его грубость мимо ушей. - О, это мои проблемы, - Гарри скривился. – Профессор. Последнее слово он выплюнул с таким презрением, что Лили побледнела. - Это все? Я могу идти? - Да, Анри, можешь. До свидания, - сказала она тихо, но Гарри оставил ее слова без ответа. Он выбежал из класса Рун и побежал по коридорам, краем глаза отмечая бросаемые на него взгляды. Он так и не остановился бы, если бы не врезался в кого-то – одетого в темную мантию и очень сердитого, надо сказать. - Мистер Малфой! – рявкнули у него над ухом, а чьи-то руки железной хваткой вцепились в плечи. – Анри… что-то случилось? – спросил тот же голос уже совсем другим тоном. - Все в порядке, - бесцветно ответил Гарри. – Я нужен тебе, Се… Я нужен вам, профессор Снейп? - Нужен, - ответил Снейп тихо, вкладывая ему в руку кусок пергамента. – Это та самая карта, - он огляделся и понизил голос, хотя в коридоре кроме них никого не было. – Я наложил на нее огромное количество антипризывающих чар и им подобных, поэтому просо постарайся, чтобы она не попадалась никому на глаза. Я думаю, она может сослужить тебе хорошую службу, верно? – он улыбнулся, но его улыбка тут же померкла. – Ты точно в порядке? - В полном, - Гарри попытался выдавить ответную улыбку. Судя по всему, у него получилось неплохо, потому что Снейп уже не выглядел таким обеспокоенным. - Да, чуть не забыл. Чтобы активировать карту, скажи «клянусь, что замышляю шалость и только шалость», а чтобы она вновь стала пергаментом – «славная вышла шалость». - Спасибо, Северус, - теперь Гарри улыбнулся уже искренне. - Что у вас сейчас? - Защита у Поттера, - вздохнул Гарри. - Иди, погуляй, - сказал вдруг Снейп. – Ты выглядишь очень бледным. А с Поттером я поговорю. - Ты поощряешь меня прогулять урок? – приподнял Гарри бровь. - Чему тебя может научить Поттер? – криво ухмыльнулся Снейп. – Я думаю, что Защиту от Темных искусств ты знаешь куда лучше него. Иди, проветрись. Он развернулся и исчез за углом, оставив Гарри одного, и парень еще долго смотрел ему вслед. Определенно, его настроение медленно, но верно поднималось к отметке «хорошо». Гарри решил прогуляться до озера – по его подсчетам, сейчас там не должно было быть никого, кроме первокурсников – но еще только подходя к раскидистому дубу, который он наметил себе издалека, Гарри услышал знакомый голос. На проверку оказалось, что голос принадлежал однокурснику Гарри – Теодору Нотту, который с волшебной палочкой в руке наступал на худенькую девочку. Ветер доносил до Гарри их слова. - …разница? – кричала девочка. - … делаю... не трогала… - …есть… - грубо говорил Нотт. - … отсюда. - Я первая… пришла, - не соглашалась девочка. Судя по всему, эти споры надоели Нотту, потому что он вдруг рассек палочкой воздух, и девочка еле-еле успела уклониться от красного луча. Гарри увидел ее зеленые глаза, полные слез, и внезапно к нему пришло узнавание. Дарина. - Нотт! – крикнул он, медленно подходя к ним. Нотт обернулся. - А, это ты, Анри, - ухмыльнулся он. - Что здесь происходит? – тон Гарри был железным. - Она не хочет уходить отсюда, – пожал плечами однокурсник. – А я хотел посидеть в тишине. - Нотт, - произнес Гарри холодно. – Поищи себе другое место для отдыха. И потом, мне кажется, сейчас у нас идет урок. - Ты тоже должен быть на уроке, Малфой. - У меня есть разрешение от декана, - Гарри ухмыльнулся, вертя в пальцах палочку. – А у тебя, как я понимаю, его нет. Так что иди на урок, Тео, - добавил он мягко. – А то я могу и помочь. Драться с однокурсником, который мог оказаться неслабым противником, Нотту не хотелось, и он, ворча что-то себе под нос, поплелся в замок, одарив Гарри раздраженным взглядом. - Оно надо тебе, Малфой, защищать эту девчонку? – крикнул он издалека. - Возможно, я тоже хочу посидеть здесь в тишине, - ухмыльнулся ему Гарри.

Elenika: Всем спасибо за то, что ждали! Теперь новые главы будут выкладываться в моем дневнике, ссылка: http://www.liveinternet.ru/profile.php?journalid=3511333&all_a=1 Надеюсь увидеть вас там)). Ваша, ElenIka

ларгусия: Великолепный фанфик и продолжение тоже. Гарри просто неподражаем, а его родители самые настоящие мерзавцы, так обращаться со своим ребенком. Надеюсь Гарри всем отомстит, а особенно зарвавшейся Саманте Поттер. Пусть лучше Гарри окажется Избранным и откажется убивать Лорда, а убъет Саманту. Но мне не понравилось отношение Гарри к Дарине, надеюсь ради нее он не предаст Лорда. Ждк продолжения с нетерпением , уверена оно будет прекрасным.

Олюся: Класс! Это то, что я так давно искала

Liozalfara: Фанфик крайне похож на фик "Тьма внутри", только там была неприятная концовка, даже есть пара отрывков практически похожих на данный фик. Очень надеюсь что здесь все кончиться победой Темного Лорда и Гарри отомстит своей семейке. Так же хотелось что бы в данном фанфике не было любовной линии, так как Гарри сын Лорда, а Волан-де-Морт не имел никаких привязаностей, кроме как сыну, ну и не много к Белле. В фанфике Гарри жестокий и холодный, пусть таким и остается. Если Дарина не присоединится к Темному Лорду, то пусть Гарри её прикончит вместе с остальными членами этой семейки.

Солеранд: Олюся пишет: Фанфик крайне похож на фик "Тьма внутри", только там была неприятная концовка, даже есть пара отрывков практически похожих на данный фик. Очень надеюсь что здесь все кончиться победой Темного Лорда и Гарри отомстит своей семейке. Так же хотелось что бы в данном фанфике не было любовной линии, так как Гарри сын Лорда, а Волан-де-Морт не имел никаких привязаностей, кроме как сыну, ну и не много к Белле. В фанфике Гарри жестокий и холодный, пусть таким и остается. Если Дарина не присоединится к Темному Лорду, то пусть Гарри её прикончит вместе с остальными членами этой семейки. Совершенно согласна Пусть Воландеморт победит а Гарри убьет свою семейку только мне не очень хочется чтобы Дарина присоеденялась к темному лорду!

Солеранд: Олюся пишет: Фанфик крайне похож на фик "Тьма внутри", только там была неприятная концовка, даже есть пара отрывков практически похожих на данный фик. Очень надеюсь что здесь все кончиться победой Темного Лорда и Гарри отомстит своей семейке. Так же хотелось что бы в данном фанфике не было любовной линии, так как Гарри сын Лорда, а Волан-де-Морт не имел никаких привязаностей, кроме как сыну, ну и не много к Белле. В фанфике Гарри жестокий и холодный, пусть таким и остается. Если Дарина не присоединится к Темному Лорду, то пусть Гарри её прикончит вместе с остальными членами этой семейки. Совершенно согласна Пусть Воландеморт победит а Гарри убьет свою семейку только мне не очень хочется чтобы Дарина присоеденялась к темному лорду!

Olusya: Солеранд пишет: Олюся пишет: цитата: Фанфик крайне похож на фик "Тьма внутри", только там была неприятная концовка, даже есть пара отрывков практически похожих на данный фик. Очень надеюсь что здесь все кончиться победой Темного Лорда и Гарри отомстит своей семейке. Так же хотелось что бы в данном фанфике не было любовной линии, так как Гарри сын Лорда, а Волан-де-Морт не имел никаких привязаностей, кроме как сыну, ну и не много к Белле. В фанфике Гарри жестокий и холодный, пусть таким и остается. Если Дарина не присоединится к Темному Лорду, то пусть Гарри её прикончит вместе с остальными членами этой семейки. Совершенно согласна Пусть Воландеморт победит а Гарри убьет свою семейку только мне не очень хочется чтобы Дарина присоеденялась к темному лорду! вообще-то это не Я писала, аLiozalfara

Истинная слизиринка: фик великолепен. Надеюсь Гарри( Анри) станет ледяным принцем слизирина. жду проды!...

Олюся: что-то проды давно нет

Кристина: Elenika Забросили уже давно:(

алексия: Есть продолжение?



полная версия страницы