Форум » Большой зал » "Свадьба лучшей подруги", гет., СС//ГГ, NC-17, миди, 3-я гл. от 30.04.09 » Ответить

"Свадьба лучшей подруги", гет., СС//ГГ, NC-17, миди, 3-я гл. от 30.04.09

Элинор: Название: «Свадьба лучшей подруги». Автор: Элинор. Бета: Alastriona – 1, 2 гл., Gem_s – 3 гл. Гамма: Lux– 1, 2 гл., Морга– 3 гл. Категория: гет. Пейринг: Северус Снейп/Гермиона Грейнджер. Рейтинг: NC-17. Жанр: Romance. Саммари: Накануне своей долгожданной свадьбы Джинни Уизли умудрилась серьёзно заболеть. Для того, чтобы торжество состоялось, её лучшая подруга – Гермиона Грейнджер – вынуждена обратиться за помощью к профессору Снейпу. Гермиону не останавливают даже воспоминания об одном летнем вечере в Хогвартсе. Но согласится ли Мастер зелий помочь? Примечание: честно говоря, не думаю, что этот фик будет оригинальным. Но мне давно хотелось описать свадьбу; показать праздничную атмосферу, царящую в Норе; волнение и нетерпение всех собравшихся. Разрешите мне это сделать… Естественно, я не могу отказаться от любимого пейринга и того, чего вы от меня ждёте. Отказ от прав: спасибо любимой писательнице за прекрасных героев. Размещение: спросить разрешение у меня. AU Начало фика - первая и вторая главы.

Ответов - 17

Элинор: Дорогие читатели! Итак, выкладываю третью главу фика:) Наконец-то!:) Честно говоря, немного волнуюсь - уж очень давно мне не доводилось это делать. Думаю, что перед прочтением третьей главы, нужно перечитать первые две.

Элинор: ГЛАВА ТРЕТЬЯ Одним из достоинств Гермионы Грейнджер была пунктуальность. Уверенный стук в дверь кабинета хогвартского зельевара совпал с боем школьных часов на башне. Гермиона спокойно смотрела на толстые дубовые доски двери, ожидая, когда ей позволят зайти. Она не тешила себя иллюзиями о том, что её отчёт о медицинской практике будет принят с первого раза. Гермиона не сомневалась: Снейп успел проверить её работу, и на полях обязательно появились правки и язвительные комментарии Мастера зелий. Отчёт придётся переделывать ещё один или два раза, исправляя настолько незначительные мелочи, на которые другой преподаватель просто не обратил бы внимания. Дверь открылась, и Гермиона переступила высокий порог. Гермионе было достаточно одного лишь взгляда на профессора Снейпа, чтобы понять – его настроение ухудшилось, став просто прескверным. Кто или что смогло так вывести из себя зельевара, пока оставалось для неё загадкой. Снейп сидел за своим рабочим столом, сейчас просто заваленным книгами и свитками пергаментов, и что-то быстро и уверенно писал. Его спина была неестественно прямой, губы плотно сжаты, а рука с пером просто летала над пергаментом. Казалось, что вокруг фигуры профессора воздух просто искрится раздражением. Гермиона встала слева от профессора, решив подождать, пока на неё обратят внимание. Снейп продолжал писать, никак не реагируя на присутствие в кабинете ещё одного человека. Гермиона привстала на цыпочки, пытаясь рассмотреть, над чем же работает Мастер зелий. Но стопки книг не позволили ей этого сделать. Зато на краю стола она увидела свой отчёт – даже на первой странице алели какие-то исправления. Гермиона нахмурилась. - Профессор Снейп, - нарушила тишину Гермиона, - я могу забрать свою работу? Вы сказали, чтобы я пришла в восемь часов. - Мисс Грейнджер, - перо Снейпа на секунду замерло, и профессор посмотрел на Гермиону, - я когда-нибудь давал вам повод усомниться в моей памяти? Тон, которым были произнесены эти слова, заставил Гермиону вздрогнуть и ответить предельно вежливо и кратко: - Нет, профессор. Снейп вернулся к своим записям, а Гермиона поняла, что ей остаётся только ждать. Вопрос: сколько? Профессор не предложил ей сесть, и через десять минут безрезультатного ожидания Гермиона не отказалась бы сесть хоть на пол. День выдался не из лёгких – мадам Помфри срочно понадобилась помощь в больничном крыле, и Гермиона предельно устала. Но она продолжала упрямо стоять у стола Мастера зелий. Гермиону удерживала на ногах гордость, а утешало лишь то, что практика подходит к концу, и совсем скоро её общение с деканом Слизерина сведётся к нулю. - Список ингредиентов вы найдёте на лабораторном столе, - как бы между прочим заметил профессор Снейп, переворачивая страницу одной из книг. - Профессор Снейп, несколько часов назад вы предельно ясно дали мне понять, что не хотите рисковать своей лабораторией. И не допускаете меня к работе над зельем. – Гермиона говорила спокойно и чётко, словно отвечала на уроке. - Я и сейчас не собираюсь рисковать. – Снейп нехотя оторвался от пергамента и взглянул на Гермиону, будто она была докучливой мухой. – Мисс Грейнджер, зелье, которое вы будете варить – элементарное. И предназначается оно для больничного крыла. Даже если бы вы захотели взорвать лабораторию, ингредиенты, входящие в состав лекарства, вам не помогут. Сказав это, Мастер зелий встал из-за стола и подошёл к книжным полкам. Слова и тон Снейпа задели Гермиону гораздо сильнее, чем она постаралась показать. «Моя практика скоро закончится», - повторяла про себя Гермиона. Дверь в лабораторию была прямо напротив письменного стола Снейпа. И Гермиона уже развернулась и сделала несколько шагов по направлению к ней, когда профессор, вынимая нужные ему книги, сказал: - Так как ваша практика ещё не подошла к концу, я должен контролировать все зелья, сваренные вами, даже самые простейшие. Дверь в лабораторию оставьте открытой и комментируйте все этапы приготовления. Перед тем, как вы приступите к работе, я хотел бы услышать показания к применению, противопоказания, взаимодействие зелья с другими лекарственными средствами, в том числе и магловскими. – Снейп вернулся к столу с новой стопкой книг и с шумом опустил её на свободный край столешницы. – И, естественно, дозы и побочные эффекты. Зайдя в лабораторию, на одном из столов Гермиона обнаружила рецепт зелья. Быстро просмотрев список ингредиентов (Melissa officinalis L., Crataegus oxyacantha L., Sambucus nigra L., Passiflora incarnata L., Valeriana officinalis L., Hypericum perforatum L., Humulus lupulus L.), Гермиона поняла, что ей предстоит варить успокоительное зелье. * За два месяца практики Гермионе довольно часто приходилось варить для больничного крыла костерост, зелье сна без сновидений, несколько видов успокоительных и заживляющих зелий. Гермиона с лёгкостью варила их ещё на седьмом году обучения в Хогвартсе, помогая мадам Помфри пополнять запасы. Зная это, Снейп никогда прежде не контролировал её и практически не появлялся в лаборатории, предпочитая в это время работать в кабинете. Он проверял уже готовые зелья, лишь изредка давая свои рекомендации. Пошаговое наблюдение и обсуждение всех мельчайших нюансов Снейп осуществлял лишь тогда, когда Гермиона ассистировала ему при работе над более сложными и экспериментальными зельями. Зелье, которое предстояло варить Гермионе сейчас, не было ни очень сложным, ни экспериментальным. Единственное затруднение могла вызвать лишь конечная фаза его приготовления: несколько ингредиентов нужно было добавить практически одновременно, с промежутком лишь в несколько секунд. Но и с этим моментом Гермиона приноровилась справляться: заранее нарезанные, перетёртые и взвешенные ингредиенты она рассыпала по пробиркам и колбам. Затем всё это она расставляла в строгой последовательности на специальной подставке с ячейками, которую устанавливала прямо перед котлом. И дальше уже всё зависело от ловкости рук и точности в отсчитывании секунд. Стараясь не обращать внимания на Снейпа, которого было отлично видно из лаборатории, Гермиона приготовила себе рабочее место и отобрала нужные ингредиенты. - Итак, мисс Грейнджер, я с большим вниманием слушаю показания к применению, - Мастер зелий встал и начал собирать бумаги, над которыми работал. Гермиона подошла к его столу и несколько секунд ждала, когда Снейп обратит на неё внимание. - Грейнджер, вы оглохли? Рассказывайте, или вам нужно особое приглашение? – Снейп взял со стола очередной пергамент и начал его перечитывать. И Гермиона начала: - Зелье очень эффективно при постоянном психическом напряжении и головной боли, с ним связанной; лёгких формах бессонницы, мигрени, неврастении, которая сопровождается нервозностью, беспокойством, страхом, быстрой утомляемостью, невнимательностью, нарушением памяти, психическим истощением. Про себя Гермиона отметила, что Снейпу это зелье совсем бы не помешало. - Побочные эффекты, - отрывисто бросил Снейп и взял следующий пергамент. – Надеюсь, вы осознаёте информацию, прежде чем дословно её заучиваете? Гермиону эти слова сильно обидели, но она продолжила отвечать: - В редких случаях возможны следующие побочные эффекты: головокружение, слабость, проявление кожных аллергических реакций; сухость во рту, боль в животе, диарея, тошнота, рвота, запор. И было бы просто замечательно, если бы Снейп испытал на себе все побочные эффекты зелья. Одновременно. Словно уловив ход мыслей Гермионы, Снейп опустил пергамент и посмотрел на девушку. Гермиона стояла, опустив руки в карманы белого накрахмаленного фартука, и спокойно смотрела на Мастера зелий. Профессор Снейп привык видеть в таком одеянии Поппи Помфри, но только не Грейнджер. Этот передник и чёрное платье, которые Гермиона теперь носила практически всегда, зельевара ужасно раздражали. Особенно после слов старшей целительницы о том, что было бы неплохо, если бы мисс Грейнджер вернулась в Хогвартс после окончания университета. Снейп скривился. Гермиона по-своему истолковала гримасу профессора. Она быстро осмотрела идеально чистый передник, ожидая увидеть на нём пятно. - Вы так и будете стоять здесь, как столб? Если вы планируете и в дальнейшем работать с такой скоростью, то я могу только сожалеть о том, что философского камня больше не существует. «Впрочем, диарея может чередоваться с запором», - отметила про себя Гермиона, переступая порог лаборатории.

Элинор: ***** Когда в двери кабинета громко постучали, Снейп и Гермиона подняли головы одновременно. Снейп выругался сквозь зубы – он дописывал статью и не собирался отвлекаться ещё на что-то помимо этого. - Грейнджер, продолжайте работать! – бросил Снейп, направляя волшебную палочку на входные двери, в которые теперь просто колотили. – И закройте дверь в лабораторию! В кабинет буквально влетела профессор МакГонагалл, её остроконечная шляпа немного сбилась набок. Декан Гриффиндора сжимала в руке свиток пергамента, и казалось, её возмущению не было предела. Она была до такой степени взвинчена, что даже не обратила внимания на Гермиону, которая немного задержалась у порога лаборатории, прежде чем прикрыть дверь, оставляя при этом довольно большую щель. - Профессор Снейп, вы можете объяснить мне, что это такое? – и декан Гриффиндора сунула несколько измятый свиток прямо под нос Мастеру зелий. Снейп, который продолжал невозмутимо сидеть за столом, отодвинул от себя свиток указательным пальцем. МакГонагалл резко встряхнула пергамент, разворачивая, а затем бросила его на стол перед деканом Слизерина. - Это всего лишь ведомость с экзаменационными оценками по зельеварению, - снисходительно пояснил Снейп. - М-м-м, Гриффиндора, - продолжил он, мельком взглянув на графу, указывающую факультет. Это ещё больше рассердило профессора МакГонагалл. - Вас здесь что-то не устраивает? – спросил Снейп, слегка приподнимая бровь. - Меня здесь устраивает всё, кроме оценок Кэтрин МакКинси и Люсинды Петерсон. Они звёзд с неба не хватают, но никогда не получали оценок ниже «удовлетворительно», тем более, на экзаменах. И что я вижу?** Профессор МакГонагалл ткнула пальцем в список. - «Слабо»! В выпускных табелях у них будет стоять непроходной балл по зельеварению. Я не могу допустить подобного. И вы это отлично понимаете. - Ничем не могу помочь, - ответил Снейп, сворачивая ведомость. Гермиона прекратила крошить корешки и опустила нож на доску, внимательно вслушиваясь в громкий разговор деканов. Первой реакцией на эту новость была досада – Гермиона помогала Кэт и Люси готовиться к экзамену по зельеварению и рассчитывала, что они получат более высокие оценки. - Северус, ты всегда предвзято относился к гриффиндорцам, но в данном случае ты перешёл все допустимые границы, - МакГонагалл не собиралась отступать. - Минерва, я не понимаю, что вы имеете в виду. Думаю, вам просто стоит взглянуть на работы МакКинси и Петерсон, - холодно ответил зельевар, вставая из-за стола. Гермиона взяла нож и продолжила свою работу. При этом, насколько это вообще было возможно с её места, украдкой следила за профессорами в приоткрытую дверь. Вначале она услышала тихий стук открывающихся и закрывающихся дверец шкафа. Несколько минут в полнейшей тишине Снейп и МакГонагалл шелестели пергаментами. - Как вы уже смогли заметить, МакКинси не дала правильные ответы по темам: «Противоядия» и «Успокоительные зелья», хотя это программа шестого курса. Причём, времени на повторение было предостаточно, - сказал Снейп. Декан Гриффиндора промолчала. И Гермиона сделала вывод, что придраться было не к чему. - Петерсон. – Мастер зелий протянул МакГонагалл вторую экзаменационную работу. – Дала неполные ответы по галлюциногенам и противоядиям. Нет, этого просто не может быть. Гермиона опять приостановила работу над зельем и даже подошла к краю своего стола, чтобы можно было глянуть в оставленную щель. Конечно, теоретически Кэт и Люси могли так оплошать на экзамене – волнение, усталость, страх перед Снейпом; у Кэт скоро свадьба… Вначале именно этим Гермиона и объясняла себе провал гриффиндорок на экзамене. Но после слов профессора Снейпа о том, что по теме «Противоядия» не были даны правильные ответы, Гермиона насторожилась. Именно этот материал Кэт и Люси знали лучше всего, потому что Гермиона лично заставила их вызубрить перед экзаменом все названия, формулы и дозировки и, забрав конспекты, спрашивала вразброс. Разбуди девушек среди ночи, и они без запинки процитировали бы все законы Голпалотта. Они просто не могли провалиться на экзамене, не ответив на вопросы по этой теме. Или всё же умудрились что-то напутать?.. Всё это показалось Гермионе очень подозрительным. В свою очередь, профессор МакГонагалл в работах своих подопечных ничего подозрительного не нашла, поэтому молча вернула их Снейпу. Гермиона с сожалением смотрела, как зельевар убирал их в шкаф - ей бы тоже очень хотелось на них взглянуть. - Северус, ты хотя бы можешь мне нормально объяснить – почему ты так взъелся на Люсинду и Кэтрин? - Не знаю, о чём вы, Минерва. Вы уже видели их гениальные работы – это наилучшее всему объяснение. Но профессор МакГонагалл так просто не сдавалась: - Мы с тобой договорились свести до минимума количество выпускников с непроходными баллами на наших факультетах. Ты мог бы оценить работы МакКинси и Петерсон менее критично и вывести «Удовлетворительно». - Конечно, мог бы. – Согласился Снейп. – Но мне это совершенно не нужно. Меня сейчас больше заботит картина успеваемости собственного факультета. И «Слабо» по трансфигурации у Томаса Бутта её никак не улучшает. - Северус, Томас Бутт непроходимо глуп. Я же не прошу, чтобы ты повысил оценку моему Монтескью. - Я и так подарил ему «Отвратительно» вместо «Тролля». Монтескью перещеголял даже Лонгботтома. Гермиона увидела, как Снейп театрально развёл руками и, запахнув мантию, вновь сел за стол. В дверь опять постучали. - Нет, ну это просто сумасшедший дом! Кто там ещё? – рявкнул Снейп. - Э, профессор Снейп, извините, пожалуйста, - начал новоприбывший, - но это очень срочно. Гермиона узнала голос паренька-префекта из Гриффиндора. - Что случилось? – спросила профессор МакГонагалл и прошла к двери, исчезнув с поля зрения Гермионы. - Профессор МакГонагалл, - голос паренька несколько повеселел, - вас срочно вызывает директор. - Думаю, он хочет обсудить документы, которые сегодня пришли, - задумчиво проговорила декан Гриффиндора. - Или нашему директору просто не с кем попить чаю с лимонными дольками, - добавил Снейп.

Элинор: После того как профессор МакГонагалл ушла, Гермиона смогла полностью сконцентрироваться на зелье. Приближалась самая трудная, требующая особого внимания завершающая фаза. Если вначале зелье кипело на слабом огне (в это время у Гермионы всегда была возможность дорезать остальные ингредиенты), то теперь отвлекаться от зеленоватой субстанции в котле было нельзя. - Итак, мисс Грейнджер, как продвигается ваша работа? – двери в лабораторию распахнулись, пропуская зельевара. – Или за подслушиванием было некогда? - Вы довольно громко разговаривали, - заметила Гермиона, не отводя пристального взгляда от котла. – И глухой бы услышал. Зная, что Снейп не простит ей подобного замечания и тона, Гермиона приготовилась услышать в ответ что-нибудь обидное. Удивительно, но профессор промолчал. Удивление сменила тревога, когда Снейп навис над котлом, скептически рассматривая зелье. У Гермионы пот выступил на лбу – ей совершенно не хотелось, чтобы хоть один волос Снейпа попал в котёл и испортил всю её работу. Тем временем профессор выпрямился и обошёл стол, остановившись рядом с Гермионой. Скрестив руки на груди, он наблюдал за тем, как девушка добавляет один за другим ингредиенты в зелье. Хоть Снейп и стоял молча, никак не комментируя её действий, Гермиона начала нервничать. Мастер зелий стоял слишком близко, непозволительно близко. Настолько, что она слышала его дыхание и несколько раз задела ногой его мантию. Была ли Гермиона честолюбива? Да, была. Ещё с детства она привыкла делать всё как можно лучше, и, желательно, лучше других. И терпеть не могла, кода ей мешали в этом. А Снейп, однозначно, ей мешал. Даже не будучи легилиментом, Гермиона ощущала его сдерживаемые сейчас раздражение и злость. А уверенность в том, что эти «нежные» чувства направлены на неё и скоро вырвутся наружу, не проходила. Вот только Гермиона никак не могла понять причину, по которой зельевар исходит собственным ядом. И в чём она, Гермиона Грейнджер, виновата перед ним? Ведь дело тут не в подслушанном ею разговоре. Снейп не давал ей сосредоточиться. Гермиона подозревала, что он специально стал так близко, прекрасно понимая, как это на неё действует. - Профессор Снейп, не могли бы вы немного отойти? – попросила Гермиона, когда поняла, что больше не может вынести этого стояния над душой. Было бы ужасно обидно совершить ошибку в приготовлении зелья, которое до этого всегда получалось без проблем. И дать Снейпу новый повод для циничных и ехидных замечаний. Гермиона пыталась заставить себя абстрагироваться от всего, чтобы не напутать с ингредиентами и правильно отсчитать положенные секунды и минуты. Сосредоточенно высыпая в зелье нарезанные листья чёрной бузины, а затем тщательно всё перемешивая, она даже не расслышала язвительного замечания Снейпа. Гермиона потянулась к шишечкам хмеля… и её рука на секунду замерла. Почему-то перед глазами встала чёткая и ясная, словно увеличенная фотография, картинка хижины Хагрида. С одного бока домик лесника был увит хмелем. Сегодня, когда Гермиона возвращалась с прогулки, на ходу скручивая свитки со своим отчётом, Хагрид окликнул её и спросил, подходил ли к ней профессор Снейп. Оказывается, он искал её, и Хагрид направил зельевара к озеру, к тому самому месту, где сидели девушки. А теперь интересовался, смог ли он помочь профессору. Гермиона остановилась возле стены с хмелем и недоумённо пожала плечами – Снейп к ней так и не подошёл. Хотя, по словам лесника, пошёл в указанном направлении. И вдруг от понимания того, что всё же могло произойти, у Гермионы сбилось дыхание. Снейп, скорее всего, услышал тот дурацкий, глупый и лишённый всякого смысла разговор. И никто не может знать наверняка, весь ли разговор был услышан, или его часть, и какие именно выводы сделал для себя профессор. Поэтому Снейп и не подошёл к ней тогда, и теперь понятно, почему он был так рассержен. Не исключено, что зельевар изменил результаты экзаменов Кэт и Люси. Время у него на это было, мастерства – не занимать, ведь не зря профессор МакГонагалл ничего не заметила. Да и у Гермионы не появились бы подозрения, если бы она не занималась подготовкой девушек к экзамену. Интуиция подсказывала ей, что всё так и было. На построение этой логической цепочки понадобилось совсем мало времени – всего несколько секунд промедления руки над котлом. Как раз столько, чтобы испортить почти сваренное зелье - шишечки хмеля не попали в котёл вовремя. - Мисс Грейнджер, вы случайно не помните, кто уверял меня, что сможет справиться с любым зельем? Кому можно доверять лабораторию? – на лице Снейпа застыло жестокое, презрительное выражение. Гермионе нечего было сказать ему в ответ – зелье было безнадёжно испорчено; и она, досадливо морщась, поспешила потушить огонь под котлом, из которого стали подниматься белые клубы пара. - Неужели вы не видите, что это варево перекипело? Этого нельзя было допускать! – Снейп повысил голос, теперь его уже ничего не сдерживало. – Да вы просто самоуверенная идиотка! Если бы я знал, что вы не в состоянии сварить обыкновенное успокоительное зелье, то и речи быть не могло о практике. - Какое вы имеете право меня оскорблять? – возмутилась Гермиона и закашлялась от удушливых и приторных испарений. – Вы никогда не относились ко мне объективно! Слышите, никогда! – Гермиона махнула указательным пальцем прямо перед крючковатым носом зельевара. – Вы не умеете нормально разговаривать с людьми. В чём вы преуспели, так это в сарказме и унижении других! И ошибку я совершила по вашей вине, - у Гермионы перед глазами поплыли разноцветные пятна, но она не собиралась останавливаться, настолько обидели её несправедливые слова Снейпа. – Мне нельзя было… - Немедленно закройте рот! – приказал Снейп и схватил девушку за руку, чуть выше локтя. - …отвлекаться, а вы… - Молчать! – рявкнул зельевар. И, стараясь не вдыхать испарения, силой потащил Гермиону к выходу из лаборатории. Гермиона опять закашляла, но глубокое ощущение собственной правоты придало ей сил. - Как вы только не называли меня: невыносимая всезнайка, гриффиндорская выскочка, глупая девчонка! А теперь к этому прибавилась и идиотка. - Пустозвонка, - добавил Мастер зелий, захлопывая за собой дверь в лабораторию.

Элинор: Гермиона дёрнула рукой, пытаясь избавиться от насильной поддержки Снейпа. Он тут же разжал пальцы, и Гермиона, потеряв равновесие, упала на кожаный диван, который стоял рядом с письменным столом профессора. Заложив руки за спину, Снейп остановился перед ней, спокойный и невозмутимый до такой степени, что Гермионе захотелось закричать. Как ему удаётся так себя контролировать? Лицо Снейпа было непроницаемо, его губы были плотно сжаты – ни намёка на то, что было несколько минут назад. Больше всего в это мгновение Гермионе захотелось, чтобы пол под ногами зельевара разверзся, и он провалился глубже своих подземелий. - Мисс Грейнджер, почему вы замолчали? Вы же хотите мне что-то сказать. Ну же, а то лопнете от переполняющих вас эмоций. - Эмоции переполняют не меня одну, профессор. Моя реакция вполне объяснима: вы срываете на мне своё зло, вы помешали сварить мне зелье, вы оскорбили меня, назвав самоуверенной идиоткой!.. Я что, похожа на идиотку? – негодующе произнесла Гермиона, непроизвольно сжимая кулаки. – Что же тогда говорить о вашей реакции, профессор Снейп? – добавила она, сощурив глаза. - Моя реакция на что, мисс Грейнджер? Позвольте же узнать, - сухо спросил Снейп. Он продолжал стоять напротив дивана и смотрел на девушку с какой-то брезгливостью. – Ну же, советую вам просветить меня как можно быстрее – если я задержусь, то аромат вашего нового успокоительного зелья можно будет убрать из лаборатории только вместе с кладкой кирпича. И будто в подтверждение своих слов профессор немного наклонился, рассматривая пятна от зелья на полах своей чёрной мантии; принюхался, а затем начал расстёгивать застёжки. - Вы всё ещё увлекаетесь правами домашних эльфов, мисс Грейнджер? Жаль, но, думаю, им придётся долго повозиться, чтобы вывести эти пятна и запах с моей мантии, - с этими словами профессор кинул испачканную мантию на спинку кресла. Словно горячая волна обрушилась на Гермиону, сметая остатки самообладания и инстинкт самосохранения. - И весь этот шум поднялся только из-за того, что вы услышали, как обсуждались ваши сексуальные возможности, - почти прошипела Гермиона. – Согласна, что тот разговор был чрезвычайно глуп и дерзок, и он был пресечён. – Гермиона привстала, не сводя взгляда с лица Снейпа. – Вы могли бы назначить взыскание, снять баллы, поговорить с профессором МакГонагалл и со мной. Но никто не давал вам права занижать экзаменационные оценки Кэтрин и Люсинды, а меня оскорблять. Снейп поднял руки и зааплодировал: медленно, жёстко, с расстановкой. Гермионе казалось, что от его негромких чётких хлопков у неё лопнут барабанные перепонки. - Мисс Грейнджер, вы поразили меня своим красноречием и проницательностью. Удивительно, что, имея такие ораторские данные, вы решили связать свою судьбу с колдомедициной. Может, ваш удел – политика? - выплюнул Снейп. Гермионе захотелось выцарапать Снейпу глаза, вцепиться ему в волосы, причинить ему как можно больше боли. Но вместо этого она сделала быстрый судорожный вдох, а потом – медленный выдох. Всё ещё пытаясь успокоиться, Гермиона подошла к письменному столу зельевара и забрала свой отчёт. Она собиралась немедленно покинуть кабинет, вот только гордость хотела оставить последнее слово за собой. Гермиона опёрлась бедром о столешницу, разгладила невидимые складки на белоснежном фартуке и заметила: - Значит, я оказалась абсолютно права по поводу разговора у озера. Вот только не могу понять: почему я должна была прерывать это обсуждение? Возможно, все эти сплетни по поводу… - Гермиона сделала неопределённый жест свободной рукой, - … вашей мужской состоятельности, являются правдой. Откуда мне знать? – она пожала плечами и развернулась, чтобы уйти. Но через секунду ей пришлось вздрогнуть от хриплого смеха профессора. Вместо ответа Снейп бесшумно подошёл к двери и демонстративно запер её на ключ. - Настало время для откровенного разговора, не так ли, мисс Грейнджер? – вкрадчиво спросил Мастер зелий. Он стоял, скрестив руки на груди и оперевшись на дверь. - Итак, если я правильно понял ваш лепет, помимо сбора школьных сплетен вы интересуетесь моими сексуальными возможностями? На данный момент правда для Гермионы Грейнджер заключалась в том, чтобы поскорее выйти из этого кабинета. Не стоять перед Снейпом, который смотрел на неё своими ужасными чёрными глазами. Но Гермиона уже не могла идти на попятную – этого ей не позволяли гордость и гриффиндорская смелость. Тем временем Снейп невозмутимо продолжал: - Я склонен полагать, что в данных сложившихся обстоятельствах должен удовлетворить ваше любопытство. Гермиону бросило в жар от взгляда Снейпа. Нет, в его взгляде не было похоти или вожделения. Заволноваться Гермиону заставили необыкновенная решимость и настойчивость, которые читались в его глазах. Разговор начал приобретать неожиданный смысл. Может, в другое время Гермиона и испугалась бы, но на этот раз она была разозлена так же, как и сам Снейп. Гермиона отступила немного назад и остановилась, почувствовав, что упирается в стол. Снейп задумчиво смотрел на неё, скользя взглядом сверху вниз: от растрёпанных волос Гермионы до носков чёрных туфель, выглядывающих из-под подола чёрного форменного платья медиковедьмы. Снейп ещё раз оглядел Гермиону, но уже в обратном порядке, снизу вверх. На миг его взгляд задержался на груди девушки. - Мисс Грейнджер, - глаза Снейпа сузились, - раз уж мы начали говорить на эту тему, то позвольте узнать: у вас были мужчины? – вопрос был задан таким тоном, будто профессор интересовался, понятен ли классу новый материал. - Никогда не думала, что буду обязана отвечать на подобные вопросы, - отрезала Гермиона. - Меня совершенно не интересует ваша личная жизнь, мисс Грейнджер. И тем более, я не намерен читать вам лекции о нравственности, - профессор оттолкнулся от двери и сделал несколько шагов к девушке. – Меня просто интересует: можете ли вы быть объективной, и знакома ли вам практическая сторона этого вопроса? Знаете ли вы, о чём говорите и что обсуждаете? Гермиона же пребывала в лёгком шоке и замешательстве. И сейчас она старалась определить, что так на неё повлияло: то, что её бывший школьный профессор, которого она никогда не воспринимала, как мужчину, говорит с ней о сексе и оценивающе рассматривает её грудь, или то, что она не находит всё это отталкивающим, а наоборот – волнующим и в какой-то степени притягательным. И ей даже приятно, что Снейп смотрит на неё подобным образом. И, что уж скрывать, ей даже досадно за бардак на голове, что сейчас на ней форменная одежда медиковедьмы и старенькие туфли, которые она всегда надевала для работы в лаборатории… Снейп внимательно всматривался в лицо своей практикантки. Осознавала ли мисс Грейнджер свою женскую привлекательность? Скорее всего, нет. А ведь именно в этом был её секрет. Большинство женщин, как ведьмы, так и магглы, использовали любое оружие из своего арсенала для того, чтобы завлечь мужчину. Снейпа всегда это ужасно раздражало. Но мисс Грейнджер вела себя иначе. Она никогда не кокетничала, она не собиралась никого очаровывать. Она была абсолютно естественна, и именно это делало Гермиону ещё соблазнительнее для него. От взгляда профессора не укрылось состояние Гермионы. Снейп видел, как выступают бисеринки пота у неё на лбу, как участилось её дыхание, а румянец залил щёки. Мисс Грейнджер возмущена или возбуждена? Снейп никогда не обращал внимания на своих учениц, даже старшеклассниц. Все они были для него назойливыми детьми. Но мисс Грейнджер уже не была школьницей – перед ним стояла взрослая совершеннолетняя ведьма, и его совесть могла подавиться осознанием этого. Профессор подошёл к Гермионе почти вплотную. И обоняние Снейпа недвусмысленно давало ему понять, что возмущение вполне может сочетаться с возбуждением. - Итак, мисс Грейнджер, вы можете ответить на мой вопрос? Глаза Снейпа неотрывно смотрели в глаза Гермионы. И она замерла, всматриваясь в его чёрные зрачки. В голове пронеслась мысль, что делать этого не стоит – в данный момент профессору не составит особого труда узнать у неё ответ. В принципе, Гермионе особо скрывать было нечего. Её первым (и пока единственным) мужчиной был Рон, с которым она начала встречаться на седьмом году обучения в Хогвартсе. Два года их так называемых отношений дали понять Гермионе, что… она впустую потратила на него это время. И уже год Гермиона ни с кем не встречалась - Я почему-то совершенно не удивлён, - прокомментировал Снейп. Гермиона только пожала плечами и спросила: - Вы получили ответ на вопрос, который так вас интересовал? Вот и закончим этот никому не нужный фарс. Достаточно. С меня хватит. Гермиона попыталась обойти профессора, показывая, что для неё разговор окончен. Но Снейп ухватил её за запястье и резко развернул к себе. - Мы ещё не закончили нашу дискуссию, - процедил Мастер зелий.

Элинор: Они вновь оказались лицом друг к другу. Теперь глядя на Снейпа, Гермиона уже нисколько не сомневалась, что так просто не выйдет отсюда. Она непроизвольно отшатнулась, чувствуя, как ударяется о дубовую столешницу, и выставила вперёд руку, пытаясь удержать дистанцию между собой и зельеваром. Но уже через секунду руки Снейпа обхватили её талию, и Гермиона оказалась плотно прижатой к его телу. Гермиона выронила свой отчёт, который до этой минуты сжимала в руке, и подняла руки, стараясь оттолкнуть от себя Снейпа. Она растерялась, не зная, что ей делать: выхватить из рукава волшебную палочку и… или вспомнить приёмы самообороны, которым когда-то научил её паренёк, живший по соседству с её родителями? В голове Гермионы шла борьба. Всё же Снейп был её школьным профессором, наставником в её специализации… В конце концов, он помог ей во время Последней битвы, и Гермиона не могла причинить ему боль. Она молча пыталась избавиться от крепких объятий. В голове пронеслась шальная мысль о том, что Снейп просто решил проучить её, и сейчас всё закончится: зельевар разожмёт руки и отпустит её, конечно, не забыв ехидно прокомментировать поведение гриффиндорской выскочки. Неожиданное прикосновение к шее влажных губ профессора вызвало в её теле ощущение, которого она испугалась ещё больше: ей это понравилось. То, что испытывала Гермиона, было слишком приятным. И это никак не сопоставлялось с мрачной фигурой зельевара. Тем временем Снейп стал ещё настойчивее, его руки оказались у неё под ягодицами, заставляя Гермиону ещё теснее прижаться к нему. Он продолжал касаться её тела, он ласкал и возбуждал её, не давая ей опомниться. Гермиона понимала, что должна что-то сказать, должна сопротивляться, что всё это - большая ошибка. Но не могла ничего поделать с чувствами, которые охватили её. Когда ладонь Снейпа легла ей на грудь, Гермиону охватило такое сильное возбуждение, что профессор наверняка ощутил дрожь её тела. Внизу живота стало горячо, и Гермиона закрыла глаза, чтобы не видеть триумфа в глазах профессора. Она ухватилась за плечи Снейпа и уже больше не могла скрывать того, что чувствует. А затем Снейп её поцеловал. Этот поцелуй был предупреждением, демонстрацией того, что её ожидает этим вечером. Жёсткие губы профессора прижались к её губам жарко, требовательно, почти яростно. Его язык ворвался в её рот, заставляя разомкнуть губы, пугая и покоряя одновременно. Гермиона застонала, и он поймал этот стон губами. Снейп целовал и целовал Гермиону, руками изучая её тело. А она отвечала ему, касаясь его языка своим. Сильнейшее желание, охватившее Снейпа, стало для него откровением. Он не мог вспомнить, чтобы ему когда-нибудь так сильно хотелось поцеловать женщину. Он хотел попробовать на вкус эти дерзкие губы, произносящие обидные слова, завладеть этим ртом. Северус Снейп гордился тем, что никогда не терял самообладания. Ещё будучи очень юным, он пришёл к выводу, что обнажённые эмоции непривлекательны и неблагоразумны. А его дальнейшая жизнь только подтвердила это. В детстве он часто наблюдал скандалы своих родителей; немного позже, уже в школе, он становился объектом преследования неконтролирующих себя детей. Сам Снейп учился владеть собой, не давая воли чувствам. И вскоре добился в этом успеха. Самоконтроль и самообладание нередко спасали ему жизнь. Но сейчас Снейп осознавал, что что-то неуловимо меняется. Он впервые так дрожал, держа женщину в объятьях. Его буквально трясло от возбуждения. И это было унизительно. Аромат духов или шампуня Гермионы смешался со сладким запахом её желания. И Снейпу, который имел прекрасное обоняние, это кружило голову. Кто бы мог подумать, что сейчас перед ним стоит лучшая выпускница Хогвартса, днями просиживающая в библиотеке; гриффиндорская всезнайка, на всё имеющая своё мнение? Девушка, которую он сейчас обнимал, изнывала от возбуждения. К ней влекло. С жадностью Снейп скользил ладонями по её плечам, изгибу её спины, округлостям ягодиц. Прижимал всё теснее и теснее. И вскоре руки Гермионы обвились вокруг его шеи. Она понимала, что уже не сможет оттолкнуть профессора. Еле уловимый запах трав и шёпот Снейпа странно дурманили и кружили голову. Гермиона до конца не осознавала слов мужчины, но от них становилось жарче между ног. Внезапно Снейп опустился на колени и прижался губами к низу её живота. Даже сквозь плотную ткань платья Гермиона почувствовала его дыхание. Руки Снейпа обвили её бёдра, он осторожно покусывал её сквозь ткань, и Гермионе пришлось опереться о стол, чтобы не упасть. Снейп приподнял подол её платья и провёл ладонями вверх по обнажённым ногам. Он дразнил Гермиону, каждый раз его пальцы скользили всё выше и выше, поднимая платье. И с каждым новым прикосновением Гермиона разводила ноги сильнее, инстинктивно желая чего-то большего. Последним, резким движением Снейп поднял подол Гермионы, и его рука скользнула к её лону. Опомнившись, Гермиона попыталась сжать колени, но профессор не позволил ей это сделать. Жаркое, жгучее ощущение стыда охватило Гермиону и разлилось по всему телу, потому что между ног было горячо и очень влажно. Так влажно, что бельё стало мокрым от выделений. О, нет, всё это не для глаз бывшего учителя, знающего тебя с самого детства. Но Снейп это заметил и издал звук, похожий на стон удовольствия. И ему уже ничего не мешало стащить с Гермионы ненужные сейчас туфли и трусики. Мерлин, что я делаю… что он делает? Сердце Гермионы бешено заколотилось, когда Снейп прикоснулся губами к коже на внутренней стороне её бедра. А затем его рот прижался к нежной плоти между её ног. Яркое, сладкое, словно сироп наслаждение, заставило Гермиону забыть обо всех условностях. Одной рукой она ухватилась за край стола, а другой придерживала подол своего платья, чувствуя голову Снейпа между своих бёдер. Его ласки были быстрыми, уверенными и дразнящими; и Гермиона выгибалась, бесстыдно предлагая себя, подстраивалась в такт движениям Снейпа. Гермионе казалось, будто её окружила вспышка яркого солнечного света, когда губы профессора с жадностью приникли к заветному бугорку. Она громко застонала, и каждая клеточка её тела напряглась. Спираль возбуждения распрямилась, превращаясь в долгую освобождающую пульсацию. Гермиона приоткрыла глаза, перед ней всё кружилось. Полностью прийти в себя ей не дал Снейп, который уже встал и начал лихорадочно расстёгивать пуговицы платья у неё на груди. Гермиона затаила дыхание, чувствуя, как твердеют соски под пальцами профессора. Снейп распахнул платье и потащил его вниз. Гермиона освободила руки из рукавов, и уже через несколько секунд платье и фартук валялись на полу. Там же оказалась и одежда зельевара. Увидев Гермиону полностью обнажённой, Снейп утратил остатки контроля над собой. Почти грубо он привлёк девушку к себе, чувствуя, как её упругие груди с набухшими розовыми сосками прижимаются к его груди. Отстранился он только для того, чтобы ещё раз жадно посмотреть; по очереди взять в рот сладкие горошины, пососать, провести языком по нежной коже, поцеловать ложбинку между грудей. Пальцы Гермионы запутались в волосах Снейпа; она направляла его, подставляя требовательным губам сладко ноющую грудь. Когда же и этого стало мало, Снейп поспешно смахнул со столешницы большую часть книг и пергаментов и усадил Гермиону на край. Она сама развела перед ним ноги и изогнулась навстречу, с наслаждением чувствуя, как Снейп медленно входит в неё, заполняя влажную пустоту. Гермиона была горячей и влажной. И, хоть и не была девственницей, оказалась удивительно тесной для него. Но Снейп был очень возбуждён, чтобы и дальше сдерживаться. Ему хотелось погрузиться в Гермиону до отказа одним сильным движением и так брать её, пока лоно девушки не станет шире и обхватит его член, пульсируя и сокращаясь в оргазме. На секунду Гермиона приоткрыла глаза и посмотрела на профессора. Да, именно так, профессора. Почему-то от осознания того, что она занимается сексом со своим бывшим учителем, Гермиона возбудилась ещё больше. Если раньше Снейп всячески язвил, то теперь он бесстыдно нашёптывал ей о том, что он с ней сделает и как доставит удовольствие. Его твёрдый и горячий член скользил в ней, заставляя забыть обо всём на свете и сосредоточиться на этих поступательных движениях. Гермиона подалась навстречу Снейпу, ловя бёдрами его сильные, нетерпеливые толчки, и застонала, чувствуя приближение оргазма. Она протянула руку и наклонила голову Северуса к себе, для того чтобы прильнуть губами к его губам, поделиться своим восторгом и наслаждением. Снейп ответил на поцелуй и, хрипло застонав, излился в неё… Конец третьей главы.

Элинор: * Данные травы входят в состав успокоительного «Ново-Пассит». ** Напоминаю стандарты обучения волшебству и результаты экзаменов («Гарри Поттер и принц-полукровка», стр. 108 по переводу «Росмэн»): Проходные баллы: превосходно (П) выше ожидаемого (В) удовлетворительно (У) Непроходные баллы: слабо (С) отвратительно (О) тролль (Т).

Элинор: Приятного чтения:)

Талина: Элинор, Ура!!! Свершилось!!! Замечательная глава! Она стоила того, чтобы ее ждать!

leeRA: Элинор, Ура!! Дождались! Отличная глава! Элинор пишет: Думаю, что перед прочтением третьей главы, нужно перечитать первые две. Я воспользовалась советом, о чем совсем не жалею))

Элинор: Талина Я рада, что глава понравилась:) Жаль только, что её пришлось так долго ждать:( leeRA Мне самой пришлось перечитывать, и не один раз:) И вообще, у меня сложилось такое впечатление, будто кто-то или что-то не хотели, чтобы я этот фик дописала. Море совпадений и случаев. Вначале пропала одна бета, за ней - другая. Причём каждый раз я отдавала главу на правку и ждала текст. Как только я разобралась с бетами, у меня забарахлила почта - два ящика сразу. После этого у меня полетел комп. Так что мне было весело.

DashAngel: Элинор ...и как хорошо, что глава всё же увидела свет!

R-Key: ура! спасибо автору

Хельдис: Ура! Она есть ! Она здесь!!! *деловито* Когда следующая?:)

Эльпис: Ой, какой резкий старт, прям с места в карьер)))) Я немного опешила, думала, инцидент будет состоять в чем-н типа жуткой ссоры или чего-то еще, а тут сразу такое...ммм)))) Какие уж тут теперь "дружеские отношения"

Fairy: Несколько месяцев не появлялась на форуме, а сегодня зашла - и тут новая долгожданная глава И какая!!! Теперь, как всегда, хочется продожения

gera: спасибо за главу.а когда следующая?



полная версия страницы